
Полная версия:
Невский байкер
Камер в подъезде Громова не было. В этом Вячеслав убедился лично, обойдя дом три раза в разное время суток и проверив каждый угол. Дом - типичная хрущоба с обшарпанным фасадом, выбитыми стёклами в подъезде и вечно запертой чёрной лестницей, которую открывали только дворники. Соседи - одни пенсионеры, которые после девяти вечера не высовывали нос из квартир, боялись темноты и хулиганов. Охрана - баба Зина на первом этаже, которая сидела у домофона с вязанием и смотрела сериалы по маленькому телевизору. К девяти вечера баба Зина уже клевала носом, а к десяти её сменял сторож дядя Коля, который спал до утра в своей каморке, притворяясь, что обходит территорию. Раз в час он выходил покурить, но курил быстро, забивая на всё, и возвращался обратно в тепло. Идеальные условия. Слишком идеальные. Как будто сама судьба подталкивала его к этому шагу.
Громов каждую среду ходил в магазин «Пятёрочка» за продуктами ровно в восемь вечера - полчаса туда и обратно. Маршрут был неизменен: из подъезда, мимо детского сада, через арку, мимо гаражей, где обычно собирались местные алкаши, потом через дворы к магазину. Вячеслав проверил это по камерам наблюдения магазина - доступ к ним он получил через уязвимость в системе облачного хранения, которая висела на стандартном пароле admin/admin. Через ту же систему он отследил, что Громов покупает: дешёвые пельмени, кефир, бутылку портвейна, иногда - хлеб и колбасу. В восемь тридцать Громов возвращался, нёс пакет, останавливался у ларька, покупал сигареты, потом поднимался к себе. Ровно в девять он выключал свет в комнате и включал телевизор. В час ночи телевизор замолкал - Громов засыпал под бормотание ночных каналов, оставляя экран светиться голубым светом в темноте.
Вячеслав знал его расписание лучше, чем своё собственное. Он знал, что по вторникам Громов ходит в поликлинику за рецептами - таблетки от давления и что-то ещё для желудка. По пятницам - в церковь, ставил свечки и крестился, будто это могло смыть то, что он делал. По воскресеньям он никуда не выходил, сидел дома, смотрел футбол и пил. Вячеслав сидел в машине, смотрел на тускло освещённое окно и ждал. Ждал, когда внутренний голос, который он называл Тьмой, скажет: «Пора». И однажды, в среду, ровно через три месяца после того, как он впервые прочитал статью о Громове, этот голос зазвучал отчётливо и ясно, как приказ.
В ту среду, когда всё должно было случиться, Вячеслав надел чёрные джинсы, тяжёлые берцы, чёрную кожаную куртку-косуху и плотные кожаные перчатки. Всё это он купил в разных магазинах, в разное время, за наличные. Никаких чеков, никаких записей, никаких свидетелей. Один магазин на Парнасе, другой на Купчино, третий в центре - так, чтобы нельзя было отследить маршрут. Берцы он купил у военных на барахолке за наличные, не торгуясь. Продавец - мужик с красным лицом и вечно пьяными глазами - даже не посмотрел ему в лицо, ему было плевать, кто покупает старые кирзовые сапоги. Главное - деньги. Берцы были ношеными, но крепкими, с усиленным носком и высокой шнуровкой. Вячеслав провёл по ним рукой, чувствуя грубую кожу, и подумал, что они уже видели смерть. Может, в Чечне. Может, в Афганистане. Теперь увидят ещё раз.
Косуху он нашёл в секонд-хенде на Лиговке. Она висела на вешалке среди пальто восьмидесятых годов и драповых шинелей, пыльная, забытая. Кожа на локтях была потёрта, молния слегка заедала, но это делало куртку ещё более неприметной. Никаких нашивок, никаких значков, никаких опознавательных знаков. Обычная чёрная косуха, каких тысячи в Питере. Вячеслав надел её - она села как влитая, будто шита на него. В зеркале примерочной он посмотрел на себя и не узнал. В этой куртке он был не Вячеславом Космачёвым, тихим программистом из Василеостровского района. Он был кем-то другим. Кем-то, кто ещё не родился, но уже готовился сделать первый вдох.
Шлем он нашёл в гараже отца. Старый, с тонированным забралом и трещиной на левом виске. Семнадцать лет он пролежал на верхней полке, покрываясь пылью и паутиной, рядом с ящиком с инструментами, которых никто не касался. Вячеслав долго смотрел на него, прежде чем взять в руки. Провёл пальцем по царапине - откуда она взялась, он не знал. Может, отец упал когда-то. Может, дрался. Может, просто задел обо что-то. Внутри шлем пах пылью и ещё чем-то - чем-то неуловимым, что Вячеслав не мог определить. Может быть, временем. Может быть, старым потом. Может быть, памятью о человеке, который пытался быть ему тем самым отцом и не смог, потому что алкоголь оказался сильнее. Он долго стоял перед зеркалом в гараже, держа шлем в руках. Смотрел на своё отражение - на уставшие глаза, на тени под ними, на скулы, которые стали острее з
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

