Читать книгу Будь со мной (Яся Напримерова) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Будь со мной
Будь со мной
Оценить:

3

Полная версия:

Будь со мной

Он круто развернулся, прыгнул на кожаное сиденье БМВ, с силой захлопнул дверь и, взревев мотором, сорвался с места.

Мы с Верой стояли на тротуаре, глядя вслед уплывающему в поток автомобилю. Я всё еще судорожно хватала ртом воздух, а вот Веру внезапно будто током шарахнуло. Её глаза вспыхнули, она хлопнула себя по лбу и громко вскрикнула на всю улицу:

— Я вспомнила! Муся, меня осенило! Это же Демьян, его все Дёма зовут. Он раньше учился в нашей школе. А потом его родители открыли вот это самое кафе. Прямо здесь, у школы, это была их первая точка. Дела у них тогда жестко пошли в гору, через два года они разрослись, теперь это целая сеть по всему городу. А самого Дёму родители после этого перевели в какую-то элитную гимназию.

Вера резко повернулась ко мне, подозрительно прищурившись: — Только я одного не поняла... Мусь, а почему он говорил так, как будто и ты ему уже успела насолить? Откуда он тебя знает?

Я перевела дух, посмотрела на удаляющийся след БМВ и тихо ответила: — Вер... это тот самый парень. Ну, с вокзала, в которого я врезалась

Вера на секунду потеряла дар речи, а её ангельское личико вытянулось от шока. Пазл в её голове наконец-то сложился.

-Мда…. Знала бы раньше еще раз долбанула….

-Радуйся, что он с тебя не потребовал возмещения за этот раз, маленький воин смурф.

Мы рассмеялись заходя в кафе, напряжение начало потихоньку спадать.

- Латте и круассан с шоколадом, пожалуйста

Глава 6

Глава 6. Принтеры, рок и медовые глаза

Демьян

День с самого начала обещал быть спокойным, но у вселенной на мой счет явно были другие планы. Сразу после третьей пары на телефоне снова высветился звонок от отца.

— Дём, выручай, — раздался в трубке его спешащий голос. — Бухгалтер звонила, в кофейне опять какая-то поломка, ничего распечатать не могут. У меня сейчас важнейшая встреча с инвесторами, никак не сорваться, а наш штатный айтишник намертво застрял в глухой пробке на въезде в город. Заскочи, а? Минут за двадцать управишься.

Отказывать отцу не хотелось, тем более бизнес — дело семейное. Я крутанул руль своей БМВ и поехал в сторону кафе.

В администрации Зинаида Павловна чуть ли не со слезами на глазах заломила руки, указывая на мигающий красным принтер. Я вздохнул, присел перед аппаратом и через две минуты уже вытаскивал пустой картридж. Поломка века, блин. Краска закончилась. Быстро заменив его на новый из запасов в шкафу и сделав тестовую печать, я вежливо попрощался и поспешил на улицу. я еще обещал заскочить к Пашке.

Я толкнул стеклянную дверь кофейни, вдыхая свежий воздух, и в следующую секунду чуть не оступился. Прямо перед капотом моей машины стояли две девчонки.

Присмотревшись, я мгновенно узнал в одной из них ту самую утреннюю сумасшедшую блондинку, которая с перепугу едва не прыгнула мне под колеса на проспекте, а потом со всей дури огрела мой капот своей неподъемной сумкой. Кузовной ремонт теперь в копеечку встанет, на лаке осталась заметная вмятина. Внутри сразу закипело раздражение.

— Ты что, добить её решила? — ледяным тоном процедил я, останавливаясь возле водительской двери. — Мало тебе было утреннего перформанса?

Блондинка, надо признать, не растерялась. Её ангельский вид мгновенно испарился, она сделала шаг вперед и буквально зашипела на меня: — Слышь, водила, я извинилась вообще-то! И вообще, я уже и думать о тебе забыла, больно надо память засорять всякими...

Она резко осеклась, видимо мозг включился, что сама виновата. А я в этот момент перевел взгляд на её спутницу.

В горле вмиг пересохло. Напротив блондинки, замерев в строгом, идеально сидящем темном комбинезоне, стояла она. Мелочь с вокзала. Волосы цвета молочного шоколада, туфли на небольшом каблуке, которые делали её чуть выше, и те самые глаза. Огромные, невероятного медового оттенка. В полуденном солнце они казались янтарными.

Я тяжело сглотнул, чувствуя, как в груди что то толкнуло. Она смотрела на меня во все глаза, приоткрыв рот от изумления. Тоже узнала.

Смесь шока, раздражения из-за вмятины на машине и глупого чувства вины выдала самую идиотскую защитную реакцию. Вместо того чтобы промолчать, я криво усмехнулся и выдал: — Ну зашибись. У вас тут что, клуб вредителей и толкателей? Тандем мелочи и чокнутой? Вы специально меня преследуете?

Девчонка в комбинезоне так и осталась стоять, не в силах вымолвить ни слова, а я круто повернулся, прыгнул в салон, с силой захлопнул дверь и резко рванул с места, утапливая педаль газа в пол. Только колеса свистнули. Сбежал как трус. Сам не понял своей реакции.

К Пашке я приехал злой как черт. Мы дружили еще со школы, хотя сейчас учились на разных факультетах. Паха был парнем колоритным: высокий, мускулистый, темноволосый, с кучей татуировок на предплечьях и просто неиссякаемым чувством юмора. Он играл на гитаре в местной рок-группе, которая называлась «Северный ветер» и вечно втягивал меня в какие-то истории.

Едва я переступил порог его комнаты, Пашка оторвался от гитары, оглядел мою перекошенную физиономию и ухмыльнулся: — Здорово, Дёмыч! Твоё лицо сейчас треснет, если ты еще сильнее нахмуришься. Что стряслось? Тебя декан покусал или бензин подорожал?

— Отвали, Паш, — я раздраженно скинул куртку и сел на стул. — Из кофейни еду. Давай ближе к делу, ты сам просил встретиться. Что у тебя случилось?

Пашка вдруг заметно замялся, отложил гитару в сторону и почесал затылок, что было на него совсем не похоже.

— В общем, Дём, дело такое… — начал он, подбирая слова. — У моей банды на выходных концерт в клубе. Ивент серьезный, все билеты распроданы. И тут такое дело: наш басист решил прямо посреди выступления, прямо на сцене, сделать предложение своей девушке. Романтика, все дела, сюрприз готовится грандиозный.

— Круто, — буркнул я. — А от меня-то ты чего хочешь? На бэк-вокале попеть?

— Не, такого никто не переживет, — вздохнул Паха. — У нас звуковик слился в самый последний момент. Семейные обстоятельства, уехал из города. А без нормального звука концерт превратится в кашу, да и сюрприз с предложением сорвется, если микрофоны фонить начнут. Выручи, а? Ты же в этой аппаратуре и пультах шаришь лучше любого профи. Чисто по-братски.

Я засомневался. таскаться по душным клубам в выходные не особо хотелось. Но, посмотрев на Пашкино умоляющее лицо, я понял, что не смогу отказать лучшему другу.

— Ладно, черт с тобой, — сдался я. — Настрою я вам звук. Только с тебя причитается.

Пашка мгновенно засиял, как новенькая монета, и чуть не задушил меня в объятиях: — Дёмыч, ты лучший! Спаситель! Адрес клуба и точное время я тебе позже на телефон скину.

Мы посидели у него еще какое то время, обсуждая университетские новости, Пахины новые треки и общих знакомых. Это немного помогло отвлечься.

Домой я вернулся поздно. Родителей, как обычно, не было. Проверив Лёньку, который уже мирно спал в своей комнате, укрытый одеялом до самого носа, я ушел к себе.

Скинув одежду, я упал на кровать прямо поверх покрывала и уставился в темный потолок. В комнате было тихо, только за окном шелестели деревья. Я закрыл глаза, но вместо сна перед ними снова она в строгом комбинезоне. Этот растерянный, беззащитный взгляд.

Из головы никак не выходила эта девчонка с медовыми глазами. И я снова, уже во второй раз, просто взял и нагрубил ей ни за что. Червячок совести внутри загрыз с новой силой.

Глава 7

Глава 7. Топазы, шоппинг и смс

Маша

Следующий день в школе начался под аккомпанемент непрекращающейся вибрации Верочкиного телефона. Наш классный чат, вопреки всему, молчал, но вот личные сообщения Веры буквально разрывались от уведомлений. Владик, осознавший что то, теперь безостановочно написывал ей, умоляя о встрече и распинаясь в сообщениях, мол, он всё осознал, дурак был, прости. Вера с каменным лицом раз за разом смахивала эти простыни текста, отправляя бывшего парня в тотальный игнор.

— Козлорогий идиот, — в очередной раз пробормотала она на перемене, когда экран снова загорелся от очередного «прости, я всё осознал». — Думает, если напишет сто раз, как он всё понял, то я отвечу и расстаю? Ну уж нет, пусть помучается.

Зато тему Дёмы и Кристиана она обсуждала вовсю и с огромным упоением. Насчет Криса она говорила без умолку: «Красавчик и такой интересный, мы пол ночи переписывались». А вот Демьян после вчерашнего инцидента у кофейни удостоился отдельного разбора. — Нет, ну ты видела его бешеные глаза? — Вера активно жестикулировала, пока мы шли по коридору. — «Тандем мелочи и чокнутой»! Хамло лакированное. Но, надо признать, тачка у него зачетная. И вмятина от моей сумки на капоте смотрится очень даже стильно.

Кстати, на этой самой перемене мимо нас гордо прошествовала Аля. Лицо у неё было заносчивое, но в глазах читалась явная, кипящая обида. Проходя мимо, она наградила нас таким взглядом, что даже без слов было ясно: эта змея вовсю готовит план мести за вчерашний разговор на крыльце.

— Вер, у меня к тебе дело, — отвлекла я подругу от созерцания удаляющейся Али. — У мамы в субботу день рождения. Мы только переехали, я тут вообще ничего не знаю. Поможешь мне после школы пройтись по магазинам и выбрать подарок?

— О чём речь, Мусь! — Вера мгновенно загорелась идеей. — Устроим грандиозный рейд по торговым центрам. Я покажу тебе лучшие места.

Уроки пролетели незаметно, и уже через час мы штурмовали местный молл. Поиски подарка превратились в настоящее шоу, потому что Верочка не затыкалась ни на минуту, постоянно пикируя и комментируя каждую вещь.

Сначала мы долго крутили в руках кожаный кошелек. — Муся, ну какой кошелек? — фыркнула Вера. —Слишком банально.

Потом мы переключились на пушистый махровый халат. — Так, стоп, — Вера отобрала у меня вешалку. — Твоей маме сколько лет, напомни? Она у тебя стильная, красивая женщина, а не пенсионерка на курорте в Ессентуках. Никаких халатов!

Когда я безнадежно потащила её к отделу с красивыми фотоальбомами, Вера и вовсе покатилась со смеху: — Альбом? Серьезно? Чтобы она туда вклеила фотки твоего грустного лица на фоне сугробов и плакала долгими южными вечерами? Муся, включи фантазию!

В итоге, уставшие, но веселые, мы забрели в небольшой, но очень элегантный ювелирный магазинчик. И там, за стеклом витрины, я увидела её — потрясающую, изящную подвеску. Тонкая серебряная работа, идеальные линии. Она была совершенной.

— Берем, — решительно шепнула Вера. — Маме точно зайдет.

— Девушка, покажите, пожалуйста, вот эту подвеску, — Услышала я с боку до боли знакомый, приторный голос: —Я её беру.

Мы синхронно обернулись. Ну конечно. Аля. Она стояла, победно скрестив руки на груди, и смотрела на нас свысока. Её план мести, кажется, обрел форму прямо здесь.

— Вот коза, —сказала я.

— Хм, кто первый успел…. — высокомерно хмыкнула она, переводя взгляд на свои ногти. — К тому же, такие красивые и совершенные вещи явно не предназначены для северного колхоза и его блондинистого эскорта. На вас это украшение будет выглядеть как бижутерия из автомата за десять рублей.

Вера опасно прищурилась, её ангельское личико вмиг превратилось в маску безжалостного зомби. Она сделала шаг вперед, сокращая дистанцию: — Знаешь, Алечка, а мне кажется, что такие украшения как раз не должны носить абсолютные пустышки. На твоем фоне это колье будет смотреться слишком контрастно. Серебро ведь подчеркивает ум и благородство, а у тебя в голове, как мы все знаем остатки птичьего корма и ветер от перелистанных страниц журнала. Слишком сильный диссонанс, не находишь?

Аля задохнулась от возмущения, её щеки мгновенно покрылись пятнами. Подружки за её спиной испуганно зашептались.

В этот момент в их назревающую битву аккуратно вмешалась продавец-консультант: — Девочки, не ссорьтесь, пожалуйста. На самом деле у нас в наличии есть вторая точно такая же подвеска, но не с прозрачным фианитом, а с натуральным топазом глубокого синего оттенка. Она даже более редкая.

Я посмотрела на синий топаз, который принесла продавец, и у меня перехватило дыхание. Он был в сто раз красивее первого. — Я беру именно с топазом, — с улыбкой произнесла я.

Аля, поняв, что её грандиозный план провалился и навредить нам снова не получилось, злобно зыркнула на нас, выхватила свою коробку с первой подвеской и, громко стуча каблуками, вылетела из магазина.

— Раунд снова за нами, — подмигнула Вера, когда мы вышли на улицу.

На парковке её телефон снова бешено зажужжал — Владик прислал очередное слезное «ну ответь, я правда всё осознал». — Да как же ты задолбал, голубинный магнат! — в сердцах воскликнула Вера, решительно зажала кнопку питания на смартфоне и полностью вырубила аппарат. — Всё, покой и тишина. Ладно, Мусь, я побежал, до завтра!

— До завтра, Вер! Спасибо за помощь!

Приехав домой, я разложила учебники на столе в своей комнате, честно пытаясь сосредоточиться на домашнем задании по физике. Но формулы и графики упорно расплывались перед глазами. Мысли упрямо улетали совершенно в другую сторону.

Я подперла щеку рукой и уставилась в окно, где небо медленно затягивалось сумерками. Из головы никак не выходил он. Его растрепанная темная челка, острые скулы и этот невероятный, мускусный, пряный запах, который я, кажется, теперь могла узнать из тысячи. Я с замиранием сердца поймала себя на странной, пугающей мысли: вопреки всей его грубости, вопреки здравому смыслу, я безумно, до бабочек в животе, хочу увидеть его снова. Я видела его всего дважды и он никак не выходит из моей головы. Погружаясь все глубже в свои мысли я уснула с учебником в руках, а во сне ……

Глава 8

8 глава. Северный ветер, «Грозовой перевал» и полумесяц

Маша

Всё началось с того, что в четверг вечером мой телефон разразился серией звонков от Верочки. Я едва успела снять трубку, как из динамика посыпался взволнованный, непривычно трепетный шепот.

— Муся! Ты не поверишь! Мы с Кристианом переписываемся уже второй день. И он… он пригласил меня в субботу в клуб на рок-концерт! Представляешь?

— Ого, — я искренне улыбнулась, откладывая учебник. — Наша железная леди наконец-то тает?

— Да ну тебя, — смутилась Вера, что бывало крайне редко. — Мне, если честно, даже немного страшно. Мы ведь толком не знакомы вживую, только в сети общались. В общем… я спросила, можно ли мне взять с собой подругу. Крис сказал, что вообще не видит в этом проблемы. Мусь, умоляю, скажи, что ты пойдешь со мной! Я одна там со стыда сгорю под его этим «ледниковым» взглядом.

Я задумалась. В субботу у мамы был день рождения. Мы планировали сначала посидеть дома, чисто по-семейному, а ближе к вечеру родители собирались уйти в ресторан вместе с родителями Верочки. Так что, по идее, вечер у меня действительно оставался свободным.

— Ладно, — сдалась я. — Уговорила. Спасу тебя от свидания вслепую.

— Ура! Ты лучшая! С меня вкусняха! — закричала Вера и отключилась.

Наступила суббота. Утро началось с объятий, поцелуев и праздничного хаоса. Мой подарок — подвеска с глубоким синим топазом — вызвал у мамы настоящий восторг. Она так растрогалась, что у неё даже заблестели глаза, и она тут же надела её на шею, любуясь отражением в зеркале.

Но главный сюрприз приготовил папа. Когда он протянул маме увесистый сверток, перевязанный шелковой лентой, она ахнула. Внутри лежало редкое, коллекционное первое издание «Грозового перевала» Эмили Бронте на английском языке в оригинале. Папа знал, как сильно мама любила это произведение в юности — книга буквально была её настольным романом. Мама бросилась папе на шею, а я, глядя на них, втайне мечтала, что когда-нибудь и в моей жизни случится такая же большая, чистая и понимающая любовь.

Днем к нам пришли тетя Лена, дядя Саша и Верочка. Маму завалили цветами и подарками, мы весело посидели за праздничным столом, а около семи вечера взрослые начали собираться в заведение.

На пороге, мы строго посмотрели на родителей и шутливо сказали: — Так, леди и джентельмены, в общем граждане родители. Ведите себя хорошо, на люстрах не качаться. И чтобы дома были не позже полуночи! Понятно?

Тетя Лена тут же вытянулась в струнку, приложив руку к голове: — Есть, мой капитан!

Мама весело рассмеялась, и взрослые наконец-то ушли, оставив квартиру в нашем полном распоряжении. Пришло время собираться в клуб.

Верочка подошла к вопросу радикально. На ней были крутые черные кожаные лосины и обтягивающий черный лонгслив с глубоким В-образным вырезом. Волосы она затянула в тугой, безупречно гладкий высокий хвост, превратившись в настоящую рок-диву. Я же, открыв шкаф, решительно проигнорировала её гардеробные советы и достала легкое, летящее платье чуть выше колена нежного пастельного оттенка. Распустила волосы, позволив им мягкими волнами лечь на плечи, а на шею надела свою самую любимую вещь — серебряную подвеску-полумесяц, которую мне когда-то подарила бабушка.

Вера, увидев меня, привычно закатила свои огромные голубые глаза: — Муся, ну боже мой! Ты опять за свое? Ты одета для слета пансиона благородных девиц, а не для рок-концерта! Там же гитары, драйв, толпа!

— А я останусь при своем, — упрямо улыбнулась я, поправляя полумесяц. — Мне так комфортно.

Поскольку все мысли Веры в этот момент были заняты предстоящей встречей с Кристианом, долго спорить и настаивать она не стала. Пока она подправляла перед зеркалом свой идеальный макияж, я мимоходом спросила: — А Владик твой как? Всё еще штурмует сообщениями?

— Ой, угомонился вроде, — Вера пренебрежительно фыркнула, убирая помаду в сумку. — Понял, видимо, что ловить нечего, и его «я всё осознал» на меня не действует. Туда ему и дорога. Ну что, погнали?

Мы вышли из дома и поймали такси. По дороге к клубу, глядя на мелькающие огни ночного города, я повернулась к подруге: — Слушай, Вер, а что хоть за группа сегодня поет? Ты знаешь название?

— Знаю, конечно, — Вера заговорщицки улыбнулась. — Группа называется «Северный ветер». Символично для тебя, да, северная пичужка?

Я лишь усмехнулась, качнув головой. Символично — не то слово.

Клуб встретил нас оглушительным гулом, тяжелыми басами, бьющими прямо в грудную клетку, и пульсирующим неоново-синим светом. Я никогда раньше не бывала в таких заведениях, поэтому шла, крепко держась за Верочкину руку, и с огромным любопытством оглядывалась по сторонам. Вокруг было столько драйва, свободы и энергии, что у меня захватывало дух. Кристиан написал Вере, что ждет её у барной стойки, и мы начали медленно пробираться сквозь плотную толпу фан-зоны.

И вдруг… прямо посреди этого хаоса и грохота, внутри меня что-то резко кольнуло. В воздухе, перебивая запахи дым-машины и чужих духов, отчетливо проступил шлейф, от которого у меня сладко и приятно заныло в глубине души.

Мускусный, пряный аромат.

Сердце пропустило удар, а затем бешено заколотилось, пуская бабочек по всему телу. Я замерла, почти перестав дышать, медленно повернула голову в сторону звукорежиссерской рубки… и тут я заметила его.

Глава 9

Глава 9. Пульты, Пашка и рок-н-ролл

Демьян

Суббота. Вместо того чтобы нормально выспаться или хотя бы спокойно погонять в приставку с мелким, я сидел на жестком складном стуле в полутемном зале клуба «Резонанс» и глушил уже третью чашку паршивого растворимого кофе.

Вокруг царил филиал сумасшедшего дома. Пашка метался по сцене со скоростью раненого в хвост гепарда. На его мускулистых руках, покрытых татуировками, вздулись вены — он то и дело хватал то один микрофонный кабель, то другой, периодически спотыкаясь о стойки. Наш басист, Макс, забился в угол сцены и, кажется, вообще забыл, как дышать.

— Дёмыч! Дёмыч, у нас левый портал фонит! — заорал Паха, сорвав голос, и умоляюще уставился на меня со сцены. — Сделай что-нибудь, брат! Макс же прямо посреди выступления, на сцене, собирается Таньке предложение делать. Если во время соло гитара захрипит или микрофон взвизгнет, она вместо «да» в панике со сцены убежит! Не запори парню помолвку, выручай!

— Паша, дыши глубже и отойди от комбика, — устало выдохнул я, потирая виски. — Фонят твои руки из одного места, а не портал. Ты частоту перегрузил. Сейчас всё выровняю.

Я повернулся к огромному микшерному пульту, который занимал добрую половину звукорежиссерской рубки. Пальцы привычно заскользили по фейдерам и тумблерам. Я со школы шарил в этой технике, так что для меня этот хаос из проводов был вполне осязаемой схемой. Несколько точных движений, и противный писк в динамиках сменился чистым, глубоким басом.

— О-о-о! — Пашка победно вскинул гитару вверх, а побледневший Макс из своего угла благодарно кивнул. — Чувак, ты бог! Чистый секс, а не звук!

— Меньше пафоса, Паха, настраивайте инструменты, до запуска толпы осталось два часа, — буркнул я, возвращаясь к своему остывающему кофе.

Я честно пытался занять мысли частотами, децибелами и настройкой эффектов. Пытался думать о том, как Лёнька там один дома справляется с пиццей, которую я ему заказал. Но, как назло, стоило мне на секунду расслабиться и уставиться в одну точку, как в голове всплывала одна и та же картина.

Улица возле нашей кофейни. Солнечные блики на лаке капота БМВ. И девчонка в строгом темном комбинезоне, которая смотрит на меня своими огромными медовыми глазами. В её взгляде тогда не было злости, как у её бешеной подруги с сумкой. Там было только чистое, глухое изумление. И обида. Та самая, вокзальная.

«Да какого черта?» — я со злостью грохнул пластиковый стаканчик в урну. Ну почему она не выходит у меня из головы? Я ведь даже имени её не знаю. Всего две случайные встречи, обе закончились тем, что я повёл себя как последний козел и нагрубил ей. Из-за Владика, из-за дурацкого колеса, из-за вмятины… Да какая разница! Червячок совести внутри за эти дни вырос в какого-то знатного анаконда и знатно жрал меня изнутри. Я поймал себя на идиотской мысли: вопреки здравому смыслу, я хотел бы увидеть её снова. Просто чтобы… ну, не знаю. Сказать банальное «извини». Хотя бы для того, чтобы этот медовый взгляд перестал сниться мне по ночам.

— Эй, Дёмыч, очнись! — Пашка бесцеремонно хлопнул меня по плечу, вырывая из размышлений. От него за версту пахло адреналином и лаком для волос. — Организаторы открывают двери. Народ повалил. Сделай звук на уровне, сегодня важный вечер!

Я криво хмыкнул, проверяя наушники: — За звук можете не переживать. Главное — сами по струнам попадайте.

Зал начал стремительно заполняться. Помещение загудело, послышался смех, звон бокалов в баре и топот сотен ног. Свет в зале медленно погас, сменившись тяжелым, пульсирующим неоново-синим сиянием сцены.

Я надел наушники на шею, положил ладони на пульт и бросил случайный взгляд на заходящую в зал толпу. Люди теснились у сцены, пробирались к столикам.

И вдруг в одном из проходов, среди сотен незнакомых лиц, я замер. Свет от неоновых прожекторов сцены на секунду мазнул по толпе, и у меня внутри всё разом оборвалось. Сердце сделало такой мощный кульбит, что в ушах зашумело.

Там, пробираясь чуть поодаль от шумной фан-зоны, шла она. На ней было красивое, летящее платье, волосы цвета молочного шоколада мягкими волнами падали на плечи, а на шее в лучах софитов ярко вспыхнул серебром полумесяц на тонкой цепочке. Она шла, с любопытством разглядывая сцену, и захлопала своими длинными темными ресницами.

«Мелочь...» — пронеслось в моей голове оглушительным набатом.

Это была она. Девчонка с вокзала. Мое личное кареглазое наваждение. И она была здесь, в этом клубе, буквально в тридцати метрах от меня.

Глава 10

Глава 10. Драки, парни и спасение

Маша

Наши взгляды встретились. На долю секунды мне показалось, что весь этот ревущий, залитый неоном зал клуба перестал существовать. Демьян замер за своим огромным пультом, не сводя с меня ошарашенных глаз, а я стояла посреди толпы, чувствуя, как сердце бьется где-то в районе горла.

Но это странное наваждение тут же оборвалось.

— О, а вот и мы! Привет! — раздался рядом уверенный мужской голос.

Я вздрогнула и насильно перевела взгляд. К нам подошел Кристиан. Вживую он выглядел еще лучше, чем на фотках: высокий, стильный, с открытой и очень приятной улыбкой. Вера рядом со мной мгновенно выпрямилась, но я успела заметить, как на ее щеках проступил едва заметный румянец.

— Крис, привет! Это моя подруга Маша, — Вера изящно кивнула в мою сторону, мгновенно включив режим «пай-девочки».

— Очень рад, Маш. Пойдемте к бару, там посвободнее, — Кристиан улыбнулся и жестом пригласил нас следовать за ним.

Мы пробрались к стойке, и тут я заметила, что Крис пришел не один. Рядом с ним стоял его друг. Он тоже был довольно смазливым, но стоило мне встретиться с ним взглядом, как внутри всё сжалось от отвращения. У Никиты был какой-то липкий, пошлый и очень неприятный взгляд, который буквально сканировал меня с ног до головы.

bannerbanner