Читать книгу POWER (Борис Ярне) онлайн бесплатно на Bookz (15-ая страница книги)
bannerbanner
POWER
POWERПолная версия
Оценить:
POWER

5

Полная версия:

POWER

– Снимаю.

– Ты всех обскачешь. Твой рывок дает плоды? Поделись с другом. Прокатимся по ночным улицам? Что ты бурчишь там?

– Да настроения нет. Что-то не то я сделал вчера. Или не так. Фигово на душе.

Из ночного клуба Антон ушёл один. Оставил спать уставшую Марину в номере, куда они вломились. После часа кувырканий, его красавица заснула, он присел, закурил, оделся да и вышел, не сказав никому ни слова. Теперь он ощущал себя виновным. Дома он завалился спать, и разбудил его только звонок Сергея.

– Знаю я, что тебя тревожит. Слышал я, что вчера произошло.

– Как?

– Был я там после. Рассказали. Догадался, кто это был. Оттранспортировали мы твою принцессу. Не переживай. Не сразу, конечно, а как проснулась, принялась тебя всюду искать. Вся в слезах. Успокоили.

– Вы это кто?

– Я со своими приятелями – завсегдатаями этого клуба.

– Это же не тот клуб.

– Ну, так вот вышло.

– И что мне делать?

– Ты мне расскажи. Ты замутил это всё. Это полет Гагарина вокруг Москвы за пару недель. Ты от того случая с пушкинскими отморозками отойти не можешь?

– Я не об этом, Серёга. Какой-то халдей меня оскорбил, а она хоть бы хны.

– Ну, а ты чего хотел? Въехал в город на белом коне, а все пали ниц?

– Я о Марине.

– Её понять можно…

– Как?

– Не знаю, но можно.

– Она стесняется меня?

– Не пришла бы она с тобой. Может шок у неё был. Сама не поняла, что произошло.

– Даже, когда я влепил этому перцу бокалом?

– Там так не принято.

– А как там принято?

– Вот как тебе объяснить, я не понимаю. Не знаю… Бросил бы ты эту затею. Погулял и хватит. Крути дальше вокруг планеты, пока всю не завоевал.

– Но я люблю ее!

– Что ж бросил?

– Не знаю, обидно стало… Как будто она меня просто использовала, да и вышвырнула.

– Ну, тут ты не переживай. Все мы это испытываем и не по разу. Хочешь, извинись. Хочешь еще больше унизиться – извинись.

– Так я ушел!

– Так она тебя туда привела, туда, куда не приводят принцев?

– Что?

– Что слышал!

– Мы с утра хотели найти… какое-то место… какое-то…

– Нашли бы подворотню – ещё смешнее было бы. Пойми, она вольна делать всё, что ей вздумается. Завоевал он её. Да в гробу она тебя видала, раз так поступила. Забудь. И поехали кататься!

– Не хочу…

– Ну и сиди тут со своими мыслями… Властелин мира хренов!

– Да пошёл ты.

– И уйду, больно нужен. Сиди, сопли жуй.

– Бывай!

Сергей громко хлопнул дверь.

«Фиаско. Вот это номер. Как такое, вообще, могло произойти? Так! Я птица! Я счастлив. И всё? Всё кончено?»

Антон принялся искать решение. И какое тут решение? Звонить Громову? Смешно. Стоп. Никто никого не бросил. Просто так обстоятельства сложились. Как? Вернуть их на место…»

Антон упал на пол и отжался двадцать раз.

Зазвонил телефон.

– Да пошли вы.

Он нехотя взял трубку.

– Антон! – это была Марина.

Через час они гуляли в Сокольниках.

– Прости меня, ради бога. Я словно окаменела! Я не знаю, что на меня нашло. Антон, пожалуйста! Антон! Антон!

Марина плакала.

– Я такой дурой бываю! Ну, прости, прости…

Антон обхватил её целиком и крепко поцеловал в губы…

– Ресторан?

– Да, какой скажешь!

Звезды начали улыбаться.

– Ты умеешь выбирать? – говорила Марина.

– По каталогу.

Марина рассмеялась.

– А это что за фото на стенах?

– Это Мариинской театр, это Смольный. Это всё Питер.

– Представляешь! Ты не поверишь. Я весь мир объехала, а в Питере ни разу не была. Смешно, правда?

Антон внимательно посмотрел на Марину, потом на часы.

– Ты что?

– Ещё успеем. Погнали!


И вот «Сапсан», и вот они белые ночи. Мать Марины долго не могла понять, что её дочь делает в Питере, когда через четыре дня экзамен. Антон с Мариной решили остаться в Питере на две ночи.

Нет такого города в России, как Санкт-Петербург. И никто не может этого объяснить. Ночевали на плавучем пароходе-ресторане.

Разводные мосты, каналы, памятники, Александрийский шпиль, Исаакиевский собор, Стрелка, дворы-колодцы, Финский залив… Да разве всё перечислишь…

В какой-то момент Антон уже нёс Марину на руках. Так он и усадил её в обратный поезд.

– Я люблю тебя…

– Я люблю тебя…

– 12 –

– Нагулялся? – спрашивал Громов.

– До смерти.

– Ну, это ты погоди. Пора двигаться дальше. Пора тебе найти работу.

– Президентом?

– Курьером.

– Кем?

– Курьером.

– И не простым, а персональным.

– Вашим?

– Не дорос ещё.


– Приступим. Есть такой холдинг АО «Аргус-ТЭК».

– Я слышал.

– Еще бы. Так вот, они мои основные конкуренты и хотят отобрать у меня организацию, которую я окучиваю три года, АО «Самсон-нефтегаз».

– Вам нужен шпион, – угадал Антон.

– Мне нужен партнер. Партнер под прикрытием. Ты понял, что я от тебя хочу?

– Нет. Как курьер может принести пользу в таком мероприятии?

– Тебе ничего не нужно делать. Ты должен войти в доверие к главе холдинга Григорию Алексеевичу Силантьеву.

– На должности курьера?

– Личного помощника. Референта.

– С моим опытом, послужным списком. С нуля! Звучит крайне неправдоподобно. Нелепо. Абсурдно.

– Уж об этом позволь судить мне. Он любит молоденьких мальчиков.

– Вы о чем?

– Нет, я не об этом. У него страсть к воспитанию зелёного поколения.

– Такая же, как у вас?

– Несколько иного рода. Он делает их своими пешками, прививает верность, как собаке. Но и благодарит достойно. И не отпускает.

– Где остальные?

– Ушли на повышение. Не сразу. Он будет лепить из тебя всё, что ему вздумается, а потом, потом, будет, что будет.

– В общем, вам нужен шпион.

– Да нет же. Мне нужно, чтобы ты помог…

– Помог его свалить.

– Зачем так высокопарно? Всё просто. Ты будешь докладывать мне обо всём, что у него происходит, с кем и когда встречается, куда наведывается.

– Я всё ещё не понимаю.

– А тебе рано. Когда поймешь, достигнешь того, к чему стремился.

– Вы о Крыме с кабриолетом?

– Хотя бы.

– А если я откажусь?

– Не откажешься. Ты не сможешь отказаться от своей мечты.

– Но, где гарантии?

– Гарантий сейчас никто не дает. Это твой шанс. Я уже показал некоторые примеры, кое-чему тебя научил, настроил на нужный лад, благо, ты сам ко всему этому шёл и идёшь. Ту же не станешь останавливаться на достигнутом?

– Но я надеялся на что-то более реальное.

– Поверь, открывающаяся сейчас дверь поставит точку в твоем… power.

– Вы уверены?

– Безусловно.

– И как я там окажусь?

– Из трех кандидатов он будет выбирать сам. Через многоступенчатую сеть кадровых агентств я поставил тебя вне конкуренции. У тебя нет шансов.

– И он об этом не узнает?

– Нет. Поверь.

– А если он заставит сделать меня что-то ужасное?

– Ты уже совершил достаточно. Силе нужно новое дыхание. Имей в виду, он о тебе не знает ровном счётом ничего. Ты для него пустой сосуд.

– Что должен знать о нём я?

– На дворе июнь. В августе мы должны поставить с тобой точку.

– Но, что я должен о нём знать?

– Ему за пятьдесят, живёт один, с женой развелся давно, оставил ей дочь с приданным.

– Мне…

– Он с ними не общается. Любит дорогие машины, старое кино, серые костюмы. Дружит с властью, есть тараканы из прошлых лет, но тебе о них знать пока не обязательно. Есть начальник службы безопасности, с ним будь осторожнее. Что ещё? Богат, богаче меня. Именно поэтому я не могу его свалить в честной конкуренции…

– Стоп! А в какой конкуренции мы его должны свалить?

– Для двадцатилетнего юноши ты задаёшь много вопросов. Он повел нечестную игру. То есть, как бы и честную, но мешающую мне в моей борьбе.

– А тот, кто мешает вашей борьбе, должен проиграть.

– Так же, как и тебе!

– В чем же тогда сила?

– За которой зло?

– Пусть так.

– Наша цель – это наша цель. Твоя мне известна.

– Почему я?

– Опять всё снова-здорово. Тебя он никак не сможет вычислить. Ты чист. А то, что ты со своими тараканами, мечтами и амбициями ему знать не стоит. Хотя придумай для него свою амбицию. Ему это понравится. Конкурс ты, считай, уже прошёл. Тебе продержаться-то пару месяцев. А потом АО «Самсон-нефтегаз» станет моим.

– Почему вы так уверены?

– Мы работаем в паре.

– Я студен, а вы магнат.

– Только так можно всех обмануть.

– Вы хотите его обмануть?

– Вот скажи, мой юный друг, чтобы свалить «Сферу» и отомстить своим обидчикам, ты все сделал честно?

– Но…

– На что ты способен ради достижения своей цели?..

– Ну…

– Не задумывайся.

– Я…

– На обман! Ложь! На предательство!

– Нет, ну, в пределах разумного…

– Нет пределов разумного, когда ты стремишься к цели! На подлость, на любое зло! Ты готов предать любовь?

– Нет!

– Ты готов предать мать, отца, друга?

– Нет!

– Не торопись с выводами? Какой, по-твоему, самый страшный человеческий грех?

– Не знаю… Убийство…

– Ты готов убить ради достижения цели.

– Что вы такое говорите?

– Ты не готов к таким разговорам? Ты одной ногой у своей цели и всё ещё сомневаешься?

– Но не убить же?

– Поверь, порой, это не самое страшное. А теперь ответь мне только раз! Один раз! Ты готов пойти на всё, ради достижения соей цели?

– Я…

– Одно слово или мы расстаемся навсегда!

– Я…

– Я жду, Антон!

– Да!

– Мы поладим, мой юный друг. Не волнуйся ты так. Будь стоек, как я учил, не перед чем не пасуй и не сдавайся. И, главное, думай о цели. Мечту потерять нельзя. Сдаться – вот преступление. Это уже не power. Согласен?

Антон кивнул.

– Но, вот, наконец, мы и поняли друг друга.

Часть

IV

Тонкая полоска света всё ещё разделяла горизонт мироздания на два противоположных мира. Нет единого и бесконечного. Нет единого. Есть бесконечное. Бесконечное многообразно. Границы разделяют меня на два мира, границы делят меня на двух меня. Я многообразен и бесконечен, поскольку я и бесконечность это одно целое. Где я истинен? Где я един? Когда я истинен и един? Только для самого себя, только для настоящего пути я уникален. Я так решил. Я так хочу. Это моя бесконечность. Это мой я. Вы думаете, что видите меня сегодня таким же, как вчера? Я уже сменил путь. Меня уже нет рядом с вами. Это мой след…

– 1 –

Назвать лето аномальным стремятся те, для кого предыдущее запомнилось прохладным. Июль ничем не уступал июню. Разве что грозы порой разбавляли невыносимую жару, да ливневые дожди на какое-то время прибивали пыль и вносили сладостную свежесть в летний воздух.

Сессии в институтах закончились, началась эра вступительных экзаменов.

Вот уже целую неделю, как Марина с мамой отдыхали на Кипре, вот уже две недели, как Антон работал секретарем у Григория Алексеевича Силантьева в АО «Аргус-ТЭК». Вот уже пошёл второй месяц, как Антон встречался с Мариной. О том, что Марина встречается с Антоном, а вернее, с кем-то встречается, мама Марины только догадывалась. Она об этом всегда догадывалась, и если, на её взгляд, в этом не было ничего из ряда вон выходящего, она не обращала на это внимания. О серьезных отношениях дочери она ещё не думала, как не думала и сама Марина. Во всяком случае, в этом была уверена мать. О том, что Антон работал секретарем в АО «Аргус–ТЭК» не знал никто, кроме Громова, ну и самого Силантьева. Сфера его деятельности для его знакомых заключалась в интернет сделках с его старшим партнером. О партнере также он не распространялся.

Работа, хоть и далеко не пыльная, да еще подразумевающая свободный график, отдалили Антона от друзей, ставшие считать его снобом, а бесконечные свидания с Мариной лишь утвердили их в этом мнении.

Как и предполагал Громов, Антон мгновенно понравился Силантьеву, и тот уже через пару недель условного испытательного срока давал ему поручения по передаче той или иной корреспонденции. По возможности, когда рядом не было охраны, время от времени сопровождающей его, и корреспонденция не была прочно запечатана, Антон вскрывал её, делал с неё копии и передавал Громову. Последнего совершенно не устраивала эта бесполезная информация.

– Так что вам надо? – возмущался Антон. – Я итак работаю крысой, а вас всё не устраивает и не устраивает.

– Ты не крыса, Антон, ты скрытое оружие. А вероятность настоящей пользы тех бумаг изначально была сомнительна. Но вдруг…

– Зачем было рассчитывать на «вдруг».

– Вдруг никогда не стоит спускать со счетов. Важно куда он ездит и с кем встречается. Это даже важнее бумаг.

– Ну, вот вчера он встречался с каким-то пожилым юристом, евреем, как мне показалось. Может, ошибаюсь.

– Это Ефимыч, мой бывший партнер. О том, что он меня сдал, я понял ещё в марте. Чего ему не хватало? Думал, меня списали, а он на старости лет окажется на самом верху, у трона. Не изучена человеческая природа, и никогда не будет изучена.

– Обо мне вы такого же мнения?

– Что ты. Сейчас нет. – Игорь Анатольевич рассмеялся. – Человек существо растекающееся. На него редко, когда имеет смысл полагаться до самого конца. Лишь в критические моменты на него можно рассчитывать. Он просто может не успеть среагировать.

– Так что с «Аргусом»?

– Наблюдай. Помнишь, в начале сентября должна состояться сделка с «Самсоном», которой состояться не должно.

– Должна, но между «Самсоном» и вами. Но, как, если вы сами говорите…

– Критический момент.

– Вы готовы выжидать?

– Я готов на всё. Не будем повторять матчасть. Ты когда домой?

– Как босс отпустит. Через неделю. Дождусь Марину…

– И тут же покинешь?

– Ну, что вы…

– Помни, что я тебе говорил.

– Игорь Анатольевич!

– Да, всё у тебя хорошо. Тебе пора?

– Нужно закинуть кое-какие документы… в «Самсон».


Силантьев был в прекрасном расположении духа.

– Привет, Антон!

– Здравствуйте, Григорий Алексеевич!

– Всё просто замечательно! Закинешь бумаги в «Самсон», – машину я уже выделил, – и можешь быть свободен, как июльский ветер.

– Вы в таком отличном настроении.

– Последний штрих. Нашим партнерам нужен будет месяц на формальные процедуры, и к сентябрю мы станем мощнейшей нефтяной компанией!

– Вы всё равно такой необычно веселый, – осмелел Антон.

– У меня сегодня встреча с дочкой. Её мать меня ненавидит, но иногда даёт поболтать с ребёнком.

– Взрослая, дочь?

– Студентка.

– Я со студенткой встречаюсь, – гордо заметил Антон, но тут же запнулся, сообразив, что сказал что-то нелепое. Он тут же добавил: – Что, в общем-то…

– В твоем возрасте по-другому и быть не может, – перебил его Силантьев. – Любишь?

Антон покраснел.

– А как у вас с дочерью? – спросил Антон, не ответив на вопрос Григория Алексеевича.

– Да не всё так, как хотелось. Сколько уж лет прошло. Но, я её люблю.

– А она?

Силантьев задумался.

– Каждый раз узнаю что-то новое. Ну, давай! Через десять минут будет авто.

Антон вышел из офиса и на него нахлынули странные мысли…

«У Марины отец, которого она ненавидит, нефтяной магнат, которого она даже хотела убить. Много в стране таких совпадений? Много вокруг меня таких странностей?»

Он вышел на улицу и, в ожидании машины, закурил. По телефону с Громовым договорились не общаться. «Что это? Совпадение? Проклятье! Сегодня я встречаюсь с Мариной. Позвоню!»

– Любимая, ты уже на земле?

– Да, дорогой, я уже дома.

– Не терпится тебя увидеть, солнце мое.

– Может, отложим до завтра. Я так устала.

– Разве для нашей встречи это препятствие? – Антон стал чернее тучи.

– Давай я вечером позвоню? У нас с мамой ещё кое-какие дела. Пока…

Шум в ушах заглушил уличный гам. Антон набрал Силантьева.

– Прошу прощения, а когда вы с дочкой встречаетесь?

– Через два часа, а что такое?

– Я могу вернуться и поговорить с вами? Буквально на пару минут…

– Заезжай. Тебе на дорогу сорок минут в оба конца. Что-то случилось?

– Нет, ничего, но лучше при встрече. Хорошо?

– Договорились.


«Я предаю Громова? А он меня? Это игра такая?»


– Григорий Алексеевич, я у вас уже третью неделю и работаю курьером.

– Да. – Силантьев не понял вопроса Антона.

– И почти всегда меня сопровождает охранник.

– Верно. Документы-то важные.

– А для чего я вам?

– Вопрос в лоб. Тебя не устраивает оклад или график?

– Просто любопытно.

– Я люблю свежие кадры.

– Но у меня не то образование, нет опыта, и я не из той среды.

– Не пойму к чему ты ведешь? Ты сам сюда рвался, разве не так?

– Да, но… Что будет, скажем, через месяц? Я также буду курьером?

– Через месяц еще да.

– А потом?

– Увидим.

– Увидим меня в каком-то возможном подходящем качестве?

– Ты смог пробиться ко мне в курьеры, ты понимаешь, что это значит?

– Нет.

– Ты лучший…

– Вы так в этом уверены?

– Что с тобой? Ты уже готов сесть в кресло вице-президента?

– Нет, но… простите. Что-то…

– Что-то тебя гложет?

– Предчувствие у меня какое-то странное… Глупости говорю какие-то…

– Ты домой хотел, в Челябинск. Отправляйся, когда хочешь. Хоть сейчас. – Силантьев рассмеялся. – Я подумал…

– Да нет. Извините. Я могу идти?

– Конечно. И хватит хандрить.

Антон вышел. Он был в панике… он мог провалить план Громова…

– Ничего не понял из того, что он говорил, – пробормотал Силантьев и начал звонить дочери. – Молодежь, гормоны…


По пути Антон достал телефон, купленный им специально для разговоров Громовым, позвонил ему и договорился о встрече.

– Мальчик решил поиграть в детектива? У нас другие задачи, совсем другие…

– Но, столько совпадений!

– А жизнь по большей части из них состоит. Что наша жизнь? У тебя паранойя. Отправляйся-ка ты домой на недельку. Тебе и Силантьев предлагал. Видишь, добрый какой, не успел устроиться к нему, а он тебя уже в отпуск отправляет. К тому же месяц они дергаться не будут, до августа. И выкинь ты из головы эту чушь!

– Фамилия Марины материна – Кочнева. А какая…

– Вот ты прицепился. Это солнечный удар! Да даже если так и есть на самом деле? Это что-то меняет?

– Как что? – Антон чуть не задохнулся. – Вы заставляете меня шпионить за отцом моей девушки…

– Угу, отца, которого она ненавидит и хочет убить, как ты рассказывал. Какая ирония!

– Так вы подтверждаете, что Силантьев отец Марины. И познакомили вы меня с ней не просто так…

Громов выдержал паузу, после чего громко рассмеялся.

– Ох, и дитё же ты ещё, хоть и с высоким потенциалом и грамотно выбранным образом действия. Давай так, все приземляем, и сегодня мы обо всем забываем. Рассмешил, шпион. И не светись так часто около меня, охрана у меня, что надо, но вдруг Силантьеву доложат, что видели с парнем, вроде тебя. Добро?

Антон шёл по улице, и ему казалось, что тучи сгущаются над его головой. Он сжал кулаки, ощутив неутолимое желание с кем-нибудь подраться.

Времени было ещё четыре часа. Реализовать последнее желание было крайне проблематично.

Тем не менее, возможность реализации не замедлила себя ждать, и была она не кем иным, как Роговым, бывшим начальником Антона.

– Есть вопросы? – напряженно спросил Антон.

– Ты какого хрена развалил мне карьеру? – зарычал Рогов. – Я догадался, не сразу, но догадался, что это ты. Да и некому было больше. Как у тебя получилось? Кто тебя научил, паршивец? А? Ты мне все планы порушил! Какого хрена?..

– Я? – искренне удивился Антон. – Что ты несёшь? Головой ушибся? Вы все там себе ломали всё, что можно. Ты чего хотел? Поплакаться? Я тебя могу успокоить. Это всем должно пойти на пользу. Это новая жизнь, новые шансы! Это испытание. Новый рывок в жизни дает больше эффекта. У тебя всё?

– Ты из-за миллиона? – не отставал Рогов.

– О чём ты, не пойму? И разве это имеет какое-то значение?

– Подонок! – прорычал Рогов.

– Надоел ты мне…

Мысли Антона были далеко от проблем с Роговым. Он прошёл мимо него, толкнув плечом, и направился к своему дому.

– Стой!

В одно мгновение Рогово оказался возле Антона и врезал ему по щеке. После чего тут же убежал.

– Придурок, – пробормотал Антон и двинулся в сторону своего подъезда.

Поздно вечером, когда Антон уже собирался принять душ, раздался звонок.

– Антон, ты ещё дуешься? Я приняла ванну и снова обрела себя. Как всё же хочется встретиться?

– Марина, – прошептал Антон.

– 2 –

– Знаешь, о чём я там думала? – говорила Марина, когда они прогуливались по Цветному бульвару.

– Несомненно, обо мне, – уверенно проговорил Антон.

Марина рассмеялась.

– Это, конечно, тоже, даже в первую очередь… только настолько уж не обольщайся, хотя процент мыслей о тебе преобладал.

– Как ты сказала? Процент мыслей. А знаешь, о чём думал я? – просил Антон

Марина заулыбалась.

– Эти были все сто процентов.

– А теперь ещё ты уедешь, – грустно проговорила Марина.

– Ну, это не Турция и не Мальта. Знаешь, песня есть «Любовь – это поезд Свердловск – Ленинград и назад».

– Только кто-то сам управляет своей судьбой, а кого-то постоянно на смотрины возят.

– И на Мальте?

– И там тоже. Но я…

– Ты непреступна, как Мальтийский орден, или что там у них…

– Да ну тебя! Вон, у тебя песни на уме.

– Я росту, любимая.

– Поцелуй меня!

– Так тут столько людей?.. Хоть и поздно… и темно.

– Когда это тебя останавливало?

Антон прижался к губам Марины. Та выдохнула блаженство.

– Представляешь, что это может закончиться?

– Мариночка, я тебя отказываюсь понимать.

– Мне так грустно стало, пока я в ванной нежилось. Мне так захотелось тебя увидеть! Просто увидеть, взять за руку. Просто улыбнуться.

– Всё же будет как нельзя лучше?

– Посидим в парке? Или просто на лавке. Будем смотреть на цирк и смеяться.

– Как будто бы видим, что там происходит, да Марина?

– Как будто мы видим своё будущее, Антон. И в нём мы смеёмся.

– Дорогая, что-то произошло?.. И, всё же, о чём ты там думала, кроме меня?

– Да, ерунда какая-то, не обращай внимания. Не стоило моих мыслей о тебе.

– И всё же, что-то произошло?

– Ровным счетом ничего, – задорно произнесла Марина.

– Я такой тебя ещё никогда не видел.

– Ты не слышал про эти дни?

– Что?

– Шучу я. Просто порой на меня может нахлынуть хандра, а для того, чтобы от неё избавиться, нужен друг. Даже больше, чем друг. Мне нужен ты, Антон… – задумчиво проговорила Марина. – Питер… Песню твою вспомнила. А мы были в Питере. В белые ночи. Вдвоём, и ты нёс меня на поезд.

– Так ты пьяная была!

– Да ну тебя! Я так устала, что не соображала, где я.

– А страна у нас большая. Я не про Челябинск. А какой мир!

– Ты хочешь объездить весь мир?

– Непременно.

– И с чего начнёшь?.. Ах да, с Крыма, сидя в кабриолете.

– Да… это очень странная мечта. Я возьму тебя с собой.

– Договорились, турист.

– Я не турист, я путешественник.

Марина замолчала.

– Не уезжай.

– В Крым?

– Да при чём тут Крым? В Челябинск.

– Я же на пять дней, родителей повидать.

– А они сюда приехать не могут?

– Ты батю моего не знаешь.

– Да уж, я и своего не знаю… и не жалею.

Антон испытал напряжение.

– Не будем об этом, – произнёс он.

– Не уезжай, пожалуйста. Не оставляй меня.

– Я дам тебе в охрану надежных рыцарей. Один из них на железном и очень резвом коне.

– Спасибо за заботу. Антон?

– Да, Мариночка?

– Ты меня действительно любишь, или просто решил покрасоваться?

Антон был не на шутку удручен таким вопросом.

– Я тебя не понимаю? – в сердцах сказал он.

– Взаимопонимание одно из главных составляющих любви.

– Марина, ты говоришь фразами из учебников по любви?

– Ты читал такие учебники?

– Ну, разве только «Кама Сутру»… Шучу, конечно.

– Смотри сколько пар вокруг?

– Время такое?

– Какое?

– Климат подходящий! Марина, я не понимаю, что ты хочешь от меня услышать?

– Все они счастливы?

– Проведем опрос?

– Антон, ты был таким настойчивым и серьезным, когда… когда…

– Когда пытался завоевать тебя?

– Именно, завоевать.

– Я и сейчас такой! Клянусь моей любовью к тебе!

– Ты изменился. И очень скоро. Ты стал не просто настойчивым, в тебе появился напор, который меня порой пугает.

– Чем же, милая?

– Ты стал жестче, ожесточенней. Ты, словно не можешь представить, что тебе можно отказать. Когда ты дарил мне куст…

bannerbanner