Пара для последнего ликана. Книга 3

Пара для последнего ликана

Глава 101. Долгая ночь в стае Ривер-Крик

Ретт говорил об этом со страстью.

Услышав слова Ретта, Хаос, напротив, усмехнулся. Его реакция была совсем не такой, какой ожидал Ретт. Альфа совсем не воспринял это всерьёз. Он выглядел расслабленным.

Неужели он ошибся? Нет. Ретт верил собственному суждению. Чем больше он думал об этом, тем больше в этом было смысла, особенно учитывая возраст Хаоса и причину, по которой тот не мог обратиться в зверя.

Не потому, что он был ущербным ребёнком с хорошими мозгами, как о нём думали люди, а потому, что за этим скрывалась мрачнейшая тайна.

Более того, Хаос был невероятно силён, даже в человеческом обличии. Ликаны были известны тем, что могли одолеть оборотня даже в человеческом обличии, поскольку они были сильнейшими из ныне живущих оборотней, вершиной пищевой цепи.

Жаль, что их существование и история исчезли из этого мира, как и они сами.

— Смелое заявление.

Хаос не согласился с Реттом, но и не стал отрицать. Однако его реакция была не такой, как ожидал Ретт, он никак не мог прочесть этого альфу.

— Продолжай, пока моё терпение не лопнуло. — Хаос постукивал ногой, показывая, что ему становится скучно и он теряет терпение.

На мгновение Ретт потерял дар речи, но затем, произнося следующие слова, решил рискнуть. — У меня есть писания, — сказал он. — Я покажу тебе, где они, но только при одном условии.

— Ты не будешь ставить мне условия.

Однако Ретт проигнорировал его слова. — Если ты тот самый ликан, я присягну тебе на верность.

На этот раз его слова удивили Хаоса. Он не ожидал такого предложения. Тем не менее он ничего не сказал и никак не показал этого.

— Какая мне выгода от того, что ты станешь моим последователем?

— Я знаю о ликанах больше, чем ты.

Учитывая, что у него были писания, это, вероятно, было правдой, но одного Ретт не понимал: вся история ликанов, как старой династии, не могла содержаться только в писаниях.

У них была очень долгая история, поэтому писания не могли охватить все их поколения, но Хаос ничего не сказал.

Он позволил Ретту выговориться и рассказать обо всём, что тот считал правдой.

— Освободи меня, и я покажу тебе писания. — Ретт последовал своему инстинкту, он был совершенно уверен, что Хаос — тот самый последний ликан, о котором ходили слухи.

Мгновение спустя подошёл воин с плащом и передал его Хаосу, а тот бросил его Ретту, чтобы он накинул его на себя.

Но Ретт поморщился. Ему также нужен был душ, но он прекрасно понимал, что нищий не выбирает.

— Прикройся. Я не собираюсь выставлять твою наготу напоказ. — Хаос отвернулся. — Куда ты спрятал писания?

С этими словами они оба вышли из камеры.

К ним присоединился Кайден. Он слушал их разговор, хотя и не показывался. Гамма был потрясён тем, как Ретт говорил о ликанах. Кем на самом деле был этот человек?

Почему он так много знал о ликанах?

— В доме целителя.

Мало кто знал об этом. В этом мире всё ещё верили, что ликаны вымерли, что их истребили.

Если бы они узнали, что слухи о ликане правдивы, это вызвало бы всеобщее волнение, потому что у последнего ликана была бы только одна цель — отомстить за свой род.

Однако этот факт не помешал Ретту присягнуть на верность последнему ликану.

— Она там больше не живёт, — заметил Кайден. Это был дом целителя, который обычно снабжал Зури лекарствами.

— А вы всё тщательно проверили? — усмехнулся Ретт, сжимая бок, где у него было несколько сломанных рёбер. Хотя большинство его ран зажили, сломанные кости всегда заживают медленно, даже у оборотней.

Кайден был уверен, что они проверили всё, ничего не упустив, если только…

Гамма оказался прав: там был потайной ход. Если Ретт был достаточно хитёр, чтобы создать тайный вход в стаю, о котором знали только он и Зури, он, должно быть, сделал ещё один или два.

Ретт завёл их во вторую спальню. Здесь стояла только обычная мебель, как будто это была просто гостевая комната в доме, но кто бы мог подумать, что за стеной, на которой висел очень уродливый рисунок цветка, может быть тайный ход.

Улыбка на лице Ретта, когда он с вызовом посмотрел на Кайдена, заставила гамму захотеть ударить этого человека по лицу. Очевидно, он провоцировал его намеренно.

Но, к счастью, Кайден был умнее, чем поддаваться на его жалкую провокацию. Он просто закатил глаза и сделал безразличный вид.

Показалась лестница, ведущая под землю. Стены были усеяны светящимися жемчужинами, которые давали немного света, чтобы видеть ступеньки. Ретт пошёл вниз первым, за ним — Кайден, а затем Хаос.

С тех пор как они вошли в этот дом, альфа был очень тих.

Спустившись по лестнице, они оказались в длинном туннеле, конца которого не было видно, и два часа шли в тишине.

— Да ты издеваешься?! Этот туннель ведёт в никуда! — Кайден потерял терпение. Он был очень раздражён, потому что ненавидел туннели. Такое узкое пространство вызывало у него тревогу.

Ретт ничего не сказал, лишь бросил на ворчавшего Кайдена злобный взгляд. — Мы почти на месте, — сказал он, обращаясь именно к Хаосу.

Тем временем, пока Хаос и Кайден были далеко от дома стаи, Красный Зверь, личные воины короля, прибыли в Стаю Речного Ручья и попытались проникнуть в дом стаи, чтобы забрать Силаса.

Глава 102. Вторженцы

Было около полуночи, когда пошёл первый снег.

Зури сидела на подоконнике, глядя в темноту. Хаос обмотал её руку толстыми бинтами, чтобы она не могла себя поцарапать или покалечить, и ей не разрешалось снимать их до его возвращения.

Однако Хаос сказал, что вернётся к ужину, но, хотя уже перевалило за полночь, он всё ещё не появился.

Её ужин стоял на столе. Зури могла бы снять бинты и поесть, но Хаос велел ей дождаться его. Поэтому она собиралась ждать.

К тому же, она не хотела есть одна.

«Он не придёт, дура».

«Думаешь, почему его нет? Он солгал тебе, точно так же, как лгал другим и использовал их».

— Он придёт, — пробормотала Зури. Она начала раскачиваться взад-вперёд, глядя на первый снег, падающий с ночного неба. — Как красиво… — невпопад проговорила она.

Зури приклеилась взглядом к белым снежинкам за окном, отказываясь смотреть куда-либо ещё, потому что её отец решил явиться. Она предпочла бы Ксадена или свою мать, но в последнее время её галлюцинации были заполнены именно отцом.

«Глупое дитя, ты так ничему и не научилась, да?»

«Ты бесполезна. Сумасшедшая и бесполезная».

— Нет. Я больна. Хаос сказал, что я больна. Я не сумасшедшая.

«Если ты и вправду не сумасшедшая, то почему разговариваешь с мертвецами?»

Альфа Роланд говорил с ней насмешливо, он ухмылялся, видя, как его слова задевают Зури. Несмотря на все её попытки не видеть его, Зури всё равно различала его отражение в оконном стекле.

Она ненавидела себя за такие галлюцинации, и почему она видела его отражение? Неужели он настоящий?

«Не ты одна себя ненавидишь. Тебя все ненавидят».

Зури зажмурилась и принялась снова и снова звать Хаоса по имени. Она хотела, чтобы он был здесь и успокоил её. Сама того не осознавая, она выпустила когти, которые прорвали бинты. У неё возникло искушение заколоть отца, но она знала, что в итоге лишь ранит саму себя.

Хаосу не нравилось, когда она причиняла себе боль, поэтому она не станет этого делать.

«Но если ты причинишь боль другим, он не будет против, верно?»

— Нет! — Нельзя причинять боль другим. Зури замотала головой. Она стала раскачиваться быстрее, похлопывая себя по голове и плечу, но ощущения были не те. Совсем не так, как когда это делал Хаос. — Почему его нет? Он обещал мне. Он обещал быть здесь.

Голоса в её голове злобно смеялись, издеваясь над ней, дразня и обзывая её последними словами.

«Очевидно, если мужчина не вернулся к своей женщине после полуночи, он пристроил свой член где-то в другом месте».

«О, милочка. Какая же ты наивная. Он, должно быть, прямо сейчас зарылся лицом между чьих-то женских ног. Счастливица».

«Как думаешь, почему он к тебе не притрагивается? Ты ему не нравишься».

«Я же говорила тебе похудеть. Ты жирная. Как жирная свинья. Наверное, ты оборотень-свинья».

Зури крепко зажмурилась, прижала ладони к ушам, но всё равно слышала их голоса в своей голове.

В конце концов, она встала с подоконника и обратилась в своего зверя. Если Хаос собирается спать с другой женщиной, она убьёт эту женщину.

Он её! Никто не смеет прикасаться к нему, кроме неё! Она этого не допустит!

И когда в её голове возникли непристойные образы, а голоса начали издавать похотливые звуки, чёрный зверь ускорил шаг.

Она вышла на охоту за кровью. Она разорвёт в клочья тех женщин, что вешаются на Хаоса. Как они посмели прикоснуться к тому, что принадлежит ей?!

Воины были в шоке, увидев чёрного зверя. Они немедленно сообщили альфе, что Зури вышла из своей спальни, но не смогли связаться с ним через мысленную связь, что указывало на то, что альфа был слишком далеко от них.

Не имея другого выбора, они могли лишь следовать за ней, поскольку альфа приказал не спускать с неё глаз. Они не были уверены, почему.

Тем временем Зури в обличье чёрного зверя помчалась к борделю. Это была её стая, и, конечно же, она знала здесь каждый уголок и закоулок.

Чтобы быстрее добраться до борделя, она решила срезать путь через небольшой переулок за задним двором дома стаи. Она знала, что за ней следуют три зверя — люди Хаоса. Она не собиралась причинять им вреда.

Однако сильный запах крови заставил Зури остановиться. Её зверь принюхался к воздуху, и она была уверена — это кровь. Этот запах был ей знаком.

Трое воинов позади неё тоже остановились. Казалось, они общались друг с другом, но прежде чем они успели принять какое-либо решение, Зури уже пошла на запах крови, который привёл их в тупик, где в углу были свалены два мёртвых тела воинов.

— Какого чёрта?! — Гейл немедленно подошёл к двум мёртвым телам и подтвердил, что это были одни из них.

Зури тоже обратилась в свою человеческую форму и уставилась на ужасающее зрелище перед ней. Она моргнула и ничего не сказала, из-за чего Гейл подумал, что она в шоке, и потому загородил ей обзор своим телом, приказав двум другим воинам эвакуировать их несчастных товарищей.

— Луна, я думаю, вам здесь не место. — Гейл не знал, куда направлялась Зури. — Давайте вернёмся в дом стаи, — сказал он.

Тем не менее, Зури шагнула в сторону и настояла на том, чтобы увидеть мёртвые тела. Она даже подошла к ним и застыла на месте, что сбило с толку Гейла и двух других воинов.

— В стаю проникло несколько человек, — пробормотала Зури, словно говоря сама с собой. — Кто-то здесь, чтобы убить Хаоса. Они здесь, чтобы убить его. Нет. Нет. Нет.

— Что?! — Гейл и другие воины насторожились.

Глава 103. Старая часовня

— С чего ты взяла?

Зури не ответила на его вопрос, она выглядела так, будто вот-вот сорвётся. — Где он? Где Хаос? — с тревогой спросила она.

— Альфа ненадолго отлучился с гаммой, им нужно кое-что проверить. — Гейл ответил очень расплывчато, потому что ему не было велено посвящать Зури в подробности.

— Нет. Нет. Нет.

Зури замотала головой, неразборчиво пробормотала что-то себе под нос, а затем обратилась в своего зверя и бросилась прочь.

Гейл выругался и тоже обратился в зверя, чтобы последовать за Зури, пока двое других воинов занимались мёртвыми телами. Он не знал, откуда Зури взяла, что кто-то пришёл убить альфу, но если речь шла о жизни альфы, он отнесётся к этому со всей серьёзностью.

Чёрный зверь двигался так быстро, а его окрас идеально сливался с ночью. Не помогало и то, что Зури побежала через лес, и вместо того, чтобы направиться к людному месту, она устремилась ещё дальше, в уединённое.

Гейл не мог связаться с ней мысленно, потому что она ещё не была частью их стаи и не носила метку альфы. Поэтому единственное, что он мог сделать, — это не упустить её из виду.

В конце концов, они вышли на поляну.

Это было самое слабое место в крепости Ривер Крик, потому что оно вело прямо к горе. В этой части в качестве укрепления использовался рельеф местности, а это означало, что любой, кому удавалось взобраться на гору и пройти через трудный лес, мог проникнуть в их стаю.

Зури знала это о своей стае, потому что Ретт научил её. Она поняла, что они пришли отсюда, по кленовым листьям, которые увидела на земле возле мёртвых тел воинов.

— Луна, что случилось? — Гейл вернулся в человеческий облик.

— Здесь много людей, — сказала Зури. Она выглядела напуганной до смерти, её глаза блуждали во тьме леса, словно кто-то мог в любой момент выпрыгнуть из укрытия.

— Луна, здесь никого нет… — Гейл тоже осмотрелся, принюхался, но ничего не почувствовал. Становилось холодно, пошёл снег.

— Они здесь. Они здесь… — Зури зарычала в определённом направлении, и Гейл проследил за её взглядом, сосредоточившись на той стороне, куда она смотрела.

Он осознал это слишком поздно, но в тот момент, когда он их заметил, он понял, что лучший способ выжить для них — бежать!

— Луна, нам нужно уходить. Думаю, они ещё не поняли, что мы здесь. — Гейл взял Зури за руку, но она отмахнулась.

— Нет! — твёрдо сказала она. — Они здесь, чтобы убить Хаоса, а я останусь здесь, чтобы убить их всех! — Мысль о том, что это убийство будет оправданным, возбуждала её.

Это… будоражило.

Гейл попытался связаться мысленно с ближайшими воинами, чтобы позвать их, но не смог ни до кого достучаться. Они были слишком далеко от ближайшего воина, и это его расстраивало, потому что врагов было больше.

Их было как минимум семеро, в то время как он был один, и ему ещё нужно было защищать Луну — это было просто невыполнимой задачей.

— Луна, нам нужно спрятаться, — сказал Гейл, потянув её за собой, чтобы укрыться за деревом. На этот раз его хватка была немного сильнее, что не позволило Зури освободиться.

Она недовольно нахмурилась. Она не хотела прятаться. С какой стати ей прятаться?

— Оставайтесь здесь, Луна. Ветер дует не в их сторону, они не смогут нас здесь найти, — сказал Гейл тихим голосом. Он сильно напрягся, когда увидел их фигуры, появляющиеся из тени деревьев. Снег всё ещё шёл и начинал покрывать землю.

Гейл потянул Зури за руку, чтобы она пригнулась и их не увидели, но вместо этого Зури оттолкнула его в сторону, обратилась в своего зверя и бросилась вперёд на незваных гостей.

— Нет! — Гейл почувствовал, как у него сердце ушло в пятки, а глаза наполнились ужасом, когда он увидел, как Луна нападает на них!

***

В конце туннеля была часовня. Эта комната была огромной, и, судя по тому, как долго они шли по тайному туннелю, можно было с уверенностью сказать, что он вывел их за пределы территории Стаи Речного Ручья. Они не знали, где именно находятся, так как Ретт не захотел им говорить.

— Вот. Писания. — Ретт подошёл к возвышению, похожему на кафедру проповедника. Посередине стоял чёрный пюпитр, а на нём лежали Писания.

Хаос подошёл к пюпитру и сразу же узнал язык, на котором были написаны Писания. Эзра лично научил его читать на нём, так как он должен был знать свои корни.

Тем временем Кайден заглянул через плечо Хаоса, но, поскольку не умел читать на этом языке, он сдался и решил сесть на одну из скамей справа, а Ретт сделал то же самое, но сел слева.

Они ждали, пока Хаос читал Писания, но, поскольку в них было слишком много информации и ему приходилось расшифровывать смысл сложных слов, на расшифровку всего ушло бы много времени.

Он пролистал Писания и сразу перешёл к той части, где объяснялись три наследия ликанов, особенно часть о крови красоты.

Он внимательно прочитал, и Ретт оказался прав. В то время как два других наследия были неодушевлёнными предметами, кровь красоты была чем-то, что следовало взращивать.

В Писаниях описывались многочисленные неудачные попытки взрастить кровь красоты, но до сих пор ни одна из них не увенчалась успехом. Даже для ликанов сила, которую могли дать им три наследия, была сродни мифу, но Эзра был непреклонен в том, что это единственный способ вернуть старую династию.

Эта сила была необходима им, чтобы отомстить тем предателям, которые помогли устроить резню ликанов.

Глава 104. Великая жертва

Тысяча семьсот шестьдесят три.

Именно столько людей погибло в попытках обрести кровь красоты. Единственным успешным случаем была попытка первого ликана. Поэтому подобная сила стала мифом.

В Писаниях были записаны лишь последние двадцать восемь человек, погибших во время этой попытки. Их называли «оболочками», и испытание начиналось, когда они были ещё маленькими, в возрасте от восьми до десяти лет.

Некоторые из них умирали в первый же год, некоторые жили по пять лет, но последней удалось дожить до двадцати одного года, однако после этого никаких записей о ней не осталось.

— Что случилось с последней оболочкой? — Хаос наконец поднял голову, чтобы спросить Ретта. К этому времени Кайден уже уснул. Гамма умирал со скуки. Обхватив себя руками, он тихонько храпел.

— Война, — Ретт встал. Теперь он выглядел немного лучше. — Этого не было в Писаниях, но есть другие заметки о произошедшем. В них говорится, что последняя оболочка должна была стать успешным образцом, если бы не резня, ведь она продержалась так долго.

Двадцать один год.

— Зури — оболочка.

Это был не вопрос, а утверждение, и Ретт признал это. — Всё завершится через год.

— Сколько проклятий ты на неё наложил? — Хаос так хорошо скрыл свои эмоции, когда всё вдруг обрело смысл.

— Семьдесят семь. Ей осталось ещё двадцать три, чтобы завершить создание крови красоты.

Хоть название и было красивым, в самом явлении не было ничего прекрасного. Это было жестоко, мягко говоря. Вот почему так много людей погибало в процессе.

Кровь красоты следовало взращивать, потому что оболочка должна была выдержать сотню различных проклятий. Очевидно, оболочке не давали сотню проклятий сразу, их накладывали раз или два в месяц, чтобы выработать у неё устойчивость к проклятию.

Иногда, когда они считали, что оболочка достаточно сильна, чтобы справиться, на неё накладывали два проклятия одновременно.

И как только оболочка выдерживала сотню проклятий, наступало время, когда можно было собрать кровь красоты — её кровь — чтобы открыть наследие ликанов и обрести величайшую силу ликанов.

В случае Зури, ей всё ещё не хватало двадцати трёх проклятий до завершения.

— Заметки о последней оболочке стали прорывом для этой попытки, и теперь кровь красоты почти готова. Если Зури сможет выдерживать по проклятию каждые две недели, ты сможешь собрать кровь красоты в течение года.

Лекарство, которое Зури принимала всё это время, предназначалось для «усмирения» проклятий внутри неё, чтобы у неё не было отрицательной реакции. Это было необходимо, чтобы сохранить ей жизнь, поскольку кровь красоты нельзя получить, если оболочка умрёт.

Все поездки Зури с Реттом, все их тайные вылазки из стаи — всё это было для того, чтобы он ежемесячно накладывал на неё проклятия, но с тех пор, как она уехала, чтобы стать парой альфы Ксадена, всё пришлось приостановить.

Однако это сыграло Ретту на руку, потому что в то время им нужно было искать ликана, особенно после слуха, появившегося два года назад. Они верили, что существует ликан, которому удалось пережить резню, и теперь он живёт среди них, скрывая свою личность и ожидая подходящего момента, чтобы отомстить.

Ретт рассказал Хаосу всё.

— Вообще-то, это даже хорошо, что процесс приостановился, ведь нам всё ещё нужно найти последнего ликана, — торжественно произнёс он и встал. Он подошёл к Хаосу и опустился перед ним на колени. — Я уверен, что ты и есть последний ликан, в этом нет никаких сомнений.

Все сомнения Ретта развеялись в тот момент, когда он увидел, что Хаос без проблем читает Писания, а Кайден не счёл всё это странным — очевидно, он тоже был в курсе.

С другой стороны, Хаос чувствовал его подозрения насчёт того, что он ликан, но у него не было времени притворяться, будто он не умеет читать Писания. Ведь зачем бы ему хотеть увидеть Писания и знать об их существовании, если бы он не мог их прочесть?

Очевидно, в этой ситуации между ними возникло молчаливое понимание.

— Я клянусь в верности тебе, кронпринц династии ликанов. Последний ликан в этом мире, — торжественно, почти как в молитве, произнёс Ретт. — Мы ждали твоего возвращения.

— Мы? — это слово не ускользнуло от Хаоса. Он знал, что за Реттом должен стоять кто-то ещё. Но сколько их? И какова их мотивация?

Взращивание крови красоты требовало многолетней самоотдачи, и то, что они решились на это, даже не зная, выжил ли хоть один ликан, было проявлением слишком уж зыбкой веры.

Ретт поднял голову и посмотрел на Хаоса. В его глазах было обожание, словно он был преданным, встретившим своё божество.

— Нас много, по всему континенту. Мы можем поддержать тебя в борьбе за твоё право по рождению.

Глаза Хаоса потемнели. То, как Ретт это сказал, звучало многообещающе — это была та поддержка, которая понадобится ему в долгосрочной перспективе.

Однако…

Хаос не был настолько глуп, чтобы довериться этому человеку в ту же секунду, как тот поклялся ему в верности. — Что происходит, когда вы собираете кровь красоты?

— Ты имеешь в виду, что происходит с оболочкой? — Ретт медленно поднялся. Он бросил взгляд на всё ещё спящего Кайдена. — Если Зури окажется достаточно сильна, она выживет, но если нет…

Она умрёт.

Эта фраза осталась невысказанной, но они оба это знали.

— Она равняется на тебя, а ты использовал её, ничуть не сдерживаясь.

Ретт некоторое время молчал. — Она всегда будет моей младшей сестрёнкой, но большие перемены требуют и больших жертв. Это того стоит. Она поймёт.

Глава 105. Тоска по ней

Гейл не мог поверить своим глазам. Он остолбенел. Перед ним лежали мёртвые тела захватчиков — их было как минимум девять. Зури убила семерых, в то время как ему удалось одолеть лишь двоих.

Он был воином, прошёл суровую подготовку, и всё же он ни за что не смог бы убить их всех, имея дело с таким численным превосходством, но Зури это удалось. Она была очень быстрой и смертоносной, каждая её атака была летальной.

Гейл не знал, что сказать. Он уставился на Зури, чьё тело купалось в крови. Она выглядела… пугающе, особенно с этой ухмылкой на губах, словно ей нравилось убивать.

Ей и вправду нравилось убивать. Это снимало напряжение и заглушало голоса в её голове, которые твердили ей сделать нечто ещё более чудовищное.

— Думаю… нам нужно вернуться в дом стаи… — осторожно произнёс Гейл. Он не хотел стать следующей жертвой, чья кровь прольётся сегодня на холодную землю.

— Нет. Я пойду искать Хаоса… Он в опасности. — Затем Зури пробормотала что-то себе под нос, но Гейл не расслышал её слов. Это было что-то вроде «я должна идти…» или «это неправильно… нужно его спасти…».

Зури нетерпеливо притопывала ногой, а затем обернулась в свою звериную форму и рванула прочь. Гейл был начеку и тоже немедленно обернулся зверем, но Зури была слишком быстра, и её чёрный зверь идеально сливался с ночной тьмой.

Вскоре Гейл потерял её из виду. Он пытался отыскать её в лесу, но из-за снега это было трудно сделать.

В этой отчаянной ситуации Гейл решил вернуться в дом стаи и сообщить остальным воинам о случившемся. Он надеялся, что альфа или гамма на месте. С ними обоими пропала связь, и до них нельзя было достучаться даже через мысленную связь.

Однако, когда он прибыл в дом стаи, там царил очередной переполох.

— Что здесь происходит? — спросил Гейл одного из воинов, и тот пересказал ему всё, что случилось.

Оказывается, несколько захватчиков проникли в дом стаи и убили воинов, стоявших на страже, но самое шокирующее было…

— После этого они забрали Силаса и ушли.

— Они забрали Силаса?

— Да.

Захватчики пришли не чтобы лишить Силаса жизни, а чтобы забрать его. Это означало, что он был нужен им живым.