Энигма. Беседы с героями современного музыкального мира

Ирина Никитина

Энигма. Беседы с героями современного музыкального мира

Благодарности

Цикл программ «Энигма» на канале «Культура» возник благодаря легендарному деятелю нашего (постсоветского) телевидения, директору Петербургского филиала «Культуры» Бэлле Алексеевне Курковой. Именно она поверила в меня и практически уговорила попробовать себя в роли автора и ведущей, а потом настойчиво и методично убеждала руководство в Москве позволить сделать четыре пилотные передачи… Так начался цикл «Энигма». Сейчас в нашей коллекции более 120 программ. Я бесконечно благодарна своей съёмочной группе, Алексею Чачбе, Михаилу Трофимову, Оксане Камышевой, редактору книги Марии Николаевой и, конечно, моей бессменной соратнице и помощнице Марии Балакиной за верное и чуткое отношение, понимание и поддержку.

И.Никитина

Предисловие

Мне 12 лет.

Ленинград. Белые ночи. Большой зал филармонии. Концерт заслуженного коллектива Ленинградской филармонии с самим Мравинским! Полный аншлаг. Мой папа, легендарный виолончелист Анатолий Никитин, первый концертмейстер группы виолончелей в этом оркестре, всегда обеспечивал меня билетами на лучшие концерты. А тут произошел какой-то сбой, и я осталась без билета. Огорчившись, сразу стала искать выход из положения… и он нашелся. Среди моих школьных друзей были такие же сумасшедшие любители музыки и, конечно, же приключений.

Во дворе Ленинградской филармонии находился жилой дом. В те замечательные времена входные двери были нараспашку, так же, как и двери на чердак. Так вот, между бортиками крыши этого дома и бортиком крыши филармонии был всего метровый пролет, но в компании его, несомненно, можно же проскочить! Маленькая группа единомышленников – три мальчика и одна девочка – это я – без малейшего сомнения, четко спланировав, точно в назначенный час ринулись штурмовать крышу и, весело держась за руки, преодолели все препятствия, перепрыгнув реальную пропасть. Так мы оказались, наверное, на самых необычных местах в этом великолепном зале – возле больших полукруглых окон под его сводами. Тогда летом окна всегда были приоткрыты, а между рамами можно было расположиться в огромной нише – просто царская ложа для безбилетников. Так мы и сделали.

И вот оркестр на сцене. В зале тишина. Публика ждет выхода дирижера. Мы тоже затаились, не высовываясь, чтобы нас не заметили до начала концерта. И как только концерт начался, мы, конечно, вынырнули и свесили головы вниз. До сих пор помню это ощущение взвившегося столба – поднявшейся наверх музыки. Что-то волшебное, объемное, неземное, без гравитации. Концерт был незабываемый. Только два момента омрачили это событие: первое – мой папа, который, как назло, сидел на сцене ровно напротив нас, а его манера исполнения была всегда столь вдохновенной, устремленной вверх, оторванной от нот, – и вот в один из таких моментов он обратил свой взгляд на это окно под самой крышей, где, конечно, никогда не было людей, и тут он их увидел. И увидел меня… Реально побелев от ужаса, он чуть не упал со стула. Ну и второе – снимала-то нас оттуда милиция. Хорошо, что возраст 12 лет для любителя искусства, который пусть с риском для жизни, но пробрался на концерт, – мощное оправдание, тем более что чувство вины меня вообще не тяготило – билета-то на концерт у меня не было. А запомнилось на всю жизнь это безумное ощущение счастья от магического воздействия музыки, впечатление невероятного праздника, многогранного, радостного и одновременно сокровенного, и самое пронзительное чувство полета, парения. И до сих пор для меня музыка – самая высшая и чистая энергия! Кстати, окна эти потом закрыли…