скачать книгу бесплатно
– Подходили многие, – ответила Людка.
– Узбечки или русские?
– И те, и другие.
– А кто купил?
– Тетя в шляпке, русская.
– Сейчас вышивка в моде, – протянула Екатерина. – Целые ковры вышивают. И крестиком, и гладью. А кто не может, покупают. Повесят в доме на стенку – красиво!
– Мам, а ты большую картину можешь вышить?
– Могу. Только нитки хорошие надо найти, пяльцы побольше, интересный рисунок подобрать – и вышивай.
– Ты давно крючком не вязала, – сказала Людка.
– Ничего. Обустроимся получше, и буду вязать. Хочешь, научу?
– Хочу.
Людка любила такие минуты, когда они с матерью оставались наедине и вели тихий задушевный разговор обо всем на свете.
Вдруг темнота в дверях уплотнилась – явился отец.
– Катя! – громко позвал Николай.
– Тихо, Коля, дети спят, – пыталась урезонить мужа Екатерина. – Не шуми.
– Ты, с…, будешь еще меня успокаивать? – грубо оборвал ее муж. – Давай жрать!
– Сейчас дам, выйди во двор.
Екатерина поднялась с постели, покопалась в нише с посудой, что-то там нашарила и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Людка лежала, затаив дыхание, и прислушивалась. Она поняла: отец пришел навеселе и теперь долго не угомонится. Он по пустякам будет придираться к матери, беспокойно ходить туда-сюда и важничать. Бывало так, что на подпитии отец и руки в ход пускал. Тогда мать кричала, уворачивалась от побоев или убегала с глаз долой, чтобы не дразнить своим видом озверевшего мужа. Людка в страхе за мать дрожала, но ничем ей помочь не могла.
Сегодня до рукоприкладства дело не дошло. Голоса за дверью сначала были слышны, затем все стихло. Через некоторое время один за другим вошли в дом родители и легли на свои места.
«Наверно, испугался, что хозяин выгонит, поэтому успокоился, – недобро подумала об отце Людка. – Я бы выгнала. Не мешай спокойно жить другим». И уснула.
Не в рубашке родился Николай – жизнь его не баловала. Сколько себя помнил, скитался по чужим людям. Какие-то сердобольные старички-односельчане пригрели, наконец, сироту, по мере своего достатка и сил кормили парнишку, одевали, учили. В деревне называли его «барчуком». А почему, не знал Николай. Ничего не слышал он о родителях.
Парень женился на Екатерине, когда им обоим исполнилось по семнадцать лет. Красивая молодая жена с любой работой справлялась быстро и умело, мастерски рукодельничала и хорошо пела. Любил Николай жену и ревновал ее, как говорят, к каждому встречному-поперечному. Трезвым был молчалив, ласков, нежен, а пьяным буянил и дрался. Появлялись один за другим дети, но ничего не менялось. И ведь повода для ревности никогда жена не давала, а в Николая как бес вселился: изводил он Екатерину мелочными придирками и побоями. И не было этому конца и края, будто так вымещал мужик злобу на нелегкую семейную жизнь.
Глава 3
Лето цвело, пахло и шумело. Ребятишки большую часть времени проводили на улице и со временем загорели. Не отставали от местных и Людка с Валькой. Пока родители были на работе, а Витька со Светкой в детсаду, девчонки, прибрав в доме, играли с новыми друзьями. Забавлялись по-разному: бегали собачкой за мячом, прыгали по очереди со скакалкой, играли в пятнашки, лазили в больничный сад и купались в небольшом канале.
И почти всегда рядом с веселой девочкой Людой оказывался Базар. Он незаметно, как ему казалось, опекал ее, при каждом удобном случае помогал ей и угощал сладчайшим урюком, которым всегда славился Риштан. Людка принимала его внимание как должное и с удовольствием водилась с мальчиком: он неплохо говорил по-русски, учил ее узбекскому языку и был интересным собеседником.
Но однажды черноглазый мальчишка по отношению к своей русской подруге вообще поступил как герой. А дело было так.
В знойный июльский день друзья девчонок Никитиных позвали их купаться на двухъярусный арык. Верхний поток этого оросительного канала мощным рукавом срывался в нижний ярус, образуя глубокую воронку, из которой вода устремлялась дальше по проложенному ей руслу. И кому из сорванцов не хотелось подплыть под искусственный водопад, чтобы ощутить силу удара напористой влаги, под ее давлением нырнуть вглубь глинистой выемки, заполненной водой, и бомбочкой вылететь уже в спокойной водной стороне?
Наблюдать за опасной, в общем-то, игрой ребят Людке было весело и очень хотелось самой оказаться под сильной струей. Но плавать она, как и Валька, не умела, плескалась возле берега. В какой-то момент, сама не зная как, девчонка подобралась очень близко к скользкому краю углубления, нога ее заскользила по гладкой поверхности – и Людка оказалась на глубоком месте. Барахтаясь изо всех сил, старалась выбраться на мелководье, но мутная вода не отпускала ее, ноги не находили опоры, и девочка начала тонуть.
Первым неладное заметил, конечно же, Базар, отдыхавший на берегу. Он мгновенно бросился в воду, подплыл к подруге и начал плечом подталкивать ее к земле. В это время и Валька с девчонками увидели, что Людка ушла под воду, потом вынырнула и снова исчезла в желтой воде. Кто из девчонок первым подал спасительную идею, никто из них потом не вспомнил, но все они выстроились в цепочку, ухватив друг друга за бока.
На переднем крае цепи оказалась Валька. Двигаясь вперед, она почувствовала, как ее нога скользнула вглубь выбоины. Подружки тут же потянули ее назад, и Валька снова нашла опору.
В это время на помощь Базару уже прыгнули в воду другие ребята. Всей гурьбой они направляли Людку к берегу. И вот она уже недалеко от сестры. Валька напряглась, вытянула руку по направлению к Людке и схватила ее за длинную тонкую косичку. Так и вытащили незадачливую купальщицу друзья из воды. Позже Валька рассказала сестре о том, что первым бросился спасать ее Базар.
Это был не единственный случай, когда влюбленный в старшую дочь Никитиных мальчик проявил сильный мужской характер.
С первой зарплаты отца, в воскресенье, Людку с Валькой отпустили в кино на дневной сеанс. Надев лучшие платья, девчонки торжественно направились в центр городка, в кинотеатр. Площадь перед ним кишела детьми. Сестры с трудом пробрались сквозь шумную толпу к кассе, постояв в очереди, купили билеты. В зал еще не пускали, поэтому они отошли в сторонку и начали высматривать знакомых.
Вдруг Людка заметила, что на нее оглядываются какие-то незнакомые парни и, неприятно усмехаясь, о чем-то шепчутся. Ей стало не по себе.
? Людка, ? заговорила Валька. – Вон те узбеки на нас смотрят, переговариваются.
? Кто такие? Я их не знаю.
? Давай уйдем отсюда.
? Постоим здесь, просто не будем на них смотреть.
Неожиданно между парнями и сестрами образовалось небольшое пространство, будто кто-то специально организовал арену для предстоящего поединка. Один тощий низкорослый подросток с длинным носом и тонкими губами в упор уставился на Людку и широко, по-дурацки склабясь, громко сказал: «Базар любит Люда!».
Девочка удивленно посмотрела на задиру и ничего не поняла. Она не знала этого человека, никогда раньше с ним не встречалась и теперь была поражена тем, что среди незнакомых ей людей нашелся тот, кто знает ее, знает о ее дружбе с Базаром и сообщает толпе странные вещи. «Базар любит Люда?!» – будто спрашивая и одновременно утверждая, самодовольно повторил наглый парень.
Людка вконец смутилась. «Почему он так говорит?» – подумала она. Самой ей в голову никогда не приходила подобная мысль. Множество любопытных глаз, ожидая бесплатного зрелища, смотрели на нее, а она, растерявшись, не могла сообразить, что сказать и что сделать.
Неожиданно из толпы показался Базар. В темных штанах и в голубой рубашке, аккуратно причесанный, он быстро подошел к нахальному весельчаку и выдавил тому прямо в лицо: «Ишак!». Ехидная усмешка скривила губы хулигана. Он что-то тихо сказал по-узбекски. Базар, широко размахнувшись, изо всех сил ударил его по лицу. Мальчишки сцепились друг с другом, словно кровные враги после долгой разлуки. Жестокая драка была неминуема, но каждого за рубашку уже тянули ребята, и, разводя в противоположные стороны, что-то, урезонивая, говорили.
Тут открылась дверь, и толпа устремилась в кинозал. У Людки с Валькой, как и у других ребят, женщина-контролер оторвала корешки билетов, и девчонки заняли свои места. Погасили свет, начался цветной широкоэкранный фильм. Но сердце в груди у Людки куда-то бежало и бежало, и никак не хотело идти спокойным, размеренным, неслышным шагом. Наконец неземная красота принцессы с золотой звездой во лбу, ее страдания и приключения вытеснили из души взволнованной девчонки неприятное беспокойство, и она забыла о происшедшем.
По дороге домой к сестрам присоединился Базар. Черными виноградинами глаз он мельком взглянул на Людку, затем отвернулся и всю дорогу шел молча, глядя себе под ноги. Появление Базара напомнило старшей сестре о случившемся на площади кинотеатра, и она тоже ничего не говорила. «Базар любит Люда», – повторяла она про себя изуродованную фразу, прислушивалась к себе, пыталась разобраться в своих ощущениях. Людке приятно было, что Базар ее любит, и в то же время неприятно, потому что ответить тем же она ему не могла: для нее он был просто товарищем летних игр.
– Мам! – с порога начала Валька. – А из-за Людки дрались.
Людка забыла предупредить сестру, чтобы та помалкивала о драке, и теперь готова была ее убить.
– Кто дрался? – последовал вопрос.
– Базар с каким-то мальчишкой.
– Кто такой Базар?
– Людкин друг, – доложила сестра.
– Ну, хватит болтать, сорока! – прервала ее Екатерина, видя, как недовольно нахмурилась старшая дочь. «Потом выясню, что к чему, без лишних ушей», – решила мать про себя.
– Как кино? – поинтересовался вошедший в комнату отец. – Понравилось?
– Называется «Принцесса с золотой звездой», – быстро заговорила Людка, опережая мать, чтобы прервать разговор на щекотливую тему. – Хороший фильм.
– Принцесса надела на голову капюшон из мышиных шкурок и убежала от злого и противного короля, – затараторила Валька. – Она прибежала к принцу, но он этого не знал. Потом принц нашел в тарелке кольцо принцессы, и принцесса женилась на принце.
Отец засмеялся:
– Эх ты, киношница! Принцесса, наверно, вышла замуж за принца.
– Женятся мужчины, а девушки выходят замуж, – уточнила Екатерина.
После ужина отец с малышами вышел на улицу подышать свежим воздухом, а Людка с матерью остались убирать посуду. Екатерина раскладывала тарелки, ложки, хлебницу в нише и в то же время украдкой поглядывала на дочь.
«Невысокая ростом, фигуры еще никакой, две тощие косички до лопаток – ничего особенного, подросток и подросток, – отмечала она про себя. – Но личико хорошенькое: носик курносенький, большие, продолговатые, как миндалины, глаза, ресницы длинные, пухленькие губки. Что ж, из-за такой и подраться можно», – подытожила мать и заговорила:
– Люда, а кто такой Базар? Что за парень? Он с нашей улицы?
Людка умела держать язык за зубами, но если нужно было признаваться в чем-то, то выкладывала все начистоту. Сейчас тем более: молчать не имело смысла.
– Он с другой улицы, приходит к Мансуру, соседскому мальчишке. Мы все вместе играем.
– А драка?
– Базар вступился за меня, когда один мальчишка начал меня дразнить. Они хотели подраться, но их разняли. Драки не было, Валька придумала.
– За тобой мальчишки начинают бегать… – улыбнулась Екатерина. – Наверное, я уже старая.
– Ну что ты, мам, ты очень даже молодая и красивая.
Людка все-таки не стала раскрывать матери подробностей мальчишеской баталии, но ей хотелось поговорить о любви, и она спросила:
– Мам, а как ты вышла замуж за папу?
Екатерина помолчала, будто собираясь с мыслями.
– За мной ухаживали многие парни, а я смеялась над всеми, – зардевшись, смущенно начала она. – Но одного очень любила, Ивана. Правда, никогда не обещала выйти за него замуж, хоть он звал…
Людка представила мать быстроглазой хохотуньей, за которой толпами бродят женихи. Они не сводят влюбленных глаз с девушки, говорят ей любезности, а она высмеивает их, вводит в краску, за что парни еще живее приударяют за речистой бедовой красуньей.
А мать продолжала:
– Отец ваш тоже засматривался на меня, но не подходил: стеснялся. Иван был из зажиточной семьи и потому думал, что ни одна девка ему не откажет. А я отказала, вышла за Николая. Обидел меня однажды Иван…
Екатерина не стала рассказывать малолетней дочери о том, чем Иван ее обидел. А дело было обычное: решил парень добиться от Екатерины того, чего многие «женишки» пытаются получить от честной девушки. Схлопотал тогда Иван звонкую пощечину от оскорбленной возлюбленной и лишился возможности с ней встречаться.
– Свататься Иван и Николай пришли в один день, – продолжала вспоминать Екатерина, присев ненадолго рядом с Людкой на палас. – По-разному выглядели женихи. Иван разоде-е-тый, нос кверху – петух, да и только. Родители его довольные, шутят, улыбаются, – будет девка нашей. А Николай в простенькой одежке, с ним пришли старички, его приемные родители. Сидят тихо, как мыши, и лица скучные-скучные.
Мои родные очень хотели, чтобы я выбрала Ивана. Я посмотрела на него: красавец, ничего не скажешь! Все при нем: чуб густой, лицо румяное, курносый нос небольшой, глаза дерзкие и губы, как у девки. Давно покорила мое сердечко его внешность. Но тут злость меня взяла: очень мне его самоуверенность не понравилась. «Не получишь ты меня, хвастун богатенький!» – решила я про себя.
Глянула я и на Николая, и сердце жалостью наполнилось: сирота горемычная, кто за тебя пойдет. Не знала я тогда, что у вашего батяни характер такой крутой. Когда мой отец сказал: «Ну, невеста, выбирай себе спутника жизни!», я ответила: «Пойду за Николая!».
Что тут началось! Ивана будто подменили: перестал хорохориться, начал уговаривать, в любви объясняться. Уговаривали его родители, мои отец и мать, а я стояла на своем: «Пойду за Николая!». Выбирала, выбирала и выбрала…
Екатерина замолчала и огорченно вздохнула.
Вернулись с улицы дети с отцом, и вскоре в комнате воцарилась тишина. Сон сморил и больших, и малых. Чьи сновидения были самыми печальными, никто так и не узнал.
Глава 4
Известно, что простудные заболевания подстерегают людей не только в холодное время года, но и в самые знойные дни. Витька кашлял, сопливился и не ходил в детсад. Людке и Вальке пришлось сидеть с братом дома до прихода родителей.
Вот и сегодня, подхватив Светку на руки, родители отправились на работу, наказав девчонкам вести себя как следует и смотреть за братом. Приведя комнату в порядок, сестры улеглись животами на пол. Валька огрызками цветных карандашей что-то рисовала в тетрадке, Людка читала. В открытую дверь комнаты веяло прохладой и доносились звуки возни Витьки возле кустов роз.
Неожиданно в мирной утренней тишине раздался истерический вопль – благим матом орал Витька. Людка рванулась на крик и пулей вылетела из дома. За ней побежала Валька. Мальчишка стоял посреди двора, вытянув параллельно земле правую руку; из нее рекой текла кровь и летела на землю.
– Что случилось? – испуганно спросила Людка, хотя и так все было ясно. Она схватила руку брата и вывернула ее ладонью вверх: мизинец от всей остальной части ладони отделял глубокий порез, из которого лилась алая жидкость. Девочка поняла: Витька чем-то порезался.
– Ты где нашел стекло? – механически задала вопрос Людка, хотя не знала, какой режущий предмет отыскал брат. Спрашивать тоже было бесполезно: перепуганный насмерть малыш не мог вымолвить ни слова и только, широко раскрыв рот, вопил на весь двор. В голове у девочки ускоренно заработала мысль. Что делать? Никого из взрослых дома нет: ни родителей, ни хозяев. Только они трое – испуганные Людка, Валька и неистово кричащий от страха и боли Витька с окровавленной рукой. Куда бежать? Как спасти брата? И вдруг ее осенило: недалеко детсад, там есть медсестра, она поможет.
Людка влетела в дом, быстро нашла чистое вафельное полотенце и подбежала с ним к пострадавшему. Замотав тканью раненую руку мальчишки, схватила его в охапку и понеслась к воротам. «Валька! Открой дверь! – на бегу приказала она и, уже выскочив за ворота, прокричала: – Сиди дома! Я скоро приду». Валька не успела сказать и слова, как сестра уже неслась по пыльной дороге за спасительной помощью.
Витька-бутуз хлюпал носом на плече сестры, а она, не замечая его тяжести, упорно тащила брата туда, где должен был находиться медицинский работник. С тяжелой ношей на руках Людка ворвалась в помещение детского учреждения и закричала: «Помогите!» На зов выбежали незнакомые люди, схватили Витьку и потащили в медпункт. Людка поплелась следом, но ее остановила женщина в белом халате и повела в какой-то кабинет. Это была заведующая.
– Успокойся, деточка, и скажи, где работает мать и кем, – деловито спросила она у Людки.
– В гостинице, уборщицей, – устало произнесла та.
Заведующая позвонила по телефону, поговорила, затем повела Людку к брату. Витька поднял навстречу ей заплаканную мордашку и хотел снова зареветь, но сестра прижала его к себе, и он затих, держа на весу забинтованную руку. Его маленькое тело вздрагивало у нее под рукой, и она готова была страдать вместо него, лишь бы ему не было больно, и он плакал тихонько. Ей самой хотелось реветь белугой рядом с ним, но она плакала внутри себя, а слезы не пускала, крепилась.
Вскоре прибежала, запыхавшись, мать. Пришла машина скорой помощи и увезла Екатерину с сыном в больницу. Людка же отправилась домой, где ее ждала Валька. Увидев старшую сестру, девчонка захлюпала носом, следом за ней теперь расплакалась и Людка: им было жалко брата и страшно за себя: обе ждали наказания. Так, обнявшись, заплаканные сестры сидели до тех пор, пока не нужно было идти в детсад за Светкой.
Екатерина с подлеченным сыном вернулись домой к вечеру. Мальчику на рану наложили швы, матери дали больничный, чтобы она могла ухаживать за ребенком. Когда отец вернулся после работы домой, пришлось «нянькам» снова, как до этого матери, рассказать о случившемся. «Виновника» несчастья нашли и отправили в мусорное ведро. Проштрафившихся сестер не наказали. Освобожденные матерью от присмотра за братом, они снова могли выходить на улицу, гулять и видеться с друзьями.
«Скоро у Людки день рождения. Что подарить?» – думала Екатерина. Она решила посоветоваться с мужем.
– Коля! – зашептала она ему как-то на ухо, когда дети ночью уснули. – Что купить Людке на именины?
– А ты у нее спроси, – предложил Николай. – Что захочет, то и купи. Конечно, если недорого. Думаю, подарок она заслужила. Вон как умно с Витькой поступила. Молодец девка!
В свободный от работы день Екатерина собралась прогуляться по магазинам.
– Дочь! – позвала она Людку, которая бегала по двору с малышами. – Пойдешь со мной в центр?
– Ой, мам, конечно пойду! – обрадовалась та.
– Только быстрей одевайся.