banner banner banner
Падшие боги
Падшие боги
Оценить:
Рейтинг: 5

Полная версия:

Падшие боги

скачать книгу бесплатно

– Вот как? А ты ведь говорил, что забрел в Гиблое место случайно. Погоди... – Глеб прищурился. – Кажется, я понимаю. Ты вовсе не заблудился, верно? Ты «добытчик»!

– Тс-с! – шыкнул на него Васька и боязливо зыркнул глазами по сторонам.

– Ладно, не бойся, – примирительно произнес Глеб. – Я никому не расскажу про твою тайну.

Покачиваясь от выпитой браги, Глеб поднялся из-за стола.

– Я тебя провожу, – сказал Васька и тоже встал.

Проходя мимо стойки, Васька Ольха сказал целовальнику:

– Мы скоро вернемся, дядька Озар.

Целовальник сдержанно кивнул.

6

На улице было по-ночному темно, но участок дороги перед кружалом был освещен светом, падавшим из окон, и берестяными факелами, призывно горящими по обе стороны от входа в питейное заведение.

Глеб вдохнул полной грудью прохладный ночной воздух. На душе у него было паршиво.

– Посторонись! – рявкнул вдруг кто-то у Глеба над самым ухом.

Громыхнули колеса, и Глеб отскочил в сторону, уступая дорогу тройке белоснежных лошадей, запряженных в расписную деревянную телегу – что-то вроде громоздкой кареты без верха. От прыжка хмельная голова Глеба закружилась, его резко повело в сторону, он споткнулся о камень и грохнулся оземь.

Карета остановилась. Открылась дощатая дверка, и Глеб увидел хорошенькую блондинку.

– Ты цел? – громко спросила она.

– Цел, цел, – проворчал Глеб, вставая и отряхивая куртку. – Эй, водила! – крикнул он. – У тебя что, глаза на жо...

Глеб вдруг вспомнил, где находится, и замолчал. Он глянул на девушку угрюмым взглядом и нахмурился. Она была настоящая красавица. И, как ни странно, лицо девушки показалось Глебу странно знакомым.

– Мы можем ехать дальше? – окликнул с телеги глуховатый мужской голос.

– Подожди, Егра, – ответила своему спутнику девушка. – Я хочу убедиться, что мы не поранили парня.

Красавица сошла по деревянным ступенькам кареты и хотела идти дальше, но вдруг остановилась и в растерянности воззрилась на большую лужу, обойти которую не было никакой возможности.

Глеб, от браги и отчаяния почти не соображая, что делает, стянул с плеч куртку и швырнул ее блондинке под ноги. Затем протянул ей руку. Девушка взглянула на него с удивлением и любопытством.

– Твой кафтан промок, – сказала она.

– Угу, – кивнул Глеб. – Лучше вам поторопиться.

Блондинка поколебалась еще несколько секунд, затем робко взялась за руку Глеба и пробежала по куртке через лужу. Перебежав, она попала к Глебу в объятия. Щеки девушки порозовели, и она смущенно отстранилась.

– Кто ты? – спросила красавица дрогнувшим от смущения голосом.

– Я? – Глеб горько усмехнулся. – Восточный маг. По-вашему – колдун.

– Колдун? – Девушка покосилась на куртку, накрывшую лужу. – И тебе не жаль твоего кафтана, колдун?

– Ради такой красавицы я готов отдать не только кафтан, но и последние штаны.

Теперь девушка смотрела на Глеба с нескрываемым любопытством.

– Как тебя зовут, колдун? – спросила она.

– Галеб Табак ибн Алкоголь. Для друзей просто Глеб. А тебя?

– Наталья.

Глеб улыбнулся.

– Наташа, значит. Ты очень красивая девушка, Наташа. Жаль будет, если ты мне просто снишься.

Из расписной телеги выбрался грузный, полный мужчина. Он был лыс, как колено, безбород и безус. Темные глаза смотрели из-под сдвинутых бровей тяжело и неприязненно.

Лысый взял девушку под локоток и сухо проговорил:

– Неприлично тебе стоять у питейного дома. Поехали!

– Отстань, Егра! – Наталья высвободила руку из его толстых пальцев.

Глеб достал из кармана сигареты и сказал:

– Послушайте, по-моему, девушка сама может решить, идти ей с вами или нет.

Лысый толстяк посмотрел на Глеба удивленным взглядом. Его черные ломкие брови сошлись на переносице.

– Как смеешь ты...

– Все в порядке, Егра, – перебила лысого Наталья и положила ему на грудь узкую ладонь. – Я уже возвращаюсь. – Она глянула на Глеба быстрым внимательным взглядом, точно хотела получше его запомнить, и проговорила: – Прощай, незнакомец!

На этот раз девушке не пришлось наступать на куртку. Возница, мигом соскочив с козел, забежал в лужу, присел и подставил под ее башмачки свои ладони. Девушка положила кучеру руку на плечо и прошла по его ладоням, как по ступенькам. Секунда – и она скрылась в карете.

Егра направился было за ней, но остановился и взглянул на Глеба.

– Кто ты? – спросил он голосом негромким и холодным.

Глеб прищурил темные глаза и сухо ответил:

– Колдун. С Востока.

Егра одарил Глеба тяжелым, полным ненависти взглядом, повернулся и, не говоря больше ни слова, полез в расписную телегу.

Возница стеганул коней, и карета загромыхала колесами по дороге. Глеб посмотрел ей вслед и сунул в рот сигарету. Васька Ольха подошел сзади и тронул его за плечо.

– Эй, колдун.

– Чего? – не оборачиваясь, откликнулся Глеб.

– Ох и страшного ты ворога себе нажил.

– Ты про этого лысого?

– Егра – главный советник князя Аскольда. Люди сказывают, что лучше поссориться с князем, чем с Егрой. Егра никогда не прощает обид.

– Правда? – Глеб зябко повел плечами. – Да и черт с ним. Лучше скажи, что это с ним за девчонка?

– Та, которой ты помог перебраться через лужовину?

– Да.

– Княжна Наталья, дочь князя Аскольда!

Егор присвистнул.

– Значит, княжна. Круто! По-моему, я ей понравился. Слушай, а этот Егра – он что, имеет на нее виды?

Васька приосанился и ответил со значением:

– Егра – ее будущий муж.

– А разве княжна может выйти замуж за простолюдина?

– Что ты! Егра не простолюдин. Он – сын варяжского вельможи и уличской княжны.

– Крупная птица. А в советники к князю для чего подвизался? От безденежья?

– Его отца убили бунтовщики. А мать тронулась умом и утопилась. Князь Аскольд ему двоюродный дядька. Он принял Егру как названого сына. Сначала тот писал для князя указы да речи, а потом сделался главным советником.

– Ясно, – кивнул Глеб, дымя сигаретой. – От пиарщика до замдиректора. Хорошая карьера.

Васька огляделся и зябко повел плечами.

– Эй, колдун! – окликнул он Глеба.

– Чего тебе?

– Давай скорее вернемся в кружало. Мне что-то не по себе. Говорят, у Егры в услужении есть наемные убивцы.

– Правда? – Глеб затянулся в последний раз и швырнул окурок в лужу. – Что ж, с такого мордоворота станется. Пойдем. Я хочу напиться.

* * *

Чем больше Глеб пил, тем легче ему было верить в то, что он попал в прошлое. Сама мысль об этом уже не казалась ему такой уж дикой.

За соседним столом компания окающих купцов шумно обсуждала дела. Все были упитанны, бородаты, громогласны. И только один из них – невысокий, тощий, с бледным лицом и забинтованной рукой – был тих и грустен. Время от времени он поглядывал на перевязанную тряпкой костлявую кисть и вздыхал.

Когда кто-то из купцов отпускал шутку и другие громогласно хохотали, тощий тоже улыбался, но как-то растерянно и словно бы невпопад.

Глеб кивнул на него подбородком и сказал Ваське:

– Гляди, какой бледный! Видать, брага совсем не впрок пошла.

Васька проследил за его взглядом и ответил:

– Это княжий мытарь Давило Гусь. У него жисть тяжелая. Люди его не любят, а он их за это презирает. Будешь тут бледным.

Васька взялся за кувшин и разлил брагу по кружкам.

И тут кто-то отчаянно завопил.

Загрохали сдвигаемые стулья и лавки, мужики повскакивали с мест. Глеб опустил кружку и уставился на соседний стол. Там происходило что-то странное. Купцы, прежде сидевшие за столом, теперь отскочили от него на два-три шага и с ужасом смотрели на единственного человека, оставшегося на лавке. Это был тот самый мытарь, который, по утверждению Васьки Ольхи, побледнел от тяжелой жизни.

Выглядел мужичок ужасно: лицо его осунулось, глаза запали, губы стали бледно-синими. И вдруг лицо его стало меняться – рот и нос вытянулись вперед, переносица разъехалась в стороны и покрылась бурой шерсть. Изо рта мытаря плеснула кровь, а вслед за ней на стол посыпались окровавленные зубы.

Глеб тряхнул головой и провел пальцами по глазам, словно пытался прогнать наваждение. Но наваждение не исчезло. Верхняя губа мытаря приподнялась, и Глеб с изумлением увидел, что на месте выпавших зубов растут острые желтоватые клыки.

– Оборотень! – заорал кто-то.

– Белого железа! Есть у кого белое железо?

Мытарь медленно поднялся и, зарычав, стал затравленно озираться по сторонам. Глеб увидел, что тряпочка на его руке размоталась, и из разверстой раны торчали, словно колосья, жесткие черные волосы.

И вдруг кто-то громко и властно проговорил:

– А ну – расступись!

Народ заоглядывался.

Из темной ниши вышел поджарый человек в замшевой куртке и высоких сапогах-ичигах. Волосы у него были длинные, темно-русые, а борода – с легкой проседью. В руке у мужчины поблескивал нож с лезвием из белого металла.

– Расступись! – повторил он.

Народ расступился в стороны, давая ему дорогу. Мужчина смело шагнул к мытарю. Завидев врага, тот набычился и зарычал. Что-то заскребло по дубовой столешнице. Глеб опустил взгляд и увидел, что на пальцах мытаря отросли мощные, будто у рыси, когти.

И вдруг мытарь рыкнул и взвился в воздух. Выбросив вперед когти, он стеганул ими, целя в лицо длинноволосого. Однако тот увернулся, быстро присел и, резко крутанувшись, ударил мытаря каблуком по ноге. Мытарь рухнул на пол. В то же мгновение длинноволосый прыгнул мытарю на грудь и с размаху вогнал ему нож в волосатое горло.

Мытарь захрипел и попытался цапнуть длинноволосого когтями, но тот отшатнулся, а затем быстро вскочил на ноги и отбежал на пару шагов.

Мытарь, которого из-за ужасного вида и мытарем-то уже назвать было трудно, еще пару раз дернулся и замер.

Купцы повернулись к длинноволосому и приветливо загудели:

– Да воздастся тебе богами, Громол!