Доярка для дракона

Она выглянула. У ворот уже стояли четверо охранников, Борис спрыгнул во двор и побежал к ним, а следом из двери появился Рат. Он увидел раздавленные цветы, посмотрел на открытое окно и схватился за голову.

— Ищите её! — приказал он. — Далеко уйти не могла!

— А кто она? — спросил один из стражников.

— Рыжая!

Мужчина оглядел двор.

— Здесь много рыжих.

— Очень рыжая! Большие сиськи, синее платье и серый плащ!

Возница возле Влады посмотрел в её сторону. Она приложила палец к губам. Мужчина опустил взгляд на грудь, снова посмотрел ей в глаза и указал на пустую повозку.

— Через минуту едем обратно на ферму, — тихо сказал он.

— На дворцовую?

— Да.

— Ты лучший человек в этом мире!

Влада забралась в повозку и спряталась между пустыми корзинами. Возница набросил сверху грубую ткань, сел на козлы и тронул лошадей. Стражники проверяли выходящих слуг, заглядывали в телеги и расспрашивали всех подряд.

— Что везёшь? — спросил Рат совсем рядом.

— Пустую тару, господин. Продукты оставил на кухне.

— Покажи.

Ткань над головой Влады приподнялась. Она затаила дыхание и сжала кулаки, готовясь выскочить и снова бежать. Возница откинул один край, продемонстрировал несколько корзин и поставил сверху деревянный ящик.

— Здесь ещё.

— Пусто, — отозвался Борис. — Я уже смотрел.

Ткань опустилась. Повозка дёрнулась и покатилась вперёд. Влада дождалась, когда стук копыт изменится, осторожно выглянула и увидела, что дворец остался за воротами.

— Спасибо, — сказала она.

Возница вздрогнул и обернулся.

— Тихо сидите, госпожа. Если догонят, я вас не видел.

— А кто видел?

— Никто.

— Вот и договорились.

Дорога шла вниз, огибала город и поворачивала к полям. Влада сидела среди корзин, придерживала грудь на ухабах и пыталась не вывалиться. Новое тело было красивым, мягким и приятно тяжёлым, но бегать с ним оказалось отдельным искусством.

Возница пару раз оглядывался, потом не выдержал:

— Вы правда из спальни властителя упали?

— А уже все знают?

— Половина дворца!

— Быстро работаете.

— Говорят, госпожу Лиану выставили почти голой.

— Я никого не просила выставлять.

— Она с утра троих служанок довела до слёз.

— Значит, характер у неё такой.

— Она любимая женщина властителя.

Влада поправила капюшон и посмотрела на поля. Какая ей разница, кого Тагир любит, трахает и выставляет из спальни? Если женщина добровольно пошла к нему и согласилась терпеть его приказы, это её личное дело.

Сам Тагир ей понравился сильнее, чем следовало, но жить с таким мужиком в одном доме Влада не смогла бы и двух дней. Бывший муж никогда не командовал, зато годами ныл, сомневался и перекладывал решения на неё. Тагир за несколько минут успел приказывать так, что захотелось то ли вцепиться ему в морду, то ли проверить, как он командует в постели и без одежды.

Влада тряхнула головой и крепче взялась за борт.

— Далеко ещё?

— Вон крыши.

За следующим холмом показались длинные хозяйственные здания, ограждённые пастбища и несколько домов. На поле паслись крупные коровы. Даже издалека было видно, что они отличались от привычных. Шкура у одних была тёмно-красной, у других дымчатой, а над головами возвышались золотистые и медные рога.

— Красавицы, — выдохнула Влада.

Возница остановил повозку возле склада. Она выпрыгнула, расправила платье и направилась к коровникам.

— Госпожа!

— Что?

— Если спросят, вы приехали не со мной.

— Ты о чём? Я вообще пешком пришла!

— За полчаса?

— Быстро хожу, — подмигнула она.

Он покачал головой, забрался обратно и поспешил уехать. Влада огляделась. Работники таскали сено, чистили стойла и катили бочки с водой. Несколько человек заметили её, но никто не подошёл.

Из дальнего коровника снова донёсся мучительный рёв.

Влада побежала туда. Возле закрытых ворот стояли трое мужчин. Один держал длинную палку, второй прижимал к боку окровавленную тряпку, а третий ругался и пытался заглянуть внутрь через щель.

— Что с коровой? — спросила она, запыхавшись.

Мужчины обернулись. Тот, что с палкой, нахмурился.

— Вы кто?

— Где Зорька?

— Вам нельзя сюда!

— Значит, здесь.

Влада отодвинула его и взялась за засов. Мужчина перехватил её руку.

— Она бросается на людей!

— Ещё бы не бросалась, если вы третий день с палками вокруг ходите! Отпусти.

— Гордей Фомич запретил входить!

— А я разрешила!

— Кто вы такая?

— Влада Романова. Ещё вопросы будут?

Имя ничего ему не сказало, но произнесла она его достаточно уверенно. Мужчина разжал пальцы. Влада откинула засов и приоткрыла ворота.

В полутёмном стойле стояла огромная дымчато-красная корова. Её медные рога загибались вверх и расходились в стороны, шкура потемнела от пота, а задние ноги дрожали. Зорька тяжело дышала, мотала головой и дёргала верёвку, которой её привязали к столбу.

На полу возле хвоста лежала тёмная мокрая солома. Плодный пузырь давно разорвался, но ног телёнка не было видно.

— Господи, — выдохнула Влада. — Вы её так держите третий день?!

— Иначе не подпускает!

— Потому что ей больно, остолопы!

Зорька рванулась, и верёвка впилась в шею. Мужчины попятились.

— Закройте ворота! — крикнул один.

Влада вошла и прикрыла их за собой.

— Ты с ума сошла? — спросил мужчина снаружи. — Она тебя убьёт!

— Идите за управляющим! Ещё найдите женщину, которая не боится коров, чистые тряпки, тёплую воду и масло!

— Какое?

— Любое растительное! Быстро!

Никто не двинулся. Влада повернула голову и рявкнула так, что мужчины отшатнулись:

— Бегом!

Двое сорвались с места. Третий остался возле щели, но палку опустил.

Влада медленно подошла к Зорьке. Корова повела ухом, повернула голову и выставила рога. Подойти сбоку не получится, а сзади во время схватки она могла ударить ногой.

— Тихо, девочка. Я помогу. Ты только не нервничай, хорошо?

Зорька дёрнула верёвку и глухо заревела.

— Знаю. Больно. Сейчас разберёмся.

Влада остановилась в двух шагах и протянула ладонь. Корова долго смотрела на неё большими тёмными глазами, потом вытянула шею и шумно втянула воздух. Рога оставались совсем близко, но Влада не отступила.

Зорька коснулась носом её пальцев.

— Вот и умница.

Влада провела ладонью по морде и осторожно добралась до узла. Верёвку затянули так, что между ней и шеей не проходил палец. Она ослабила петлю, оставила длинный конец и отвязала корову от столба.

Зорька сразу шагнула в сторону. Мужчина за воротами вскрикнул, но корова не напала. Она потянулась за Владой и снова ткнулась носом в её руку.

— Ну чего вы там встали?! Воду несите!

— Уже бегут!

— Тогда чистую солому тащи и палку выброси.

Мужчина послушался.

В стойло вошла пожилая женщина в длинной коричневой юбке и рабочем переднике. Седые волосы она собрала на затылке, рукава закатала до локтей и окинула Владу внимательным взглядом.

— Ты кто такая?

— Влада. Поможешь корову принять?

— Если она меня подпустит.

— Подпустит. Как тебя зовут?

— Марта.

— Хорошо, Марта. Пузырь давно отошёл?

— Вчера утром. Может, раньше, я ночью её не видела.

— Почему не проверили телёнка?

— Гордей запретил лезть. Сказал, огнерогие сами рожают, а Зорька дурная.

— Тут управляющий дурной.

Марта усмехнулась и подошла ближе. Зорька прижала уши, но Влада положила ладонь ей на шею и заговорила. Корова переступила ногами и позволила женщине приблизиться.

Работники принесли ведро воды, тряпки и кувшин масла. Влада вымыла руки до локтей, смазала ладонь и встала возле задней ноги.

— Держи за верёвку, но не тяни. Если начнёт бить, отпускай сразу.

— Я коров сорок лет принимаю, — ответила Марта. — Сама не полезу, руки уже не те, но тебя удержу.

— Тогда чего они третий день ждали?

— Я с Гордеем два дня ругалась. Он никого не слушает.

Влада осторожно ввела руку. Зорька напряглась, мотнула головой и попробовала отступить, но Марта заговорила с ней спокойным низким голосом. Влада дождалась, когда схватка закончится, продвинулась дальше и нащупала телёнка.

Голова лежала правильно, одна передняя нога шла рядом, а вторая загнулась назад.

— Нога завёрнута, — сказала она. — Пока не расправим, не выйдет.

— Живой?

Влада замерла и попыталась дотянуться до морды. Телёнок шевельнулся под её рукой.

— Живой! Но времени мало!

Она вытащила руку, перевела дыхание и снова полезла. Новые руки были немного полнее прежних, но сильными и гибкими. Зорька застонала, присела на задние ноги и едва не прижала Владу к стене.

— Держись, девочка. Ещё немного.

— Я её отведу, — предложила Марта.

— Не надо. Пусть стоит как удобно.

Влада нащупала согнутое колено телёнка, осторожно оттолкнула его назад и попыталась развернуть ногу. Места не хватало. Пришлось ждать между схватками, менять положение и продвигаться по сантиметру.

Пот стекал по спине. Рыжие волосы выбились из-под накидки и лезли в лицо, платье перепачкалось, а грудь мешала наклоняться. Влада выругалась, выпрямилась и сбросила плащ.

Марта посмотрела на неё и присвистнула.

— Ты откуда такая взялась?

— Из спальни властителя.

— Понятно.

— Тебе правда понятно?

— Нет. Потом расскажешь.

Зорька снова напряглась. Влада вернулась к телёнку, ухватила копыто ладонью и медленно потянула вперёд. Нога распрямилась. Рядом появилась вторая.

— Есть!

— Тянуть будем?

— На схватке. Верёвки чистые есть?

Марта велела работнику принести две мягкие петли. Они закрепили их над копытцами, дождались следующей схватки и потянули одновременно. Показалась морда телёнка.

Зорька заревела, упала на бок и задёргала ногами. Влада опустилась на солому возле неё, прижала ладонь к шее и заговорила. Корова тяжело дышала, но перестала биться.

— Ещё раз, милая. Давай.

Марта взялась за верёвки. Во время следующей схватки они потянули вниз и на себя. Голова вышла полностью, потом показались плечи. Дальше телёнок выскользнул быстро и тяжело упал на подстилку.

Влада сразу освободила морду от плёнки, вытерла нос и рот и растёрла грудь соломой. Телочка не дышала.

— Ну же!

Она подняла задние ноги, дала стечь жидкости и снова растёрла тело. Марта принесла чистую ткань, вытерла морду и хлопнула телочку по боку.

— Давай, маленькая!

Телёнок дёрнулся, закашлялся и сделал первый хриплый вдох. Через несколько секунд он уже дышал сам, слабо шевелил ногами и пытался поднять голову.

Влада рассмеялась и села прямо в солому.

— Девочка.

Зорька услышала телёнка и попыталась встать. Ноги не слушались, поэтому она поползла к нему, вытянула шею и облизала мокрый бок.

— Искра, — решила Марта. — С такими рогами другого имени не надо.

На маленькой голове среди красноватой шерсти уже виднелись две золотистые выпуклости.

— Охренеть! Даже рожки сразу пробиваются! Ну, Искра так Искра, — согласилась Влада.

Она помогла подтащить телочку ближе к матери и проверила Зорьку. Кровотечения не было, матка оставалась на месте, но корова ослабла и нуждалась в воде.

— Тёплое питьё принесите. И не ведро холодной воды, а пойло сделайте!

— Какое? — удивился работник.

— Тёплая вода, немного муки и соли. Сахар есть?

— Есть патока.

— Добавь патоки. Только немного.

Мужчина побежал выполнять. Другой уже убирал грязную солому и стелил свежую. Без палки и споров все оказались вполне способными работниками.

Марта присела рядом с Владой.

— Ты и правда из спальни Тагира Вильдановича?

— Говорят, на его кровать свалилась. Я сама не помню.

— Чудно...

Зорька подняла голову и лизнула Владу в щёку. Язык прошёлся от подбородка до виска и оставил мокрую полосу.

— Спасибо, красавица, — сказала она и вытерлась рукавом. — Но больше не надо.

Марта смотрела на корову с изумлением.

— Она меня после первых родов к себе подпускала, а потом совсем озверела. Гордей решил, что характер испортился.

— У неё бок болит.

— Какой?

Влада положила ладонь на левый бок Зорьки. Она не знала, откуда взялась уверенность, но под пальцами чувствовала напряжение, слабость и неприятную тяжесть. Корова не дёрнулась, только повернула голову и посмотрела ей в глаза.

— Здесь. Может, корм плохой или воспаление начинается. Ветеринара надо. Ну, лекаря, по-вашему.

— Вчера смотрел из-за ограды и сказал, что всё нормально.

— Хорошо устроился.

За воротами послышались тяжёлые шаги и громкий мужской голос:

— Что здесь происходит? Кто позволил открыть стойло?

Вошёл полный мужчина лет пятидесяти с круглым лицом и аккуратно подстриженной бородой. Дорогой тёмный сюртук плохо сочетался с высокими сапогами, которые он явно надевал редко. Гордей оглядел работников, Марту и Владу и остановился возле родившей коровы.

— Я приказал никого к ней не подпускать!

— Поэтому она едва не сдохла, — ответила Влада.

— Вы кто такая?

— Влада Романова.

— Мне это имя ничего не говорит.

— А мне твоё уже многое сказало!

Гордей побагровел.

— Марта, что здесь делает посторонняя баба?

— Корову спасает.

— Корову спасли мои работники!

Все вокруг замолчали. Марта медленно повернула голову к управляющему.

— Твои работники третий день стояли за дверью с палками.

— Они действовали по моему распоряжению. Огнерогие коровы всегда справляются сами!

— Эта не справилась, — сказала Влада. — У телёнка нога загнулась. Ещё несколько часов, и пришлось бы вытаскивать мёртвого по частям.

Гордей поморщился и посмотрел на Искру.

— Телёнок жив. Значит, всё сделали правильно.

— Да. Я и Марта!

— Вы не имеете права находиться на дворцовой ферме и распоряжаться моими людьми!

— А ты не имеешь права издеваться над животными!

— Я управляющий!

— Хреновый ты управляющий!

Марта кашлянула и отвернулась. Работники принялись очень внимательно поправлять солому.

Гордей шагнул к Владе.

— Немедленно покиньте коровник!

— Зорьку сначала напоим, телёнка поднимем и проверим, берёт ли он вымя.

— Этим займутся скотники.

— Те самые, которые три дня ждали, пока корова сама разродится?!

— Я вызову охрану!

— Вызывай! Я от неё сюда и приехала!

Управляющий открыл рот, но ничего не сказал. Влада поднялась. После долгого сидения ноги затекли, платье промокло и прилипло к телу, а волосы окончательно выбились из-под ленты. Она собрала их на одно плечо и пошла к Зорьке.

Корова уже поднялась. Искра лежала возле её ног, пыталась встать и разъезжалась на тонких копытцах. Влада поддержала телочку под живот, направила к вымени и помогла найти сосок.

Гордей продолжал возмущаться за спиной:

— Уберите её отсюда! Кто-нибудь, позовите стражу!

Никто не пошевелился.

— Они заняты, — сообщила Марта. — Воду несут.

Работник принёс пойло. Зорька выпила почти половину, потом оторвалась от ведра и снова лизнула Владу. Искра наконец ухватила сосок и начала сосать.

— Вот теперь нормально, — довольно сказала Влада.

— Вы закончили? — спросил Гордей.

— Нет!

Она осмотрела вымя. Одна доля была твёрдой, горячей и переполненной. Искра пока до неё не дотягивалась.

— Ведро чистое есть?

— Зачем? — насторожился управляющий.

— Доить буду!

— Она никого не подпускает!

— Меня подпускает.

Марта принесла низкий табурет и ведро. Влада вымыла руки, села возле Зорьки и осторожно коснулась вымени. Корова переступила ногой, посмотрела назад и осталась стоять.

Первые струи оказались густыми и желтоватыми. Молозиво шло тяжело, но постепенно твёрдая доля стала мягче. Зорька выдохнула, расслабила заднюю ногу и продолжила облизывать телёнка.

Влада доила привычными уверенными движениями. Большая грудь упиралась в колени, волосы лезли под руку, но всё остальное почти не отличалось от дома. Корова была крупнее, рога светились золотом, а молоко оставалось молоком.

На дне ведра быстро набралось несколько литров.

— Она три дня никому не дала себя доить, — произнёс один из работников.

— Потому что ей было больно.

— Это первое нормальное молоко за неделю, — добавил другой.

Гордей нахмурился.

— Молозиво нельзя считать надоем!

— Телёнку оно нужнее твоих подсчётов, — сказала Влада.

Она закончила, поставила ведро возле Искры и выпрямилась. Спина ныла, руки дрожали от усталости, но внутри было легко. Зорька жива, телочка дышит и ест, а всё остальное можно решить позже.

Марта вдруг присела возле её ног и раздвинула солому.

— Влада.

— Что?

— Посмотри.

На вытоптанной земле возле колен пробились тонкие зелёные ростки. Их было немного, несколько свежих травинок среди грязи и соломы. Влада коснулась одной пальцем.

— Сено проросло?

— Сено не растёт без корней.

— Значит, семена были.

Марта подняла на неё глаза, но спорить не стала. Она прикрыла траву соломой и встала.

Со двора донёсся топот копыт. Кто-то громко приказал освободить дорогу, работники бросились к воротам, а Гордей заметно побледнел.

— Властитель, — прошептал он.

Влада продолжила гладить Зорьку. Бежать всё равно было поздно, да и не собиралась она больше бегать. Тагир запер её без причины, корову едва не погубили, а платье испорчено. Теперь пусть сам объясняет, почему в его владениях приказы выполняют беспрекословно, но никто не отвечает за результат.

Тагир вошёл в коровник. За ним появились Дамир, Рат, Борис и ещё четверо стражников. На властителе были тёмные брюки, рубашка и длинный плащ, а чёрные глаза обещали неприятности всем сразу.

Он увидел Владу возле коровы, медленно оглядел мокрое платье, солому в рыжих волосах, ведро молока и новорождённую телочку.

— Какого хрена моя пленница делает под коровой?!

Глава 4

Тагир нашёл свою пленницу в коровнике, под задницей огнерогой коровы.

Влада сидела на низком табурете, придерживала между коленями ведро и спокойно доила животное, которое последние три дня никого к себе не подпускало. Её тёмно-синее платье было испачкано, подол порван, а в длинных рыжих волосах застряла солома. Возле ног коровы лежала новорождённая телочка.

Тагир остановился у входа и посмотрел на Дамира.

— Ты сказал, она сбежала из дворца.

— Да, господин.

— Почему она доит мою корову?

— Не успел выяснить.

— А вы что здесь делаете? — спросила Влада. — Решили всей толпой посмотреть, как корова выглядит?

Она поставила ведро на землю и поднялась. Зорька повернула голову, ткнулась носом ей в плечо и снова занялась телёнком.

Тагир прошёл в стойло. Гордей Шустов стоял в стороне, прижимал руки к животу и старался не встречаться с ним взглядом. Работники разошлись вдоль стен, Марта осталась возле Влады и смотрела на прибывшую охрану без страха.

— Я жду ответа, — сказал Тагир.

— Дою, — отозвалась Влада.

— Я вижу. Какого хрена ты здесь оказалась?

— Корову спасала!

— Тебе приказали оставаться в покоях.

— А ей Гордей приказал сдохнуть к вечеру! Мы обе решили не слушаться.

Управляющий дёрнулся.

— Господин, я не отдавал такого распоряжения!

Влада повернулась к нему.

— Ты сказал, что Зорьку забьют, если она до вечера не разродится.

— Животное мучилось, и спасти его уже не представлялось возможным.

— Вон стоит спасённое животное. А рядом её телёнок.

Тагир посмотрел на Зорьку. Корова тяжело дышала, но держалась на ногах и облизывала телочку. В ведре было несколько литров молозива. После докладов о заболевшем стаде даже это казалось хорошим результатом.

— Кто принял телёнка? — спросил он.

— Я и Марта.

— Мои люди тоже помогали, — вмешался Гордей. — Они принесли воду, верёвки и всё необходимое.

Марта хмыкнула.

— После того как Влада на них рявкнула.

— Вас не спрашивали! — прикрикнул управляющий.

— А её спрашивали, — сказал Тагир.

Гордей осёкся. Марта спокойно встретила взгляд властителя.

— Зорька никак не могла разродиться, господин. У телочки передняя нога назад завернулась. Влада её поправила и вытащила Искру.

— Искру?

— Телочку так назвали, — объяснила Влада. — У неё рожки золотые.

Тагир подошёл ближе. Искра снова попыталась подняться, выпрямила передние ноги и завалилась набок. Влада нагнулась, поставила её на копыта и придержала под живот.

— Нормально всё с ней, — сообщила она. — Слабенькая пока. Скоро расходится.

— Ты разбираешься в огнерогих коровах?

— Первый раз вижу.

— Тогда откуда знаешь, что с ней всё нормально?

— Потому что она телёнок! Рожки мне не мешают видеть, что ноги целы, дышит хорошо и молозиво сосёт, вон.

Искра снова потянулась к вымени. Зорька переступила ногой, освобождая ей место, и позволила Владе стоять рядом. Тагир помнил эту корову спокойной. Несколько лет назад она давала больше всех молока, потом стала бросаться на работников и не подпускала даже Марту. Гордей объяснял, что с возрастом у огнерогих портится характер.

Сейчас Зорька положила тяжёлую голову Владе на плечо и прикрыла глаза.

— Она всегда такая ласковая? — спросил Тагир.

— Сегодня впервые за несколько лет, — ответила Марта. — Меня раньше признавала, а потом и на меня пошла.

— Бок у неё болит, — сказала Влада.

— Кто тебе сообщил?

— Сама поняла.

— Как?

Она пожала плечами.

— Руками. Здесь всё напряжено.

Влада положила ладонь на левый бок коровы. Зорька повернула к ней голову, но не отстранилась.

— Может, воспаление начинается, а может, корм не подходит. Ветеринар нужен.

— Кто?

— Да лекарь! — закатила глаза Влада.

— Лекарь осматривал её вчера, — сказал Гордей. — Он не нашёл заболеваний.

— Он к ней даже не подошёл!

— Потому что животное представляло опасность!

— Очень удобно лечить корову из-за забора.

Гордей снова побагровел. Тагир перевёл взгляд на Дамира.

— Привези лекаря.

— Слушаюсь, господин.

— И Аркадия тоже. Пусть посмотрит животное.

Гордей шагнул вперёд.

— Тагир Вильданович, в этом нет необходимости. Зорька разродилась, опасность миновала, а новый лекарь подтвердит заключение предыдущего.

— Откуда ты знаешь?

Управляющий замолчал.

— Вот и проверим, — продолжил Тагир и посмотрел на Владу. — А ты возвращаешься во дворец.

— Нет!

— Я тебя не спрашивал!

— А я сама ответила!

Дамир отвернулся. Рат с Борисом продолжали стоять за спиной Тагира, но оба смотрели куда угодно, кроме Влады.

— Ты сбежала из охраняемых покоев, уничтожила клумбу, припёрлась сюда и заставила весь дворец искать тебя!

— Клумбу жалко. Но окно слишком высокое, я до дорожки не допрыгнула.