Шёпот вакуума – 3. Проекция силы

– Тебя кто просил влезать в чужую сделку, щенок? – резко придвинулся ко мне этот образчик брутального альфа-самца.

Разговор сходу начал приобретать очень любопытный оборот, и я мысленно похвалил себя за то, что, направляясь сюда, не забыл надеть контактные линзы дополненной реальности и вставить в ухо микронаушник. Этот комплект позволял мне постоянно оставаться на связи с корабельным вычислителем и, что важно, вести непрерывную запись происходящего с трансляцией данных на корабль. В случае перерастания ситуации в серьезный конфликт, а такого исключить я не мог, это могло очень пригодиться для дальнейшего общения с администрацией станции или представителями её службы безопасности.

– Может, представитесь, для начала, уважаемый, – я слегка разорвал дистанцию, откинувшись на спинку кресла. Чесночный запах изо рта собеседника не доставил мне никакого удовольствия. – Начинать беседу с обвинений и оскорблений – не лучшая стратегия, если, конечно, вы хотите о чем-то договориться.

– Учить меня будешь, как с такими, как ты, разговаривать? – мои слова его явно позабавили. – Я с тобой ни о чем договариваться не собираюсь. Не та ты фигура, чтобы с капитаном Минцем на равных общаться. Но сегодня ты испортил мне вечер, и теперь придется ответить. Эта девка никуда бы от меня не делась. Не вмешайся ты, она бы через полчаса сама ко мне вернулась, засунув свою строптивость куда поглубже. Потому что деваться ей всё равно было некуда, пока ты всё не испортил. Это я специально для тупых так пространно поясняю. Умный бы и без разжевывания всё понял.

– Капитан Минц, вы провели переговоры с соискательницей должности техника в вашем экипаже, но не пришли к соглашению и не подписали трудовой контракт, – ответил я со скучающим видом, решив всё же сделать попытку решить конфликт миром, хоть и понимал, что это бесполезно. – Это видел я, и это же видели другие посетители бара. А дальше Регина сама сделала свой выбор. Заметьте, она села за мой столик исключительно по собственной инициативе.

– Ты тупой? – капитан громко хлопнул ладонью по столу, но почти никто не обернулся на этот резкий звук. Либо остальным посетителям было всё равно, либо с Минцем просто не хотели связываться. Скорее, пожалуй, второе. – Ты мне должен, кретин, и мне плевать на твои формальные отмазки. С тебя сто граммов кристаллов, и я, так и быть, забуду о случившемся, но если ты перейдешь мне дорогу ещё раз, так легко уже не отделаешься.

Мне оставалось лишь грустно усмехнуться про себя. Кажется, я собирался не привлекать лишнего внимания, но сложившаяся ситуация, похоже, оставила мне выбор только из двух вариантов. Я либо прогнусь и скачком перемещусь из неопределенного статуса новичка на низшую ступень иерархии сообщества вольных поисковиков, либо приму брошенный вызов с не вполне понятными последствиями. И в обоих случаях буду иметь проблемы, вот только понимание, что становиться терпилой нельзя ни при каких обстоятельствах, крепко вбили в меня ещё в детстве и подростковом возрасте. Нижние уровни станции «Маунт-16» учат этому быстро и предельно жестко.

– Мы беседуем всего пять минут, капитан, а вы уже трижды меня оскорбили, – в моем голосе прозвучало искреннее огорчение столь невежливым поведением партнера по переговорам. – Это никуда не годится. С вас сто граммов ливермория, и я, так и быть, забуду о случившемся.

– Что ты сказал, сопляк? – на лицо Минца было страшно смотреть. Я реально испугался, что у него прямо здесь и сейчас не выдержит сердце или ещё какая-нибудь беда с организмом приключится. Обделается, например, от избытка чувств. Но я быстро успокоил себя тем, что почти наверняка основная часть этих эмоций – не более чем часть спектакля. Как любил повторять полковник Сафонов, «Вся жизнь – игра, и все мы в ней – актёры». Наверное, цитировал кого-то из земных классиков, такая привычка за ним водилась.

– Я сказал ровно то, что вы услышали, – в отличие от капитана, демонстрировавшего бурные эмоции, я предпочел держать покерфейс. – Жду от вас компенсацию за нанесенные оскорбления. Ста граммов кристаллов на первый раз будет достаточно.

– Гарри! – выкрикнул Минц, обернувшись к стойке, за которой невозмутимо занимался своими делами хозяин заведения. – Твоя замечательная переговорная комната сейчас свободна? У нас с вот этим червяком возникла срочная необходимость обсудить одно важное дело.

– Переговорная к вашим услугам, – буднично кивнул Тиль, как будто речь действительно шла не более чем о деловой беседе. – Расценки ты знаешь.

– Ну что, умник, сам пойдешь, или тебе помочь? – снова обернулся ко мне Минц, а два его прихлебателя синхронно встали из-за своего столика и направились к нам.

– Неплохо у вас здесь всё поставлено, – подниматься я не торопился. – Ну что ж, если вам так уж сильно не хочется выплачивать мне компенсацию в присутствии посторонних, можем пройти и в переговорную.

Вот тут посетители уже не остались безучастными и начали бросать на меня короткие взгляды. Видимо, с Минцем и его людьми беседовать в таком ключе здесь было не принято. Ну, всё когда-то случается в первый раз. Глупо, конечно, получилось, но отступать-то уже всё равно поздно, так хоть скуку развею.

Ждать, когда меня попытаются силой выдернуть из-за стола, я счел лишним и сам проявил инициативу, неторопливо поднявшись и взглядом спросив Минца, куда, собственно, нам следует направиться.

– Смелый, значит? – чуть наклонив голову произнес капитан. Ну, пойдем, смелый. Только как бы тебе не пришлось сегодня убедиться, что смелось и глупость в некоторых обстоятельствах являются двумя сторонами одной и той же монеты.

– Всяко бывает, – я пожал плечами и отправился вслед за Минцем.

Двое его торпед пыхтели за моей спиной, дыша мне в затылок, и с этого момента я стал внимательнее отслеживать их перемещения и действия. Конечно, без приказа капитана они вряд ли стали бы на меня нападать, но терять бдительность всё же не следовало.

Меня провели куда-то за стойку. Мы прошли через короткий коридор с толстыми металлическими дверьми на входе и на выходе, напоминавший технический шлюзовой отсек. Скорее всего, когда-то он им и являлся. За нашими спинами раздался негромкий механический звук, сообщивший мне о том, что выход надежно заперт и, вероятно, загерметизирован.

Переговорная оказалась некой дикой смесью очень небольшого спортзала с местом, предназначенным для бандитских сходок. Похоже, раньше здесь был какой-то ангар или склад, прилегающий к внешней обшивке станции, но потом ведущие наружу гермоворота наглухо заварили, и помещение приобрело совсем другое назначение. В памяти у меня почему-то всплыло странное словосочетание «пацанская берлога». Кажется, именно так у нас на станции называли заброшенные помещения, приспособленные моими товарищами по социальной школе для своих тусовок.

Запиранием дверей дело не ограничилось. В моем ухе раздался короткий щелчок, и микронаушник произнес приятным, но совершенно безэмоциональным женским голосом: «Связь с корабельным вычислителем потеряна. Трансляция данных остановлена. Запись ведется только в память коммуникатора».

Похоже, за меня решили взяться всерьез, раз уж включили систему локального подавления связи. Видимо, в планы капитана и его людей входило по итогам нашей «деловой беседы» забрать у меня коммуникатор и ликвидировать запись. Возможно, вместе с самим устройством, и хорошо если не вместе со мной. Последнее, впрочем, вряд ли – слишком это хлопотно, особенно с учетом большого количества свидетелей начала нашего конфликта.

– Имя-то у тебя есть, смельчак? – пренебрежительно поинтересовался Минц. – А то как-то даже неправильно наставлять человека на путь истинный, даже не зная, как его зовут.

– Об этом стоило спрашивать до того, как начать меня оскорблять. Но лучше поздно, чем никогда. Влад Строгов, капитан вольного поисковика «Призрак».

– Гляньте-ка, парни, он и здесь пытается нас учить жизни, – сокрушенно покачал головой Минц. – Ладно, хватит лирики. Объясните этому прыщу, куда он попал и как нужно разговаривать с уважаемыми людьми. Только не переусердствуйте. Объясняться с администрацией мне не хочется – сегодня есть дела поинтереснее.

Шестерки капитана синхронно пришли в движение, обходя меня с двух сторон. Судя по их повадкам, бить людей было для них делом хорошо знакомым и даже привычным. Тот, что заходил слева, судя по всему, ничего особенного собой не представлял. Обычный бычок, не блещущий интеллектом, но хорошо натренированный в множестве потасовок на нижних ярусах станции, ставших приютом представителей дна местного общества. Никаких имплантов у него явно не было. Только мощная комплекция, физическая сила и большая практика драк без всяких правил. Тоже немало, на самом деле, но не в данном случае.

Второй громила показался мне более опасным. Вот у него некий комплект имплантов точно имелся. Видимо, прошел армию и ухитрился выжить до конца контракта. С солдатами Метрополии это случается намного чаще, чем с рекрутами с окраины освоенной зоны. Импланты, конечно, биогенные, иначе без регулярных и довольно сложных медицинских манипуляций он бы очень быстро загнулся.

Судя по тому, как двигался этот противник, его импланты увеличивали силу, выносливость и, вероятно, регенерацию. Обычный набор характеристик для рядового состава. Такой комплект Метрополия бесплатно ставит своим гражданам, подписавшим контракт с армией или флотом.

Сам Минц участия в воспитательном процессе решил пока не принимать, хотя, судя по всему, тоже был не так уж прост. Импланты у него однозначно имелись, причем, похоже, получше, чем у его бойца. Но зачем пачкать руки, если для этого есть шестерки?

Я сделал пару шагов назад, однако дальше отступать было практически некуда. Позволять зажать себя в угол я не собирался, а свободного места в этом помещении оказалось не так уж много. Противники явно не воспринимали меня всерьез. Спасибо школе контрразведки, в которой мной занимались достаточно опытные инструкторы. Именно они научили меня двигаться так, чтобы никто со стороны не смог определить уровень моей подготовки и наличие у меня биогенных имплантов.

Конечно, великого рукопашника за время обучения из меня не сделали, но кое-какие знания и навыки инструкторам вбить в меня удалось. Ну, а некоторое несовершенство техники я надеялся компенсировать координацией и скоростью реакции, полученными от позитивной побочки при установке имплантов.

Я остановился и замер в расслабленной позе. Никаких боевых стоек и прочих признаков готовности дать решительный отпор, но и никаких признаков страха или хотя бы нервного напряжения. Последнее, похоже, заставило противника с имплантами насторожиться, и он чуть притормозил, а вот второму бычку, судя по всему, очень не терпелось внести коррективы в мои черты лица, и он ломанулся в атаку. Достаточно быстро и умело, нужно отдать ему должное.

Удар носком ботинка, нацеленный мне в голень, прошел мимо. Ногу я убрал, одновременно уклонившись от двоечки в голову. Устраивать гладиаторские бои на потеху публике в лице капитана Минца я не собирался. Факт немотивированной агрессии и прямого нападения уже был зафиксирован, и теперь я мог себе позволить активные ответные действия.

Толчок открытой ладонью в плечо аккуратно подправил вектор движения неплохо разогнавшегося бычка в нужном мне направлении, а удар сбоку по опорной ноге перевел его тело в неуправляемый полет, правда, довольно недолгий. Судя по немелодичному хрусту и громкому воплю пострадавшего, с силой подсечки я немного перестарался. Впрочем, ничего особо смертельного с шестеркой Минца не случилось. Современная медицина с такими травмами справляется без каких-либо затруднений.

Полет бычка, напрочь потерявшего равновесие и ориентацию в пространстве, закончился втыканием мордой в грязный металлический пол. Вероятно, это было очень обидно и неприятно, но однозначно не смертельно. На нижних уровнях моей родной станции я успел повидать немало подобных типов, и весь мой опыт подсказывал, что черепушки у них, как правило, довольно крепкие. Тем не менее, этот противник вырубился достаточно надежно, и в текущем раскладе его можно было больше не учитывать.

Второй фигурант нашей «интеллигентной беседы» быстро оценил изменение обстановки и принял решение почти мгновенно. Выбор у него был не столь уж велик. Он мог разорвать дистанцию и присмотреться ко мне повнимательнее, а мог попытаться напасть немедленно в надежде, что я ещё не готов к отражению новой атаки. Противник выбрал последнее. Судя по всему, он понадеялся на свои импланты, списав неудачу своего предшественника на недостаточную скорость и силу ударов.

Как бы то ни было, с этим недоброжелателем следовало быть осторожнее, но времени на долгие раздумья он мне не оставил. Возможно, на то и был расчет. В отличие от первой шестерки Минца, этот противник атаковал меня по среднему уровню, причем в последний момент в его левой руке блеснула сталь какого-то хитрого ножа с изогнутым лезвием. Судя по всему, поначалу он собирался обойтись без него, но обстоятельства изменились, и в дело пошел более веский аргумент.

Комплект имплантов специализации «Пилот» – это, прежде всего, скорость реакции и координация движений. Плюсом к ним идет значительное усиление вестибулярного аппарата. Остальные характеристики тоже поднимаются, но не столь значительно. Однако это справедливо только для штатного варианта установки имплантов, в моем же случае имел место сбой, который в большинстве случаев приводит к превращению пациента в инвалида, но иногда может существенно усилить эффект от имплантации. Собственно, это со мной и произошло, причем, по моему глубокому убеждению, совершенно не по причине банального везения. На появление позитивной побочки повлияло мое долгое пребывание в аномальной зоне, да ещё и нахождение в постоянном контакте с большим количеством кристаллов ливермория совсем незадолго до операции. Можно даже сказать, непосредственно перед ней.

Неудивительно, что противник меня недооценил. Его нож со свистом разрезал воздух рядом с моим плечом, но точка на моем теле, в которую он направил удар, уже успела сместиться вправо, и по руке, сжимавшей оружие, немедленно прилетел ответный удар. Я почти не сдерживался, и результат получился очень впечатляющим.

Нож со звоном ударился о стену и отлетел обратно к моим ногам, а рука его бывшего хозяина хрустнула и согнулась под неестественным углом, заставив его коротко взвыть и мгновенно забыть о продолжении атаки. Впрочем, я проявил милосердие и прописал ему весьма эффективную анестезию в виде четко дозированного удара в челюсть, отправившего неудачливого любителя холодного оружия в глубокий нокаут.

– Ну что ж, господин Минц, – я подобрал нож, и с интересом рассматривая его конструкцию, неторопливо направился к капитану, молча созерцавшему валявшихся на полу шестерок. – Надеюсь теперь, без лишних ушей, мы можем поговорить, как цивилизованные люди?

– Ты покалечил моих людей, – негромко, словно не веря своим глазам, произнес Минц. – Ты не оставил мне выбора, идиот. Теперь ты труп.

Не знаю, какие у него стояли импланты, но скорость, с которой капитан выхватил из плечевой кобуры скрытый под курткой кинетический пистолет, впечатлила даже меня. Годы тренировок, не иначе… Формально ношение такого оружия на станции запрещено не было, но лицензия стоила очень дорого, и позволить себе такое мог далеко не каждый. Впрочем, у Минца, похоже, с деньгами особых проблем не имелось.

Ствол уже был направлен на меня, и палец капитана выбирал последние миллиметры свободного хода спускового крючка. Однако и я не стоял на месте. Негромкий хлопок выстрела почти совпал с началом моего движения. Но именно «почти», и в данном случае это имело решающее значение.

Глава 3

Пули свистнули рядом с моим виском. Пистолет у этого урода оказался автоматическим, что чуть не стало для меня приговором. Хорошо хоть он купился на мое первое ложное движение и начал доворачивать ствол не в ту сторону. Однако это дало мне лишь очень немного времени, а предоставлять Минцу ещё одну возможность в меня выстрелить точно не следовало.