Тень цикады

– Раздевайтесь, я вас сейчас чаем напою. У меня еще и…

– Стой где стоишь! – остановил ее Дробуш. – Что там? – он кивнул на две двери противоположной стены.

– Душ, туалет, кладовые…

Милиционер слева направо осмотрел или, скорее, ощупал глазами помещение, каждый элемент, предмет и деталь, временами задерживаясь, как, например, на печи, мебели и оборудовании.

Наконец вцепился взглядом в деваху, два раза пройдя по ней с макушки до помпонов на тапках.

Она заметно отличалась и от своего ночного, и от утреннего вариантов. Вновь появилась талия, с ней пришла и грациозность. Мощные руки, плечи. Маленькие груди сосочками выпирали из-под обтягивающей тело мастерки. Чуть пополнели розовые щеки, но это все ее не портило – она по-прежнему была ослепительно красива, несмотря на атлетичное сложение.

– Спортсменка?

– Ага! – рассмеялась она. – КМС! – Лиля подняла руки, напрягла бицепсы и свернула торс набок, демонстрируя милиционеру напряженные «крылья» – широчайшие мышцы и надпись «СССР» на спине.

– Ядро толкаешь?

– Не! – она вновь засмеялась. – Пловчиха: коронка баттерфляй и эстафеты, четыре по сто, сугубо…

– Что ты здесь делаешь? – прямо смотря ей в глаза, оборвал Степан.

– Ну… Это наш дом, жить мы тут будем…

– Мы – это кто?

– Папа, мама, я.

– Кто родители?

– Мама фармацевт, декан факультета. Папа врач, торакальный хирург.

– А ты?

– В институте учусь.

– В каком?

– У мамы в меде.

– Вы из областного, что ли?

– Ну да…

– А здесь что делаете?

– Мама инфаркт перенесла. Мед выкупил этот сарай в междулесье и весь участок метеостанции, отремонтировал его, теперь наша дача будет. Сад посадим, двор и дом обустроим, заживем…

Капитан, не отходя от дверей, глянул еще раз на печь и выжидающе посмотрел на Лилю.

– Давайте я вам чаю сделаю? С коньячком?! – она сделал движение к буфету.

– Стоять, сказано! И харэ мне тут му-му пороть!!!

– Злой вы какой-то, дядя Степа, – по-детски оттопырила она нижнюю губку. – Обижусь я на вас.

– Завали поддувало, а то я тебя сейчас сам обижу до кровавой пердоты…

Он еще раз осмотрел комнату и вновь уперся взглядом в Лилю.

– Одевайся, со мной пойдешь.

– У меня нет здесь одежды. Папа забрал, говорит, дескать, чтоб не шлялась.

– Ничего, тулуп теплый… Собирайся, сказал! – начиная свирепеть, скомандовал капитан.

Она шагнула навстречу.

– Вот послу…

– Ни с места! – рявкнул он, вырывая ствол из кармана.

Она отшатнулась назад, оборонительно подняв ладони.

– Давайте я вам паспорт отдам, а завтра Папа приедет, и мы сами вдвоем к вам придем. Я вообще ничего не знаю о помещении и как его оформляли!!!

Она решительно двинулась к буфету, открыла верхнюю дверцу, достала паспорт, раздраженно швырнула темно-зеленую книжицу в центр стола и отошла на пару шагов назад.

– И Папе я таки пожалуюсь на вас! Устроили тут допрос: угрозы, следствие, пистолетом пугают… ОБХСС какой-то! – обиженно отвернулась она.

День у Степана не задался с самого утра. Без малого месяц бесконечной гонки вымотали его физически и эмоционально. Вторые сутки на ногах, пропажа Егора, очень непростое общение с начальством – он был на грани и держался исключительно на морально-волевых, но цепь ошибок сегодняшнего дня неумолимо запустила маховик неизбежного.

Он подошел к столу, взял левой паспорт и опустил глаза. Молниеносным рывком Лиля метнулась к Дробушу и от бедра, не размахиваясь, влепила слева ошеломительную оплеуху. Раздался грохот пистолетного выстрела. Его лицо сложилось словно резиновая губка, а голова метнулась к плечу. Второй раз выстрелить не успел. Словно отвертку, от плеча и без размаха, она обрушила ребро сжатой в кулак правой ладони ему в ключицу. Раздался хруст, капитан начал оседать, но и этого не довершил. Тварь, заступив за его спину правой, зажала тело опера ногами словно в клещи и, ухватив обеими руками за подбородок и затылок, с хрустом свернула Степану шею.

Постояла, посмотрела. Присела на корточки, рассматривая пистолет, лежавший рядом с телом, – от него в карман тянулся кожаный ремешок. Она взяла оружие в руки и понюхала. Потом, придерживая большим пальцем курок, нажала на спусковой крючок и спустила его с боевого взвода. Поставила на предохранитель и засунула «макаров» назад в правый карман его мышиной шинели.