Хозяйка заброшенной усадьбы, или Второй шанс для Попаданки!

Будем благодарны лайку-сердечку захватывающей истории и Вашим комментариям, ведь только Ваша поддержка придаёт нам с Музом силы и вдохновляет!

Визуализация

Глава 3

Сколько времени не будет моего жениха? Рейды бывают разные. Отец мог уехать как на неделю, так и практически на месяц. Всё зависело от того, где произошло нападение тварей, сколько их, да и два дня уже потеряно после отъезда лорда Эрвуда. Я хоть и шла на поправку, но далеко не теми темпами, которыми мне бы хотелось. Лекарь, конечно, уверял, что всё идёт хорошо, даже прекрасно, учитывая, что меня чуть ли не хоронить собирались. Даже магия уже полностью восстановилась. Последнему он радовался больше всего.

А мне вот было не до этого. Может, и странной казалась собственная реакция, ведь это же магия! Волшебство, которого в моём мире не было. Просто обстоятельства сейчас не располагали, да и не чувствовала я дара в себе. Может, всё дело в том, что мне до сих пор было плохо? Да, я начала вставать, старалась как можно больше передвигаться по комнате, заставляя работать ослабленные мышцы. Самостоятельно могла не только сходить в туалет, но и принять душ, благо что в этом мире уже были водоснабжение и канализация. Однако при всём этом слабость довольно быстро валила меня с ног, дрожали руки, темнело в глазах и шумело в висках. Но времени, чтобы нормально выздороветь, у меня не было. Если я протяну, то потом уже ничего не смогу сделать.

Зато за эти два дня я сумела придумать нечто вроде плана. Шитого белыми нитками, конечно, но хоть что-то. Первым делом я выждала момент, когда лекарь уйдёт, и нашла бутыль с зельем, которое мне леди Фокс дала перед встречей с лордом Эрвудом. Память Амелии подсказывала, что срок хранения у подобных зелий около месяца после открытия. Месяц ещё не прошёл, так что оно мне подойдёт.

На руку мне играло то, что так называемая мать не особо интересовалась состоянием единственной дочери и не спрашивала лишний раз об этом у лекаря. Поэтому, вызвав служанку, я распорядилась, чтобы она помогла мне одеться в платье для прогулок и привела волосы в порядок. Самой мне было сделать это сложно. Особенно разобраться с платьем, у которого все застёжки находились на спине. Может, в нормальном состоянии и дотянулась бы, но не сейчас. Да и настоящая Амелия всегда пользовалась услугами служанок. Лучше сейчас не привлекать так много внимания к тому, что Амелия вдруг сильно изменилась. Да, это скоро станет всем ясно, но лучше показывать это по возможности как можно меньше.

— Вы так исхудали, леди, — с жалостью в голосе сказала молоденькая служанка. Память услужливо подкинула её имя — Овли. Девушка затягивала платье, но оно продолжало висеть на мне мешком. — Может, лучше с корсетом попробовать?

— Нет, — резче, чем хотелось, ответила я. — Оно будет давить, а у меня и так сейчас не самое лучшее состояние. Моя матушка в поместье?

— Да, леди. Она в саду. Проверяет работу садовника. Он должен был сегодня заняться дорогими сортами роз, привезёнными вашим батюшкой из-за моря.

— Хорошо. Как закончишь с причёской, накажи конюху приготовить карету. Мне нужно отправиться в город.

— Но как же? — ахнула служанка и, с тревогой посмотрев в ростовое зеркало, встретилась со мной взглядом. — Вы же ещё больны, леди Амелия. Совсем бледненькая и исхудавшая. А вдруг плохо станет по дороге?

— Не станет, — уверенно заявила я, хотя никакой уверенности не чувствовала. Сколько будет действовать зелье? Хватит ли этого времени на задуманное? Но выбора не было. — Я себя чувствую уже намного лучше. Овли, главное, поторопи конюха. У меня не так много времени.

— Конечно, леди, — покорно кивнула служанка, но по взгляду девушки было видно, что она категорически со мной не согласна. Закончив с платьем, Овли принялась за мои ещё влажные после мытья волосы.

Пока девушка делала нехитрую, но довольно милую причёску, я рассматривала себя новую в зеркале. Со мной прошлой у Амелии было немного сходства. Практически один рост, тёмный цвет волос, брови в тон и пухлые губы. На этом сходство заканчивалось. Ранее у меня были серые глаза, теперь же — насыщенно-зелёные. Глубину цвета не смогла испортить даже тяжёлая болезнь. Ещё они были очень большими, особенно сейчас, на фоне исхудавшего лица. Черты мягкие, правильные. Светлая, практически идеальная кожа. Лицо, конечно, очень бледное, но это временно. Лебединая шея, тонкие руки, длинные пальцы. Изящная, нежная… Как этот больной лорд говорил? Хрупкий цветочек? И правда, Амелия была очень похожа на весенний цветок, покрытый утренней росой и который может надломиться от порыва ветра.

Но теперь это лишь внешность. Внутренне же я стала намного сильнее, даже сильнее, чем когда была Мариной. Мариной Яровой… Имя уже кажется чужим. Как и моя прошлая жизнь. Родители… Я скучала по ним, и очень сильно хотелось бы их увидеть. Но внутри не было ужасной боли от потери. Может, это и к лучшему, учитывая новые реалии. Благо, что они остались не одни. Мой брат — хороший сын и будет их поддерживать. Особенно теперь, когда он стал отцом сам. Да, по Роме и племяннику Саше я тоже скучаю. Как и по лучшей подруге. Надеюсь, у неё всё будет хорошо, как и у моей семьи.

А больше и нет у меня особо никого. В универе встречалась несколько лет с парнем, но как-то дальше не сложилось. Не возникло у меня к нему или кому-либо другому сильных чувств, ну разве что первая влюблённость ещё в школе, но и та прошла к выпускному классу. Замуж я пока не хотела, и пришлось с парнем расстаться. После универа сосредоточилась на карьере, уделяя этому всё своё время. К двадцати пяти годам успела добиться повышения в крупной оптовой компании и стала снабженцем.

Меня всё устраивало. Денег хватало, чтобы снимать квартиру, обеспечивать себя. Я даже успела год покопить на машину. Но… Моя прошлая жизнь закончилась одним дождливым вечером, когда я на такси поехала к родителям в гости. Толком даже не поняла, как из-за поворота выскочила красная иномарка. Крик водителя, резкий удар, шум и… Темнота.

А после — я осознала себя в этой темноте. Она не была пустой, но и какой именно, не могу описать. Всё на уровне странных ощущений. Мне было спокойно, ничего не тревожило и не волновало. Единственные эмоции пробудились, когда меня сильно потянуло куда-то. Мне стало… Интересно. Меня тянуло и тянуло, а после словно резко выбросило в яркий свет. Вспышка — и перед глазами начала проноситься жизнь Амелии.

— Даже в болезненном состоянии вы очень красивы, — смущённо сказала Овли, выдёргивая меня из воспоминаний. Она закончила с причёской и отошла, давая мне оценить её труд.

Поблагодарив девушку, напомнила про карету, а сама отправилась в сад. Идти по поместью было… странно. Каждый уголок был знаком и казался родным, но в то же время я с интересом рассматривала картины, гобелены, светлые стены, расписные вазы с цветами, понимая, что наяву я вижу это всё в первый раз. Двоякие и труднообъяснимые ощущения.

Недовольный и надменный голос матушки я услышала сразу, как только вышла в сад. Женщина распекала несчастного садовника, что тот плохо старается, и если он испортит хоть одну дорогую розу, которая стоит больше, чем он зарабатывает за год, он сильно пожалеет. В этом не сомневался ни садовник, судя по его затравленному выражению лица, ни я, уже прекрасно зная норов леди Фокс.

— Матушка, — обратилась к женщине, которая вызывала омерзение у меня, и в то же время давали о себе знать чувства Амелии. Или это мои собственные? Ведь я прожила её жизнь сама. Желание спрятаться от неё, чувство страха, несбыточная надежда на ласку от матери… Всё это смешалось в жгучий коктейль. Да уж, будет немного сложнее, чем я предполагала. Нужно как-то учиться блокировать эти чувства.

— Амелия? — удивилась леди Фокс, обернувшись ко мне. — Что ты здесь делаешь? Ты должна находиться в кровати и выздоравливать. Что я скажу лорду Эрвуду, когда он вернётся, если ты ещё будешь, — ярко-алые губы скривились, — в этом ущербном состоянии?

Изображать из себя забитую и покорную дочь было сложно. Дико хотелось ударить эту отвратительную женщину. Никакой не то что совести, даже проблеска чего-то нормального в ней нет. Только эгоизм и желание унижать всех вокруг, чувствуя от этого себя самой лучшей.

— Я уже намного лучше себя чувствую, — нагло соврала, опустив голову. — Мне нужно отправиться в город.

— Зачем это? — Потеряв к притихшему садовнику всяческий интерес, леди Фокс сосредоточилась на мне. Прищурила глаза и придирчиво оглядела с ног до головы.

— Мне нужно купить платья, сорочки и прочие женские вещи, — последние слова постаралась сказать смущённо, как если бы это говорила Амелия.

— Ха, — фыркнула мать и саркастично улыбнулась. — С чего бы это? У тебя более чем достаточно вещей.

Она не любила тратиться на дочь, считая это излишним. Амелия одевалась достаточно скромно для своего положения. Закрытые платья простого покроя, минимум украшений. Да и последние были только от отца. И если лорд Фокс дарил что-то дорогое дочери, то, когда он уезжал, мать забирала у Амелии подарки, объясняя это тем, что у неё они будут в большей сохранности.

— Понимаете, матушка… — Я специально замялась и переступила с ноги на ногу, а руками начала нервно мять ткань платья. Амелия делала так, когда сильно нервничала. — Я понимаю, что должна стать… женой лорда Эрвуда. Договор подписан и…

— Ну и что ты мямлишь, Амелия? — не выдержала родительница моих потугов объясниться. — Ты же знаешь, как я ненавижу, когда ты даже двух слов нормально связать не можешь! Позорище, а не наследница рода Фокс.

— Я хочу расположить к себе жениха, — получив от неё нужную реакцию, я подняла голову и уверенно продолжила: — Он яркий мужчина, и ему нужна такая же жена. Мои наряды очень скромные, и это лорда Эрвуда не устраивает. В нашу последнюю встречу он ясно дал понять, чтобы я занялась своим внешним видом и не разочаровывала его. Вызывать гнев лорда я не хочу.

Я нагло врала, прекрасно зная, что матушка ни за что не позволит чему-либо помешать ей получить желаемое за продажу своей дочери. Я делала ставку на это и на её представление, что в женщине может заинтересовать мужчину. Леди Фокс было выгодно, чтобы лорд Эрвуд продолжал сгорать от желания обладать её дочерью. И чем привлекательнее и соблазнительнее буду я, тем больше шансов, что она сумеет ещё что-то выжать из него.

Зерно этой мысли я сейчас и посеяла в её голову, а по разгорающемуся жадному блеску в её глазах поняла, что всё удалось.

— Наконец-то в твоей пустой голове появились здравые мысли, — удовлетворённо сказала леди Фокс. — Это правильно. Жена должна соответствовать мужу. Женщина обязана блистать и восхищать мужчин. Нужно подобрать тебе самые лучшие наряды! Я отправляюсь с тобой к швее и по лавкам. Лучше меня никто не справится. А работы с тобой довольно много.

Не так быстро, леди Фокс! Вы мне в городе не нужны.

— Но, матушка, — удивлённо протянула я. — А как же наш сад?

— А что с ним? — насторожилась она.

— Ваши розы… Кусты ещё не все обработаны. Дальняя часть тоже немного заросла. А сад должен быть в идеальном состоянии. Вдруг лорд Эрвуд решит провести свадьбу в нашем саду? Вашими стараниями он, конечно, великолепен. В нём собраны редкие сорта роз и лилий, что так сейчас ценятся в высшем обществе. Но…

Я расстроенно нахмурилась и бросила взгляд на дальнюю часть сада. На мой взгляд, здесь было всё идеально, но… Одно лишь упоминание, что свадьба может пройти в нашем поместье и дорогие гости найдут какие-либо недочёты, приводило леди Фокс в ужас.

— Лорд Эрвуд намекал, что свадьба может пройти здесь? — напряглась матушка.

— Ну он упоминал, что его восхитила ваша коллекция редких сортов роз. — Я едва сдерживала победную улыбку.

— Да, у меня она самая богатая во всей столице. Ну, кроме королевского сада, конечно, — недовольно скривилась женщина. Я следила, как мысли метались в её голове. Немного помедлив, она всё же решилась. — Времени осталось мало. Твой жених может вернуться уже очень скоро. А работы много. Ты права, садом никто, кроме меня, заняться не может. А тебя я отправлю к моей швее с запиской. В ней я укажу, что следует сшить и подобрать из белья. Тебе не нужно будет ходить по лавкам. Хелия сама всё приготовит. Она отлично знает, что нужно.

Через пятнадцать минут я выехала из поместья, держа в руках письмо матушки. Как только мы отъехали подальше, я отдала приказ вознице, чтобы тот сменил маршрут. Первым делом мне следовало отправиться в совершенно иное место.

_____

Друзья, добавляйте книгу в библиотеку и подписывайтесь (чтобы не пропустить скидки и новые истории)

Глава 4

«Хоть бы он был на месте. Хоть бы он там был!» — бились мысли в моей голове, когда карета остановилась перед внушительным зданием банка, которое отличалось от остальных своим фасадом. Строение было облицовано молочного цвета гранитом, украшено барельефами, высокими колоннами и балюстрадами, что придавало ему величественности. При взгляде на него сразу приходило понимание, что это не просто хранилище денег, а серьёзная организация, способная эти деньги сберечь и приумножить, отчего возникало желание принести сюда всё до последней монетки.

— Приветствую, леди. Вы по какому вопросу? — встретил меня молодой паренёк в вестибюле. Он был одет в идеально отглаженную форму сотрудника банка и дружелюбно улыбался, располагая к себе.

— Доброе утро. Мне нужен лорд Дирвел Бустол. Он на месте?

— У вас имеется запись к управляющему банком? — вежливо спросил парень.

— Нет. Я по личному вопросу к лорду. Передайте ему, что о встрече просит леди Амелия Фокс, — чуть высокомерно сказала, надавливая этим тоном и тяжёлым взглядом на чуть нахмурившегося паренька.

Не хватало ещё, чтобы он решил, что не стоит отвлекать высокое начальство по глупой прихоти какой-то там юной леди. Что у неё может быть к управляющему такого, что не может решить специальный работник банка? К сожалению, у аристократов порой самомнение было чрезмерно высоким, и они даже по мелочам требовали особого внимания, и желательно, чтобы это решала сама верхушка того же банка, к примеру.

— Я тороплюсь, и дело у меня крайне важное, — добавила я и поджала губы, демонстрируя недовольство тем, что встречающий, или как эта должность у них здесь называлась, ещё стоит передо мной.

— Пару минут, леди Фокс. Можете расположиться на диванчике у окна в зоне ожидания, — решился всё же паренёк и, кивнув в нужную сторону, отправился передавать мои слова.

Стараясь не привлекать лишнего внимания, я прошла к небольшому диванчику и присела на самый краешек, не забывая ровно держать спину. Ждать долго не пришлось. Встречающий, как и обещал, явился через минуты три и попросил следовать за ним. Мы преодолели широкую лестницу и поднялись на второй этаж, где парень, пожелав хорошего дня, удалился, а меня встретил грузный мужчина средних лет и провёл к кабинету управляющего. Постучав и дождавшись разрешения войти, он открыл массивную дверь и пропустил меня внутрь.

— Амелия, — с радостью в голосе поприветствовал управляющий, встав со своего кресла. — Проходи, милая.

— Рада вас видеть, лорд Дирвел, — улыбнулась я и присела в кресло напротив стола, за которым собрался разместиться сам хозяин кабинета.

— О, и я тебя, Амелия, — сказал, поправив сюртук и заняв своё место, чуть полноватый мужчина. Из воспоминаний Амелии я знала, что друг её отца всегда с большим теплом относился к его дочери и нередко сетовал на судьбу, которая подарила ему двух дочерей и ни единого сына, чтобы можно было крепко связать семьи. — Слышал о твоей болезни и очень волновался, милая. Присылал тебе письма и подарки для укрепления организма, чтобы ты побыстрее встала на ноги. Эти зелья изготавливал сам королевский лекарь. Надеюсь, они помогли тебе?

Вот как? Интересно, это ими меня поил нанятый лордом Эрвудом лекарь?

— Благодарю вас, лорд Дирвел. Вы мне очень помогли, — искренне улыбнулась доброму мужчине, прекрасно зная, что это самое добро он проявляет далеко не ко всем. Должность обязывала лорда быть жёстким, хитрым и уметь читать намерения людей, чтобы не выделить ссуду или иной займ тому, кто не сумеет выплатить или решит попросту растранжирить деньги, вместо того чтобы пустить их на то, на что они и были выделены.

— Я рад, Амелия, но твой вид… всё ещё болезненный, и я обеспокоен, — нахмурился управляющий, внимательно разглядывая меня. — Что же тебя выдернуло из постели и привело ко мне, милая?

— Дело, не терпящее отлагательств, — вздохнула я и покосилась на графин с водой. Лорд Дирвел уловил мой взгляд и наполнил стакан, подав его мне. Утолив жажду, я продолжила. — Вы же знаете о моём положении?

— Ты про заключённый договор твоей матерью с лордом Эрвудом? — сразу же понял он и недовольно скривился. Я утвердительно кивнула. — Я боялся, что после смерти твоего отца эта жадная женщина не упустит такую выгоду. Жаль, но твой батюшка был настолько влюблён в свою жену, что никогда не видел в ней того, что остальные, и не слушал никого, веря только ей. Прости, милая, что тебе приходится такое слышать о собственной матери.

Увы, но друг отца был прав. И я сама однажды, случайно заглянув в кабинет родителя, была свидетелем их разговора у камина, когда лорд Дирвел пытался открыть глаза другу на его жену. Однако глава рода Фокс не желал обсуждать свою жену даже с лучшим другом. Тогда же он сказал управляющему банка, что почти всё своё наследство оставил единственной дочери. Всё, кроме столичного поместья, в котором мы жили, и личного счёта жены, который он регулярно пополнял.

— К сожалению, лорд Дирвел, вы правы, и я это прекрасно понимаю. — К глазам сами собой подкатили слёзы. Это была не моя реакция… Чувства Амелии к той, которая родила её, к той, о тепле которой она так мечтала, жили во мне и сейчас брали вверх. Пришлось приложить усилия и взять себя в руки. Сейчас не время предаваться стенаниям о несправедливости.

— Ну, милая, — опечалился управляющий, заметив мою реакцию. — Мне так жаль, деточка.

— Не стоит, — нарочито бодро улыбнулась я, выпрямляя спину ещё сильнее. — Сейчас есть куда более важное. Замуж за лорда Эрвуда я не собираюсь, и чтобы я смогла разорвать договор с ним, мне нужно кое-что сделать. Первое — отозвать доверенность на мою мать, дающую ей возможность распоряжаться всеми моими деньгами и недвижимым имуществом.

— Я поддержу и помогу тебе, Амелия. — Увидев в глазах управляющего одобрение, я почувствовала облегчение и веру в то, что всё получится. — Но боюсь, что… Тебе не хватит денег на счетах, чтобы выплатить отступные по договору лорду Эрвуду. Даже если ты продашь наследное имущество. Это баснословная сумма, милая. Он так сильно жаждет заполучить тебя, что предусмотрел и это.

— Знаю. — Горечь обожгла горло, и чувство страха скрутило желудок в узел. Шанс на то, что всё получится, был настолько ничтожен, что его можно продеть через игольное ушко. Но отступать было некуда, и я, собрав всю свою волю в кулак, уверенно произнесла. — У меня есть идея. А чтобы осуществить её, мне потребуется ваша помощь, лорд Дирвел.

Глава 5

Управляющий удивлённо вздёрнул бровь и придвинулся к столу ближе, показывая, что он внимательно меня слушает. В подтверждение своих намерений он ещё и добавил:

— Ты же знаешь, Амелия, что я сделаю всё, что в моих силах, и всегда помогу тебе. Но… — он нахмурился и, немного помедлив, снова напомнил:— что я могу для тебя сделать, милая? У меня есть деньги, и я тебе их дам, но, увы, деточка, этих средств совершенно не хватит на отступные лорду Эрвуду.

Сразу же отказываться от его денег я не стала. Они действительно могут понадобиться.

— Благодарю вас, лорд Дирвел. — Я тепло улыбнулась искренне расстроенному мужчине. — Мне нужно в кратчайшие сроки распродать всё имущество, отошедшее мне по завещанию от отца. Крихтенвские земли, насколько я знаю, давно уже желал купить у папы лорд Чериди. У него эффективно используются его сельские угодья, и наши земли — лакомый кусочек для лорда, учитывая их плодородность и наше соседство. Я готова продать ему их. Пусть выращивает зерно.

— Но с этих земель ваша семья получает неплохую сумму, собирая сено, — встрепенулся управляющий.

— Однако этого недостаточно, чтобы выплатить отступные моему жениху.

На это лорду Дирвелу ответить было нечего, и я продолжила:

— Письмо с предложением лорду Чериди я отправлю. Но остаются загородный дом и несколько домов здесь, в столице, которые арендуются. Вот здесь мне и нужна ваша помощь, лорд Дирвел. Я не знаю, как быстро их распродать и сделать это так, чтобы слухи не дошли до моей матушки и жениха. И, конечно же, поджимают сроки. Нужно всё успеть до приезда лорда Эрвуда.

— Хм, — задумался управляющий, явно прикидывая разные варианты у себя в голове. — Загородный дом куплю у тебя я. Он мне давно нравится. Большой, светлый, уютный. Жена будет в восторге. И сумму я тебе предложу выше рыночной, Амелия. Но беда в том, что остальные твои дома в столице так быстро распродать будет сложно. Да ещё и тихо всё надо сделать.

Сердце пропустило удар. Неужели у меня ничего не получится?

— Вы… — Горло сдавило накатывающее отчаяние. Прикрыла глаза, глубоко вдохнула, успокаиваясь, и, вопросительно посмотрев на управляющего банком, продолжила: — Я понимаю, что цена будет намного ниже реальной из-за срочности и скрытности. Но и выбора у меня нет. Я согласна, лорд Дирвел. Если вы, конечно, сможете мне в этом помочь.

— Смогу, милая, — грустно ответил собеседник и бросил задумчивый взгляд на широкое окно, за которым уже полностью проснулся город. Сквозь приоткрытую раму доносились голоса прохожих и ржание лошадей. — Но всё равно этих денег не хватит. Ты же видела сумму в договоре? Она действительно баснословная.

Видела. Конечно, видела. Пять тысяч золотых. Это огромная сумма даже для аристократов.

— Допустим, за загородный дом я тебе заплачу тысячу триста золотых, — как я понимаю, триста или даже четыреста золотых лорд Дирвел мне щедро накинул сверху. Очень даже щедро. — За земли свои ты можешь попросить где-то полторы тысячи золотых. Ну и три столичных дома… Где-то за тысячу или чуть больше можно продать. В три раза ниже рынка, Амелия. Но тебе всё равно не хватает около тысячи золотых. При этом у тебя самой на счетах всего сто золотых осталось. Остальное твоя мать успела уже потратить.

— Но у меня есть ещё кое-что. — Хитро улыбнулась управляющему и допила воду из своего стакана. Горло сильно сушило после матушкиного зелья.

— И что же? — поторопил меня собеседник, поправив платок на воротнике.

— Драгоценности. У меня их совсем немного, но вот у матери… Леди Желья их очень любит, и отец спускал на её блажь немалые деньги. А главное — родовые драгоценности Фоксов. Если собрать и продать всё это добро скупщику в два раза ниже настоящей стоимости, то они выйдут даже больше трёх столичных домов, — опираясь на примерную стоимость в памяти Амелии, апеллировала я.

— Это немыслимо, — тихо выдохнул лорд Дирвел, вновь нервно поправив платок на шее. Тот вылез с одной стороны, управляющий попытался его заправить обратно, и когда ничего не вышло, резко выдернул его и бросил на дубовый стол. — Амелия, ты не можешь этого сделать. Продавать драгоценности своего рода… Это… Это… Позор! Ты знаешь, какой вызовешь скандал в обществе? Да ещё и своей матери украшения продать ты не можешь. Они принадлежат ей. Не воровать же ты собралась?

— Не воровать, — отрицательно покачала я головой и как можно более уверенно и твёрдо заявила главное. То, на чём основывался весь мой план. — Я наследница рода Фокс, и только я имею право распоряжаться всем, что принадлежит роду. Фамильные драгоценности в том числе, как и материнские. Отец не прилагал к дорогим украшениям дарственные на имя леди Жельи. А значит, они принадлежат Фоксам. И я имею право распоряжаться и ими. А пустые слова общественности меня мало сейчас интересуют. Если вы забыли, лорд Дирвел, то надо мной висит угроза в лице моего жениха? Поэтому я лучше стану дрянной дочерью и отвратительной наследницей, не ценящей свой род в глазах общественности, чем женой лорда Эрвуда, о жестоких забавах которого не слышал разве что только глухой!

— Но, милая, — попытался что-то сказать разнервничавшийся мужчина, но я его невежливо перебила.

— Скажите, лорд Дирвел, вы бы отдали одну из своих дочерей за этого человека?

— Нет, — даже не раздумывая, ответил управляющий. — Конечно же, нет. Я люблю своих девочек и желаю им счастья. И тебе, Амелия, я тоже не желаю такой участи.