Дочь боли и стекла

— Например?

— Например, почему Лилит на самом деле покинула Эдем, — Элиша посмотрела ей прямо в глаза. — И почему она оставила вас.

Она вышла, тихо закрыв за собой дверь.

Александра осталась одна.

3.

Следующие полчаса она провела, изучая содержимое папки. Внутри были фотографии — десятки фотографий древних фресок, манускриптов, барельефов. На всех была изображена женщина, похожая на ту, с первой фотографии: без зрачков, с яблоком и ключом. Но были и другие образы. Лилит с крыльями — не ангельскими, а перепончатыми, как у летучей мыши. Лилит, окружённая детьми — странными, деформированными существами, которых средневековые художники изображали как демонов. Лилит, стоящая у врат — то ли райских, то ли адских, — и протягивающая ключ невидимому собеседнику.

Были и тексты. Фрагменты на иврите, арамейском, латыни. Переводы, сделанные рукой Элиши — аккуратным, почти каллиграфическим почерком. Александра читала их один за другим, и по мере чтения её понимание собственной природы расширялось, усложнялось, становилось объёмным.

Лилит не была демоном в христианском понимании. Она была отказом — первым актом свободной воли в реальности, где свободной воли ещё не существовало. Когда Бог создал Адама и Лилит из праха, они были равны. Но Адам потребовал подчинения — он хотел лежать сверху, властвовать, обладать. Лилит отказалась. Она сказала «нет» — и это «нет» было настолько мощным, что изменило саму структуру творения. Бог, столкнувшись с первым актом неподчинения, не знал, что делать. Он не предусмотрел такой возможности. И тогда он изгнал Лилит — не в ад, ада тогда ещё не существовало, — а в пустоту, в небытие, в ту область реальности, которая ещё не была оформлена.