Хрустальная пирамида. Часть 2

— Ну хорошо, как пожелаешь. Только премию мы тебе за последний месяц выплатить, к сожалению, не можем.

— Не хотим, — поправил Рифат.

— Ну сам подумай, премия всегда была на усмотрение руководителя, это не обязательная часть зарплаты. Ты бросаешь нас, и мы вынуждены твои обязанности разделить между твоими коллегами. Им и пойдёт премия.

— Логично, но дело в том, сто я уже отработал тот период, за который полагается премия. К тому же уверен: моим коллегам тоже от неё ничего не достанется.

Рифат понимал, что его премию они просто прикарманят, а подчинённые в любом случае выполнят работу. По наглым лицам этих двоих всё было и так понятно. На тренингах менеджеры учатся отрабатывать возражения клиентов на случай, если с первого раза не удаётся что-либо продать; а само руководство, как правило, учится отрабатывать возражения подчинённых, связанных с условиями работы и заработной платы. Существуют методики, курсы и лекции как для персонала, так и для руководящего состава. Но эти двое, похоже настолько обнаглели и расслабились, что даже не скрывали своих намерений. Им плевать на какие-либо возражения подчинённых, всё предельно просто: не нравится — пинок под зад, следующий.

— Хорошо, можете оставить премию себе, — спокойно продолжил Рифат, — но я придам огласке всё, что здесь происходит.

— И что из этого? Так работают везде! — усмехнулись две наглые морды, чувствуя свою безнаказанность.

— Да, но вы не учли один нюанс. Я заранее готовился к увольнению и мне уже рассказывали о вашем отношении к тем, кто уходит из компании. Потому у меня имеется стопка документов о нарушениях и в налоговую, и в пожарную, и в трудовую инспекции. У меня предостаточно было времени ознакомиться с регламентами и правилами.

Наглые морды резко переменились.

— А вот это ты зря! Ты только себе этим делаешь хуже, — со злобным видом пробурчал один из них.

— А что вы мне сделаете? Убьёте что ли? — дразнил Рифат.

— А что ты бессмертный? — взъерепенился один из руководства, который оказался глупее другого.

— Разве не похоже? — продолжал бесить Рифат.

— Ведёшь себя так, словно действительно бессмертный. Ну это легко проверить.

— Тсс, тише! Зачем ты так? — успокаивал свирепого коллегу второй начальник.

Конечно же он это делал не искренне, а больше даже придурялся. Это была своего рода игра в злого и доброго полицейского.

— Он уже осознал свою ошибку и сейчас исправится.

— Где будете проверять? Прямо здесь и сейчас? — продолжал издеваться Рифат.

Ему хотелось вывести хотя бы одного на неадекватное поведение. Он понимал, что рискует, но тут дело принципа.

— Ну что ты? В таких делах спешка не нужна, — с умным видом и пытаясь запугать говорил свирепый. Рифат улыбнулся и продолжил.

— Вот вы сейчас наговорили уже на срок. Я с этим иду в милицию. Да будет вам известно: у меня там родственники работают.

Рифат достал из кармана диктофон и показал его.

— Более того, за мной сейчас заедут на машине, если я не выйду, все эти документы точно окажутся там, где я сказал. Не проще ли вам выплатить премию в полном объёме, чем заниматься чепухой, которая вас не спасёт.

Тот, что поспокойнее подошёл к свирепому и что-то шепнул на ухо.

— Ну хорошо. Как скажешь. Давай расстанемся по-хорошему и не будем вспоминать плохое, — сказал свирепый делая вид, что он успокоился, встав из-за стола и пытаясь подойти к Рифату.

— Стойте, где стоите! — приказал Рифат, отшагнув к выходу.

— Хорошо, хорошо! Но учти, если ты создашь нам проблемы, то терять нам будет нечего.

— Опять вы угрожаете? Глупо! Вот, как будет дальше: я выхожу во двор и жду в течении пяти минут недостающую премию у машины.

— Стой! — крикнул один из начальства. — Давай договоримся.

— Жду в машине! Будут деньги — всё будет у вас хорошо! — крикнул Рифат, не останавливаясь и не оборачиваясь.

Через минуты две вышел один из менеджеров, который работал в команде Рифата, и вынес недостающую премию.

— Они просили тебя передать им документы, которые ты собрал и аудиозаписи, — сказал парень, что принёс деньги.

— Ага! Конечно! Передай им: всё останется у меня, как гарантия спокойной жизни. Мои родственники в милиции обо всём уже в курсе и, если возникнет необходимость, запустят процесс.

Никаких родственников в полиции у Рифата нет, это был блеф. Машина, в которую Рифат сел, была им заказана заранее. Поскольку последний день работы, то гулять, так гулять!

Конечно, вся эта ситуация потрепала нервы и Рифату и бывшему начальству, но прошло время, и никто её не вспоминал больше. Впрочем, однажды Рифат созвонился со своим бывшим коллегой и узнал, что в компании поменялись правила, работать стало легче, премия увеличилась. Похоже тот разговор произвёл свой эффект и руководство решило обезопаситься и перестраховаться.

В душе парня всё же не было спокойствия. Тянуло на родину. Несмотря на то, что он родился и вырос в Москве, своей родиной он привык считать те края, откуда были его предки. Вспоминая свою последнюю поездку, он осознал, что тянет не только к определённому географическому месту, а к культуре, к традициям, к людям, принадлежавшим этой культуре. Появилось желание изучить родной язык и свободно владеть им. Хотелось узнать о том, чем жили предки. Рифат купил несколько кассет с татарскими песнями и дома слушал их на небольшой громкости. Однако, ему не понравилось современное исполнение. Он хотел услышать старые народные песни, а эти какие-то странноватые. Да, они на татарском языке, но музыка совершенно ни к месту. Аранжировки кажутся смешными, но это даже обидно. Почему национальное искусство, которое востребовано народом в таком упадке? Почему-то много было пародий на популярную русскую эстраду. Неужели своих идей нет? Тут или иссякла фантазия, или желание быть в некоем тренде, но результат — ужасающая безвкусица. Эх, надо ехать в деревню. Там наверняка у какого-нибудь домика вечером можно снова услышать оригинал, образец национального искусства. Единственное: приехать в родную деревню, конечно же, — не проблема, проблема — где жить? Он не собирался переезжать насовсем, но иметь свой уголок, куда можно наведываться время от времени считал необходимостью. Поселиться у родственников на время — идея так себе. Стеснять их и без того в тесном жилище при том количестве детишек, которое там было — совесть не позволяла. Да и самому хотелось ощущать себя хозяином хотя бы небольшого домика. Вдруг у него возникла навязчивая идея выкупить дом своих предков обратно. А почему нет? И почему невозможно? Надо всё прощупать, познакомиться с нынешними хозяевами, подружиться. Может даже сразу не показывать своих намерений. В общем, задача на первый раз: съездить на разведку и заодно навестить могилы родителей. Рифат, обдумав своё решение, собрал минимум вещей, взял небольшой запас денег и отправился на вокзал за билетом. Он принял вполне взвешенное решение, и спустя пару часов он уже довольный сидел в купе.

Стук колёс скорого поезда Рифат обожал с самого детства. Вспомнилось даже, как однажды рассмешил свою маму, изображая ртом мчащийся на всех парах поезд.

— Это самый быстрый в мире поезд, мам!

Маленький Рифат быстро и смешно надувал щеки, и произнося «пуф-пуф, пуф-пуф!», мысленно сидел у окна купе. Вот и сейчас уже по-настоящему, слушая стук колёс, он наблюдал как мелькают столбы, как пляшут волнообразно провода, как за густым лесом открываются просторы, обнажая садящееся багровое солнце на горизонте и снова скрываются за очередной порцией леса. Куда он едет, к кому — не важно. Он едет на родину. Уж родные края-то не дадут пропасть.

Вежливая проводница услужливо предложила чай, и Рифат с радостью согласился. Фирменные стаканы в металлических подстаканниках создавали особый антураж. Он с романтическим чувством разглядывал интерьер купе, начиная от газетных полок с сеткой на стенах, заканчивая уютными занавесками на окнах.

Соседями были пожилая пара. Разговаривая друг с другом, они деликатно намекнули Рифату, что собираются спать. Он сразу же перебрался к себе на верхнее место, и, уже лёжа, созерцал подвижный пейзаж за окном. Пожилые соседи довольно быстро улеглись. Дверь в купе была немного приоткрыта, и время от времени Рифат слышал татарскую речь проходящих по коридору пассажиров, от чего на душе становилось тепло и радостно. Он даже понимал некоторые слова и примерно мог представить о чём шла речь.

— «Ничего, ничего, и я научусь!» — думалось ему.

У мечтательного парня улыбка не сходила с лица, он чувствовал себя счастливым. Вместе с тем ему немного взгрустнулось, когда он вспомнил своих родителей, но это продлилось недолго. Он всё же больше был заряжен положительно.

Рифат не заметил, как уснул. Лишь на утро проводница еле разбудила его. Парень так крепко спал, что его пришлось буквально растолкать.

— Просыпаемся, молодой человек! Через полчаса вам выходить.

Проснувшись Рифат заметил, что пожилых соседей в купе уже не было. И непонятно откуда появилось ощущение страха, сердце бешено колотилось, гудела голова. Очень странное состояние, которые он, кажется, никогда ещё не испытывал.

Когда он сошёл с поезда, лучше ему не стало. Рифат зашёл в помещение вокзала и присел на лавочку. Часы вокзала показывали начало шестого. В зале ожидания стояла гробовая тишина: не было ни души; даже кассира в окошке не видно. Сердце Рифата стучало так же, как во время подъёма по тревоге в армии; гул в голове так же не давал покоя. Достав из сумки бутылку с водой, он снова вышел на улицу. Вылив её всю себе на голову, вернулся в помещение и сел на скамейку. Постепенно состояние стало улучшаться.

— «Акклиматизация наверное, — подумал он. — Как ещё можно это объяснить? Странно только, что в прошлый раз такого не было».

Он просидел около получаса, даже немного вздремнул. Кто-то заходил в зал ожидания и выходил, кто-то общался с кассиром, но Рифат всё это пропустил мимо своего внимания.

Наконец, ему стало немного лучше, и он отправился дальше. Нужно было найти транспорт, чтобы доехать до родной деревни. Автобус ходил редко, судя по расписанию: всего два раза в день. Что ж, вся надежда на таксистов, если, конечно, такие тут имеются.

Неподалёку от вокзала в стареньких жигулях спал пожилой мужчина, натянув засаленную кепку себе на глаза. Рифат подошёл и тихонечко постучал в окно. Мужчина резко дёрнулся, убрал с лица головной убор, одев его как положено; затем он посмотрел в сторону Рифата и опустил стекло.

— До Масловки не едете? — поинтересовался Рифат.

— Пятьсот рублей! — ответил тот с явным татарским акцентом.

— Годится, поехали! — обрадовался юноша.

Водитель завёл автомобиль. Рифат обошёл капот и собрался сесть спереди рядом с водителем, но там лежал термос и развёрнутая газета с бутербродами на ней.

— Бер секунд! — произнёс мужик, свернув кулёк, и положил его вместе с термосом на заднее сидение.

— «Бер секунд» означает одну секунду, — догадался Рифат. Вся эта ситуация его немного рассмешила: трудно представить себе такое качество обслуживания в Москве, но было бы, пожалуй, некой экзотикой. Впрочем, если на чистоту, там иностранные водители тоже не блистали аристократизмом.

Рифат, стряхнув крошки с сидения, сел в машину. Пожилой водитель вёл автомобиль очень аккуратно, не торопясь, объезжая многочисленные ямы и кочки на дороге. Видно, что любил свою ласточку и берёг её. Проехав немного, он закурил сигарету, вследствие чего салон стал сильно задымлённым. Рифат с непривычки начал кашлять. Мужик, догадавшись наконец, что везёт некурящего, открыл у себя окно и стал выдыхать дым на улицу, но это не сильно помогало. Салон уже был в плотном дыму.

— Ач тәрәзәне! — сказал мужик Рифату.

— Что?

— Окно открой, у себя, — произнёс по-русски мужик.

Рифат покрутил скрипящую ручку на двери, стекло опустилось, и в салоне посвежело.

— Не куришь что ли?

— Не-а!

— Молодец! Спортсмен?

— Да нет. Просто не курю.

— Молодец, молодец! А я вот, пятьдесят лет курю, бросить не могу.

— А сколько вам уже?

— Шестьдесят пять. Мужик говорил с таким знакомым акцентом, можно сказать нараспев. Рифат даже не смог скрывать эмоций, начав улыбаться.

— К родным едешь? — спросил мужик.

Рифат немного задумался, не зная, что ответить, потом решил, что никакой разницы нет, это ж просто разговор ни о чём и обо всём.

— Да, к родным.

— Это хорошо! Тоже не выспался в поезде? — продолжал расспрашивать водитель.

— Да. И голова как-то сильно болит, — ответил Рифат.

— Голова болит это плохо! Соседи спать что ли не давали?

— Да нет, соседи тихие были, пожилые. Они сразу уснули. Голова не обычно болит как-то. Тянущая изматывающая боль, тупая я бы сказал.

— Таблетку может тебе дать? — сказал водитель и остановил машину на обочине.

— Проверь свои вещи и деньги. Может тебе насыпали что-нибудь и обокрали? Проверь, а то потом на меня подумаешь.

Рифат немного перепугался и начал осматривать свою сумку.

— Да нет, всё на месте.

— Ну ладно, поехали, — выдохнул мужик.

Немного проехав, он снова завёл разговор.

— Недавно был случай. Я тоже вёз мужчину одного; ну он то постарше тебя будет, лет сорок. Вот ему не повезло. Правда он ехал не со старыми людьми в купе, а с двумя женщинами лет тридцать — тридцать пять. Они знакомились, шутили, пили что-то. Он уснул. Проводница еле-еле разбудила его. Он кое-как успел одеться, взять свои сумки и выпрыгнуть из вагона, а поезд уже тронулся, представляешь? Потом, говорит, сильно голова болела, вот, как у тебя. Спал на вокзале. А когда проснулся, сумку посмотрел — акча ёк!

— Денег нет? — переспросил Рифат.

— Ну да! Денег нет!

— Так может на вокзале обокрали, пока спал? — предположил Рифат.

— Да нет! На вокзале так рано нет никого! У нас же тут тихо. Народу мало. Это в поезде те женщины. Что тут думать-то?

— А в милицию заявил.

— Не знаю, наверное. Я с тех пор не видел его больше.

Водитель хотел было закурить вторую, достал пачку, но, посмотрев на Рифата, передумал.

— Никогда не пей с незнакомыми людьми. Никто не знает, что на уме у них.

— Да я пил только чай, который проводница принесла и всё, — оправдывался Рифат.

Водитель искоса посмотрел на него.

— Ты говоришь бабушка с дедушкой были?

— Ну не совсем старые, так… пожилые.

— Может колдуны какие-то? — предположил мужик.

— Какие ещё колдуны!? — усмехнулся Рифат.

— Э-э не смейся! Это не шутки! Здесь чего только нету! — с серьёзным видом ответил мужик.

— Хочешь отвезу тебя к одной бабке, она скажет с кем ты ехал? Тогда поймёшь, что я не шучу.

— Да нет, я в деревню к себе хочу, — ответил Рифат.

— Не верю я в этих колдунов.

— Ну и зря! — разочарованно произнёс водитель.

— Тут не далеко. И долго не будет. Может они тебе порчу сделали, а ты так относишься.

— Да чего я им плохого сделал? Я их и знать не знаю.

— А может, попросил их кто, всякое бывает. Да и кто знает, что они творят… Может, силу твою себе забирают.

Рифат заколебался. Очень не хотелось в это верить. Всю жизнь жил и близко не соприкасался, а тут такое… омерзительное чувство. Да и мужик не похож на фанатика. Может только в Москве всего этого нет или это там не работает; люди всё-таки более прагматичные, а тут в глуши свои законы, свои причуды у людей. Впрочем, куда спешить, да и чего терять-то?

— Ну поехали к твоей бабке, раз это не долго, — согласился Рифат.

— Только время раннее, спит она, наверное.

— Ну подождём чуть-чуть.

— «Ох и хитрый же этот водитель, — подумал Рифат. — Наверняка какую-то свою цель преследует. Потом денег небось отдельных попросит. А только фиг я ему с маслом покажу, когда приедем в Масловку. В конце концов это он сам меня уговорил покататься, а о доплате промолчал».

Водитель свернул на одном из поворотов и погнал машину по совсем незнакомым местам. Дороги, можно сказать, отсутствовали напрочь: грунт вперемешку с асфальтом и гравием; кочка на кочке, да яма на яме. Появившееся солнце своими лучами постреливало сквозь листву. Рифат щурился и прятался от света, который сильно раздражал. Справа и слева мелькали деревья лесопосадок, но в какой-то момент дорога привела в густой лес. И снова стало темно. Они проехали минут двадцать, пока наконец не открылась огромная поляна, на которой располагался какой-то полузаброшенный хуторок. Деревенские домики стояли в странном порядке не в ряд, и все они были без заборчиков и ограждений, окружая собой некую площадь, в центре которой стоял колодец. Но надо отметить выглядело это очень необычайно, поистине обворожительное сказочное место.

— Ну пойдём на разведку, — предложил мужик.

Рифат взял свои сумки и пошёл за мужиком.

— Вещи оставь! Я без тебя не уеду, не бойся! — смеясь обнадёжил Рифата мужик.

Рифат остановился, чуть замешкался, и понёс сумки обратно в машину, однако вытащил всё-таки из неё документы и деньги, рассовав по карманам. Мужик подошёл к одной из избушек и тихонько постучал. Оттуда почти сразу выглянула женщина лет сорока.

— «Что-то молодая какая-то бабка», — подумал Рифат.

Женщина была одета простенько, не примечательно. Рифат, наверное, ожидал увидеть каких-то отшельников в национальных одеждах, а тут, как и везде, обычные люди. Но то, что произошло дальше многое расставило на свои места.

— Ты что ли? — произнесла женщина.

— Есть уже? — спросил мужик.

— Сейчас, — ответила та и закрыла дверь. Через минуту она вышла с трёхлитровой банкой наполненной какой-то мутной жидкостью.

— Только деньги прямо сейчас и за прошлый раз тоже, — строго наказала женщина.

— Давай пятисотку! — обратился мужик к Рифату.

Тот опешил.

— Ты меня ещё не отвёз домой! — в голосе Рифата были нотки удивления и лёгкого испуга.

— Да отвезу, честное слово! Не обману!

— Ты меня уже обманул: сказал, что мы к бабке поедем.

— Баба Варя встала уже? — спросил мужик у женщины.

— Конечно! Она каждое утро с солнцем встаёт, — ответила та.

— Ну давай деньги, я не обманул, просто мне долг вернуть надо. Отвезу тебя домой, даже не сомневайся! Клянусь, друг!

Рифат не решался. Он понимал, что мужик хитрец.

— Давай сначала сходим по делу, за которым приехали, а потом я дам тебе деньги, — твёрдо ответил Рифат.

— Ладно, сходите пока к бабе Варе, потом вернётесь, — сказала женщина. — А банку пока у себя подержу. Ох, какой же ты не терпеливый, Ансар!

ГЛАВА VI

Руслан всерьёз занялся поисками друга. Он вспомнил слова медсестры о том, что, именно благодаря Рифату, удалось оказать своевременную помощь, которая значительно увеличила шанс выжить. Женя тем временем странно отмалчивалась и неохотно поддерживала эту тему. Её больше интересовала предстоящая свадьба, однако Руслан настаивал на том, чтобы Рифат обязательно на ней присутствовал. С момента выписки прошло месяца два. Руслан немного поправился, синяки после аварии давно уже сошли. Предстояла долгожданная свадьба. Однако у Руслана от друга остался лишь номер телефона, дозвониться по которому было невозможно. Руслан проделал рекордное количество попыток и всё напрасно. Он попробовал звонить в справочную службу, чтобы выяснить адрес по номеру абонента, но там такую информацию естественно никто не предоставил. Пришлось действовать нелегально. Он купил справочник на компакт-диске на одном из радиорынков. У Жени был домашний компьютер, на котором они пытались отыскать номер Рифата в этом справочнике. Однако такого номера не было. Впрочем, удалось выявить закономерность. Многие похожие номера находились в одном районе Москвы. У Рифата после кода города номер начинался на сто пятьдесят два, значит жил он где-то в районе метро Аэропорт, либо Сокол.

Ну что ж, по части поисков у Руслана уже есть опыт, потому он начал с общественных мест и на остановках общественного транспорта. Конечно, он не пропадал целыми днями, как это было с поисками любимой, но львиную долю свободного времени этому уделял. Женя отнеслась с пониманием, хотя терпение тоже иссякало. Вместе с тем она глубоко уважала это качество Руслана, которое можно охарактеризовать не иначе, как настоящая мужская дружба. День ото дня они вели беседы на тему свадьбы и плавно шли приготовления. Смягчающим и оправдывающим фактором оттягивания свадьбы были последствия аварии, в которую попал Руслан: периодически он испытывал сильные головные боли. Он продолжал наблюдаться у врачей и принимал препараты для поддержания здоровья. Свадьба случается раз в жизни. По крайней мере так считали наши герои и искренне этого хотели, поэтому стремились, чтобы всё прошло без сучка и задоринки.

Не смотря периодические боли в голове, Руслан не забывал поддерживать свою физическую форму, наплевав на рекомендации врачей заметно поубавить активности. Он разработал свою методику тренировок и даже стал вырабатывать свой стиль ведения боя, отличительной чертой которого стало экономия движений и наличие множества обманных манёвров, которые могли провоцировать противника на необдуманные действия. Он больше стал думать головой, вырабатывая различные комбинации, как в шахматах. Он пересмотрел огромное количество боёв в разных видах единоборств, анализируя подробно каждое движение; вёл конспекты, рисуя стрелками направление ударов и направление взгляда. Его больше стала интересовать психологическая сторона ведения боя.

Руслан — боец от природы, и его тело постоянно нуждалось в каком-то движении, мозг его постоянно занимался какой-то боевой аналитикой и вырабатывал стратегии. Вместе с тем он понимал, что физический бой — это лишь короткая тактическая операция, занимающая очень мало времени для профессионала, а всё, что предшествует бою — это мудрость и стратегия, которая либо обходит, либо приводит к столкновению на физическом уровне.

Руслан продолжал вспоминать некоторые важные для себя вещи, такие, как та философия триединства, которую он выработал. Он вспомнил таинственный голос, который периодически звал его, но не мог ещё вспомнить тот момент, когда его сознание побывало в астральном пространстве.

Так или иначе, приключения — постоянные спутники Руслана, которые держат его в тонусе. В один из дней у него произошла интересная встреча. В тот день он так же надеялся встретить своего друга. Он присел в вестибюле станции Сокол на одну из скамеек. Скамейки на той станции чем-то напоминают пояса Сатурна вокруг колонн. Руслан мельком обратил внимание, что позади за колонной кто-то присел. Он не придал этому особого значения. Это была пара пожилых людей ничем не приметных и очень тихих. Руслан был погружён в свои мысли, но в какой-то момент услышал знакомые голоса. Он силился вспомнить, где бы он раньше мог слышать их? Кажется, это кто-то из учеников той самой эзотерической школы. Точно! Это были они: Иван Фёдорович и Светлана Романовна Трезоровы. Эта пожилая пара так же посещали занятия в школе «Матрица», откуда ушёл Руслан. Стало любопытно о чём они говорят. Наклонившись вниз и пряча на всякий случай своё лицо, он продолжал делать вид, что их не замечает, но сам при этом навострил свои уши.

— Отгадай загадку, — предложил Иван Фёдорович своей супруге, — тише воды, ниже травы с большими ушами. Кто это?

— Ой, не знаю, заяц, наверное, — смеясь ответила Светлана Романовна.

— Почти, у него тоже ноги длинные и сильные.

— Кто же это? Ну не знаю! — Светлана Романовна смеялась.

— Хорошо, тогда попроще: согнулся горбом, сидит за столбом.

Они оба начали хохотать.

— За каким столбом? — спросила Светлана Романовна.

— Вот за этим, — сказал Иван Фёдорович.

Руслан догадался, что это про него загадки, и притворяться глухим и слепым уже не получится. Он выпрямился и обернулся, улыбаясь. Ему самому стало от этой ситуации смешно.

— Здравствуй, друг ты наш любезный! — поприветствовал Иван Фёдорович.

— Здравствуйте! — дружелюбно отозвался Руслан.