Живая

Я же долго путалась во временах, зубрила слова и боялась открыть рот. Жутко комплексовала по этому поводу. Но со временем поняла простую вещь: если говоришь с людьми на их языке, они идут навстречу охотнее. Даже если произношение неправильное, сильный акцент и допускаешь ошибки. Важно, что ты пытаешься. Твое «спасибо» или «извините», сказанные по-испански, принесут больше пользы, чем идеальный английский.

Они сразу начинают расспрашивать:

– А откуда ты? Давно живешь в Испании? Тебе нравится наша страна?

Первое время я отвечала:

– Я тут недавно. Говорю плохо, но учу ваш язык. Мне он нравится.

Меня тут же бросались подбадривать:

– Ой, я бы русский, наверное, за пять лет не выучила! Ты такая молодец, ты уже хорошо говоришь. Не переживай из-за ошибок – это нормально. Главное, что ты практикуешь.

Старания иностранца освоить испанский производят на жителей страны вау-эффект. Это знание служило мне опорой в первые, самые сложные месяцы жизни в Испании. Языковой барьер не был помехой. Как правило, помощь жителей страны не требовалась.

Я не раз отмечала отзывчивость испанцев: если ты с приветливой улыбкой подходишь и просишь помочь, они для тебя горы готовы свернуть. Даже если всего лишь заблудился. Включат переводчик в телефоне, будут объяснять словами и жестами, пока ты не поймешь, куда идти, а если надо – чуть ли не за руку доведут до нужной улицы.

Мой первый год в Испании, помимо изучения нового языка, осложнился еще и событиями мирового масштаба. Я прилетела в Аликанте первого февраля, а двадцать четвертого разразилась буря. Сразу начались пертурбации и значительные изменения в отношениях между странами. Мне один за другим стали закрывать счета в России. Я не могла перевести деньги за границу. Стал мучить вопрос: как нам с детьми жить? На тот момент в Испании я еще не успела открыть счет, потому что для этого требовалось собрать большое количество документов. Они оформлялись крайне медленно.

В отчаянии я писала письма в российские банки. Лимиты на переводы были мизерные, а времени катастрофически не хватало. Сервисы один за другим закрывались, карты блокировались.

Банки отвечали шаблонными фразами:

– Для урегулирования данного вопроса вы можете обратиться в офис банка и написать заявление.

Я недоумевала:

– Скажите, пожалуйста, как вы себе это представляете? Я нахожусь в другой стране и физически не могу выехать из-за ограничений.

Это было непростое время. Я рисовала в голове худшие сценарии и успокаивала себя тем, что при любом исходе не пропаду и не останусь без работы.

Мне чудом удалось открыть счет буквально в последние дни, когда это еще было возможно. Незадолго до того, как посыпались отказы всем клиентам с российскими паспортами.

Одновременно моя дочь столкнулась с буллингом в школе.

Но, несмотря на все нюансы и трудности, я точно знала: справлюсь. Как я могу отступить от своей мечты? Предать себя? Нет, я не дам никаким препятствиям остановить меня.

В этот период меня очень поддержала приветливость испанцев. Благодаря им я не закрылась, а наоборот, распахнулась навстречу людям. Я быстро поняла, что в эмиграции самое опасное – одиночество.

Меня часто спрашивали:

– Ты не скучаешь по родине?

На это я могла лишь честно ответить:

– Мне некогда скучать.

Я всегда умела занимать себя творчеством, спортом, разговорами с детьми, книгами. В первый же год я обзавелась большим количеством хобби, у меня появилось новое окружение. В поисках общения я подписалась на местные группы в соцсетях и телеграм-каналы для иммигрантов.

И конечно, пошла учиться на испанские права. Доминго, директор автошколы, встретил меня улыбкой и тут же расцеловал в обе щеки. Я остолбенела, чувствуя, как по лицу разливается жар смущения.

– Я вообще-то с мужчинами не целуюсь, – выпалила я с нашей, русской, прямотой.

– Я тоже, – рассмеялся он. – Но это знак уважения, дорогая!

Я испытала настоящий культурный шок. У нас с незнакомцем и взглядом не всегда пересечешься, а тут – поцелуи.

Теперь, спустя годы, я и сама, прощаясь по телефону, автоматически говорю: «Un abrazo y dos besos». Дословно: «Объятие и два поцелуя». Муж до сих пор удивляется, слыша это:

– Ты что, со всеми там целуешься?

– Выходит, что так, – смеюсь я в ответ.

Так и прошел мой первый год за границей. Я думала, что буду неспешно социализироваться и постепенно учить язык, но обстоятельства сложились иначе. Пришлось ускориться в разы. Все, что планировала, я сделала вдвое, а то и втрое быстрее. В этот год купили две квартиры. Даже не надеялась, что успею подать на «золотую визу», – а успела. Получился поразительный рывок вперед.

Как говорила сначала мама, а затем и муж:

– У тебя шило в одном месте. Не сидится тебе спокойно.

Возможно. Но именно это «шило» однажды привело меня туда, где тело впервые за долгое время почувствовало себя хорошо. И я поняла: иногда мечта лечит лучше таблеток. А головные боли действительно ушли. Они перестали быть центром моей жизни.

2

Учиться жить заново

В тот день море было спокойным. По ровной, будто стеклянной поверхности не пробегало волн. Я стояла у самой кромки воды и смотрела, как солнце медленно опускается к горизонту. Не фотографировала. Не думала. Наблюдала.

И вдруг поймала себя на ощущении, которого раньше не испытывала: мне не нужно никуда бежать, ничего доказывать и никого спасать. Я была на своем месте. Оглядываясь назад, я вижу, что адаптация в новой стране проходила по определенному сценарию. Сначала казалось, что я на красочной открытке: цвета вокруг стали ярче обычного, а душа наполнилась восторгом от этой красоты и исполненной мечты. Первое время я легко порхала по улицам Аликанте, с радостью и любопытством впитывая детали незнакомой культуры и вдыхая чистый воздух перемен.

Затем наступила фаза трудностей. Я училась разбираться с бюрократией, принимать неожиданные вызовы и искать опору в себе. И это было необходимо, чтобы подняться на следующую ступень – туда, где начинается обычная жизнь. Где есть стабильность без надрыва и покой, не прерываемый внутренним напряжением.