В мире грез и сомнений

В душе он рвал и метал! Ему хотелось издать звериный рык, начать крушить всё вокруг, но он, собрав всю силу воли, смог выказать внешнее спокойствие.

– Ты созвал нас сюда, чтобы в присутствии близких людей обрушить на меня эту новость? А может быть, хочешь, чтобы я вас ещё и поздравил? – спросил Дима сдерживая ярость.

– Брат, смирись! Ты классный парень и завидный жених, но только твоя пора обустраивать семейное гнёздышко ещё не пришла. Согласись, такой эффектной девушке как Настя необходимы подобающие ей условия жизни и крепкое мужское плечо. Тебе надо твёрдо стать на ноги, чтоб соответствовать такому предназначению, – попытался успокоить его Виктор.

– У тебя самооценка зашкаливает! Ты на ходу подмётки рвёшь! Привык идти напролом в достижении цели, да?.. И как это у тебя получается и там и тут успевать? – не без ехидства задал вопрос Дмитрий с намёком на Ксению.

– Дим, прости, так уж получилось. Любовь обрушилась на нас с Витей как гром среди ясного неба. Мы пытались противиться своим чувствам, но ничего не вышло, – сгорая от стыда, сказала Настёна едва ли не шёпотом.

– Пусть ваша жизнь сложится, как заслуживаете, – процедил сквозь зубы её бывший жених и, облив парочку презрением, пошёл прочь из квартиры.

От очень громкого хлопка дверью Настя и Дарья вздрогнули, а Мария вышла из оцепенения.

– Дим, постой! – крикнула она, распахнув дверь, но парень на зов матери не отреагировал.

По-быстрому натянув сапожки, Мария бросилась догонять сына, даже не накинув на себя уже снятую шубу. Когда она выбежала на улицу, Дима удалялся от дома семимильными шагами, причём не в сторону троллейбусной

остановки. Решив, что он возвращается к своим служебным обязанностям, Мария испытала некоторое облегчение и медленно, несмотря на пробирающий до костей холод, двинулась назад, в сестрину квартиру.

После демонстративного ухода Дмитрия Настёна почувствовала, как у неё подкатывает ком к горлу и начинает мутить. Терпеть эту муку было свыше её сил. Отдав Вите букет, она ринулась в туалет, склонилась над унитазом…

– Это, похоже, надолго. Такое случается у беременных… особенно при нервозной обстановке, – констатировала Дарья, заслышав доносящиеся характерные звуки. – Пойдём на кухню, надо цветы в воду поставить пока не завяли, – заявила она Виктору забирая у него розы.

– Вот скажи мне на милость, как тебя угораздило заварить эту кашу? Мало того что отбил у брата невесту, ты ещё собираешься и лишить его собственного ребёнка! – рыкнула в сердцах Дарья.

– Ш-ш-ш, – предупредительно шикнул Виктор, напрягши слух. – Мам, ты же хочешь обзавестись внуком?.. Так вот: возможно это мой единственный шанс заиметь наследника. В нём будет течь частичка нашей крови, – проговорил он так тихо, что она еле расслышала.

– С чего ты взял, что бесплоден? – изумилась Дарья, замерев на месте.

– Когда спустя какое-то время после ссоры моя близкая подруга сообщила мне, что беременна, но не от меня, у меня ещё оставались сомнения в том, что она носит не моего ребёнка. Однако после рождения малыша эта женщина сделала экспертизу ДНК подтвердившую, что отцом ребёнка является её нынешний законный супруг. Вот тогда-то я предположил, что со мной что-то не так и прошёл обследование. Выяснилось, что шансы зачать ребёнка у меня ничтожны, так что ты уж, пожалуйста, держи свои мысли при себе, – попросил он с мольбой в голосе. – Сделай хотя бы вид, будто ни о чём не догадываешься. У Димки всё впереди. У него ещё будут дети от другой любимой женщины.

Дарья хотела попытаться вправить ему мозги, но послышался шум шагов, поэтому она воздержалась от нотаций.

– Я не помешала? – робко спросила вошедшая на кухню Настёна, ощутив атмосферу недосказанности между новоявленным мужем и его матерью.

– Ты не можешь нам помешать. Ты теперь член семьи, своя в доску, – ласково сказал Виктор.

Никто из них не заметил, как в квартиру вошла Мария.

– Не то, что мы с Димой, – подхватила она речь племянника, не удержавшись от язвительной насмешки.

Прежде чем снять с вешалки свою шубу, она обратила внимание на праздничную сервировку стола на кухне, на стоящую бутылку шампанского и её за сердце взяло при мысли, что эти близкие ей и Диме люди способны великолепно чувствовать себя за счёт страдания её сыночка.

– Зачем ты так?!.. Вы же с Димочкой самые родные нам с Витей человечки… – протянула обиженно Дарья. – Вот куда ты собралась? Давай пообедаем вместе.

– Мне не до весёлого застолья, – сухо заметила Мария и, не попрощавшись, направилась к выходу.

– Я тоже не буду обедать, – отказалась от угощения Настя, потупившись от смущения. – Вить, не надо меня отвозить. Хочу пройтись по улице, подышать свежим воздухом. Мне надо побыть одной. Я позвоню, – заявила новобрачная, поднимаясь со стула.

Она дала понять Виктору, что не надо её беспокоить до поры до времени.

– До двери-то проводить тебя можно? – спросил он с иронией в голосе.

Настя качнула головой. На прощанье она позволила ему лишь по-сестрински поцеловать себя в щёчку, что он воспринял как должное, учитывая её душевное смятение.

– Вот так отметили событие! Разве стоило мне ради этого полдня суетиться? – посетовала Дарья, останавливая взгляд на сыне. – Я никак не пойму: вы собираетесь провести свою первую брачную ночь в разных постелях? Чего твоя новобрачная вытворяет?.. Своей выходкой она погрузила Диму в состояние транса, ввергла его в отчаяние! Отличного парня отвергла, ни за что обидела, а теперь и с тобой выставляет себя непонятно кем, не так ли?.. Зачем надо было пороть горячку с регистрацией брака, если твоя избранница не разобралась в себе?

– Вся вина за случившееся целиком лежит на мне. А иначе поступить я не мог. Мам, как ты думаешь, тётя Маша сильно на меня разобиделась?.. Она и словом не обмолвилась насчёт нашего с Настей бракосочетания.

– А что тут скажешь?.. По всему выходит, что ты унаследовал ген предательства. Видно, так уж нам на роду написано: причинять зло своим близким.

– Что ты хочешь этим сказать? – озадачился Виктор.

– Да ничего – просто мысли вслух, – отговорилась Дарья. – Ты садись, поешь. Не пропадать же такой вкусной пище.

– Ты полагаешь, что Димка с тётушкой ещё долго будут дуться? – вернулся он к предыдущему вопросу усевшись за обеденный стол.

– Одному Богу известно. Мария меня ещё и за новогоднюю ночь не простила, а тут ты обострил ситуацию дальше некуда! И всё же я надеюсь, что со временем она смягчится, – начала высказывать своё мнение Дарья, кладя на тарелки салат для себя и для сына, усаживаясь напротив него. – А вот Диму как друга и брата ты, мне думается, потерял безвозвратно. Подумать только!.. Извечная драма – конфликт между близкими людьми на почве любовных отношений! Скажи на милость, о чем ты, дурья башка, думал, создавая эту немыслимую ситуацию?.. И всё ради практически малознакомой тебе девушки! У самого-то не вызывает отвращение этот твой поступок? Уж не задумал ли ты таким способом отыграться на Диме?.. А что?.. В детстве и в юности ты не испытывал к нему особой привязанности, ревновал к парнишке отца, тебе казалось, что тот слишком много уделяет ему внимания, – пояснила она после заминки.

– Неприязни к нему у меня никогда не было, просто порой задевало, что папа чрезмерно волнуется за него, трясётся над ним словно над собственным крохой сыночком, оказывает ему всяческое содействие, тогда как мне его помощь нужна была в не меньшей мере. А тебе-то самой не казалось странным, что твой законный супруг в ночь-полночь мчится к твоему племянничку и твоей сестрице сломя голову по первому их зову в другой конец города? – озадачил её вопросом Виктор.

– Такое бывало редко и только после того, как в их семье случилась ужасная трагедия: Николай погиб во время обвала на шахте. В его поступках не было ничего сверхъестественного, ведь Илья приходился Диме крёстным отцом. Ему по статусу полагалось баловать крестника подарками, учить уму-разуму, наставлять на путь истинный. А то, что его подопечный мой племянник – их сильно сближало. О тебе-то твой отец беспокоился гораздо больше. Ради кого он, по-твоему, раскручивал свой бизнес? – напомнила она сыну.

– Мам, то, что ты вообразила – сплошная ерунда! Детские обиды тут вовсе не при чём. И Настя для меня, по правде сказать, не какая-нибудь первая встречная. Я влюбился в неё задолго до Диминой демобилизации. Она девушка яркая, завидная. Наше знакомство с ней было кратковременное. Мы встретились случайно и с первого взгляда почувствовали симпатию друг к другу. Так уж получилось, что мы, будучи не в силах противиться взаимному влечению, провели ночь вместе. А наутро Настя распрощалась со мной, не оставив своих координат. Она сказала лишь, что у неё есть парень и что она намерена ждать его возвращения из армии. Я пытался её разыскать, но безуспешно. Это какое-то колдовское наваждение. Я просто грезил ею! Откуда мне было знать, что Настя – Димина девушка? Представляешь моё изумление, когда я встретился с ней в день их помолвки? Это мистика какая-то!

– А потом была новогодняя ночь, и вы по моей вине и по стечению обстоятельств вновь оказались наедине. Вы опять не устояли перед соблазном! – высказала догадку с чувством горечи Дарья.

– Мам, прости, что всё так сложилось.

– Это у нас семейное: причинять боль близким людям, без которых не представляем своей жизни, – произнесла мать с надрывом.

Витя решил, что она вновь корит себя за неприятность, которая произошла с её сестрой в новогоднюю ночь, и поспешил хоть как-то успокоить её.

– Мамуль, не горюй, всё как-нибудь образуется. И с Димкой всё утрясётся. Я ведь по-своему люблю его и не желаю ему зла, но каждый борется прежде всего за своё счастье. Такова жизнь!.. На самом деле всё не так уж плохо. Я опасался, что будет гораздо хуже, что у Димки от известия, что мы с Настенькой поженились, крышу снесёт, а он стойко выдержал испытание. Его сила духа, на мой взгляд, запредельная! Он вынесет душевные невзгоды.

Дарья была не вполне согласна с ним, однако спорить не стала. Наступила тягостная тишина, каждый продолжил кушать молча.

– Мам, так я пойду?.. Мне надо заняться делами. Я пустил их на самотёк с этими своими хлопотами, а так делать не подобает, – сказал Виктор, выводя её из задумчивости. – С тобой всё в порядке? – спросил он, не спуская с неё своих карих глаз.

– Ступай, если наелся. Что со мной сделается!.. Сынок, может не поздно всё как-то исправить? – спросила она напоследок, питая какую-то капельку надежды.

– Извини, мам, я не желаю отказываться от идущей мне в руки удачи, – на ходу бросил Виктор.

Димины планы на счастливое будущее рушились, жизнь летела в тартарары! Он выскочил из тётушкиного подъезда сломленным. Сердце его разрывалось на куски. Парень двинулся вперёд быстрыми шагами, не замечая ничего вокруг. Голова его была забита тягостными мыслями. Он был бледен как полотно.

– Сынок, погодь-ка минутку, – донёсся до него голос идущей навстречу пожилой женщины. – Ты чего такой всполошённый? Да на тебе лица нет!.. Если всему виной ясноглазая блондинка, то так и знай: она не стоит твоих страданий и слёз! Всё в твоей жизни сложится, только нужно потерпеть. Тебе надо разрубить кармический узел, он душит тебя и к добру не приведёт. У тебя хватит на это силы. Всё у тебя получится…

– Извините, я спешу, – прервал её наставления Дима.

Женщина показалась ему смутно знакомой. Он мало что понял из её многословия, уразумел лишь, что она сказала что-то насчёт слёз. Дмитрий машинально коснулся ладонью щеки и размазал скользящую по лицу слезинку.

«Этого только не хватало! Ну, уж нет!.. Я не буду вести себя как плаксивая барышня! Мужчина я или кто?» – мысленно ополчился на себя парень, и ему сделалось чуточку легче.

Вернувшись к работе в этот злополучный день, Дмитрий продолжил выполнять заказы клиентов, действуя как сомнамбула, по инерции, что не осталось незамеченным его сослуживцами. На вопрос управляющего, не случилось ли с ним чего, он не дал вразумительного ответа, однако спустя некоторое время довёл до его сведения, что ему придётся уволиться и уже сейчас не помешает начать подыскивать ему замену. Тот посоветовал не принимать решение с бухты-барахты, предложил взять два или три отгульных дня, чтоб обстоятельно всё обдумать и образумиться. Домой Дима явился туча тучей и сразу же закрылся в спальне.

Хорошо понимая сына, мать не стала его беспокоить. Мучаясь бессонницей, она слышала, как он мерил шагами комнату, ворочался с боку на бок в постели. Утром Мария собиралась на работу совершенно бесшумно, однако Дмитрий всё равно слышал, как она уходила. А спустя полчаса раздался дверной звонок. Назойливый посетитель звонил снова и снова, действуя ему на нервы, вынуждая его подняться с постели.

– Ты здесь что забыла? – холодно спросил Дмитрий, стоя перед Настей как вкопанный.

У него не дрогнул ни один мускул. Излучающие обычно нежность глаза отливали теперь твёрдой сталью. Он выглядел недоспавшим, уставшим, утомлённым, но только не удивлённым.

– Я провела эту ночь в общежитии, – робко сообщила изменница сама не зная зачем. – Промучившись до утра угрызениями совести, я сделала вывод: мне нужно объясниться с тобой, а иначе не будет покоя. Позволишь войти? – спросила она убитым голосом.

При виде такого родного, такого страдальческого лица у Димы дрогнуло сердце, на мгновение появилось ощущение, что всё случившееся вчера – дурной сон, что их нежные чувства друг к другу никуда не делись, что любовь их крепка. Ему захотелось обнять, приголубить любимую, однако не проходящая тяжесть на душе его отрезвила.

– Нам не о чем говорить, – заявил он категоричным тоном, но всё же посторонился.

Почти всю ночь и всё утро Настя обдумывала как ей вести себя при встрече с Димой, что следует сказать в своё оправдание, чтобы вызвать у него хоть чуточку понимания или даже сочувствия, что помогло бы выйти из сложнейшего положения, а не усугубить ещё больше. А теперь вот увидела его – и все надуманные слова показались бессмысленными. Ей вдруг вспомнилось, как он кружил её на перроне, как они радовались долгожданной встрече, а потом уединились в спальне! Настя полагала, что именно тогда она и зачала от него ребёнка. Девушка стушевалась, на глазах её показались слёзы, но она сумела взять себя в руки и переступить порог квартиры. Не дождавшись приглашения пройти в гостиную, Настя начала говорить:

– Дим, мне очень жаль, что я причинила тебе боль. Я действительно была уверена, что ты моя первая и последняя настоящая любовь. Моё сердце разрывается на части: я люблю тебя, но и Виктор теперь постоянно присутствует в моих мыслях. Я ничего не могу с этим поделать. Мы познакомились с ним в августе, задолго до твоей демобилизации, причём совершенно случайно. Он напомнил мне тебя. Я очень скучала по тебе, по твоим ласкам, а тут он подвернулся, такой же нежный, чувственный и чуть ли не твоя копия. У вас даже голоса и походки похожи. Это потом я определила, что волосы у него темнее и глаза не серо-голубые, а карие, да и ростом он повыше тебя и не так плечист. У нас была всего лишь единственная совместная ночь. При расставании я сказала ему, что случившееся – наша большая ошибка, которая не может повториться, потому что у меня есть любимый парень. Больше мы не виделись вплоть до твоего возвращения из армии. Вот тогда-то выяснилось, что вы с ним двоюродные братья. Представляешь, что мы почувствовали тогда?! Встретившись здесь, мы с Витей переполошились, не знали, как вести себя друг с другом. Когда нас оставили на несколько минут наедине, он сказал, что искал меня, несмотря на мой запрет, что я запала ему в душу. Своим признанием Виктор породил в моей душе смятение, мне показалось, что он мне тоже небезразличен, а потом я и вовсе уверилась в этом. Мы пытались справиться со своим влечением друг к другу. Это у нас почти получилось, однако новогодняя ночь всё изменила. Ты сам виноват в том, что я вновь оказалась в его постели. Я же просила тебя проводить меня в общежитие, – напомнила Настя после небольшой заминки. – С твоей матушкой ничего бы не случилось за каких-то полчаса, – высказалась она с ноткой укоризны, словно Дима – причина её бед, а не наоборот, словно он сам и побудил её к совершению недостойного поступка.

– Мама ждала меня на улице довольно долго. К тому времени как я появился, она продрогла уже до костей, – возразил Дмитрий, не выказывая особых эмоций.

Её смехотворные потуги оправдаться не укладывались у него в голове, тем не менее, он стойко держался, давая ей выговориться, только становился все мрачнее и мрачнее.

– Я могла бы остаться с тобой, но ты же никогда не простил бы меня, узнав об измене, – не без сожаления продолжила Настя. – В отличие от тебя Виктор смог бы закрыть глаза на мой проступок. Он на многое способен, лишь бы я осталась с ним – вот я и выбрала его, чтобы в будущем в моей жизни не было попрёков. Ты ведь такой правильный! Я имею в виду: не поступишься своими принципами даже ради любимой. Или всё-таки простил бы меня?.. А хочешь, я вернусь к тебе, признав брак недействительным? – спросила она заискивающим тоном.

Глаза её подозрительно увлажнились, во взгляде теплилась надежда. А Дима смотрел на неё в упор и молчал. Казалось, что в лице его не осталось ни кровинки.

– Впрочем, это, наверное, нелогично: жить с одним, а помыслами быть с другим… – не дождавшись от него ни полслова, брякнула Настя, стремясь сохранить хоть толику достоинства, и осеклась, поняв свою оплошность. – Димочка, миленький, прости. Я хотела не то сказать. Это слетело с языка само собой, – продолжила она, стараясь выправить ещё более усложнившуюся ситуацию, но только всё больше запутывалась. – Ты как-то назвал себя однолюбом, а если это действительно так и ты меня ещё любишь, то должен желать мне счастья.

– Люблю, а потому ненавижу. Ты спутала все мои планы, перевернула всю мою жизнь! Твои нелепости сыплются как из рога изобилия. Я, наверное, мог бы отчасти понять тебя, да только дело, похоже, не в том, что у тебя случилось какое-то помутнение и не в том, что ты очарована другим парнем. На мой взгляд, ты просто прельстилась его обеспеченностью, то есть достатком, который сулит тебе Виктор. Моя беда в том, что я не почувствовал в нём соперника и не понял твою меркантильность. Разве мыслимо ожидать предательства сразу двух близких людей? Более мощной оплеухи я в жизни не получал! Ты права: я неспособен на всепрощение. Добавить мне нечего, – заявил он непреклонно и открыл перед ней дверь.

– Но ты не можешь всю жизнь относиться враждебно ко мне и Виктору! Он хоть и всего лишь двоюродный, но всё же твой брат, – чуть не плача взмолилась Настя.

– У меня больше нет брата, так и передай своему благоверному, – бросил напоследок Дмитрий.

После ухода несостоявшейся невесты он почувствовал, как засосало под ложечкой, начала подступать тошнота. Вспомнив, что уже более суток у него маковой росинки во рту не было, Дима вскипятил чайник, заварил в чашечке одноразовый пакетик чая, приготовил себе бутерброд с колбасой и, слегка утолив голод, улёгся на кровать. И тут на него вновь нахлынули воспоминания. В голове зароились тягостные мысли: «Женщине нужен мужчина, чтоб была защищённой, чтобы чувствовала себя как за каменной стеной. Настя – девушка холёная. Она воспитывалась в неге, ей необходим комфорт и достаток. Виктор прав: я не в силах всё это ей дать в ближайшие годы. Наш брак был бы заведомо обречён», – внушал себе парень, стараясь успокоить свои расшатавшиеся нервы.

После ужасного расставания с Димой у Насти возникло ощущение безнадёги. Она шла, не разбирая дороги, глаза покрыла пелена слёз. На память ей вдруг пришла пожилая женщина, с которой она столкнулась, выйдя вчера от новоявленной свекрови. Настя хорошо запомнила эту её соседку по подъезду, поскольку в рождественский день та оказалась попутчицей, и Дима – отзывчивая душа! – оказал ей помощь: донёс до самой её квартиры довольно тяжёлые сумки с продуктами. Настроение у случайной знакомой было тогда благодушное, она сияла довольством, была разговорчива. Вчера же женщина не выглядела такой уж доброжелательной. «Вот и у тебя глазоньки на мокром месте, – констатировала она, посмотрев на Настю проницательным взглядом. – Ты-то с какой стати плачешь? Сама во всём виновата. Такого парня обидела! Как бы этот поступок тебе боком не вышел», – сказала она с укором. Настя не сомневалась, что женщина говорила о Диме, вышедшем из подъезда чуть раньше неё, только поверить, что он способен проронить слезу, несмотря на свои старания, ну никак не могла, тем не менее запаниковала. Она вдруг испугалась, как бы он с собой чего не сотворил. Промаявшись всю ночь, Настя с утра пораньше кинулась к нему на работу. Узнав, что Дима взял отгул, она поспешила к нему домой, где его и застала, правда успокоения после общения с ним не получила. Настя не была слишком суеверной, однако осмысливая теперь слова той пожилой женщины, ей пришло на ум, что тётка не так проста, что своим разговором она накликала ей несчастье. На душе у неё сделалось ещё более гадко. Слёзы ручьём потекли по её щекам.

– Привет, золотце! – поздоровался с ней догнавший её Виктор. – О чём, красная девица, плачешь? О чём печалишься, милая? – спросил он шутливо голосом сказочного Деда Мороза, желая подбодрить, успокоить, разговорить её.

– Ты следишь за мной, да? – изумилась Настёна, осушая личико носовым платком.

– Нет. Просто проезжал мимо, – слукавил Виктор, указав взглядом на стоящую неподалёку свою машину. Вид у него был бесшабашный.

На самом-то деле он не был таким беспечным, каким старался казаться. Виктор тоже волновался за Диму, но не только за него. Обсудив кое-какие срочные дела с Ксюшей и другими сотрудниками, он позвонил боссу брата, поинтересовался насчет него. Тот сказал, что Дмитрий в ближайшие три дня на работе вряд ли появится, а ещё упомянул, что минут двадцать назад приходила невеста его брата, что она тоже разыскивает своего парня. Виктор поблагодарил конкурента по бизнесу за информацию и, не сочтя нужным осведомлять его, что та девушка Диме никакая уже не невеста, выключил телефон, затем отправился на машине к дому тётушки Марии и двоюродного братца. Он был уверен, что мучимая угрызениями совести Настя устремилась сейчас к нему, бывшему своему жениху.

Припарковавшись между троллейбусной остановкой и нужным ему подъездом так, чтоб удобно было прямо из машины наблюдать за выходящими из дома людьми, Виктор стал ждать её появления. Он нервничал, опасался, как бы его новобрачная не повернула дело вспять, не надумала вернуться к его брату. Однако принимая во внимание, что назрела необходимость поговорить Насте с Дмитрием без его присутствия, объясниться с ним по поводу их немыслимого поступка и принять окончательное очень важное решение, нарушать их уединение не стал. И вот она появилась, такая растерянная, опечаленная. Настя шла, углубившись в свои мысли, не замечая вокруг ничего и никого, даже новоявленного супруга. Виктор сразу всё понял: упёртый Дима не смог обуздать свою гордыню, не внял мольбам и раскаяниям своей бывшей невесты, не простил и скорее всего никогда не простит её.

«Вот и исполнилось желание иуды. – сделал он вывод не без самокритичности. – Выходит, старания мои были не напрасны, – остаётся только успокоить Настю, убедить её, что всё складывается как надо. Главное – действовать как можно тактичнее», – подумал Виктор.

– Как повёл себя мой двоюродный братец? – обратился он к жёнушке.

– В основном молчал да слушал. Его изначальное равнодушие было гораздо несноснее, чем взрыв эмоций под конец разговора, – сморгнув слезу, высказала свою мысль Настёна. – Дима, кстати говоря, сказал, что у него больше нет брата, – довела она до сведения Виктора взволнованным голосом.

– Не бери в голову. Перебесится – успокоится. А когда у нас родится наследник – и вовсе смирится. Он ведь не будет знать, что причастен к появлению на свет нашего малыша, – сказал Витя многозначительным тоном.

Он говорил довольно уверенно, однако Настя почувствовала его озабоченность и поняла, чем вызвана эта его едва уловимая нервозность.

– О своей беременности я Диме не сказала, – внесла она ясность, когда Виктор уже сидел рядом, на водительском месте, хоть он ни о чём её и не спрашивал. – Отвези меня в колледж, может, ещё успею на вторую пару.

Виктор качнул головой. Весь путь они промолчали, каждый думая о своём.

– Мне приехать за тобой? – обратился он к жёнушке, когда прибыли на место, любезно подавая ей руку и помогая выбраться из машины.

– Если ты готов терпеть меня изо дня в день долго-долго, то приезжай, – ответила Настя.

Она заглянула в полные тревоги глаза мужа, и на лице её появилось подобие улыбки. Не успела девушка сделать и шага, как зазвонил её мобильник. Застывший на месте Виктор стал невольно прислушиваться к её словам:

– Да, мамочка, на мою банковскую карту поступила тысяча гривен, – сообщила она довольно бодрым голосом. – Как папа себя чувствует?.. А что врачи говорят?.. Ну и замечательно. Тогда можешь сказать ему, что ваша непутёвая дочка вышла замуж… Его отец украинец… Виктор, конечно же, не олигарх, но вполне обеспечен. Мам, мне надо бежать на занятие, я перезвоню, когда буду свободна. Поцелуй за меня папу, – поспешила закончить разговор Настя.