Морские рассказы. Сборник

Морские рассказы

Сборник

Игорь Галилеев

© Игорь Галилеев, 2026

ISBN 978-5-0067-1849-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ИГОРЬ ГАЛИЛЕЕВ

«МОРСКИЕ РАССКАЗЫ»

сборник

Об авторе:

Игорь Владимирович Галилеев родился в Пензе 3 мая 1972 года. Рассказы начал писать с юного возраста, первая публикация одного из них — в 1986 году. С 1989 года работал корреспондентом в пензенской областной молодёжной газете. С 1990 по 1992 год проходил срочную службу в рядах Воздушно-десантных войск. Вернувшись из армии, возобновил работу в СМИ. В 2021 году вошёл в десятку лучших региональных журналистов России.

Победитель и лауреат международных литературных конкурсов, среди которых V Международный Литературный конкурс «Хижицы-2021», премия «ДИАС-2022», «Крымское приключение-2021, 2022», «В каждом человеке солнце» (I место, организован Международным Детским Фондом при поддержке Правительства Московской области), и других. Международным Союзом русскоязычных писателей в 2022 году был назван «Автором года». Публикации в журналах «Нева», «Чайка» (США), «Четверговая соль», «Сура», «Север», «Пашня», «Вторник», «Рассказки», «Литра», «Русский динозавр» и других.

Автор романов «Красная зона. P. S.», «Лабиринты судьбы» и сборников рассказов «Линия жизни», «На струнах души», «Старая фотография» и «По радуге любви».

Живёт и работает в Пензе.

«КУРОРТНЫЙ РОМАН»

рассказ

Вера в чудеса в той или иной степени живет в каждом из нас — независимо от возраста, положения в обществе и рода деятельности мы продолжаем верить в то, что рано или поздно в жизни наступит такой момент, который станет нулевой точкой отсчета на циферблате счастья. Что? Я не упомянул про пол? Да, конечно же, в чудеса верят и мужчины, и женщины. Но бывает и так, что эти самые разнополые нити желаний переплетаются настолько прочно, что из них получается настоящий канат, разорвать который будет уже никому и никогда не по силам! Как там сказал один мудрый юноша по имени Сиддхартха Гаутама, которого потом прозвали Буддой: «Нет пути к счастью, так как счастье это и есть путь». В этом утверждении я убедился на собственном опыте во время сентябрьского путешествия в великолепный в своем симбиозе «природа-цивилизация» черноморский посёлок Горный Воздух, который местные жители называют самым настоящим оазисом на черноморском побережье Краснодарского края. Говоря о местных жителях, в первую очередь я имею в виду замечательную семью Мэри и Сергея — хозяев жилища, находящегося недалеко от моря, где мы с женой провели десять дней своего отпуска. Именно они, словно самые настоящие волшебники, стали соавторами невероятного чуда, соединившего разные судьбы двух людей, подарив им счастье. Однако обо всем по порядку.

Вот уже лет десять мы с супругой предпочитаем проводить отпуск не в больших курортных городах черноморского побережья, а в скромных по размеру поселках, коих на берегу самого теплого российского моря предостаточно. В этом году мы выбрали селение Горный Воздух, обещающее своим названием не только тень от всё ещё по-летнему палящего сентябрьского солнышка, но и невероятно вкусный аромат местной атмосферы. Знаете, и не прогадали! Здесь на самом деле всё, что называется, срослось — и широкие пляжи, обрамленные изумрудного оттенка зеленью, и простор самого поселка, внушающий уверенность в том, что здесь тебе не будут наступать на пятки такие же туристы, как ты сам, и душевность местных жителей, готовых поделиться с тобой всем, что у них есть.

Последний вывод я сделал от общения с нашими хозяевами Мэри и Сергеем, которые в первый же день нашего пребывания в Горном Воздухе пригласили нас в свою небольшую кондитерскую. А вот здесь я просто обязан сделать небольшое отступление.

Для меня одной из лакмусовых бумажек определения качества отдыха где бы то ни было является — как это и не покажется кому-то странным — вкус местных чебуреков. Да, именно искусство — а по другому и не скажешь! — их приготовления говорит мне о том, как именно местный житель относится к приезжим. Скажем, если изделие так себе, то и все другое здесь будет такого же качества. Ну а если чебуреки, что называется, высшей марки, то тогда точно можно расслабиться и получать удовольствие от отдыха.

У Мэри и Сергея чебуреки, как на собственном опыте мне удалось выяснить почти сразу же после приезда в Горный Воздух, как раз из последней категории. Но не это главное. Главное — видеть их глаза, когда прямо при них, обливаясь мясным соком, обжигая пальцы, откусываешь первый кусок от чебурека. Их улыбчивые глаза как бы спрашивают: «Ну, как, вкусно»? А ты и ответить-то ничего не можешь, так как запихиваешь в рот сразу половину дышащей жаром и ароматами выпечки, и уже потом, немного прожевав, облизывая пальцы, отвечаешь: «Угу»… И тут их лица расцветают, улыбки становятся еще шире, а в глазах появляется настоящее счастье от понимания того, что любовь к своему делу всегда возвращается ответным теплом.

Я совсем не зря так подробно описал свои ощущения от поглощения местной вкуснятины, которая, без всяких сомнений, лично для меня стала одной из достопримечательностей Горного Воздуха — дело в том, что именно эти чебуреки косвенно стали тем самым недостающим звеном в невероятной цепочке событий, которые привели к единению двух судеб, двух историй и сердец…

…Это августовское утро, собственно, ничем не отличалось от других ранних утренних часов в Горном Воздухе — местные и приезжие рыбаки уже находились на своих местах вдоль кромки моря, периодически высоко поднимая удилища и осматривая крючок с наживкой или даже снимая с него пойманную ставридку; редкие любители утренних пробежек — почему-то всегда в наушниках и сильно облегающих фигуру шортах — уже возвращались с оздоровительного моциона; продавцы бесконечного количества лавочек с сувенирами и бог знает с чем еще уже раскладывали заманчивые товары на своих прилавках.

Ну а в пекарне, где Мэри и Сергей еще с четырех утра не отходили от плиты, это был уже самый настоящий разгар дня. Впрочем, «полная посадка» случится чуть позже, когда разомлевшие от ночной прохладной неги граждане толпами пойдут на пляж — голодные, чувствуя урчание в животах, спровоцированное ароматами, они будут останавливаться у заведения, где так хорошо пахнет, и, конечно же, угощаться…

— Все так и есть, — как-то вечером за рюмкой чая рассказал мне Сергей. Мэри, его супруга, в это время подрезала что-то из закуски в красивого цвета морской волны тарелки. — Только вот тем утром ранний стук в дверь кухни показался неожиданным. Ведь стрелки больших настенных часов пока только приблизились к шести утра.

А потом хозяин семейства продолжил свой рассказ, который я приведу от его имени почти без правок.

— Кто это там? — спросил я и тыльной стороной ладони почесал щетину на щеке, отчего там появились мучные комочки, окрасившие бороду в белый цвет.

— Не знаю, — Мэри в это время была занята у фритюра, — открой — может, что-то срочное…

На пороге стоял молодой парень лет двадцати пяти, переминающийся с ноги на ногу.

— Простите меня, пожалуйста, — промямлил нежданный гость.

— Тебе чего, — спрашиваю.

А тут и жена присоединилась:

— Вам кого, — на меня посмотрела. — Сергей, это кто?

А я плечами в ответ пожал. Парень наконец-то выговорил:

— Понимаете, я в Горный воздух в два ночи приехал, так вот неудобно поезд прибывает, а вечером уже ближе к Туапсе распереживался что-то. Ведь первый раз на море еду!

— Ну? — не понял я.

— Ну и не ел, считай, ничего со вчерашнего дня, — парень глаза в землю опустил и покраснел. — А здесь у вас запахи такие! Я думал, что открытия и заселения на пляже дождусь, посижу пока на море полюбуюсь, но не удержался. Пришел вот…

Мэри первая поняла в чем дело.

— Так вам что, поесть хочется?

— Ага…

Жена ко мне повернулась.

— Сереж, там ведь несколько чебуреков готовы уже. Дай их парню. Вон ведь в животе как урчит!

Улыбнулась и пошла дальше своими кондитерскими делами заниматься. А я завернул в пакет пару только что снятых с фритюра чебурека и к двери вернулся. Рядом с парнем откуда-то появилась девушка примерно его возраста, одетая в шорты и легкую кофту. В руках у нее был большой уже надутый круг и сумка, из которой выглядывала горлышко пластиковой бутылки воды. По всему было видно, что девушка, несмотря на такую рань, шла на пляж.

— Так вы вдвоем что ли? — не понял я.

— Ещё чего?! — ответила девушка. — Просто смотрю, вы уже открылись. И вот он, — на парня кивнула, — в очереди уже стоит. А где я еще позавтракаю? Получается, что только у вас!

Я немного растерялся от такой настойчивости.

— Понимаете, — голос прозвучал, будто оправдываюсь за что-то, — мы откроемся только через три часа. А пока готовим, чтобы с утра всех накормить успеть…

— Вот я и пришла, чтобы накормиться, — перебила меня настойчивая девушка. — Ему-то вы, — снова на парня кивнула, — судя по всему, чебуреки продаете. Так вот я тоже хочу!

— Мы не продаем, — слава богу, ко мне Мэри присоединилась, — а угощаем! Продавать мы потом будем. А здесь видно же, что парень голодный, почему не выручить? Тем более, он только приехал, а первое впечатление — самое важное!

Девушка от такого объяснения супруги, показалось, вот прямо сейчас расплачется.

— Да? Приехал он только! А как же тогда последнее впечатление? Я вот, например, сегодня еще до обеда уезжаю, — вздохнула, глаза затуманились. — Поэтому так рано и на пляж пошла. Чтобы с морем попрощаться…

Мэри девушку поправила:

— Прощаться никогда не надо. Надо говорить «до свидания»… — и уже ко мне обращаясь: — Сергей, не можем же мы девушку голодной оставить. Она ведь правильно говорит: последнее воспоминание об отпуске не менее важно, чем первое.

Ну а я чего, конечно же, еще пару чебуреков приготовил и девушке вручил. Надо сказать, что ей парень свои хотел отдать, но она отказалась, мол, видно же, что сам голодный.

А затем они вдвоем, о чем-то смеясь, отправились в сторону моря. В ту секунду, когда мы с Мэри наблюдали за ними, и нам так хорошо стало! Понимаешь, словно сил прибавилось! Вот ими для гостей и живем…

Сергей вздохнул и жену, которая конец истории дослушивала уже за столом, за руку взял.

— Так когда же это было? — спрашиваю. — Сколько с тех пор лет прошло?

Муж с женой переглянулись.

— А сколько их старшенькой сейчас? — спросила Мэри у Сергея. — Лет семь уже, да? Получается, что восемь лет назад эта история приключилась.

— Какой старшенькой? — не понял я. Затем правился: — Вернее, откуда вы знаете?..

Договорить я не успел, так как на кухню зашло шумное семейство, состоящее из симпатичных мужчины с женщиной и двух пигалиц, младшей из которых было годика четыре, а старшей как раз лет семь-восемь. Они по очереди обнялись с хозяевами жилища и к себе в номер отправились. Сергей с Мэри выглядели очень довольными и какими-то загадочными.

— Постойте, — до меня только стала доходить новая информация. — Так это и есть они, те самые, про кого вы мне сейчас рассказывали?

Вместо ответа Сергей, широко улыбаясь и даже не пытаясь спрятать слезинку счастья в уголке глаза, меня по плечу похлопал.

Как я узнал позже, молодые люди, которых познакомили чебуреки Сергея и Мэри, подружились, стали общаться. А через год после той истории, они вернулись в Горный Воздух уже в качестве супругов. Естественно, остановились не где-то там, а у людей, ставших своеобразными крестными их семьи… И глядя на них, на радостные лица Мэри и ее супруга, в ту секунду мне подумалось: да, счастье это и есть путь. В данном случае растянувшийся на годы…

«У МОРЯ ВИШНЕВЫЙ ВКУС»

новеллы

ВСТРЕЧА

Практически во всех случаях те или иные воспоминания о путешествии складываются из субъективных факторов, к которым, в первую очередь, относятся впечатления от знакомства с людьми. Причем эти люди могут быть как случайными знакомцами на вокзале, или, например, общительным водителем автобуса на прибрежном маршруте от Лазаревского до Туапсе, так, собственно, и хозяевами жилища, которое в этот раз чуть ли не самим провидением было послано для проживания во время очередного отпуска на море.

Да, как вы и сами уже догадалась, речь в этом рассказе пойдет именно о море. А также о замечательном черноморском посёлке Вишневка, и, само собой, о людях, которых нам посчастливилось встретить в ласковом сентябре 2024 года…

…Всё началось с выбора, как сейчас говорят, локации. По причине, указанной в самом начале моего повествования, мнениям «бывалых», будь то знакомые или даже родственники, о проведенных ими отпусках на курортах, я не доверяю. Во-первых, всегда и во всем я привык верить исключительно собственным глазам и делать свои выводы. Во-вторых, как правило, спустя время человеческая память нивелирует недостатки и сглаживает всплески на кардиограмме счастья, превращая воспоминания в обобщающие фразы типа «ну, да, там было, в общем-то, хорошо» или «так себе, ничего особенного», поэтому принимать их как данность — просто глупо. Ну, а в-третьих, я уже не раз натыкался на отзывы граждан на специальных профильных ресурсах, где они, отдыхая в одно и то же время в одном и том же месте, описывают его кардинально по разному. При этом даже погода, пережитая ими в одну и ту же неделю, разнилась настолько, что верить им — себя не уважать!

— Смотри, Наталья, — жене экран смартфона показываю, — какое удивительное место нашёл — два человека в одно и то же время отдыхали в одном и том же поселке, жили на соседних улицах, но у одного из них весь отпуск светило солнце, а у второго — дожди шли. Аномалия какая-то!

Супруга вздохнула:

— Да какая ещё «аномалия»? Просто одному повезло с проживанием и всё понравилось, а у второго что-то не склеилось, или глаза заливал весь отпуск, вот и впечатления только как о дожде остались. Так как не видел ничего…

— Нет, ты послушай, — перебил я жену, — первый вдобавок ко всему прочему пишет, что по поселку альпаки гуляют…

— Это ещё кто? — Заинтересовалась Наталья.

— Это такое губастенькое южноамериканское животное типа ламы, только размером поменьше.

Супруга снова вздохнула:

— Получается, что это как раз первый отзовик весь отпуск пил напропалую, а не второй, если ему даже альпаки привиделись.

Затем уточнила:

— Что за поселок-то такой волшебный?

— Вишневка, — отвечаю, а сам уже название в строку поиска вбиваю, чтобы объективную информацию получить. — Интересненько — такое имя из-за цвета или наличия соответствующих деревьев?

— А в чем разница-то?

— В произношении: если речь идёт про цвет или состав, то ударение будет «вИшневый». Если же говорят про варенье или сад, то ударение будет падать на «вишнЁвый». Кстати, на сей счёт есть мнение самого Антона Павловича Чехова, как различать слова: по его пониманию, правильно ставить ударение на букву «ё» во втором слоге.

— Само собой, — согласилась с Чеховым Наталья, — пьеса-то не про вИшневый, а про вишнЁвый сад была…

Забыл сказать, что наш интерес ко всем этим отзывам был вызван приближающимся отпуском и, следовательно, выбором места для его проведения. Собственно говоря, вот эти обнаруженные несостыковки в «показаниях» и отсутствие разъяснений о том, как же всё-таки правильно в смысле ударения именуется данный поселок, и стали причинами его выбора. Тем более, это самое название — Вишневка — кроме ощущения сладковато-кислого ягодного привкуса на языке, обнадеживало перспективой созерцания в чем-то сюрреалистической красоты в фиолетово-красных тонах, а также предощущением наличия в достаточных количествах самодельного вкусного напитка ровно с тем же именем, который я давно (но всё никак не получается) мечтаю попробовать.

Сразу же замечу, что проблем с бронированием жилья не возникло — основная масса российского населения традиционными местами отдыха почему-то выбирает города покрупнее, а вот такие относительно мелкие поселки по причине отсутствия пиара остаются несправедливо невостребованными широкой туристической массой. Справедливости ради скажу, что местная власть проявляет таки искреннюю заинтересованность в создании достопримечательностей. Например, по приезду в Вишневку первое, что нам с женой и бульдогом Ричардом бросилось в глаза, это огромного размера плакат, расположенный прямо на трассе в самом центре поселка, сообщающий о том, что в нескольких десятках метров располагается храм в честь св. Георгия Победоносца, который каждому туристу посетить надо бы обязательно. Однако немного позже при выяснении подробностей дороги к нему вдруг обнаруживается, что храма-то никакого и нет! Планы о его возведении, судя по всему, были, или даже есть, но вот воплощения в жизнь они не получили.

Видится, что сил и возможностей только на плакат хватило…

Этот факт я привожу не как какой-то недостаток, а как подтверждающее обстоятельство титанических усилий, направленных на привлечение отдыхающих со всех уголков нашей необъятной России.

Но речь в этом рассказе пойдёт всё же не об этом, а о нескольких замечательных случаях знакомства, общения и переживаний, которые я с огромным удовольствием привожу ниже для вашего вдумчивого внимания…

…Итак, наш поезд прибыл в Лазаревское точно по расписанию, то есть, в 3 часа 52 минуты утра. По договоренности с Анной, хозяйкой жилья, нас должен был встретить ее зять Александр, который, собственно, на своем личном автомобиле и доставит нас к месту назначения, то есть, в Вишневку.

Несмотря на стоянку состава всего в три минуты, выгрузились без проблем — с чемоданами помогла заспанная проводница, пробормотавшая напоследок какое-то пожелание, прозвучавшее сквозь зевок как «хошо ам охнуть». На перроне тут же почувствовался солоноватый запах моря и зелени с примесью лаврушки.

Впрочем, удовольствие от долгожданных ощущений длилось недолго. Его прервал небритый улыбающийся мужичок лет сорока пяти в спортивном костюме:

— Вай, дарагие! — Заговорил мужик, побряцивая связкой ключей, зажатой в ладони. — С приэздом вас!

И чуть ли не обниматься полез:

— Ара, как даэхали?

Честно говоря, в ту секунду я искренне подумал, что это и есть тот самый хозяйкин зять Александр, поэтому придержал поводок своего насторожившегося будьдога.

— Хорошо, — говорю, — доехали. Без приключений.

И руку для пожатия протягиваю:

— Вот, в общем-то, это мы и есть: супруга моя Наталья, пёс Ричард, и, собственно, я — Игорь.

Мужик ключами, как бубенцами, погремел:

— Вах, маладцы! — Затем свободную ладонь к груди прижал: — Будем знакомы: Армэн.

И за чемодан взялся, чтобы помочь.

— Постойте-ка, — говорю. — Вообще-то нас Александр встретить должен!

Армена это нисколько не смутило:

— Александр-шмеликсандр, вай, подумаешь! Кто первый встретил…

Жена мужика перебила:

— Тот — что?

Армен, прежде, чем ответить, приподняв руку, ключами звякнул:

— Того и тапки! Вот что!..

Спустя пару минут, отсмеявшись, мы разобрались в недоразумении: оказалось, что этот улыбчивый мужик ночами подрабатывает таксистом, подвозя прибывших туристов туда, куда им нужно.

— Вы же мнэ всэ как родные здэсь! — Армен с удовольствием согласился помочь нам с вещами до выхода из вокзала, и говорил уже вышагивая впереди нашей небольшой процессии. — Вот прихожу сюда и — нэ повэришь! — другим человеком становлюсь. Нужным кому-то. Дома нэт никого, один живу. А здэсь! Ара! Люди кругом — приезжают, уезжают, и все счастливые! Знаэшь почему?

Я улыбнулся и молча отрицательно покачал головой. Армен продолжил:

— Потому что здэсь я и такие как я люди живут! Люди, солнцем пропитанные, оттого всегда готовые своим теплом подэлиться. Бэри сколько надо — нэ жалко!..

Вот именно в эту секунду я сравнил себя с маленьким мальчиком, окоченевшим от январского мороза в своей Пензе, который кормит орехами мертвую белку в надежде, что та оживет — вроде всё бьёшься за что-то, пытаешься людям что-то о добре разъяснить, а тут вот вам, пожалуйста, — вот она, самая искренняя правда о нужности людям и целостности большой души, доброго дыхания которой, способного растопить замерзшее стекло нутра, порой нам так не хватает…

Прощаясь, я крепко пожал Армену руку и пожелал удачи, на что он ответил:

— Приэзжайте, дарагие! Я вас обязательно встрэчу!..

РЕМБАТ

Оказавшись за пределами вокзала, мы тут же увидели высокого парня приятной наружности, махавшего нам рукой от машины на стоянке. Это и был наш встречающий Александр.

Знаете, я белой завистью завидую людям, способным с первых минут знакомства стать «своими», то есть, расположить к себе. Саня как раз из такой категории.

Как только мы — на всякий случай — уточнили, что он тот самый, кто доставит нас в Вишневку и расположились в салоне автомобиля, предварительно уложив вещи в багажник, Александр начал рассказывать о недавней погоде, советовать — где и что посмотреть, куда сходить и даже вспоминать истории из своей жизни. Несмотря на то, что практически сразу же пришло состояние усталости «путешественника», которое наступает исключительно тогда, когда понимаешь, что дорога со всеми связанными с ней волнениями осталась позади, принимать пассивное участие в ненавязчивой беседе было приятно. Собственно, Александр ответов не ожидал, понимая, что никакой другой, кроме положительной, реакции от нас он не увидит.

Так и случилось! Поэтому рассказ нашего первого «вишневого» знакомого я привожу практически без изменений. А начался он с моего вопроса, возникшего вполне логично после наблюдения за его замечательным вождением по извивающейся серпантином дороге:

— Саша, хорошего водителя сразу видно. Ты где так водить научился?

— Можно сказать, что моим автоинструктором армия стала. В лице одного генерала… Косвенно, конечно. Кроме всего прочего, он же меня и в двигателях разбираться научил, — Александр что-то своё вспомнив, улыбнулся. Затем продолжил:

— А случилось вот что…

…Вообще-то я хотел остаться здесь, на родине, в Краснодарском крае, служить. Но в последний момент передумал — решил для себя, что служба самой настоящей школой жизни должна быть! А какая «школа» с мамькиными пирожками, которая рядом живёт, получится? Никакая! В общем, сижу как-то на ступеньках сборного пункта от военкомата, курю, и тут слышу: «такая-то группа призывников, в автобус, ша-агом марш»! Думаю, а что, они ведь всё равно друг друга ни в лицо, ни по фамилиям пока не знают, и за ними шмыг в ведомственный транспорт. Сижу, пейзажам в окошке любуюсь, улыбаюсь, думаю, как же здорово я всех перехитрил.

О том, что наша группа в глухую тайгу отправляется, узнал только в поезде…

Когда прибыли к месту назначения — после поезда около суток на больших грузовиках везли, затем день на вездеходах, немного расстроился — кроме леса вокруг нет ничего: на большой поляне одинокая казарма, рядом с ней корпус столовой (там же кино раз в две недели показывали), и чуть в отдалении выделяющееся своим сравнительно крупным размером одноэтажное строение автомобильных боксов. Как оказалось, это была часть, в которую со всего округа свозили «убитую» полуразобранную технику для возможного восстановления.

Но во всём и всегда надо видеть позитив. Вот и мы, новобранцы, с первых же дней стали потихонечку в тайгу по грибы и орехи ходить. Разумеется, с разрешения офицеров. Собственно, их только два было — командир ремонтного батальона в звании капитана, и его заместитель — молодой лейтёха по фамилии Лютиков. В первый же день «Лютик», построив новоприбывших на ступеньках столовой, заменяющих плац, объявил: