Точка отсчета. По ту сторону прежнего себя.

Фрейя Альфхейм

Точка отсчета. По ту сторону прежнего себя.

Вместо предисловия

У каждого из нас есть история о себе. Мы носим ее так долго, что постепенно перестаем замечать, где заканчиваются события нашей жизни и начинается то, что мы однажды решили о себе на основании этих событий. Мы привыкаем к собственным реакциям, объяснениям, ограничениям. Привыкаем к тому, что одни вещи для нас возможны, а другие будто бы нет. И даже когда обстоятельства меняются, продолжаем смотреть на происходящее из прежнего знания о себе. Но однажды возникает вопрос: а действительно ли все, что я знаю о себе, является мной? Или многое из этого — лишь привычный способ себя воспринимать? Эта книга родилась из подобных вопросов. Из наблюдений за тем, как незаметно мы превращаем собственные переживания в убеждения, чужие реакции — в оценку своей ценности, а прошлое — в основание для будущего. Здесь нет задачи научить вас всегда быть спокойными, счастливыми или уверенными. Нет необходимости становиться человеком, который больше никогда не сомневается, не боится и не испытывает боли. Мне гораздо интереснее другое. Что происходит, когда мы перестаем считать каждое свое состояние окончательной правдой о себе? Когда обнаруживаем, что можем чувствовать одно, но не обязаны навсегда становиться этим чувством. Что можем помнить прошлое, но не продолжать жить из него. Я приглашаю вас не столько соглашаться с прочитанным, сколько наблюдать за собой. Возможно, некоторые мысли покажутся вам знакомыми. Другие вызовут сопротивление. А какие-то заставят остановиться и впервые задать себе вопрос, который раньше даже не возникал. И это уже интересно. Потому что по ту сторону прежнего себя нас не обязательно ждет какая-то совершенно новая личность. Возможно, там находится то, что всегда было нашим, но слишком долго оставалось скрытым за привычным представлением о себе.

1. Судьбу не нужно создавать, желание уже знает путь.

Раньше я искренне верила, что мы сами строим свою судьбу, что жизнь нужно создавать. Что необходимо ставить цели, составлять планы, преодолевать препятствия, воспитывать дисциплину и каждый день совершать действия, которые однажды приведут нас к желаемому.

Если ничего не делать — ничего и не произойдет.

Если недостаточно стараешься — остаешься ни с чем.

Если кто-то получил больше, значит, он больше работал, оказался сильнее, быстрее, смелее.

И вся ответственность за будущее лежит на нас. Сегодня, я вижу, насколько перевернутой была эта картина. Мы пытаемся создать то, что уже существует для нас. Пытаемся найти дорогу к тому, что само давно зовет нас. Пытаемся придумать свою судьбу, хотя она уже говорит с нами через наши желания, мы не создаем свои желания. Обратите внимание на очень простую вещь. Мы можем выбирать одежду, маршрут, блюдо в ресторане, но можем ли мы по-настоящему выбрать то, чего хотим? Можем ли однажды утром решить: «Теперь я буду мечтать именно об этом»? Настоящее желание не создается логикой, оно появляется. В какой-то момент мы просто обнаруживаем его внутри себя. Нас начинает притягивать определенная жизнь, определенное место, дело, человек, состояние, уровень свободы, творчество, дом, путешествие, благополучие. Мы можем годами убеждать себя, что нам это не нужно. Можем называть желание невозможным, несвоевременным, слишком большим. Можем стыдиться его или пытаться заменить чем-то более «разумным», но оно возвращается. Иногда оно становится тише, потому что мы перестаем его слушать. Однако полностью исчезнуть оно не может. Почему? Потому что желание — это не случайная мысль о будущем, это знание о собственной судьбе. Оно появляется в сознании не для того, чтобы заставить нас построить несуществующую реальность; оно сообщает о реальности, которая уже принадлежит нам. Желание — это внутреннее узнавание. Мы еще не видим желаемое во внешнем мире, но уже каким-то образом знаем о нем. Уже чувствуем его. Уже способны представить. Уже испытываем отклик, словно встречаем нечто знакомое. Именно поэтому некоторые желания невозможно объяснить. Мы не знаем, откуда они пришли. Не понимаем, каким образом они могут исполниться. Иногда наша сегодняшняя жизнь вообще не содержит никаких предпосылок для их исполнения. И все же желание существует, оно уже оказалось в нашем сознании, а значит, судьба уже обозначила направление, судьба не спрашивает, умеем ли мы к ней прийти. Мы совершаем одну и ту же ошибку: получив желание, сразу начинаем искать способ его осуществления.

Как мне это сделать?

Где взять деньги?

Кто мне поможет?

Сколько времени потребуется?

Достаточно ли у меня знаний?

Какие действия необходимо совершить?

И очень быстро прекрасное, живое желание превращается в проблему, которую нужно решить. Мы смотрим на него из своей сегодняшней личности — со всеми ее страхами, ограничениями и прошлым опытом, а потом делаем вывод: это невозможно. Но желание никогда не спрашивало, умеет ли наша сегодняшняя версия личности привести нас к нему, оно не является заданием для прежнего человека. Если женщина мечтает о любви, это не означает, что ее сегодняшняя версия должна найти идеального мужчину, заинтересовать его и удержать. Если мы хотим жить в достатке, это не означает, что прежнее сознание, привыкшее к нехватке, должно придумать безошибочный финансовый план. Если нас зовет творчество, это не означает, что мы обязаны заранее увидеть всю дорогу, найти аудиторию, рассчитать доход и доказать, что имеем право этим заниматься. Желание приходит не к прежней личности с инструкцией потрудиться. Оно приходит как приглашение перестать быть прежней личностью. Вот где находится настоящий переход, не из одного обстоятельства в другое, из одного представления о себе — в другое.

Почему желание уже есть, а в жизни его пока нет?

Если желание является указанием судьбы, возникает закономерный вопрос: почему же тогда оно не исполняется сразу?

Почему некоторые желания сопровождают нас годами?

Почему мы видим их внутри, но не встречаем снаружи?

Потому что между нами и желаемой жизнью стоит не отсутствие действий. Между нами стоит образ себя, сформированный прошлым. Мы проживаем событие — и создаем из него заключение о себе.

Нас отвергли, и внутри появилось: «Меня невозможно любить».

Мы потеряли деньги: «У меня ничего не удерживается».

Одна попытка закончилась неудачей: «У меня не получается».

Нас обесценивали: «То, что я делаю, никому не нужно».

Мы долго жили в нужде: «Жизнь дается только тяжелым трудом».

Мы увидели чужую боль и решили: «Счастье опасно, за него обязательно придется платить».

Само событие давно завершилось, но заключение осталось и теперь мы смотрим на каждое новое желание глазами того человека, которым почувствовали себя в прошлом. Нам приходит любовь, а мы заранее ждем отвержения, появляется возможность, а мы ищем подвох, жизнь открывает дверь, а мы стоим перед ней и проверяем, имеем ли право войти. Судьба зовет нас вперед, а прошлый опыт продолжает объяснять, почему нам туда нельзя. И тогда мы начинаем действовать: много, напряженно; иногда отчаянно, пытаемся при помощи действий победить собственное представление о себе; доказываем, что достойны; зарабатываем право на любовь; заслуживаем отдых; пытаемся стать достаточно хорошими, умными, красивыми, духовными, полезными. Но никакое количество действий не способно изменить судьбу, если каждое действие подтверждает прежнюю личность. Можно работать с утра до ночи, продолжая быть человеком, которому всегда не хватает. Можно постоянно знакомиться, оставаясь той, которую невозможно выбрать. Можно создавать десятки проектов, оставаясь автором, которого никто не замечает. Действий становится больше, а состояние остается прежним, именно оно снова создает знакомый результат. Нам необходимо не исправить прошлое, а развидеть его. Мы часто пытаемся исцелить прошлое, разобрать его, понять, найти причины, простить всех участников, извлечь урок, иногда это действительно помогает, но существует более глубокий уровень. Прошлое удерживает нас не потому, что оно произошло, оно удерживает нас потому, что мы продолжаем считать выводы, сделанные тогда, правдой о себе. Событие становится судьбой только после того, как мы говорим:

«Вот какая я.

Вот как со мной бывает.

Вот что мне доступно.

Вот чего мне ожидать».

Развидеть прошлое — значит перестать использовать его как доказательство своей личности. Да, это происходило, но происходившее не определяет, кто я есть. Меня могли оставить, однако это ничего не говорит о моей способности быть любимой. Я могла потерять деньги, но потеря не является законом моего благополучия. Меня могли не заметить, но чужая слепота не определяет ценность моего дара. Одна дорога могла закрыться, но она не была всей моей судьбой. Развидеть — это не притвориться, будто события не существовало. Это увидеть: из события я создала историю о себе. И именно история, а не событие, продолжает повторяться. Мы снимаем с прошлого полномочия решать, кем нам быть сегодня. Одновременно начинают разрушаться чужие стереотипы:

«Сначала нужно заслужить».

«После определенного возраста уже поздно».

«Большие деньги бывают только у особенных людей».

«Любовь нужно удерживать».

«Творчество не может быть настоящей работой».

«Без тяжелого труда ничего не приходит».

«Чтобы получить желаемое, нужно чем-то пожертвовать».

Мы слышали эти утверждения так часто, что приняли их за устройство мира, но это не устройство мира. Это человеческий опыт, многократно пересказанный и превращенный в коллективное убеждение. Нам не нужно побеждать каждое убеждение, достаточно перестать считать его своим.

Что означает «ничего не делать»?

И вот здесь начинается самое трудное, если судьба уже показана в желаниях, если желаемая реальность существует для нас, если путь не нужно строить самостоятельно — тогда получается, что делать ничего не надо?

Да. Но это совсем не означает лежать и ждать, пока кто-нибудь принесет готовую жизнь. «Ничего не делать» означает перестать производить судьбу усилием. Перестать считать действие причиной исполнения желания. Действия останутся, возможно, их станет даже больше, но они будут происходить естественно — как продолжение состояния, а не как попытка добраться до него. Когда мы живем в состоянии исполненного желания, нам не приходится каждое утро спрашивать:

«Какое действие приблизит меня к цели?»

Мы просто видим следующий шаг, возникает мысль написать человеку — и мы пишем. Появляется идея — и мы начинаем ее воплощать. Встречается нужная информация — и мы сразу понимаем, зачем она пришла. Нас зовут туда, куда вчера мы даже не собирались идти. Меняется интерес, меняется круг общения, меняется то, что мы замечаем. Действие возникает без борьбы, оно не похоже на попытку вытащить себя в другую жизнь, оно является движением самой жизни через нас. Можно совершить сто действий из состояния нехватки и остаться в прежней точке, а можно сделать один естественный шаг из состояния обладания — и внезапно увидеть, как все начинает соединяться. Мы привыкли поклоняться действию, потому что действие видно. Можно показать, сколько часов мы работали, сколько писем отправили, сколько попыток предприняли. Состояние невозможно предъявить окружающим. Но именно невидимое состояние определяет, какие действия мы совершим, что заметим, кого встретим и какой результат сможем принять. Состояние исполненного желания — это не игра в воображение. Иногда состояние исполненного желания понимают как необходимость постоянно радоваться, визуализировать красивую картинку и убеждать себя, что все уже произошло. Но настоящее состояние гораздо тише. Если желаемое действительно принадлежит нам, мы не думаем о нем непрерывно. Мы не проверяем каждую минуту, приблизилось ли оно, не ищем знаки, не просыпаемся с вопросом: «Когда?», не измеряем расстояние между собой и желаемым. Представьте вещь, которая уже принадлежит вам. Вы не пытаетесь получить ее каждый день, не доказываете себе ее существование, вы можете вообще о ней не думать, но если вас спросят, вы знаете: она моя. Вот так ощущается исполненное желание. Не восторг, который необходимо поддерживать усилием, не напряженная вера, не борьба с сомнениями, а естественность.

Любовь — моя естественная жизнь.

Достаток — мое естественное состояние.

Здоровье — естественный порядок моего тела.

Творчество — естественное выражение того, чем я являюсь.

Мне не нужно создавать это.

Мне не нужно заслуживать это.

Мне не нужно каждый день приближаться к этому.

Я уже являюсь той, для кого такая жизнь естественна.

Именно это состояние освобождает судьбу от нашего вмешательства. Мы часто мешаем тому, о чем просим, желание уже ведет нас. Но мы постоянно пытаемся исправить маршрут, нам кажется, что все происходит слишком медленно, мы начинаем торопить события. Не видим результата — и меняем направление, получаем отказ — и решаем, что желание было ошибкой, встречаем паузу — и заполняем ее хаотичными действиями, сравниваем свою дорогу с чужой и пытаемся идти туда, куда судьба вообще нас не направляла. Мы похожи на человека, который ввел адрес в навигатор, но на каждом перекрестке перестает ему доверять. Он сворачивает туда, где дорога, кажется, короче; возвращается; едет за другой машиной; останавливается и снова вводит адрес, а потом говорит, что навигатор не работает. Желание уже является адресом, нам не нужно знать весь маршрут. Нужно перестать менять конечную точку каждый раз, когда сегодняшняя дорога выглядит непонятной. Состояние исполненного желания — это доверие адресу.

А что, если желание навязано?

Мы можем спросить: каждое ли желание является судьбой?

Разве мы не хотим иногда того, что навязано обществом, семьей, рекламой, сравнением с другими людьми?

Конечно, поверх настоящего желания может появиться множество замен. Мы можем хотеть известности, потому что мечтаем наконец почувствовать свою значимость. Можем стремиться к деньгам, потому что хотим доказать кому-то собственную ценность. Можем пытаться вернуть определенного человека, потому что его возвращение кажется доказательством того, что нас все-таки можно любить. Но если идти глубже, за каждой такой формой находится настоящее желание. Не обязательно именно этот человек, но любовь.

Не обязательно публичное признание, но свободное выражение себя. Не обязательно конкретная сумма, но состояние достатка и свободы. Форма может быть создана страхом. Суть желания все равно указывает на судьбу. Поэтому нам не нужно отказываться от желаний или проверять, достаточно ли они духовны. Нужно увидеть, какую реальность мы узнаем через них.

Не «я хочу, чтобы этот человек выбрал меня», а «я любима».

Не «я хочу доказать всем, что добилась успеха», а «мое проявление имеет ценность».

Не «я хочу накопить сумму, чтобы больше никогда не бояться», а «я живу в благополучии и безопасности».

Когда форма перестает быть способом исправить старую боль, настоящее желание становится ясным. Судьба — это не приговор. Когда мы говорим, что судьба от нас не зависит, это может прозвучать пугающе. Словно все заранее решено и человек ничего не значит. Но я говорю о другом, судьба — это не список событий, которые кто-то назначил нам независимо от нашей воли. Это заложенное в нас направление разворачивания жизни. Желание — его внутренний голос. Нам не нужно сочинять себя с нуля, мы уже содержим то, чем являемся. Семя не ставит перед собой цель стать деревом, оно не изучает стратегии роста и не сравнивает себя с соседними растениями. Внутри семени уже присутствует образ дерева. Ему нужны подходящие условия, пространство и отсутствие постоянного вмешательства. Так же и в нас уже существует образ нашей жизни. Мы узнаем его через желания. Наша задача — не создать дерево, наша задача — перестать каждый день выкапывать семя, проверяя, начался ли рост, жить из судьбы сейчас.

Как войти в состояние исполненного желания?

Не ждать особенного ощущения, не пытаться убедить себя в том, во что пока трудно поверить, а перестать возвращаться к доказательствам обратного. Когда сознание говорит:

«Но раньше у меня не получилось», — увидеть, что прошлое рассказывает только о прежнем состоянии.

Когда появляется мысль:

«Я не знаю, как это произойдет», — вспомнить, что способ никогда не был нашей частью работы.

Когда хочется немедленно что-то сделать из страха, — не запрещать себе действие, а сначала увидеть того, кто собирается действовать.

Это человек, который уже обладает желаемым?

Или человек, который пытается спастись от его отсутствия?

Разница ощущается сразу.

Из состояния обладания исчезает внутренняя погоня. Мы продолжаем жить обычную жизнь: отвечаем на письма, работаем, создаем, разговариваем, встречаемся с людьми, но внутри уже не строится мост к будущему, мы живем из него.

Я есть любовь, которую хотела получить.

Я есть достаток, к которому пыталась прийти.

Я есть признание, которого ждала снаружи.

Я есть безопасность.

Я есть свобода.

Я есть та жизнь, которая однажды появилась во мне как желание.

И тогда желание перестает быть напоминанием о том, чего у нас нет. Оно становится памятью о собственной судьбе. Самый главный вопрос, возможно, нам стоит перестать спрашивать:

«Что я должна сделать, чтобы получить желаемое?»

Этот вопрос уже содержит разделение.

Есть я сегодняшняя — и где-то далеко находится желаемая жизнь. Между нами лежит путь, который нужно пройти, оплатить усилием и заслужить. Но если желание является знанием о нашей судьбе, вопрос звучит иначе:

Кем я уже являюсь, если это желание — не случайная мечта, а воспоминание о моей жизни?

Не кем мне предстоит стать, не какую личность нужно создать, и не, сколько еще работы необходимо проделать над собой.

Кем я уже являюсь?

В этом вопросе нет погони, есть узнавание.

Я не создаю свою судьбу.

Я перестаю заслонять ее старым представлением о себе.

Я не заставляю желание исполниться.

Я перестаю ежедневно подтверждать его отсутствие.

Я не строю путь.

Я живу из точки, в которой путь уже привел меня домой.

И все, что действительно принадлежит мне, начинает находить форму в моей жизни. Не потому, что я правильно рассчитала каждый шаг, не потому, что стала лучше других, не потому, что заслужила, а потому, что перестала мешать жизни становиться тем, чем она уже была во мне.

Моим желанием.

Моим знанием.

Моей судьбой.

2. Почему прошлое продолжает управлять настоящим?

Иногда событие заканчивается, а человек — нет.

Прошли месяцы, иногда годы, изменились обстоятельства, рядом уже другие люди, другая квартира, другая работа, другая жизнь. Мы можем совершенно ясно понимать: все осталось позади. Тот человек больше не имеет над нами власти, та ситуация не повторяется, опасности сейчас нет, но внутри почему-то ничего не закончилось. Мы все еще напрягаемся от похожей интонации, ждем подвоха там, где его, возможно, даже не предполагалось, боимся радоваться заранее, потому что когда-то за радостью последовала боль. Не доверяем спокойствию, прислушиваемся, проверяем, словно что-то обязательно должно случиться. И тогда возникает вопрос: почему прошлое продолжает управлять настоящим, если разум уже давно понял, что все прошло? Потому что событие и внутреннее состояние — не одно и то же. Событие может закончиться в конкретный день, человек ушел, отношения завершились, работа сменилась, ребенок вырос, мы переехали в другую страну, получили документ, которого долго ждали, закрыли долг, внешняя реальность изменилась. Но состояние, в котором мы жили во время этих событий, может остаться. Если человек долго жил в тревоге, он привыкает не только к тревожным обстоятельствам, он привыкает быть тревожным человеком. Если долго приходилось оправдываться, угадывать настроение другого, следить за словами, ожидать наказания или обесценивания, постепенно это перестает восприниматься как временная реакция, это становится способом существования. Человек уже не думает: «Сейчас я боюсь, потому что нахожусь в опасной ситуации». Он начинает чувствовать: «Я вообще такой. Я тревожный. Я слабый. Мне трудно доверять. Со мной постоянно что-то происходит. Мне нельзя расслабляться». И вот здесь прошлое становится не воспоминанием, а идентичностью. Мы продолжаем ждать повторения старого не потому, что сознательно хотим жить прошлым, напротив, чаще всего мы отчаянно хотим его забыть. Но наша внутренняя система уже научилась считать определенный сценарий нормой. Если однажды нас предали, мы можем начать ожидать предательства от каждого близкого человека. Если любовь сопровождалась холодом, исчезновениями и неопределенностью, спокойная близость начинает казаться непривычной, почти подозрительной. Если за ошибку наказывали, любое замечание воспринимается не как обычная обратная связь, а как начало катастрофы. Настоящий человек еще ничего не сделал, но внутри нас уже разворачивается старый сюжет. Мы реагируем не только на то, что происходит сейчас. Мы реагируем на все, что когда-либо происходило с нами в похожем состоянии. В этом есть странная несправедливость: новый человек вынужден отвечать за поступки старого; настоящее событие получает значение, которое принадлежит прошлому; обычная задержка сообщения превращается в отвержение; чужая усталость — в потерю любви; нейтральный взгляд — в осуждение; временная финансовая трудность — в ощущение, что жизнь снова рушится.

Разум может говорить: «Подожди, сейчас все иначе», но тело ему не верит. Разум вообще часто приходит позже. Сначала сжимается живот, учащается сердцебиение, напрягаются плечи, возникает желание убежать, напасть, замолчать или срочно все исправить, и только после этого мы начинаем искать объяснение.

Почему я так отреагировала? Что случилось? Почему мне стало страшно от такой мелочи?

Потому что для тела это не мелочь, оно узнало знакомый сигнал. Тело не рассуждает так, как рассуждает сознание, оно не сверяется с календарем и не говорит: «Эти отношения закончились три года назад, значит, можно больше не бояться». Оно запоминает сочетания: голос, выражение лица, паузу, запах, время суток, движение, ощущение неопределенности. Иногда достаточно одного элемента, похожего на прошлое, чтобы включилась вся старая реакция. И человек вдруг снова чувствует себя тем, кем был тогда: беспомощным, зависимым, отвергнутым, маленьким, виноватым. Хотя внешне он уже давно другой, возможно, сильнее, свободнее, опытнее, но в момент запуска старой реакции доступ к этой новой личности словно исчезает. Так старая идентичность становится привычной точкой отсчета.

Точка отсчета — это не просто мнение о себе. Это внутреннее место, из которого мы смотрим на жизнь. Один человек смотрит на новую возможность из состояния: «Посмотрим, что из этого получится». Другой — из состояния: «Наверняка меня снова обманут». Один входит в отношения с ощущением, что может выбирать. Другой — с надеждой, что его хотя бы не бросят. Один воспринимает ошибку как часть пути, другой — как подтверждение собственной несостоятельности. Внешне они могут делать одно и то же, но внутренне находятся в разных реальностях. И пока человек живет из старой точки отсчета, прошлое действительно продолжает создавать его настоящее. Не мистическим образом, через выборы, реакции, ожидания, интерпретации. Мы замечаем то, что подтверждает уже знакомую картину. Если я убеждена, что меня не слышат, я особенно остро замечу каждый случай, когда человек отвлекся или перебил меня. Моменты внимания покажутся случайностью, а невнимание — доказательством. Если я привыкла чувствовать себя отвергнутой, я могу неосознанно тянуться к эмоционально недоступным людям. Не потому, что люблю страдать, а потому, что рядом с ними я сразу понимаю, кто я и что должна делать: ждать, заслуживать, доказывать, надеяться. Знакомая боль иногда кажется безопаснее незнакомого счастья. В знакомой боли мы хотя бы умеем жить, знаем правила, знаем, чего ожидать, а новая жизнь требует новой идентичности, и это бывает страшно. Потому что недостаточно уйти от человека, чтобы перестать быть той, которая ждет его одобрения, недостаточно закончить тяжелую работу, чтобы тело перестало жить в режиме перегрузки, недостаточно получить деньги, если внутри мы все еще тот человек, который каждый день ждет бедности, недостаточно оказаться в безопасности, если безопасность ощущается непривычной и потому ненадежной.

Мы часто пытаемся изменить настоящее, оставаясь внутри прежней версии себя. Меняем партнеров, города, работу. Начинаем новые проекты, говорим себе: «Теперь все будет иначе», но в новую реальность приносим старое ожидание и вскоре обнаруживаем знакомые чувства.

Не обязательно потому, что мир каждый раз повторяет один и тот же сценарий, иногда мы сами продолжаем читать совершенно новую главу голосом из предыдущей книги.