Грани Грез.

Утренние лучи неяркого солнца освещали висящий на шее маленький кулон в форме ловца снов. Мун открыла окно, чтобы хоть немного развеяться. Нити сверкали на свету и качались от холодного горного ветра. Приятный аксессуар и практичный символ уровня, если встретится кто-то из своих в нашей общей реальности.

Бывает так, что самое страшное уже позади, но жизнь любит преподносить сюрпризы. Мун думала, что червь, это плохо, но были и те, кого обрадовали куда большей проблемой.

Глава 2 «Спасение»

Часть 1 «Странник»

В то время, пока новички грустили о своих неудачах, Прыгун Роланд сидел, озадаченный более сложной ситуацией. Перед ним лежал поджаренный, почти мертвый человек. Можно было бы подумать, что у пострадавшего чёрные волосы и на удивление бледная кожа. Однако, из-за копоти, образовавшейся от электрического удара, все тело было покрыто липкой сажей.

Как же произошла эта трагедия? Два часа назад в Отдел поступила очередная жалоба на заблудшего сомнамбулу. Его описали, как молодого человека, бродившего в опасной близости от стаи электрических светлячков. Вразумить пришлого отправили только что освободившегося Роланда Мекки. Но пока Роланд добирался до места назначения, через коридор Отдела, неуклюжий человек прочувствовал на себе несколько сотен вольт.

– Эйдж, у меня тут странник сильно ударился током. Не уверен, жив ли он, но если да, то состояние критическое. Я не могу переубедить труп, понимаешь? Что мне делать? – Прыгун оттащил тушку неудачника подальше от мелких Кошмаров. Временно отступив на безопасное расстояние, Роланд передал сообщение в Отдел. Ответ Эйдж не заставил себя долго ждать.

"Говорит Эйдж Венельт. Мекки, для начала научись подробно излагать все детали. Что касается странника, отправляй его к нам на осмотр. В описанном тобой состоянии, нельзя отпускать его обратно. А после, напишешь подробный отчёт о том, почему допустил очередную ошибку."

Роланд нахмурился. Такой ответ был очевиден, но все равно не устраивал Прыгуна. Он не хотел писать стостраничную пояснительную балладу о том, почему медленно добегает до портала. Но глянув на побитого странника, Роланд взял себя в руки. Его еще можно спасти, а значит нельзя медлить и секунды!

Неизвестный гость оказался лёгким, но ужасно грязным. На чёрном пончо грязь от опаленной ткани была мало заметна, чего не скажешь о свитере светлого мятного цвета. А вот от запаха спастись было уже трудней. Дымчато-пурпурный волос также испачкался в саже, как и лицо с перчатками. Но стая Натуру, маленьких электрогенерирующих светлячков, не давала Прыгуну и шанса на отдых. В таких случаях принято звать на помощь Ловцов, но прежде, чем Роланд успел дотянуться до передатчика, его груз проснулся.

– Твой голос… Какой громкий и звенящий голос… Пожалуйста, помолчи. – незнакомец пошевелил кистью, но сил вырваться из хватки не хватило. Прыгун хотел замедлить шаг, но вовремя вспомнил, что агрессивные Кошмары в любую минуту могут их обнаружить.

– Так, приятель, без паники. Тебя сильно пришибло. Боюсь, что ещё бы немного и ты не досчитался пары конечностей. Сейчас я отведу тебя к врачам, и они тебя подлатают, надеюсь. А после ты всем нам расскажешь, как же попал в самое сердце Нотуру. Так еще и не через свой сон…

– Рассказать? Я не понимаю, кто вы и куда меня тащите. Может, это вам следует мне что-то объяснить? – мысли странника все никак не собирались. Даже при допросе, он не смог бы ничего рассказать. Последнее, что помнил пострадавший, это как когда-то давно, он целенаправленно шёл в сторону высокого здания. Там находился кто-то важный для него. Но ни лица, ни характера странник вспомнить не мог.

Силы давно покинули неизвестного. Голова кружилась, каждое слово давалось через острую боль. Руки и ноги, все тело совсем не слушались. Когда тьма попыталась вновь забрать сознание сновидца, странник услышал мягкий далёкий голос. Он звал его, просил поскорее очнуться от грёз. Жаль, зов все время прерывали крики Роланда.

– Ты чего задумал? Нет, не просыпайся прямо сейчас! В таком состоянии все раны могут перенести в тело, и ты умрешь! Стой… Слышишь?!.. Не… Просыпайся…

Голоса постепенно утихли. Через миг темноты, над головой уже нависала большая белая луна. Ее свет не слепил, но и не успокаивал. Скорее, это напоминало, момент, когда человек смотрит в потолок, пытаясь смириться с тем, что время вставать. Иногда светило закрывали тучи и ветки высоких сосен, качающихся от ветра. Не так давно в этой местности прошёл дождь. Земля была мокрая и холодная, а с верхушек периодически падали ледяные капли воды. Тело ничуть не изменилось. Та же боль распространялась по всему телу.

– Ветер в горах поднимает лучше ведра воды. Вот только тебя почему-то разбудил не он. Хорошо поспал? – Этот мягкий журчащий голос уже был знаком. Верно, именно он пробудил ото сна жертву Нотуру!

Странник повернул голову. Перед ним сидел рыжеволосый человек в белом, светящемся от луны, пальто. Тёплая улыбка приветствовала вернувшегося из мира Грёз. Широкая шляпа и вязаный розовый шарф придавали личности ещё более мягкий характер. Но кое-что не давало ему покоя… Сверкающие бирюзовые глаза с пурпурным оттенком хищно оценивали состояние спасённого.

– Меня называют Гроф Хэнг. Я успешный владелец частной почтовой компании. Но для некоторых, как и для тебя, я – Иллинт по имени Смог. Не знаю, сколько ты помнишь из этой бесполезной терминологии людей, но справедливо считать, что я твой спаситель. Понимаешь? Я защитил твою жизнь, а значит теперь за тобой должок.

– Вы помогли мне?.. Не очень похоже, что все в порядке. Я же… Знать не знаю, кто вы. – странник привстал. Ему хотелось сбежать, но адская боль вновь и вновь отнимала силы и подгибала колени.

– Какая досада, я ведь только что представился. Не хочешь принимать это за знакомство? – странный человек задумчиво наклонил голову. – Согласен, верное суждение. Но, при любом исходе, я знаю тебя. И советую доверять мне, если не хочешь провести остаток жизни под шипами этих отвратных цветов. – Смог достал из сумки таблетки. – Это обезболивающее, оно помогает телу обмануть себя. Твоя боль временно успокоится. Хватит времени дойти до города и обсудить твое «место» в этом городе.

Принимать неизвестное лекарство из рук подозрительного человека? Мало кто решится на такое безрассудство. Странник собирался отбросить таблетки в сторону, но Смог, вдруг резко навалился на него всей массой тела. Боль тут же пробежала по спине, заставив руки дрожать, а зубы, прикусить губы. Но именно действие Смога спасло странника от быстрой атаки прилетевшего неизвестно откуда снаряда.

На стволе, о который секунду назад опиралась голова Смога, образовалось немалое отверстие. Послышались крадущиеся шаги. Следом за шуршащим звуком молниеносно вылетел второй снаряд. На этот раз, Смог оттолкнул приятеля в ель, а сам прижался к земле. Снаряд, по форме напоминающий дротик, бесшумно поглотил землю, оставив за собой метровую воронку.

– Вечно ты все усложняешь. Не считай себя неприкосновенным, Смог. Мне передали, что где-то в этой области был обнаружен пострадавший странник. Которого, как я погляжу, ты силой вытянул из Грёз. – Голос разносился глухим эхом по чаще. Шаги в этот раз послышались со спины.

– Не сочти за грубость, но шаблонная реакция Прыгунов мне порядком осточертела. Добавь же в свои действия хоть толику остроты и неожиданности! – Смог отошёл поближе к тонкому дереву.

В тот миг, как звук шагов прекратился, он резко упал. Поглощающий боеприпас пронесся лёгким дуновением над ухом Смога. Стойкость ловкого Иллинта подвёл лёгкий шарф, который слегка всколыхнулся воздушной подушкой. Третий удар пробил древесину и ствол с оглушающим хрустом упал на землю.

– Скажи спасибо, что тебя запретили убивать. Иначе, ты давно повторил бы судьбу этого растения. Не думай, что я забыла тот случай. – Смог заметно разозлился. Все потому, что дерево чуть не завалила нору лисицы, которую часто навещал Иллинт.

– Дай угадаю, Избранникам в радость найти очередной предлог, чтобы угрожать мне. Твой отпрыск сам полез к опасным людям. – усмехнулся Хэнг, придерживая шляпу. Мужчина выстроил в голове четкий план, и, наконец был полностью в нем уверен. – Ты хоть цель свою помнишь, снайпер?

– Моя цель? Она уже давно на примете. – Как и раньше, снаряд полетел совершенно бесшумно. Но отличием стало не оружие, а цель.

Из кустов показалось тонкое сверкающее дуло. Направлено оно было в сторону пострадавшего от тока прохожего. Странник не успел даже понять, как его левую руку, а также грудную клетку и часть шеи что-то поглотило. Это был четвёртый снаряд. Боль моментально ушла. Причиной тому мог быть шок или же приближающаяся смерть. Случайный свидетель рухнул в заросли пушистого букашника, так и не успев осознать, что стало причиной направленных на него действий.

– Отдел в очередной раз избавляется от трудных жителей или же причиной стало моё вмешательство? Если считаешь, что я разгадал загадку перемещения миров, то нет. Узел для всех – непостижимая тайна. Я просто нашел его спящее тело в лесу. – Смог без колебаний подошёл прямо к засаде снайпера.

В кустах сидела укутанная в темный костюм женщина. В руках она держала длинную трубку и привязанный к ней значок полумесяца. На поясе висели еще три поглощающих снаряда. Жаль, если бы они продержались бы еще три выстрела, снайперу пришлось бы отступить, чтобы восполнить запасы…

– Ему оставалось прожить не больше часа. Бедняга, умер бы в агонии от полученных травм. Раны души можно залечить только в мире Грёз, тебе ли этого не знать. Но что интересно, я не нашла информации об этом человеке. И если его не существовало, то я почти уверена, что информация изменена твоими руками. Не думай, что я забуду эту встречу, несущий смерть демон. – девушка выкарабкалась из кустов. В последний раз холодно глянула на силуэт жертвы, а после ушла вглубь леса.

– Я-то демон? – наклонившись к телу спросил Хэнг. – Убила она, а виновным выставляет меня? Избранники такие лицемерные. – на слова Грофа пострадавший так и не отвечал, безмолвно лежа в дикоросах.

В эту ночь неизвестный странник умер из-за глупости своего спасителя. Но в лице Смога не было ни намёка на разочарование. Теперь невезучего сновидца сочтут мёртвым, а, значит, носитель придуманного имени Клавис или же Армелхейд сможет жить независимой полной жизнью.

Часть 2 «Дом»

Безжалостный будильник продолжал звенеть даже после того, как хозяйка давно проснулась. Обычно стены в это время ярко желтели от утренних лучей. Но сегодня город накрыл туман, от чего темный дом казался Мун еще более страшным. Девушка взглянула на новую школьную одежду. Темно-синяя юбка, синий кардиган с эмблемой школы – пурпурного цветка лаванды в зелёных крыльях птицы. На соседних плечиках висела светло-коричневая рубашка, а также приготовленный заранее плащ от дождя.

Семья Хатсон переехала в прибрежный город Монс Понтис неделю назад. Дорога была не из простых. Хатсон ехали почти неделю до точки назначения и многое пережили. В первый же день путешествия им попался хитрый вор. Тётя Мун – Анна остановилась в мотеле, недалеко от небольшого леса, а на утро обнаружила, что все вещи из чемодана раскиданы по округе. С такой же проблемой обратились и другие гости. Многие из вещей бесследно исчезли. По камерам видеонаблюдения сотрудники отыскали и поймали виновного. Им оказался юркий енот, который залез внутрь каждой припаркованной машины в поисках еды. Но слишком заигрался с плохо убранными сумками приезжих.

А на второй день дядя, заслуживший за свой круглый живот и неуклюжесть кличку Перышко, отравился местным острым блюдом. Его ещё два дня мутило, до самого города. Каждый раз, когда он видел что-то зелёное и длинное в супе, сразу панически отказывался пробовать. Но вскоре отравление ушло, и Перышко опять стал пробовать новые экзотические блюда. К концу поездки мужчина так осмелел, что вновь дегустировал все подряд. Тёте Анне оставалось только неодобрительно качать головой и держать наготове аптечку.

С каждым днем Хатсон отдалялись от прежнего дома. Поля сменялись сопками, а сопки заснеженными горами. Высокие колосья злаков остались далеко позади, стали все чаще попадаться кустарники, затем высокие деревья и, наконец, столетние ели и годовалые пихты. Но было и то, что преследовало семью на протяжении всего пути. Частые гости дороги – дикие курицы. Фазаны, что на полях, что в лесу одинаково бесстрашно и напористо летели прямо перед лобовым стеклом, спасаясь от части шашлыка, только хорошей реакцией водителя.

Мун совсем не впечатлили горы. Большие булыжники торчали из земли и иногда сбрасывали свои частички из-за землетрясений. Их заснеженные верхушки задерживали облака, от чего в низинах часто шли дожди. Горный хребет выглядел так холодно и бесчувственно, несмотря на то что все подножье заросло густым лесом. Даже через окна слышались сильные порывы ветра. А скрипучая Волво – верная машина семьи – покачивалась от новых ударов стихии.

У подножья огромных гор стоял портовый город Монс Понтис. Трудно сказать почему порт до сих пор пользовался спросом. Но ни одного грузового судна в тот день на море не стояло. Только редкие товарные лодки и два пассажирских парохода ежедневно продляли жизнь сооружения. Вдалеке показались первые домики на побережье тёмного моря. Цветные маленькие, аккуратные постройки пригорода разбавляли серый ландшафт. Внутри Мун все съёжилось. Из достопримечательностей: старая церковь с колокольней и сверкающими витражами, музей истории города и любимые туристами руины осадочной крепости или замка, на вершине сопки. А всё остальное занимали магазины, дома, школы и офисные здания.

Новый домик Мун стоял за городом, на краю скалы. Небольшая лужайка раскинулась за домом. Её богатством были: одинокое старое дерево и примятая широкая трава, ненамного выше мха. В траве цвели мелкие жёлтые цветы, они напоминали те, что росли у дома, в котором остался Дэн. Воздух был очень чистый, влажный и холодный. Красивое живописное место навевало грусть, привыкшей к солнечным полям Мун. Небо почти затянуло облаками, и только редкие лучи пытались прогреть мелкую рябь воды.

Внутри дом казался ещё меньше. Его тёмные стены сжимали пространство. Пахло отсыревшим деревом и древней пылью. Под полом сквозило, а на потолке красовался лишайник. Особая красота царила в ванной. Там уже давно никто не убирал скользкие стены и плитку. В одной из комнат под высокой крышей тетя Анна обнаружила гнезда ласточек. Да и дом словно сто лет пустовал.

– Ух, работы тут много. – проворчал Перышко, брезгливо отрывая проникшую растительность с порога – Боюсь даже заходить в подвал.

Тётя Анна рассказала, что дом им предоставила компания, в которой они работают. Что за компания такая, если они отдают полу – развалины своим дорогим служащим? Комната, которую забрала себе Мун, находилась на чердаке. Не было ничего похожего на старую комнату. Она была больше, но размер не мог уберечь визуальное пространство из-за давящей тьмы стен. Её бурый дуб вытянул даже самые яркие цвета одежды. Хорошо, что на чердаке не решили обустроиться животные или насекомые. Иначе бы маленьким существам не повезло оказаться под прицелом ловкого охотника.

Воспоминания прервал новый звон будильника. Быстро одевшись в школьную форму, Мун помчалась вниз по крутой лестнице. За ночь жилище не изменилось. Как бы школьница ни старалась, в душе жил лишь милый старый дом и тёплая поляна. Но Мун встречали всё те же каштановые комнаты, мокрое дерево и любопытные глаза птенцов, которых семья решила не беспокоить.

Дядя Перышко приоткрыл массивную дверь, чтобы занести дрова. Холодный воздух тут же ударил в нос. Пахло ручьём, который тёк рядом с большим обрывом у дома.

– Отопление для заброшенного здания временно отключили, поэтому приходится использовать старый метод, пока не приедет мастер. Но нам не впервые бороться с трудностями, верно? – тётя Анна улыбнулась. Её блондинистые волосы ещё больше кудрявились от влаги, а веснушки совсем потемнели. Теперь тётя Анна ещё больше походила на солнце, отчего ее племяннице сразу полегчало.

Школа Инока была совсем рядом, у подножья. Пока Хатсон шли по извилистым улочкам, увидели рабочее парусное судно с тяжёлыми пушками. По рассказу проводника, корабль еще стоит на военном учете и считается полностью боеспособным судном. Над горами и городом каждые двадцать минут летал спасательный вертолёт. Шумели прохожие, обсуждали последние новости у информационного столба.

Школа, как и многие сооружения Монс Понтиса, ничем не выделялась. Серое здание, с высокими узкими окнами и маленьким двориком. Краска, хоть была новой, успела отсыреть от вчерашнего дождя. Главный вход украшали маленькие синие ели и горные камни. По обе стороны двери развивались два флага с гербом Инока. Уроки уже начались, поэтому безумная толпа школьников почти полчаса сидела притихшая под надзором преподавателей. Для Мун же это означало – спокойное передвижение по учреждению.

Внутри школы на удивление царил порядок. У стен стояли зелёные диванчики, высокие фикусы и даже кактусы. Висели зеркала, стояли витрины с наградами за достижения школьников и учителей. Рядом с художественным классом к стене были прикреплены доски, на которых ученики могли писать сообщения или рисовать, вместо того чтобы портить имущество школы. А для любителей спорта у территории школы расположился малый стадион и тренажерная комната, откуда стащили каждый плохо лежащий канат. Так же на большом участке стены и пола была сложена мозаика из стекла с изображением моря, елей и гор. Даже в туман, цветное стекло переливалось на свету и отражалось цветными лучами на потолок и стены.

Тётя Анна и Мун прошли в кабинет директора, чтобы познакомиться с руководителем учреждения. Тётя Анна взволнованно пыхтела и на каждом шагу слегка подпрыгивала. Они прошли мимо обклеенных наклейками ящиков и кабинета химии, от которого ужасно пахло химикатами. Ох, не завидная участь у сидящих там детей. Мун стало немного плохо. Это чувство принято называть бабочками в животе. Но в ее случае бабочки не порхали, а носились на мотоциклах по арене. Наконец-то Хатсон нашли кабинет директора. Над матовой стеклянной дверью висела табличка: Норсон Верли.

Кабинет оказался просторным и светлым. Стол стоял напротив большого окна. Рядом со столом пристроилась маленькая тумба из светлого дерева. На стене лоскут перламутровой ткани и прикрепленный к нему серебряный старый месяц. На полках, среди документов стояли пугающие цветные баночки. В одних находились речные камушки, в других конфискованные вещи как учеников, так и недобросовестных сотрудников школы.

"Может он был знаком с Прыгуном? Или же директор им и является? " – вдруг пронеслось в голове Мун. Кабинет директора сильно напоминал планировку приемной одного Советника. Но не секрет, что многие люди любят месяц. И не обязательно все они Прыгуны. Полотно? Любой может украсить комнату. Вот только цвет ткани без остановки прокручивал навязчивую мыль в голове Мун.

В кабинете сидел мужчина с каштановыми волосами и темно лазурными глазами. Одет директор был в каноничный коричнево-синий костюм, как и учителя с учениками. Квадратные очки подчеркивали схожий тип лица, отчего директор казался молодым, но опытным человеком. На руке висел плетёный кожаный браслет с преследующим Хатсон золотым полумесяцем.

– Ах, ты должно быть новая ученица! Я как раз вчера записал тебя в класс. – объявил хозяин кабинета. Его голос был громким и уверенным, немного весёлым, хитрым и играющим. Мун все больше убеждалась в поражающей гипотезе.

– Знаете, мы только переехали в город и … – тётя Анна всегда говорила немного неуверенно, когда дело касалось Мун. Она беспокоилась за упрямый, прямолинейный характер своей подопечной. Или за то, что в прежней школе у Мун был не лучший послужной список? В какой-то момент ее чуть не выгнали за очередную шалость. Хотя, как считала Мун, ее проделки – не более, чем эксперименты с силами Грез.

– Не успели все осмотреть? Вы волнуетесь за девочку, вдруг её не примут? Или же причина в том, что она немного импульсивна? Я могу вас заверить, что все будет хорошо. Я ознакомился с жалобами прошлого директора. Неприятная новость, но с нами Хатсон раскроет себя с лучшей стороны. Обещаю лично проследить за этим. Ученики часто жалеют о своей жестокости в будущем, но наша школа всегда вовремя усмиряет их жаркий пыл. Ведь откуда берутся проблемы? Я думаю, от простого непонимания поколений, как я с отцом в детстве. – директор глянул на тётю Анну.

В яблочко! Этот прием Мун точно знала и даже испытывала на себе! Геут вечно перебивает её таким способом, как и многие другие Прыгуны! А еще этот тембр навевал воспоминания о тренировках друга. Девушка решила осторожно проверить, чтобы в будущем тётя Анна не стала задавать лишние вопросы.

– Простите, директор. Ваш акцент мне немного знаком… – начала Мун – Способность предугадывать слова о многом говорит. Я знаю одного человека, который точно так же, как и вы, общается с людьми. Забавное совпадение, да?

Тётя Анна удивилась. Дома у Мун был один друг, и он точно так не разговаривал. Во-первых, потому, что это была соседская дворняга Аркен. А во-вторых, потому, что Мун жила в нескольких километрах от города и часто училась дистанционно, посещая учреждения только по особым случаям, на которых всегда успевала набедокурить. Хатсон, заметив смятение Анны, решила увести разговор подальше от неудобной темы, но Норсон сделал это раньше.

– Что ж, хороший директор знает подход к каждому своему подопечному. Первый урок ты пропустила, но поспеши на следующий. Вот расписание, учебники в библиотеке. Ну, или, если хочешь, попроси поделиться заданиями у своих новых одноклассников. Это был бы верный толчок к хорошим отношениям. А теперь, поторопись. – Верли, как кот на солнце, прищурил глаза.

В заметках к расписанию занятий Мун нашла интересную запись, подтверждающую предположение. «Я думаю не стоит пренебрегать даже, как считают школьники, скучными занятиями, иначе второй хороший выпуск нам обоим только приснится.»

Часть 3 «Долгожданный звонок»

Мун воодушевилась. Было очень приятно встретить здесь Избранника. Может, был и ещё кто-то? Но этот кто-то оказался не в новом классе. Мун поплелась на алгебру. Класс встретил ее удивительно равнодушно. За передними партами сидели самые низкорослые ученики, в углу кто-то, не отрываясь от телефона выигрывал командный матч, крича в наушник нецензурную брань. Рядом с невнимательным игроком стоял друг, который все время, невзначай, стаскивал пронесенные одноклассником чипсы.

К Мун, все еще стоявшей посреди класса, подошла невысокая девочка с короткими чёрными волосами и такими же темными карие глазами. Она была немного крупная в теле, а на носу рассыпаны веснушки, прямо как у Анны. Девочка была одна из немногих учениц, одетых не по форме: жёлтая толстовка и чёрные джинсы.

– Привет, ты новенькая? Я Алис, староста нашего класса. – девочка указала на парту у окна – А там твоё место. – оглядев почти пустую, тонкую на вид сумку Хатсон, Алис сжала губы и задумалась. – Смотрю, ты не получила учебники. Наверное, не хватило времени узнать, где наша библиотека… Директор рассказал, что у тебя была личная программа обучения. Если возникнут проблемы, обращайся ко мне. Я могу тебе все показать в школе. Ну знаешь, будет сложно если… – Алис перешла на шепот – ты захочешь в туалет, но не будешь знать где он.

Одноклассница весело улыбнулась Мун и хотела еще расспросить новенькую, но в кабинет вошёл учитель. Это была маленькая дама в длинных красных сапогах и нежно – фиолетовом платье. Она сбросила пальто и важно встала у доски.

– Ещё вчера вам должны были рассказать, но я напомню о Мун Хатсон. Ее доверили именно вашему классу, поэтому не пугайте девочку в первый же день учебы. Прошу относиться подружелюбнее. Ладно, думаю вы ещё пообщаетесь, а сейчас добро пожаловать в удивительный мир формул, билет в который вы завалили на прошлом уроке. Поэтому готовьте ручки, нас ждет долгое повторение. – Весь класс тяжело вздохнул.

Предпоследнее предложение учительница особо подчеркнула. Мари Долсон – учительница в возрасте. На её кругленьком лице красовались квадратные очки, прямо как у директора. Короткие прямые волосы до плеч, немного ювелирных украшений и присущий каждому учителю особый, порой навязчивый, запах.

В режиме тянущейся карамели все изучали трапеции и формулы. Алис поймала Мун на перемене и, по пути за учебниками, расспросила про первый дом. Оказалось, что и она приехала сюда четыре года назад. До этого Алис жила в столице, пока не решила изучать геологию с отцом.

– Так, ты была рада переехать сюда? – спросила Мун, ожидая очередного радостного ответа от Алис.

– В первый день я… Просто ненавидела этот город. Хотелось, чтобы все здесь разрушил какой-нибудь сильный обвал. – ответила Алис, упираясь о подоконник коридора, куда согнали детей, чтобы те не разрушили хрупкую технику учебного помещения. – Вот только в один день мое желание почти исполнилось. Я, папа и его команда с проводником пошли изучать ущелье. Но вдруг, без видимой причины случился обвал. Мне было до ужаса страшно. Папа тоже испугался, но пытался делать героическое лицо. В тот момент, да и сейчас, это казалось забавно.