Хранители Врат - Том 3

Тарен стоял у границы.

Саэл напротив.

- Я возвращаюсь.

- Подожди.

- Мы уже обсуждали.

- Ты прожил несколько жизней внутри этой системы.

Ты не можешь знать, где твое собственное желание, а где ее влияние.

Тарен устало усмехнулся.

- А ты можешь?

Саэл молчала.

- Вот именно.

* * *

Она подошла ближе.

- Я потеряла тебя один раз.

- Ты потеряла брата.

- Это ты.

- Частично.

- Не говори так.

Тарен посмотрел мягче.

- Когда ты смотришь на меня, ты все еще видишь того, кого держала за руку девять дней.

Я не обязан становиться им снова, чтобы тебе стало легче.

* * *

На этом архив оборвался.

Не потому что разговор закончился.

Потому что Саэл сама закрыла фрагмент.

Следующие годы появились уже без личных сцен.

Снова протоколы.

Схемы.

Решения коалиции.

Переход от частной истории к большой политике произошел почти незаметно.

И именно поэтому был страшнее.

Через двадцать семь лет после начала внешнего перехода коалиция решила временно блокировать возврат части людей.

Кай уже понял.

- Потому что считала желание вернуться следствием старого влияния.

- Да.

- А ты?

- Руководила одним из маршрутных контуров.

На экране появился приказ.

Среди подписей:

САЭЛ

Кай посмотрел на нее.

- Тарен был в этой группе?

- Да.

* * *

После ответа архив снова сузился.

Все остальные строки ушли в темноту.

Осталась одна подпись.

Ее.

И одна строка с идентификатором Тарена.

Леон понял, что все дальнейшее для Саэл началось именно здесь.

- Ты знала, что подписываешь блокировку его маршрута?

- Да.

- И все равно подписала.

- Да.

- Почему?

Саэл смотрела на собственную подпись.

- Я сказала себе, что личная история не должна влиять на решение.

На самом деле она влияла сильнее всего.

Я боялась снова его потерять.

* * *

Леон почувствовал, как вся ее история сжалась до одного момента.

Не идеология.

Не право.

Страх потери.

* * *

- На сколько блокировали? - спросила Мира.

Саэл открыла следующий слой архива.

На этот раз без визуальных сцен.

Только протоколы.

Сухие.

И от этого особенно тяжелые.

- Планировали на сорок восемь часов.

Для Тарена получилось девятнадцать дней.

- Почему?

- Каждая следующая оценка считала его желание вернуться слишком устойчивым.

Кай резко поднял голову.

- Чем увереннее он был, тем подозрительнее казался системе?

- Да.

* * *

На экране:

ЖЕЛАНИЕ ВОЗВРАТА: УСТОЙЧИВО

ВЕРОЯТНОСТЬ ГЛУБОКОЙ ОБУСЛОВЛЕННОСТИ: ВЫСОКАЯ

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПРОДОЛЖИТЬ НЕЙТРАЛИЗАЦИЮ ВЛИЯНИЯ

- Что делали? - спросил Леон.

- Ограничивали связь с локальными слоями памяти.

Снижали эмоциональную привязку.

Пытались отделить решение от прежнего контекста.

- И что произошло?

Саэл провела рукой по архиву.

Сухие строки исчезли.

Теперь они увидели Тарена.

Первый день.

Он требовал открыть маршрут.

Пятый.

Все еще требовал.

Десятый.

Говорил спокойнее.

На двенадцатый день перестал просить вернуться.

- Я решила, что метод работает, - сказала Саэл.

Следующая запись.

Четырнадцатый день.

Он перестал спрашивать о женщине, ради которой хотел вернуться.

Шестнадцатый.

Тарен смотрел на Саэл.

- Напомни, кто ты.

* * *

Кай тихо выругался.

Архив замер на его лице.

Саэл долго не двигалась.

* * *

- Почему ты не остановила? - спросил Леон.

- Потому что каждый раз казалось, что осталось совсем немного.

Еще одна проверка.

Еще один день.

И мы получим “чистое” решение.

Она закрыла глаза.

- Очень легко перейти границу, когда уверен, что правильный результат почти достигнут.

* * *

Дальше архив не показывал процесс.

Только последствия.

На девятнадцатый день у Тарена и еще восемнадцати человек началось повреждение непрерывности.

Систему остановили.

Маршруты открыли.

Поздно.

На экране:

ПОСТРАДАВШИЕ: 19

ПОЛНОЕ ВОССТАНОВЛЕНИЕ: 17

НЕПОЛНАЯ НЕПРЕРЫВНОСТЬ: 2

Кай спросил:

- Тарен?

Саэл молчала.

Этого хватило.

* * *

Числа исчезли.

Появился человек.

Тарен после восстановления.

Он знал свое имя.

Помнил последние годы.

Знал Саэл.

Но прежняя эмоциональная связь с глубокими жизнями почти исчезла.

Включая брата, которого она искала.

- И ты попыталась вернуть память снова, - сказал Леон.

- Да.

- Почему?

- Не могла принять, что сама уничтожила то, ради чего прожила столько жизней.

* * *

Последний архив открывался дольше всех.

Сначала только звук воды.

Потом свет.

Другой мир.

Другой берег.

Тарен сидел у воды.

Саэл стояла рядом.

- Я могу попробовать еще один метод.

Он не ответил.

- Там есть сохраненные связи.

Некоторые можно восстановить.

- Я не хочу.

- Это безопаснее.

- Не хочу.

- Ты не понимаешь.

Он повернулся.

- Нет, Саэл.

Это ты не понимаешь.

* * *

Она замолчала.

- Я могу вернуть тебе часть тебя.

- Кого именно?

- Тебя.

Тарен долго смотрел.

- Ты снова решила, каким я должен быть.

* * *

Архивная Саэл побледнела.

- Ты мой брат.

- Был.

- Не говори так.

- Почему тебе так важно, чтобы я продолжал им быть?

Она не ответила.

Тарен сделал это за нее.

- Потому что иначе тебе придется признать, что ты удерживала не человека ради его блага.

Ты удерживала брата, которого не хотела потерять второй раз.

* * *

Кай опустил голову.

* * *

- Я не хотела причинить тебе вред.

- Знаю.

- Я хотела исправить.

- Тогда остановись.

* * *

Тарен взял ее за руку.

Так же, как когда-то брат держал маленькую Саэл в темном городе.

На секунду архив наложил две сцены друг на друга.

Две руки.

Два мира.

Две жизни.

Потом детская сцена исчезла.

Остался только Тарен.

Он отпустил ее первым.

- Я не хочу быть твоей ошибкой.

И не хочу быть твоим братом потому, что тебе нужен брат.

Я Тарен.

Этого достаточно.

* * *

Вода осталась еще на несколько секунд после того, как исчез он.

Потом погас и берег.

Лишь после этого вернулся Совет.

Круглый зал.

Пустые места.

Тесхар.

Араван.

Мира.

Кай.

Рея.

Леон заметил, что возвращение в настоящее оказалось почти физически неприятным.

Будто все они слишком быстро вышли из чужой памяти.

* * *

Никто не говорил.

Только теперь Леон заметил, что пальцы Саэл дрожат.

Она сжала их в кулак.

* * *

- Где он сейчас? - спросила Мира.

- Вне Авеона.

- Вы общаетесь?

- Нет.

- Почему?

- Он попросил не искать его.

Кай поднял взгляд.

- И ты не ищешь?

- Нет.

- Совсем?

- Получаю только общий статус непрерывности.

Без местоположения.

Без маршрута.

Он это разрешил.

* * *

Леон понял, что именно здесь была настоящая цена.

Саэл тысячи лет искала брата.

Нашла.

Потом собственными руками превратила любовь к нему в основание решать за него.

И теперь могла доказать, что изменилась, только одним способом:

не искать.

* * *

Тесхар тихо спросил:

- И после этого тебя допустили к наблюдению?

Саэл несколько секунд смотрела на уже закрытый архив.

Потом вернулась к нему.

- Не сразу.

Через несколько лет.

- Почему?

- Потому что материалы против моей группы представила я.

- Включая собственные решения?

- В первую очередь.

- Наказание?

- Отстранение от маршрутного управления.

Лишение административного доступа.

Постоянный запрет единолично решать чужой путь.

- Ты сама предложила последнее?

- Да.

- Почему?

Саэл посмотрела на него.

- Потому что я уже знала, насколько убедительно умею объяснить себе необходимость временного принуждения.

* * *

Тесхар отвел взгляд.

Саэл заметила.

- Поэтому я здесь.

- Ты считаешь, что я похож на тебя.

- Нет.

- Тогда зачем рассказывать?

- Потому что узнаю аргумент.

- Какой?

- Что небольшое ограничение сейчас может сохранить больше возможностей потом.

Тесхар напрягся.

- Иногда это действительно так.

- Именно поэтому одного здравого смысла недостаточно.

* * *

На несколько секунд между ними возникло молчание, которое уже не требовало архива.

Тесхар видел ее прошлое.

Саэл видела его настоящее.

И никто не пытался объявить их одинаковыми.

Достаточно было того, что некоторые слова звучали слишком знакомо.

* * *

Араван нарушил паузу.

- После Авеона мы встретились.

- Ты участвовал в разборе? - спросил Леон.

- Да.

Внешняя коалиция хотела понять, что именно разрушила вместе с системой контроля.

- И?

- Оказалось, некоторые механизмы имели двойную функцию.

Например ограничение памяти.

Оно могло использоваться для управления.

Но могло и защищать сознание от объема, который оно не выдержит сразу.

Мира кивнула.

- Значит, вопрос не в полном доступе или полном забвении.

- А в том, кто управляет доступом, - сказала Саэл.

* * *

Рея открыла новый архивный слой.

Уже не личный.

Материалы комиссии.

Таблицы.

Свидетельства.

Сравнение повреждений до и после отключения старых систем.

Так переход от истории Тарена к реформам Авеона стал понятнее.

Не одна трагедия изменила правила.

Но трагедия заставила посмотреть туда, куда раньше не хотели.

* * *

Леон почувствовал тепло печати.

Еще одна линия, ведущая к принципам Натхора.

Не озарение одного человека.

Цепь чужих ошибок.

* * *

- Натхор участвовал? - спросил Леон.

- Позже.

В комиссии по внешнему вмешательству.

- Что сказал?

На лице Саэл появилась тень улыбки.

- Что мы слишком сильно хотели оказаться правыми.

- Похоже.

- Он был гораздо неприятнее, чем ваши записи.

Кай оживился.

- Наконец кто-то сказал.

* * *

Саэл открыла короткий фрагмент уже из другого периода.

Другой зал.

Другие участники.

Натхор стоял перед внешними представителями.

- Вы дали людям возможность уйти.

Это было правильно.

Потом часть захотела вернуться, и вы решили, что их решение испорчено происхождением.

Представитель возразил:

- Их желания сформированы старой системой.

- Наши желания всегда чем-то сформированы.

Если этого достаточно, чтобы отменить решение, свободных решений не существует вообще.

- Мы должны позволить им вернуться в механизм, который их обманывал?

- Вы должны устранить обман.

А дальше услышать ответ, даже если он вам не нравится.

* * *

Запись закончилась.

Натхор исчез.

Но несколько секунд на экране оставалась дата комиссии.

Саэл сама закрыла ее.

И только тогда вернулась к настоящему разговору.

- После Авеона изменили правила внешнего вмешательства.

Доказанное нарушение можно остановить.

Но нельзя автоматически строить новый порядок вместо старого.

- Поэтому ты так осторожна с Федерацией, - сказал Леон.

- Да.

- Даже если она предлагает лучший вариант.

- Особенно тогда.

* * *

Кай спросил:

- А если человек хочет вернуться в старый Сад?

- Пусть знает его устройство.

Пусть знает другие маршруты.

Пусть может передумать.

Этого достаточно.

- И если все равно возвращается?

- Тогда возвращается.

Кай пожал плечами.

- Вот так намного проще.

- На бумаге почти все проще.

* * *

Тесхар тихо сказал:

- Ты до сих пор считаешь себя виновной.

Саэл замерла.

- Это имеет значение?

- Для наблюдателя да.

Ты можешь бессознательно предпочитать любой отказ просто потому, что когда-то удержала Тарена.

Она не стала спорить.

- Такой риск есть.

- Как ограничен?

- Я не принимаю маршрутных решений.

Не могу одна открыть или закрыть путь.

Могу потребовать данные, зафиксировать риск и инициировать проверку.

Любые принудительные меры требуют других контуров.

- Потому что тебе не доверяют?

- Потому что я сама настояла, чтобы моей уверенности было недостаточно.

* * *

Тесхар долго смотрел на нее.

- Разумно.

- Было дорого научиться.

* * *

Кай спросил:

- Ты надеешься снова увидеть Тарена?

Впервые лицо Саэл изменилось резко.

- Да.

Пауза.

- И каждый раз, когда думаю об этом, напоминаю себе, что его просьба важнее моей надежды.

* * *

Разговор снова мог уйти в принципы.

Мира не дала.

- Почему ты вообще вернулась к этой работе?

Саэл посмотрела на нее с благодарностью, словно вопрос вернул ее из слишком знакомого места.

- Не возвращалась почти семьдесят лет.

- А потом?

- Попросили разобрать случай, где внешняя сторона снова решила, что знает, как правильно освобождать целый мир.

Потом был второй.

Третий.

Я осталась.

- Зачем?

Саэл помолчала.

- Потому что сожаление, которое ничего не меняет, слишком удобно.

Кай посмотрел.

- А профессиональное занудство?

- Иногда полезнее.

* * *

Саэл повернулась к Леону.

Переход был резким только по теме.

По сути он продолжал тот же разговор.

- Поэтому меня беспокоишь и ты.

- Почему именно я?

- Потому что ты можешь стать для Земли не человеком, а доказательством.

- Доказательством чего?

- “Правильного” маршрута.

Ты вышел за пределы Колеса.

Вернулся.

У тебя есть печать Натхора.

Связь с Сириусом.

Архивы.

Живое тело.

Когда начнется раскрытие, кто-то очень быстро решит, что Леон Вельский знает, куда надо идти.

- Я скажу, что не знаю.

- Символы плохо слушают собственных носителей.

* * *

Леон вспомнил предупреждение печати:

НЕ СТАНОВИСЬ ОТВЕТОМ

- Тогда что предлагаешь?

- Использовать твой опыт как доказательство возможности.

Не как инструкцию.

- Разумно.

- Не люблю, когда ты так быстро соглашаешься.

- Почему?

- Значит, дальше будет сложнее.

* * *

Она оказалась права.

Саэл не стала сразу переходить к новой теме.

Сначала открыла техническую схему печати.

Без закрытых слоев памяти.

Только архитектуру прав.

Так связь с предыдущим разговором стала очевидной: Тарен потерял возможность определять себя, потому что другие решили, какую часть его личности считать настоящей.

Теперь похожий вопрос стоял перед Леоном.

Только в другой форме.

Саэл указала на печать.

- Ее принцип мне понятен.

Приоритет текущей личности перед глубокой историей.

Но есть вопрос.

- Какой?

- Может ли текущая личность добровольно навсегда отдать это право глубокой идентичности?

- Например?

- Ты сегодня говоришь: “Все будущие решения Натхора выше моих”, и закрепляешь это без возможности отмены.

- Печать не позволит.

- Уверен?

- Нет.

- Значит, нужно проверить.

* * *

Тесхар вмешался:

- Почему такой отказ не является свободным решением?

Саэл повернулась.

- Может быть свободным.

Вопрос в другом: имеет ли сегодняшний человек право навсегда лишить завтрашнего возможности пересмотреть решение?

- Мы разрешаем обязательства.

- Да.

Но почти все имеют процедуру выхода.

Даже дорогую.

- А если человек полностью понимает последствия?

- Тогда спор остается.

И я не собираюсь решать его одна.

* * *

Леон усмехнулся.

- Наконец что-то, чего ты не знаешь.

- Я много чего не знаю.

Просто обычно это хуже заметно.

* * *

Рея собрала обсуждение в четыре пункта:

1. МОЖЕТ ЛИ ТЕКУЩИЙ ОТКАЗ БЫТЬ ОТМЕНЕН ПРЕДЫДУЩИМ СОГЛАШЕНИЕМ

2. МОЖЕТ ЛИ СИСТЕМА ЗАДЕРЖАТЬ ИСПОЛНЕНИЕ ОТКАЗА ИЗ-ЗА СОБСТВЕННОЙ СТАБИЛЬНОСТИ

3. МОЖЕТ ЛИ ВНЕШНЯЯ СТОРОНА НАПРАВЛЯТЬ ЧЕЛОВЕКА ПОД ВИДОМ ОСВОБОЖДЕНИЯ

4. МОЖЕТ ЛИ ЧЕЛОВЕК БЕЗОТЗЫВНО ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ПРАВА БУДУЩЕГО ПЕРЕСМОТРА

Кай прочитал.

- Я думал, после окончания договора станет проще.

- Ошибка, - сказала Мира.

- Уже понял.

* * *

Араван подошел к экрану.

- Нам нужно отдельно определить ответственность системы.

- В каком смысле? - спросила Мира.

- Она обязана честно сообщать известные риски и исполнять подтвержденное решение. Но не может гарантировать человеку, что выбранный путь окажется хорошим.

Саэл кивнула.

- Иначе любой плохой прогноз станет основанием для задержки.

Рея сформулировала:

СИСТЕМА ОТВЕЧАЕТ ЗА:

достоверную информацию;

доступ к заявленным маршрутам;

стабилизацию до способности принимать решение;

исполнение подтвержденного выбора;

прозрачность известных рисков.

СИСТЕМА НЕ ГАРАНТИРУЕТ:

отсутствие естественных последствий;

предпочтительный исход;

сохранение собственной прежней структуры после массового изменения маршрутов.

Верэн вмешался:

- Добавить запрет искусственно ухудшать один маршрут ради другого.

Саэл посмотрела на него.

- Согласна.

На экране появилась строка:

ЗАПРЕЩЕНО ИСКУССТВЕННО СОЗДАВАТЬ ПРЕИМУЩЕСТВА ИЛИ УЩЕРБ ДЛЯ СТИМУЛИРОВАНИЯ КОНКРЕТНОГО МАРШРУТА

- Это действует и на Федерацию, - сказал Верэн.

- На всех.

- Никаких преимуществ за выход.

- Да.

- Никаких ресурсных бонусов.

- Да.

- Тогда поддерживаю.

* * *

Кай посмотрел на Саэл.

- Тебя действительно прислали мешать всем.

- Коротко говоря.

* * *

После личных архивов ее официальный статус выглядел иначе.

Уже не набором сухих ограничений.

Каждый пункт имел происхождение.

Внешний контур открыл подробности назначения.

КООРДИНАЦИОННАЯ СЕТЬ ПЕРЕХОДА

Сириус-ассоциированный узел.

Плеядианская группа.

Арктурианская сеть.

Три нейтральных маршрута.

Открытая Гавань.

Региональные системы.

Федеративный координационный контур.

Ни одна сторона не контролировала Саэл единолично.

Мира спросила:

- Кто может тебя отстранить?

- Три независимых контура могут начать проверку.

Четыре - приостановить мандат.

Пять - отстранить.

- А твои собственные решения?

- Проверку могу начать сама.

Любые принудительные меры требуют отдельного подтверждения.

Кай кивнул.

- То есть большую кнопку тебе не дали.

Саэл посмотрела.

- Я однажды ее уже нажала.

* * *

После этого никто не стал шутить.

* * *

Рея напомнила:

- Запрос на внешнюю проверку остается активным.

На экране снова появились четыре пункта.

Потом рядом открылся еще один блок.

До сих пор он оставался серым.

Связь с “Ковчегом”.

Леон понял, что Саэл не случайно сначала рассказала Авеон.

Следующий вопрос касался той же ошибки, только растянутой на сто сорок семь лет.

- Что еще ты хочешь проверить? - спросил он.

Саэл посмотрела на карту.

- “Ковчег”.

* * *

Появилось:

УЗЕЛ САДА “КОВЧЕГА”

СТАТУС: МОБИЛЬНЫЙ

ЮРИСДИКЦИЯ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ДОГОВОРА: НЕ ОПРЕДЕЛЕНА

Тесхар сразу напрягся.

- Мы все равно дошли до этого.

- Что с ним? - спросил Леон.

- Старый договор считал его продолжением Земного Сада, - сказала Саэл. - Теперь это не обязательно.

- Что он может стать?

- Самостоятельным переходным узлом.

* * *

Араван подошел ближе.

- Независимым от Земного Сада?

- Частично.

- От сети Тесхара?

- Если новый статус подтвердят.

Тесхар резко сказал:

- У него нет собственной административной структуры.

- Пока.

- Нет отдельного Совета.

- Именно.

- Экипаж почти весь спит.

- Поэтому нельзя принимать постоянное решение так, будто их участие не нужно.

- Кто-то обязан управлять узлом сейчас.

- Временно.

Кай тихо произнес:

- Опять это слово.

* * *

Леон смотрел на точку “Ковчега”.

Тысячи спящих.

Будущая цивилизация.

И скрытая система, которая летела вместе с ними.

После истории Саэл это уже не выглядело техническим вопросом.

На Авеоне люди хотя бы успели сказать, чего хотят.

На “Ковчеге” большинство даже не знало, что за них вообще существует решение.

* * *

Саэл добавила пятый пункт:

5. МОЖЕТ ЛИ МОБИЛЬНЫЙ УЗЕЛ ПЕРЕХОДА АВТОМАТИЧЕСКИ УНАСЛЕДОВАТЬ ВЛАСТЬ СТАРОЙ СИСТЕМЫ БЕЗ УЧАСТИЯ ТЕХ, КОГО ОН БУДЕТ ОБСЛУЖИВАТЬ

Мира сказала:

- Это уже не только про “Ковчег”.

- Нет.

Это про будущие человеческие миры.

* * *

Тесхар смотрел на Саэл.

- Ты открываешь путь к фрагментации.

- Возможно.

- Разные миры создадут разные правила.

- Возможно.

- Несовместимые системы.

- Может быть.

- И тебя это не пугает?

- Пугает.

Но сложность сама по себе не дает ответа.

* * *

Тесхар повернулся к Леону.

- Вот цена.

Разные сообщества.

Разные решения.

Разные риски.

Ты готов?

Леон смотрел на “Ковчег”.

- Не знаю.

Тесхар почти улыбнулся.

- Наконец.

- Но это все равно не дает мне права решить за них.

Улыбка исчезла.

* * *

Саэл посмотрела на Леона.

- Хороший ответ.

- Ты опять оцениваешь?

- Да.

- Что?

- Способен ли ты сказать “не знаю” в момент, когда другие уже хотят услышать от тебя истину.

* * *

Рея вывела новый статус:

ВНЕШНЯЯ ПРОВЕРКА ПЕРЕХОДА: ПРИНЯТА

ОБЪЕМ: 5 КЛЮЧЕВЫХ ВОПРОСОВ

ПЕРВЫЙ ОТЧЕТ: ДО ПУБЛИЧНОЙ ФАЗЫ РАСКРЫТИЯ

- Девять дней, - сказала Рея.

- Да.

- Почти невозможно.

- Тогда не будем тратить первый.

* * *

Совет постепенно расходился.

Верэн запросил данные по альтернативной энергетике.

Ирэн ушел в группу стабилизации.

Варо занялся новыми ограничениями административных полномочий.

После нескольких часов чужих архивов пространство наконец стало пустеть.

Саэл закрывала один канал за другим.

Каждый исчезал с коротким звуком подтверждения.

Леон дождался, пока останется только один.

Тот самый, где ее имя было связано с наблюдением перехода.

Подошел.

- Один вопрос.

- Только один?

- Если Тарен когда-нибудь сам придет к тебе?

Саэл замерла.

Впервые за весь разговор она выглядела человеком, которому нечего ответить.

* * *

- Не знаю.

Кай даже повернулся.

* * *

- Ты его впустишь?

Саэл посмотрела куда-то мимо Леона.

- Иногда представляю, что он придет и вспомнит меня.

Иногда, что не вспомнит.

Иногда, что скажет, что простил.

Самый страшный вариант - что ему вообще нечего будет мне сказать.

- А кем ты хочешь быть для него?

Она болезненно улыбнулась.

- Вот этот вопрос я больше не имею права ставить первым.

* * *

Леон молчал.

- Если он придет, - сказала Саэл, - я спрошу, кем он хочет, чтобы я была.

- Уверена, что сможешь?

- Нет.

- Спасибо.

- За что?

- За честность.

- Не делай из нее добродетель. Иногда это просто то, что остается после ошибок.

* * *

Она ушла.

* * *

Кай подошел.

- Теперь нравится?

Леон посмотрел туда, где исчезла Саэл.

- Теперь понимаю.

- Это обычно хуже.

- Да.

* * *

Казалось, личная часть разговора закончилась.

Но Рея почти сразу вернула их к тому, ради чего Саэл вообще подняла вопрос “Ковчега”.

На экране появилась карта корабля.

Небольшая точка на траектории к Альфе Центавра.

Рядом:

УЗЕЛ САДА

ТЕКУЩИЙ СТАТУС: ПРОИЗВОДНЫЙ ОТ ЗЕМНОГО