Корона между братьями

— Иди сюда, — сказал он.

Грэг подошёл. Джонатан встал и поправил ему воротник.

— Сэр Эдмунд сегодня будет со мной после обеда. Я спрошу, можно ли тебе заниматься первые полчаса.

Глаза Грэга загорелись.

— Правда?

— Если он согласится.

— Он согласится.

— Откуда знаешь?

— Я попрошу.

— Вот это и пугает.

Грэг рассмеялся и обнял его.

— Спасибо, Джони.

— Только не жди, что тебя будут жалеть.

— Не надо.

— И если упадёшь, не плачь.

— Я не плачу.

— Конечно.

— Я уже большой.

— Вчера ты плакал из-за того, что повар не дал тебе вторую булочку.

— Это другое.

— Разумеется.

Грэг выбежал из комнаты так быстро, что забыл закрыть дверь. Джонатан посмотрел ему вслед и тихо улыбнулся. Ещё минуту назад он задавал брату вопросы, будто пытался найти скрытое намерение в шестилетнем ребёнке. Теперь ему хотелось ударить самого себя за эту глупость. Но слова «я хочу быть как ты» всё равно остались в памяти. В тот же день сэр Эдмунд согласился на совместное занятие. Он долго смотрел на младшего принца с таким выражением, словно заранее представлял последствия, потом всё-таки велел принести второй деревянный меч. Грэг от восторга едва не подпрыгнул. Джонатан стоял рядом и пытался выглядеть серьёзно. Сэр Эдмунд начал с самого простого: положение ног, хват, движение кисти. Грэг слушал удивительно внимательно. Он почти не отвлекался, не перебивал и только несколько раз бросал взгляд на Джонатана, проверяя, смотрит ли старший брат. Первое упражнение получилось плохо. Второе немного лучше. На третьем Грэг слишком резко шагнул вперёд, запутался в ногах и упал на колено. Джонатан невольно сделал движение к нему, но сэр Эдмунд поднял руку.

— Не помогайте.

Грэг уже пытался встать.

— Он ушибся, — сказал Джонатан.

— Если его высочество хочет учиться владеть мечом, ему придётся научиться вставать самому.

Грэг поднялся. На лице мелькнула боль, но он сжал губы.

— Продолжим? — спросил наставник.

— Да.

Джонатан почувствовал гордость. Никакого раздражения. Никакой ревности. Только гордость. Младший брат снова принял стойку.

— Ноги шире, — подсказал Джонатан.

Сэр Эдмунд посмотрел на него.

— Я здесь преподаватель.

— Я просто сказал.

— Именно это обычно говорят люди перед тем, как полностью вмешаться в чужой урок.

Грэг усмехнулся.

— Джони всегда командует.

— Я наследник.

— Это не оправдание, — ответил сэр Эдмунд.

Джонатан закрыл рот. Через несколько минут Грэг наконец сумел правильно выполнить короткий выпад.

— Хорошо, — сказал наставник.

Младший принц тут же повернулся к Джонатану.

— Видел?

— Да.

— Как ты?

— Почти.

— Значит, как ты.

— Нет.

— Да.

— Грэгги.

— Джони.

Сэр Эдмунд тихо рассмеялся. После занятия он попросил Джонатана остаться. Грэг уже собирался уходить, но остановился у двери.

— Я подожду.

— Не нужно, — сказал Джонатан.

— Почему?

— Сэр Эдмунд хочет поговорить со мной.

— Я тоже могу.

Наставник вмешался:

— Ваше высочество, разговор будет очень скучным.

Грэг задумался.

— Насколько?

— О правилах фехтования.

— Я тоже учу.

— О взрослых правилах.

— Тогда не хочу.

Он вышел. Джонатан проводил его взглядом. Сэр Эдмунд подошёл к стойке и начал убирать мечи.

— Ваш брат способный.

— Правда?

— Для его возраста — да.

Джонатан почувствовал странное движение внутри.

— Насколько?

Наставник посмотрел на него.

— Достаточно, чтобы вы сейчас задали именно этот вопрос.

— Что?

— «Насколько».

— Я просто спросил.

— Знаю.

— Он лучше меня в его возрасте?

Сэр Эдмунд не ответил сразу.

— Вы хотите честный ответ?

— Да.

— Я плохо помню каждый ваш выпад в шесть лет.

— Но примерно.

— Примерно — возможно.

Джонатан почувствовал холод. Сэр Эдмунд заметил.

— И что?

— Ничего.

— Ваше высочество.

— Я сказал ничего.

— Тогда я скажу.

Джонатан посмотрел на него.

— Способность вашего брата держать деревянный меч не имеет никакого отношения к престолу.

Джонатан вспыхнул.

— Я вообще не говорил о престоле.

— Не говорили.

— Тогда почему вы?

— Потому что ваше лицо говорит быстрее языка.

Наследник отвернулся.

— Все считают, что я боюсь Грэга.

— Не все.

— Отец. Мама. Теперь вы.

— Я не сказал, что вы боитесь принца Грэга.

— А чего тогда?

Сэр Эдмунд положил последний меч.

— Того, что он может оказаться хорош в чём-то, в чём хороши вы.

Джонатан молчал.

— Это нормально, — продолжил наставник. — Братья соперничают. Дети сравнивают себя друг с другом. Вы можете злиться, если он однажды победит вас на тренировке. Можете хотеть реванша. Можете даже несколько дней не разговаривать. Вот это нормальное соперничество.

— А ненормальное?

— Когда каждый его успех начинает казаться доказательством будущего предательства.

Джонатан резко посмотрел на него.

— Он не предатель.

— Я знаю.

— Откуда?

— Потому что я наблюдаю за ним.

— А если он изменится?

Сэр Эдмунд вздохнул.

— Вот оно.

— Что?

— Ваш любимый вопрос.

Джонатан нахмурился.

— Все меняются.

— Конечно.

— Тогда почему нельзя думать заранее?

— Можно. Но если вы будете ежедневно наказывать человека в собственных мыслях за преступление, которое он, возможно, совершит через двадцать лет, однажды начнёте относиться к нему так, словно оно уже произошло.

— Я не отношусь.

— Пока.

Джонатан вздрогнул.

Сэр Эдмунд сразу заметил.

— Вам не нравится это слово?

— Ненавижу.

— Почему?

— Его постоянно говорят.

— Тогда попробуйте вернуть ему обычный смысл.

— Как?

— Например: пока ваш брат ждёт вас за дверью, вы спорите со мной.

Джонатан повернулся к двери.

— Он ушёл.

— Нет.

Сэр Эдмунд открыл дверь.

Грэг сидел прямо на полу у стены.

Он поднял голову.

— Вы закончили?

Джонатан рассмеялся.

— Ты же сказал, что не хочешь слушать.

— Я и не слушал.

— Тогда зачем сидишь?

— Жду Джони.

Сэр Эдмунд посмотрел на наследника. Ничего не сказал. Именно молчание оказалось самым убедительным. В следующие недели Грэг начал регулярно присутствовать на части тренировок старшего брата. Разумеется, он не занимался наравне с Джонатаном, но сэр Эдмунд позволял ему повторять простые движения. Младший принц учился быстро. Его успехи стали замечать и другие. Слуги, проходившие мимо двора, останавливались на несколько минут. Некоторые офицеры улыбались. Однажды капитан дворцовой стражи сказал, что из Грэга может получиться хороший воин. Мальчик сразу повернулся к Джонатану.

— Как Джони?

Капитан засмеялся.

— Возможно, даже лучше.

Он сказал это без всякого умысла.

Обычный комплимент ребёнку.

Грэг широко раскрыл глаза.

— Нет.

— Почему?

— Джони лучший.

— Сейчас — безусловно.

Джонатан напрягся на знакомом слове.

Капитан продолжил:

— Но вы подрастёте.

— И что?

— Может быть, однажды победите старшего брата.

Грэг посмотрел на Джонатана.

— Можно?

— Что?

— Победить.

Джонатан не удержался от смеха.

— Попробуй.

— Ты не обидишься?

— Если победишь честно — нет.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Капитан улыбнулся.

— Хорошие отношения.

Сзади раздался голос:

— Соперничество тоже полезно.

Джонатан узнал Варена раньше, чем повернулся. Герцог стоял возле входа в тренировочный двор.

— Особенно между братьями, — продолжил он. — Оно заставляет обоих становиться сильнее.

Грэг сразу ответил:

— Мы не соперники.

Варен слегка улыбнулся.

— Нет?

— Нет.

— А если его высочество Джонатан победит вас?

— Значит, победит.

— А если вы его?

Грэг пожал плечами.

— Тогда я.

— И вам не захочется доказать, что вы лучше?

Мальчик задумался.

— В мечах?

— Например.

— Может быть.

— Вот видите.

— Но это только меч.

Варен посмотрел на Джонатана.

— Мудрый ответ.

— Ему шесть, — сухо произнёс наследник.

— Иногда дети отвечают мудрее взрослых.

— Вы специально пришли?

— На совет.

— Тогда совет в другом крыле.

Герцог спокойно склонил голову.

— Вы правы.

Он ушёл.

Грэг посмотрел на старшего брата.

— Ты опять злишься.

— Немного.

— На него?

— Да.

— Тогда хорошо.

— Почему?

— Не на меня.

Джонатан почувствовал боль. Маленькую, но очень настоящую.

— Я часто злюсь на тебя?

Грэг задумался.

— Иногда.

— Из-за чего?

— Когда я мешаю.

— Это другое.

— Когда люди меня хвалят.

Джонатан замер. Капитан и сэр Эдмунд находились достаточно далеко и, кажется, не слышали.

— Что?

Грэг пожал плечами.

— Иногда.

— Я не злюсь.

— Злишься.

— Не на тебя.

— А на кого?

Джонатан не нашёл ответа. Грэг посмотрел на деревянный меч.

— Я могу хуже делать.

— Что?

— Чтобы тебя не злить.

Джонатан почувствовал настоящий ужас.

— Никогда так не говори.

Грэг поднял голову.

— Почему?

— Потому что это глупость.

— Но…

— Грэгги, послушай меня.

Джонатан опустился перед ним на одно колено.

— Никогда специально не делай что-то хуже из-за меня.

— Даже если ты злишься?

— Особенно тогда.

— Почему?

— Потому что я должен справляться со своей злостью сам.

Грэг молчал.

— Ты понял?

— Немного.

— Если ты умеешь что-то хорошо — делай хорошо.

— А если лучше тебя?

Джонатан с трудом заставил себя не отвести взгляд.

— Тогда лучше меня.

— И ты не обидишься?

— Может быть, обижусь.

Грэг сразу нахмурился.

— Тогда зачем?

— Потому что обидеться и перестать любить человека — не одно и то же.

Младший брат долго смотрел на него.

— Я тебя никогда не перестану.

— Что?

— Любить.

Джонатан почувствовал ком в горле.

— Я тоже.

Грэг улыбнулся.

— Тогда я буду лучше.

— Вот теперь ты уже слишком уверен.

— Ты разрешил.

— Разрешил стараться.

— Значит, буду.

Джонатан рассмеялся и толкнул его пальцем в лоб.

— Маленький нахал.

Грэг бросился на него. Через несколько секунд оба уже боролись прямо на траве. Сэр Эдмунд посмотрел в их сторону и не вмешался. Варен издалека этого уже не видел. Осенью Джонатану начали преподавать основы военной стратегии. Пока занятия были простыми. Он изучал устройство армии, обязанности командиров, снабжение, старые кампании. Больше всего ему нравились карты. На большом столе раскладывали деревянные фигурки, обозначавшие отряды, крепости и обозы. Наставник придумывал ситуацию, а Джонатан должен был найти решение. Однажды во время такого урока появился Грэг. Он вошёл тихо и сел в углу. Господин Терен, преподаватель военного дела, сначала хотел отправить его обратно, но Джонатан попросил оставить. Грэг наблюдал почти полчаса, ничего не говоря. Затем наставник предложил Джонатану задачу. Воображаемая армия противника переходила реку. У наследника было меньше солдат, зато укреплённый город на холме и возможность разрушить мост. Джонатан долго думал, потом решил отступить к городу и ждать подкрепления.

— Разумно, — сказал господин Терен. — Но что произойдёт с деревнями на этом берегу?

— Их придётся оставить.

Грэг поднял голову.

— Там люди?

Наставник повернулся.

— Воображаемые, ваше высочество.

— Но если настоящие?

— Тогда тоже.

Грэг нахмурился.

— Почему не забрать?

Джонатан ответил:

— Потому что армия будет двигаться медленнее.

— А они?

— Кто?

— Люди.

— Постараются уйти сами.

— А если не успеют?

Господин Терен посмотрел на Джонатана.

— Хороший вопрос.

Наследник почувствовал раздражение.

— Что я должен сделать? Потерять армию ради нескольких деревень?

— Я не говорил этого.

Грэг тихо спросил:

— А можно разрушить мост раньше?

Джонатан повернулся.

— Что?

Мальчик подошёл к карте.

— Вот тут мост?

— Да.

— А враг ещё здесь?

— Да.

— Тогда сломать сейчас и забрать людей.

Господин Терен заинтересовался.

— И что дальше?

Грэг растерялся.

— Не знаю.

— Враг найдёт переправу.

— Тогда…

Он посмотрел на карту.

— Поставить солдат тут.

— Где?

— Возле воды.

Джонатан вмешался:

— Тогда у нас станет меньше людей в городе.

— Но деревни успеют уйти.

Господин Терен улыбнулся.

— В военном отношении решение рискованное, но логика понятна.

Джонатан почувствовал укол.

— Он вообще не знает, сколько солдат нужно для обороны переправы.

— Разумеется.

— Тогда почему вы его хвалите?

Наставник удивился.

— За ход мысли.

— Ему шесть лет.

Грэг опустил глаза. Джонатан сразу понял, что сказал это слишком резко. Господин Терен медленно выпрямился.

— Ваше высочество, возраст не запрещает человеку задать хороший вопрос.

Джонатан почувствовал, как краснеет.

— Я знаю.

— Тогда продолжим.

Грэг вернулся в угол. Остаток урока он молчал. После занятия Джонатан нашёл его на лестнице.

— Грэгги.

Мальчик продолжал спускаться.

— Подожди.

— Мне надо.

— Куда?

— Не знаю.

— Очень важное место.

Грэг остановился.

— Ты рассердился.

— Да.

— Потому что я сказал лучше?

Джонатан закрыл глаза. Именно этого он боялся.

— Нет.

— Тогда почему?

— Потому что…

Он попытался понять сам.

— Потому что это был мой урок.

— Я мешал?

— Немного.

— Я больше не приду.

— Нет.

Грэг посмотрел на него.

— Что «нет»?

— Приходи.

— Ты злишься.

— Я разозлился не потому, что ты сказал что-то умное.

— А почему?

Джонатан честно ответил:

— Потому что учитель тебя похвалил.

Грэг удивился.

— Почему?

— Не знаю.

— Ты же говорил, можно.

— Говорил.

— Ты соврал?

— Нет.

— Тогда?

Джонатан сел на ступеньку. Грэг постоял рядом и тоже сел.

— Иногда человек может понимать, что чувствовать что-то глупо, и всё равно чувствовать.

— Не понимаю.

— Я тоже не до конца.

Грэг задумался.

— Ты ревнуешь?

Джонатан резко повернулся.

— Откуда ты знаешь это слово?

— Марта.

— В каком разговоре?

— Я ревновал маму к маленькой собаке.

— Это вообще не одно и то же.

— Похоже.

Джонатан хотел возразить. Потом замолчал.

— Может быть.

— Ты ревнуешь меня?

— Иногда.

Грэг выглядел скорее заинтересованным, чем обиженным.

— К кому?

— К людям.

— Каким?

— Когда они тебя хвалят.

— Но тебя тоже хвалят.

— Я знаю.

— Тогда глупо.

Джонатан рассмеялся.

— Именно.

— Не ревнуй.

— Спасибо. Проблема решена.

— Пожалуйста.

— Это была шутка.

— Всё равно.

Грэг придвинулся ближе.

— Я могу тебя тоже хвалить.

— В этом недостатка нет.

— Ты самый умный.

— Спасибо.

— Самый сильный.

— Уже сомнительно.

— Самый красивый.

Джонатан засмеялся.

— Хватит.

— Самый лучший брат.

Он перестал смеяться.

— Вот это принимается.

Грэг улыбнулся.

— Видишь? Уже не ревнуешь.

— Гениально.

— Я говорил, что умный.

Они сидели на лестнице ещё несколько минут.

Потом Грэг встал.

— Джони.

— Что?

— Если я когда-нибудь скажу что-то лучше тебя, ты не сердись долго.

Джонатан посмотрел на него.

— Постараюсь.

— А если ты лучше меня, я не буду.

— Очень благородно.

— Потому что ты почти всегда лучше.

— Почти?

Грэг убежал вниз по лестнице, смеясь. Джонатан тоже улыбнулся. Этот разговор должен был успокоить его. Отчасти успокоил. Но теперь он хотя бы честно назвал чувство. Ревность. Не страх. Не подозрение. Пока всего лишь ревность. И от этого оно казалось менее страшным. Через несколько дней в королевский дворец приехал князь Ардена со старшим сыном. Арден был небольшим государством к северо-востоку от Альфии, и его правящий дом состоял в дальнем родстве с Астерионами. Джонатан должен был сопровождать отца на официальном приёме. Грэг тоже присутствовал, потому что сын князя, двенадцатилетний Леон, хотел познакомиться с обоими принцами. Встреча проходила в саду, без большого количества придворных. Леон оказался разговорчивым мальчиком, примерно одного роста с Джонатаном, хотя старше почти на два года. Сначала они обсуждали лошадей. Потом фехтование. Грэг почти всё время находился рядом.

— Он всегда с тобой? — наконец спросил Леон у Джонатана.

Грэг ответил раньше:

— Да.

Леон засмеялся.

— Я спросил его.

— Всё равно да.

Джонатан вздохнул.

— Почти всегда.

— У меня младшая сестра. Я прячусь от неё.

— Я тоже иногда пытаюсь.

Грэг возмутился.

— Джони!

Леон засмеялся.

— Значит, не получается.

— Никогда.

— Потому что я нахожу.

— Видишь?

Они продолжили прогулку. Через некоторое время Леон спросил:

— А он тоже будет учиться управлять государством?

Джонатан сразу насторожился.

— Кто?

— Грэг.

— Он принц.

— Значит да?

— Частично.

Леон пожал плечами.

— У нас младших детей обычно отправляют управлять провинциями или в армию.

Грэг заинтересовался:

— Я могу в армию.

— Когда вырастешь, — сказал Джонатан.

— Я уже учусь мечу.

Леон посмотрел на него.

— Правда?

— Да.

— Хорошо получается?

Грэг повернулся к Джонатану.

— Скажи.

— Для шести лет — хорошо.

— Видишь?

Леон усмехнулся.

— Может, однажды станешь генералом.

Грэг задумался.

— У Джони?

— Разумеется.

— Тогда да.

Леон посмотрел на Джонатана.

— Он действительно тебя обожает.

Джонатан улыбнулся.

— Знаю.

— Это удобно.

— Что?

— Преданный брат.

— Он не вещь.

— Я не это имел в виду.

— Тогда что?

Леон заметил резкость и удивился.

— Просто у будущего короля будет человек, которому можно доверять.

Джонатан сразу почувствовал стыд.

— Прости.

— За что?

— Я слишком серьёзно понял.

Леон пожал плечами.

— Мой отец говорит, что наследники вообще слишком серьёзные.

— Вероятно, прав.

Грэг вмешался:

— Джони не всегда серьёзный.

— Правда?

— Он боится гусей.

Джонатан остановился.

— Я не боюсь гусей.

— Боишься.

— Мне было семь.

— Ты убежал.

Леон рассмеялся.

— Вот это уже полезная дипломатическая информация.

— Грэгги.

— Что?

— Молчание иногда прекрасная добродетель.

— Не знаю такую.

— Я заметил.

В тот вечер Джонатан впервые за долгое время почти не думал о престоле. Они втроём играли в настольную стратегическую игру, спорили, смеялись, а Грэг дважды нарушил правила, потому что не понял их. В какой-то момент он уснул прямо на диване. Леон посмотрел на него.

— Ты правда думаешь, что он когда-нибудь может стать проблемой?

Джонатан резко повернулся.

— Почему спрашиваешь?

— Потому что весь день смотришь на него так, будто проверяешь.

— Что проверяю?

— Не знаю. Ты скажи.

Джонатан помолчал.

— У вас в Ардене младшие братья когда-нибудь отнимали престол?

Леон удивился.

— Наверное. В старых хрониках.

— А сейчас?

— У моего отца один сын.

— Ты.

— Да.

— И сестра.

— Она не наследует раньше моих детей.

Джонатан посмотрел на спящего Грэга.

— Мне постоянно рассказывают такие истории.

— Какие?

— Про братьев.

— Которые воюют?

— Да.

Леон задумался.

— А зачем слушаешь?

— Я будущий король.

— И что?

— Должен знать опасности.

Леон посмотрел на Грэга.

— Он сейчас опасно спит.

Джонатан усмехнулся.

— Я серьёзно.

— Я тоже. По-моему, если постоянно ждать, что человек станет врагом, ты сам первым начнёшь вести себя с ним как с врагом.

Джонатан замер. Эту мысль он уже слышал. От отца. От матери. От сэра Эдмунда. Теперь от мальчика, которого знал один день.

— Все говорят мне одно и то же.

— Значит, возможно, все правы.

— Или никто не понимает, что значит быть наследником.

Леон пожал плечами.

— Возможно.

— Ты тоже наследник.

— Да.

— И не боишься?

— Мне некого.

— Вот именно.

Леон посмотрел на него внимательнее.

— Ты хотел бы, чтобы Грэга не было?

Вопрос был настолько неожиданным, что Джонатан мгновенно почувствовал злость.

— Никогда так не говори.

Леон поднял руки.

— Хорошо.

— Никогда.

— Понял.

Джонатан посмотрел на спящего брата.

— Я не хочу мира без него.

— Тогда, наверное, ответ уже есть.

— Какой?

— Что для тебя важнее.

Джонатан не ответил. Леон тоже больше ничего не сказал. На следующий день гости уехали. Но последняя фраза осталась. Что для тебя важнее? Ответ казался очевидным. Грэг. Если бы прямо сейчас кто-нибудь потребовал выбрать между короной и жизнью младшего брата, Джонатан даже не задумался бы. Но жизнь редко ставила перед человеком такие чистые вопросы. Гораздо чаще она спрашивала иначе. Что важнее: безопасность королевства или доверие брату? Что важнее: любовь или осторожность? Что важнее: закон или народ? Что важнее: предупреждение советника или обещание ребёнка? И каждый следующий вопрос становился сложнее предыдущего.

Зимой Джонатан впервые получил собственный небольшой кабинет. Формально комната всё ещё относилась к учебным помещениям, но на двери появилась табличка «Кабинет наследного принца». Джонатан был чрезвычайно горд. Внутри стоял большой письменный стол, два книжных шкафа и небольшое кресло возле окна. Отец сказал, что теперь часть учебных документов и простых прошений Джонатан сможет разбирать самостоятельно. Грэг увидел кабинет через пять минут после того, как слуги закончили расставлять книги.

— Это твоё?

— Моё.

— Всё?

— Да.

— Можно мне?

— Что?

— Тут сидеть.

Джонатан усмехнулся.

— Это рабочий кабинет.

— Я тихо.

— Ты никогда не тихо.

— Буду.

— Зачем тебе здесь сидеть?

Грэг указал на кресло.

— Там.

— Я вижу кресло.

— Я буду читать.

— У тебя есть собственная комната.

— Но тут Джони.

Джонатан тяжело вздохнул.

— Хорошо. Иногда.

Грэг улыбнулся и тут же занял кресло.

— Ты уже сейчас?

— Ты сказал.

— Потрясающе.

В следующие недели это действительно стало привычкой. Джонатан работал за столом. Грэг сидел у окна с книгой или рисовал. Иногда задавал вопросы. Иногда засыпал. Иногда уходил, не сказав ни слова. Джонатан сначала считал, что присутствие брата будет мешать. Потом заметил, что наоборот привыкает к нему. Тишина с Грэгом отличалась от одиночества. В один из вечеров Джонатан разбирал копии писем из южных провинций. Грэг читал на кресле. В дверь постучали. Вошёл лорд Крейн.

— Ваше высочество.

Джонатан сразу напрягся.

— Что вам нужно?

Крейн заметил Грэга.

— Не хотел мешать.

— Тогда не мешайте.

— Джонатан, — тихо сказал Грэг.

Наследник понял, что прозвучал грубо.

— Простите. Что случилось?

Крейн положил на стол несколько бумаг.

— Его величество просил передать вам эти отчёты для завтрашнего занятия.

— Благодарю.

Лорд задержал взгляд на младшем принце.

— Вы тоже заняты государственными делами, ваше высочество?

Грэг поднял книгу.

— Читаю про драконов.

Крейн улыбнулся.

— Возможно, не менее полезно.

— Они не настоящие.

— Некоторые министры тоже иногда выглядят так, будто их придумали писатели.

Грэг рассмеялся. Джонатан нет. Крейн снова посмотрел на него.

— Ваш брат часто здесь?

— Иногда.

— Хорошо.

— Почему?

— Привыкает к вашему обществу в рабочей обстановке.

— Он и так привык.

— Я имел в виду другое.

— Что?

Крейн помолчал.

— Ничего важного.

Джонатан сразу почувствовал раздражение.

— Вы опять.

— Что?

— Говорите половину фразы.

— Простите.

— Закончите.