Последняя демократия

– Собери, что тебе надо, и сделай себе завтрак. Ладно?

– Да, хорошо.

Амаре взял корзину и собрал себе несколько спелых перцев, один баклажан и немного томатов. Пойдя на кухню, не забыв помыть грязную культуру, он решил сделать что-то на подобии салата с рисом. Хоть и на участке риса не росло, он охотно продавался в магазинчике на углу улицы. Взяв слегка туповатый нож, который давно не видел хорошей заточки, мальчишка начал нарезать себе овощи в миску. Яркие краски сока начали высачиваться из нарезанных овощей. Парень еле держал слюни, чтобы не капнуть ими в миску салата. Когда овощи оказались в миске, он достал немного соли из шкафчика, и слегка присыпал продукты белым порошком. Взяв деревянную ложку, он перемешал сей блюдо и оставил настаиваться. Не забыв про рис, он несколькими минутами ранее поставил кастрюлю с водой на старую печку, в которой были вырезы для жарки или варки чего-либо. Вода почти закипела, и парень вытащил пакет риса из за угла кухонного гарнитура. Взяв в руки мерный стакан, он себе насыпал дай-бог стакан, так как отец очень строго вел учет всей еды в доме. И недосдачу риса в один стакан, как бы не было странно, он бы заметил быстро. Он высыпал стакан риса в кастрюлю и начал ждать. Ждать он решил не дома, а на улице, где постепенно просыпалась жизнь столицы. Хотя, как просыпалась, жизнь, в буквальном смысле уже кипела на улицах и более мелких улочках. В голову снова начали лезть навязчивые мысли:

– Хорошо здесь однако. Интересно, куда люди с утра выдвигаются? Работы, не что бы много, а на рынках уже несколько лет одни и те же продавцы, которые имеют связи с торговыми точками за рубежом. Я утром уже устаю от ежедневной домашней рутины, а они как то умудряются ещё и работать! А ещё, что мне интересно, радоваться и веселиться! То танцуют, то соседские мальчишки играют в футбол, а кто-то вовсе занимается рукоделием. Вот бы познать секрет их силы…мне бы она не помешала! Интересный у нас народ, конечно…

– Во время того, как Амаре непринужденно задумался о смысле бытия, из дома раздался громки крик папы:

– Амаре, твою мать! Иди сюда, скорей!

Словно пуля, парень встал из самодельного кресла и вбежал в дом, а затем на кухню. Картина маслом: в помещении густой смок дыма, на полу кухни располагается небольшая лужица, состоящая из липкой, полупрозрачной воды, в которой горстками находился рис. Похоже, что огонь был слишком сильным, и содержимое кастрюли оказалось сначала на плите, а затем и на полу. Возникла немая пауза, между сыном и отцом. Отец злобно сверлил взглядом подростка, немного скалясь от наполняющей его злости. Амаре лишь мог смотреть на это удивленными глазами, попутно вспоминав молитвы. К слову, ни одной молитвы он и не знал.

– Какой же ты тупорогий! Взять и оставить рис, нормальный, нет?

Прорычал злобно отец.

– А я…это…

Подросток пытался найти хоть какое-то адекватное объяснение тому, что сейчас произошло. И что не маловажно – чтобы оно устроило отца.

– Молчать! Слышать ничего не хочу! В общем, ты сегодня остаешься без риса, а бардак…

– Я должен убрать. Да.

Парень перебил мужчину на полуслове.

– Не перебивай меня, сопляк!

Отец со злобы и ненависти ударил свои кулаком по глиненной стене так, что так образовалась небольшая вмятина.

– Бардак уберет твоя мать! Ты то её больше любишь, я знаю. На папку то всем наплевать!

На кухню вбежала взволнованная мама, и умоляющим взглядом посмотрела на озверевшего мужа.

– Ты! Взяла тряпки и воду и быстро убирай этот бедлам! Вырастила же сыночка, что даже поесть себе сделать не в состоянии!

– Но, милый…

– Молчать! Взяла и сделала, пока не придушил!

Мужчина перебил супругу на полуслове, и приказным тоном сказал то, что нужно сделать в кратчайшие сроки.

Женщина не в состоянии противиться приказам главы семейства взяла полусухие тряпки, и начала ими вытирать поверхность кухни. Сын начал протестовать:

– Дай я уберу! Она ведь не виновата!

– Пусть она за тобой разгребет, а ты, сучонок, будешь трижды думать, перед тем, чтобы что-либо сделать в своей жизни! Услышал меня?

– Да…

Негромко произнес юноша.

– Повтори!

Проорал отец.

– Да!

На глазах парня выступили слезы обиды и вины.

– Теперь…теперь…мне нужно покурить. Довел же!

Отец, слегка запыхавшись, ушел вон из кухни, параллельно ища папиросы. Мама подняла голову на виновника, и можно было прочитать на немых губах, и налитых слезами глазам, что женщина на грани. Глубоко в душе она понимала, что конфликт мелочный, и не стоил таких эмоций. Но результат…за результат пришлось отдуваться именно ей. Юноша склонил голову, и тихо произнес:

– Прости меня, мам.

Юноша быстрым шагом дошел до своей комнаты и взял аккуратно сложенные документы, которые были предназначены для поступления в академию. Он небрежно их свернул в утреннюю газету отца и направился из дома, как можно скорее. Уходя, он лишь посмотрел на изможденный вид матери, и её стертые до мозолей ладони рук. Дверь захлопнулась. Парень тяжело выдохнул, после своеобразного стресс-теста от отца, и на минуту сел на проклятое место, из за которого случилось это недоразумение. Он прокручивал множество эпизодов из своей недолгой жизни: наказания, упреки, радость, печаль. Но почему-то, внимание юноши остановилось на детстве, где он себя чувствовал словно безвольной птицей в клетке, где криков и наказаний было ещё больше, чем в отрочестве.

Воспоминания

Этот случай произошел, когда мальчику не было и 10 лет. Точную дату вспомнить трудно. Он только недавно начал ходить в общеобразовательную школу, которую открыли не так давно, и открыли для того, чтобы дать начальное и общее образование почти всем желающим. К слову, желающих было не так много, так как не все родители были готовы отдавать своих детей в школы, а уж тем более в высшие учебные заведения. Это означало потерю почти бесплатной помощи по дому и хозяйству в целом, как минимум на 8 лет. Конечно, можно ведь помогать до и после школы, но это не покрывало бы и часть былой рабочей силы. Если родители и были готовы дать образование своему ребенку, то как правило, ожидая в будущем, что его социальный статус и карьера помогут уже родителям выбраться из нищеты, и пожить хоть немного в удовольствие. Родители Амаре не стали исключением. Ну, как сказать…мама всегда скептически относилась ко всякому образованию, но она в конце-концов согласилась, что ребенок должен получить образование. Отец тоже сначала относился к образованию, как к бесполезной трате времени и сил, ведь эти ресурсы можно направить здесь и сейчас на выживание. Но потом он поразмыслил с точки зрения выгоды и уважения. Будут ли соседи уважать его, когда узнают, что сын хорошо устроился в столице, где нибудь в крупной фирме? Ещё бы! А будут ли его уважать, когда выяснится, что сын и вовсе стал военным, который защищает родину? Тут слова излишни. Он был готов попрощаться с бесплатной рабочей силой на долгие годы, с надеждой на обеспеченное будущее, в купе с уважением в обществе.

Когда мальчик только познавал азы математики, языка и прочих наук, после уроков он однажды нашел в кювете старый, ничем не смазанный велосипед, который явно отработал своё. Кое-как вытащив его из сухой ямы, он осмотрел его, с надеждой на восстановление транспорта. Колеса были спущены, рама была слегка погнутой, а часть спиц так и остались кювете, все в пыли и засохшей грязи. Достав остальное, положив в свой дряхлый портфель из ободранного кож зама, он покатил груду металлолома домой. Ну, как покатил, скорее потащил, так как колеса крутились с большим трудом. По дороге домой, над мальчиком смеялись ребята постарше, которые либо шли пешком, или ездили на куда более новых велосипедах. Смеялись, вероятно, из за самой возможности починить этот велосипед. Это было очень трудно, даже для взрослого, у которого был и какой-никакой опыт и инструменты. Но мальчишка не унывал, так как ему был жизненно необходим хотя-бы такой велосипед. Отец не дает денег на транспорт, считая, что расстояние от дома до школы и обратно, вполне можно преодолеть на "своих двоих". А велосипед он не покупал из отсутствия денег, по его словам, не забыв так же упомянуть наличие ног у сына. Докатив с горем пополам до дома, его персону встретил отец, который с вопросительным лицом посмотрел на новоприобритение сына, и спросил:

– Вздумал тащить домой всякий хлам?!

– Нет-нет! Я…я просто хочу себе сделать велосипед.

– Велосипед?

Отец спросил это так, словно сын ему сказал что-то, что даже не изобрели.

– Ну да. Я его нашел никому не нужным, вот и подумал…

– Слышь, инженер, ты можешь возиться с этим ведром хоть часами напролет, но что бы хозяйство, уроки, и прочее – были сделаны, иначе выпорю!

– Да, конечно!

Несмотря на довольно-таки строгий нагоняй от отца, мальчик буквально светился от счастья, ведь у него появится велосипед, о котором он так давно мечтал. Он его поволок на задний двор, где было свободное место, и где отец по меньше обращал бы внимания на него. Он взял то, что хоть как то напоминало инструмент, и начал работать. Много работать. Так получилось, что отец не спешил учить или показывать будущему защитнику семьи, как работать с определенными видами металлов, древесины. Не то, что бы их было так много в наличии дома, но все же. Так же жизненный путь Амаре не затрагивали инструменты, по типу молотка или отвертки. Зато папа активно критиковал на фоне работу сына, изо дня в день:

– Молоток криво держись! Как ты собрался смазывать это? Ты чем думаешь вообще? У тебя руки откуда вообще растут, а?

Но мальчишка лишь молча слушал, но ни в коем случае не внимательно. Он был сосредоточен на работе, работе фактически, всей его жизни. Каждый день после занятий, он приходил уставшим, иногда злым и расстроенным. Но он всегда держал в голове одну мысль – зачем он приходит домой каждый день, с неким волнующим ожиданием. Спустя 3 месяца ковыряний и моря пота, транспортное средство было на ходу. В первый раз, Амаре решил проверить работоспособность транспорта на выходном, ближе к вечеру. Он выкатил велосипед на улицу, непрофессионально встал в стойку, толкнул ногой об песчаную землю, и покатился. Конечно, не всё получилось с первого раза. Было много падений, множество ссадин, будто после потасовки на улице. Отец и в этот раз не принимал участия в помощи сыну. Никак. Он лишь молча смотрел из дома, параллельно покуривая папиросу, иногда посмеиваясь, когда мальчик нелепо падал или куда-то врезался, чаще всего в чей-то забор. Но со временем Амаре приловчился к управлению, и стал добираться до школы и обратно на своём новом велосипеде. Иногда, когда позволяло время и обстоятельства, он полюбил кататься с другими ребятами, которым либо купили, или сделали велосипеды неравнодушные родители. Где их только не носило: окраины столицы, центр, свалки, густые заросли, из-за которых они чуть не потерялись. Жизнь стала обретать позитивные моменты: учеба шла неплохо, даже очень. Мальчик обрел новых знакомых и даже друзей, которые были готовы подставить своё крепкое плечо на тот момент времени, а отец перестал часто донимать своими нравоучениями и кричать из-за "никчемности " сына. В этом же году, он познакомился с Акудзи, который был известен своим пацанским характером и идеями, которые он пытался воплотить в жизнь. Была мысль – открыть приемку стеклотары, и зарабатывать на этом деньги. Тогда как раз массово начали открываться стекольные заводы, чей товар потом увозился в другие фирмы. К сожалению, всё закончилось на моменте, когда деньги, которые должны были попасть в кассу для оплаты бутылок и прочей тары, были потрачены на мороженное, которое кусали несколько человек сразу. Деньги ушли быстро, а бизнес-план – навсегда. Потом с подачи Амаре, Акудзи попробовал себя в роли продавца в магазин. Тогда мужчины и женщины либо работали, либо обрабатывали свои поля, чтобы что-то вырастить себе к столу. Амаре изначально предложил самим найти ничейное поле, и начать выращивать продукты на продажу. Акудзи решил схитрить: фактически украл с чужого для себя поля несколько корзин всяких разных овощей: баклажаны, немного картофеля, перцы. И пошел с награбленным на базар, чтобы продать и получить вознаграждение. Всё проходило довольно удачно – человек за человеком подходили и что-то да покупали. Деньги, мальчик, аккуратно складывал к себе в карман штанов. К концу "рабочего" дня, он их решил не тратить на быстрые углеводы или развлечения, а положить к себе в копилку, которая была сделана из деревянной фанеры, клееной обычной глиной. День за днем, беря немного овощей, а иногда фруктов, он их продавал и выручал деньги. За более чем неделю, он заработал приличную сумму денег, которых бы хватило, чтобы пробрести что-то более или менее значимое. Но счастье оборвалось на моменте, когда очередным ранним утром, перелазив через забор, и нагнувшись к пропаханной земле, на его маленькое и хрупкое плечо упала тяжелая мужская рука. Мальчик оцепенел. Медленно повернувшись к угрозе, он увидел до безобразия злое лицо местного мужика, который давно хотел поймать и посмотреть в глаза вору его трудов. Ростом он был метра 2 (по мнению Акудзи), руки были с размером с кирпич, а ноги крепко были втоптаны в землю. Мужчина поднял сорванца на ноги за этой самое плечо и лишь сказал:

– Веди.

– К-куда?

Уточнил воришка.

– К отцу своему! Щас я буду с ним разговаривать!

Закончилось всё тем, что Акудзи был вынужден отдать все свои накопления до цента. Так же не обошлось без рукоприкладства со стороны его родителей, которые были явно не в восторге, от выходки его сына. Потом ещё недели 2 ходил, словно молодая зебра – полосатый весь. Более на такие рискованные затеи он не шёл, а несколько раз обдумывал, а стоит ли такая игра свеч.

– Вот это меня занесло…

Скомкано представил мысль Амаре, который уже добрый час сидел на улице с пакетом документов. Немного придя в себя, он встал и направился по направлению военной академии, визит который уже не мог откладываться. Всё как всегда: веселые африканцы танцевали, занимались, как бы это назвала советская пропаганда "тунеядцами". Только вот интересно, откуда у них средства на существование? Неужели они как Акудзи – воруют, а потом продают? Или просто воруют, тут же съедая или используя какую-нибудь вещь в своём быту? Было непонятно. Пройдя по ощущениям километр пути, он остановился. Он перевел свой взгляд на дом, который несколько отличался от сооружений, которые окружали повседневность Амаре. Дом был построен из цельного, оранжевого кирпича, а не из глины, которая была скомкана на подобие кирпича в дальнейшем. В оконных рамах стояло самое настоящее стекло, которое отражало всякий солнечный свет, попадающий на него на глаза прохожих. Двор был обустроен по-интересному – была скамейка, которая стояла недалеко от главного входа в дом, напротив неё стоял вбитый в землю деревянный знак. Надпись гласила "На продаже".

– Так значит он продается?

Действительно, в этом доме никто не жил, Ну, как не жил…там временно проживает вооруженный сторож, который обязан охранять недвижимость от всякого рода недоброжелателей. Вроде внутри только голые стены, но занять такую жилплощадь – дорогого стоит. Соседи поговаривают, что молодой охранник носит при себе что-то вроде кольта. Зная этот факт, никто не торопился врываться в дом со своими детьми и тёщей. В голову Амаре всплыла мысль:

– Откуда у наших людей такая сумма? Они, что, с пальмы свалились? В рабство продать сотню человек, разве что. А простому смертному – наверное никогда. Я, конечно, допускаю, что государство может выдать этот дом многодетной семье, где отец работает на достойном месте, но что делать остальным? Что делать обычным людям, которые считают чёртов рис?

Всплыло новое воспоминание, родом из отрочества. Тогда Амаре исполнилось 12 лет. Это было в школе в классе 5, когда начинается формирование личности на всю оставшеюся жизнь. День начинался, вроде, как обычно: повзрослевший Амаре умылся, сделал что-то на подобии завтрака, сел на свой велосипед, который уже служил верой и правдой пару лет, и отправился в школу, где сегодня должна была состоятся олимпиада по естественным наукам. Там бы затронулось множество тем, которые были так интересны мальчику. Например, тогда он очень любил историю как науку, а особенно период древней Греции, когда появились великие мыслители, чьи идеи досихпор имеют вес в обществе XX века. Так же он полюбил всё, что связанно с политикой и государственным устройством. Хотя многие не понимали, и не хотели понимать, что происходит внутри государства, и как оно работает и за счет чего, оно держится и развивается. Приехав в школу, припарковав велосипед возле входа в школу, он быстрым шагом направился внутрь. Одет он был по простому: желтоватая рубашка и темные штаны, а за место хорошей обуви, были обыкновенные шлепки. Пройдя коридор, и завернув за угол, он увидел дверной проем, над которым красовалась надпись "Кабинет естествознания", а рядом с ним стояла женщина, которая, видимо, встречала олимпиадников и приглашала во внутрь.

– Юноша, давай сюда? Ты ведь сегодня пишешь олимпиаду?

– Да-да, всё верно!

– Тогда не задерживайся. В кабинете тебе все выдадут, а я попрошу все посторонние вещи положить возле входа.

– Какие? У меня только сумка с ручкой да лишним стержнем.

– Сумку положи тогда, все же понятно! Заходи

После странного диалога, у Амаре повысилась уверенность в том, что он явно не глупее людей, которые находились в кабинете. В нём находились 10 учеников, которые решили блеснуть знаниями, и 1 педагог, который должен был наблюдать за порядком и возможным списыванием. Мальчик сел за парту и стал ждать. Мероприятие всё никак не начиналось. На вопрос школьников, почему олимпиада не началась в назначенное время, учителя ответили, что необходимо подождать ещё 1 человека. Ну, всякое бывает, может опаздывает. Через пару минут в кабинет вбегает оставшийся ученик, которого были вынуждены ждать. Это был Лао. К слову, он достаточно плохо учился, и явно не разбирался в таких глубоких и гуманитарных науках на столько, чтобы написать олимпиаду на приемлемый балл. Он был одет не лучше, но и не хуже остальных: похожая рубашка, штаны, но уже с обувью, которая берегла его ступни. Он сел вместе со всеми, и стал ждать. Наконец-то учительница за столом впереди встала, и начала зачитывать речь, которая бы объяснила некоторые вещи перед началом.

– Ребята, я вас поздравляю с началом олимпиады! Это то событие, которое обязательно отложится у вас в памяти, как одно из самых лучших событий в вашей школьной жизни. Тест будет состоять из 15 письменных, и 2 устных вопросов. Должна сказать, что все вопросы и формулировки заданий взяты из общеобразовательной школьной программы, поэтому неожиданностей там не будет! Я со своей коллегой, могу пожелать вам только удачи. К слову, хорошие результаты, могут стать весомым доводом для поступления в высшие, или другие учреждения, которые вам понравятся. Сейчас приступим.

После вступительных слов, она взяла со стола листки бумаги и прошлась по рядам, чтобы их раздать каждому человеку. На каждом из них были задания. Амаре погрузился а раздумья:

– Итак…первое задание: "Какой документ, обладает высшей юридической силой?". Ну, вроде бы не сложно. Это…это наверняка конституция. Да! Один балл уже в кармане, это точно. Второй вопрос: "Назовите первого президента нашей республики". Кто-то не знает? Товарищ Бассара. Дальше…

Так он с легкостью ответил ещё на несколько вопросов. Они не вызывали сильного мозгового штурма для мальчика, как и для многих других. Но была странность: раз в десять минут, одна из учительниц подходила к столу Лао, и что-то говорила, немного наклонясь. Амаре, как и другие ребята, не поняли, почему так происходит. Вроде бы условия должны быть для всех одинаковы! Почему кто-то должен иметь семь пядей во лбу, а кому-то достаточно хорошей подсказки? Лао затормозил с самого начала, на вопросе о конституции. Возникает вопрос: а по своей ли воле он пошел на эту олимпиаду? А самое главное – зачем? Зачем заведомо идти на мероприятие, где ты ничего не смыслишь? А потом получать помощь от сердобольной учительницы, которая хочет просто помочь мальчику. Но Амаре не зацикливал внимание на непутевого соседа, а продолжал писать работу. Спустя 50 минут, Амаре, как и несколько ребят, были готовы сдать письменные работы. Амаре вызвали, чтобы тот ответил на вопросы.

– Итак, ты правильно назвал имя нашего первого президента. Скажи, как на твой взгляд, политика Бассары, отличается от колониальной политики европейцев?

Вопрос не застал врасплох мальчишку, он спокойно отчеканил:

– Я думаю, что Бассара направляет все силы и ресурсы, на поддержание мира и спокойствия, а так же берет курс на развитие.

– Верно!

С довольным выражением лица ответила учительница.

– Дальше. Скажи мне, пожалуйста, если бы незнакомый тебе человек своровал с твоего огорода несколько корзин овощей, ты бы его сдал полиции или простил?

Мальчик хотел уже ответить заученным текстом, где вор должен сидеть в тюрьме, но в голове всплыла несколько другая мысль:

– Я бы постарался его понять.

– В смысле?

– Ну, а если предположить, что он это украл для своих нужд, а для пропитания семьи? Если бы я его и поймал, то настоятельно бы советовал, более у меня не воровать.

– Ты бы отпустил вора?

Вопрос с самого начала не понравился Амаре. Этот вопрос, больше на философские рассуждения о морали и нравственности, а не о сухих юридических фактах.

– Возможно.

Учительница посмотрела на мальчика, и на несколько секунд задумалась о справедливой оценке. Спустя время, чернила ручки были перенесены на листок с тестом Амаре, где вырисовывалась оценка "4". Амаре не стал возражать, а лишь спокойно встал со старого стула и направился к выходу. Следующая девочка отвечала уже на другие вопросы, но в ответах не прослеживалось никакой искренности. Как будто печатный станок с точностью до символа отпечатал нужный ответ. К сожалению, Амаре не получилось послушать ответы Лао.

На следующий день, придя в школу как обычно, в классе завелся разговор о той самой олимпиаде. Некоторые хвастались своими результатами, некоторые высказывали своё недовольство, считая, что они достойны большего. Один Лао молчал, и ничего не говорил по теме вчерашней олимпиады. Словно её и вовсе не было! Амаре посидел, подумал, и решил спросить напрямую, что тот получил. Он рассчитывал на неудовлетворительный результат, ожидая слов Лао, который секунду назад общался на тему, связанную с сегодняшними планами на прогулку после школы.

– Лао, а ты что вчера получил?

Лао повернулся, посмотрев на лицо Амаре добрых несколько секунд. Взгляд не был злым, или печальным, скорее наоборот: радостным и…хитрым. Он ответил резко и понятно:

– Хорошая у меня оценка, Марик.

– Как?

– Подготовился. Тебя это волнует?

Амаре находился в неком замешательстве. Несколько секунд он просто простоял на месте, и робко ответил:

– Нет.

Ушел на своё место за партой. Но позитивная мысль сменила ноту удивления и шока. Что, если, он просто пошутил, или вовсе не знает о своих результатах? Не мог такой человек набрать приличный балл за счет небольших подсказок и банальной удачи. Это не тот предмет, где можно тыкнуть пальцев в небо и ответ появиться в твоей не светлой голове. Через несколько минут после звонка, в класс зашла учительница. К слову, та же, которая вчера принимала олимпиаду у Амаре. Он сказала всем присесть и начала урок:

– Здравствуйте дети!

– Здравствуйте!

Полу хором ответил класс.

– Перед тем, как начнем занятие, я хотела бы объявить о результатах вчерашней олимпиады. Вчера ребята показали свои знания в области естествознания, и получили оценки, согласно своим знаниям. У меня уже сегодня имеются сертификаты, подтверждающие прохождение олимпиады. Хочу их предоставить следующим: Лило. Она набрала в общей сумме 5 баллов, ответив идеально на все вопросы.

Девочка встала из за стола и под негромкие аплодисменты получила в руки бумагу с государственной печатью. Что правда, то правда – термины она выучила, словно была готова выступать в парламенте.

– Далее, я хочу поздравить Амаре с твердой четверкой!

Амаре с довольным выражением лица встал из-за стола и направился в сторону учителя. Краем глаза он увидел, что Лао смотрит на Амаре с долей неприязни или превосходства. Мурашки пробежали по коже. Спустя момент, мальчик так же получил государственный сертификат. Он был вполне доволен, так как рассчитывал примерно на этот результат. Но он был так же уверен, что такая оценка была обусловлена личными аспектами между учителем и Амаре, который решил пойти против системы, и ответил не так, как требовалось. С томленьем упованья, Амаре ждал, когда же сообщат оценку Лао.

– Далее, один из самых выдающихся учеников, у которого я принимала олимпиаду! Лао, прошу!