Дневники Пилота

А этот энергетический заряд, как хронон, так и остался эманацией там, на этом хронологическом полотне.

И он отяжеляет любой наш новый опыт.

Потому что бессознательно мы как будто помним:

«О, там и тогда мы обожглись. Поэтому сюда ходи, сюда не ходи. Это можно, это нельзя».

Представляете, сколько рамок и ограничений для нового опыта, который хочется проявить, но ты уже наделал кучу баррикад.

Как родитель, который боится, что ребёнок шагу не ступит, ограничивает всё его пространство, чтобы он, бедненький, не ударился, не зашибся, и не даёт ему пройти этот опыт.

Да, мы думаем, что это шишка. Мы же уберегли его от этой шишки. Он же мог себе навредить.

Но иногда это превращается в какую-то манию. Маниакальное желание сделать мягкими стены, как в психушке.

Но нам кажется, что мы поступаем правильно.

Ведь у каждого своя линейка правильности, доходящая до маразма, местами — идиотизма.

И выростая, мы перестаём доверять себе, ведь нам рассказали, что мир невероятно опасен. Из прекрасного мира, он превратился у нас в опасный, ведь мы поверили, что он такой.

Мы начинаем всего боятся и в несогласии, начинаем бороться с теми, кто не поверил в эти страшные сказки взрослых. И превращаемся уже сами в этих взрослых.

А еще бессознательное хранит эти файлы « боли», и мы иной раз боимся не понимая почему.

Многие люди, рассказывают, что не тонули в этом воплощении, но ужасно боятся воды. Или огня. Или змей. Или пауков. Или ещё каких-то насекомых.

У них непонятные фобии.

А потом ныряешь в регресс — и становится понятно: это просто тащится хвостом из той другой альтернативной ветки пространства.

И тогда тебе становится всё более и более понятным, что вся та жизнь, в которой ты жил до этого, — она никуда не исчезла и продолжает этот опыт на тебя влиять.

Там много открывается нового, когда ты окончательно решил покончить с болью, изменить всё в своей жизни, даже не осознавая что конкретно.

Просто веришь, что теперь все будет для твоего наивысшего блага.

Когда открывается это внутренние видение, то оглянувшись ты видешь всю иллюзию происходящию вокруг.

Что это действительно похоже на какую-то игру.

А всё истинное — оно спрятано для тех, кто умеет видеть.

Вот именно этим третьим глазом.

Он тоже спрятан.

Это наша шишковидная железа. Это экстрасенситивность. То, что мы считываем не нашими глазами и руками.

Мы начинаем видеть то, к чему раньше были не готовы.

И пугливое наше сознание, наш человеческий ум — он этого боится. И из своей программы страха любую энергию наделяет разными мыслеформами и мыслеобразами.

Поэтому кому-то кажутся рога, кому-то хвосты — и у кого на что хватает фантазии.

Но это просто энергия определённой вибрации: низкой или высокой.

И сути, вибрирующие теми или иными вибрациями.

Их уже даже начали в герцах измерять. До чего дошёл прогресс.

Да.

И я, когда начала их в детстве видеть, конечно, тоже пугалась.

Да и никто не верил ребёнку.

Кто поверит ребёнку?

Он придумывает. Глупости говорит.

А откуда ребёнок мог такое придумать, если он маленький и никто об этом не рассказывал?

Никто из взрослых почему-то не задаётся таким вопросом.

Наверное, другие дети рассказали.

Ум — он же везде пытается подстелить соломку, найти логическое объяснение, дабы не пугать самого себя тем, что ему что-то непонятно. Ведь если не понятно, то нет возможности это контролировать, а эго всегда хочет всё и всех котролировать. Ему про веру не нужно рассказывать. Вера, доверие – это для эго что-то эфимерное и блажь.

А когда понятно, то уже не так страшно, правильно?

Мы все думаем, что верим, хотим верить, а по факту пытаемся всё контролировать.

А это недоверие.

Недоверие самому себе и пространству.

Ну так вот.

Конечно, пугавшись этого в детстве, я попросила это всё уйти и исчезнуть. Сказала в пространство, что больше так не могу и не хочу.

И это действительно закончилось.

К восьми годам всё нормализовалось.

Но, смотря в зеркало, я всё равно видела другие глаза. Знала, что это не мои.

И рост у меня должен быть не такой маленький, а высокий.

И я смотрела на небо и знала, что там… там тоже мои.

И мне хотелось туда.

И не понималось, почему оно так далеко.

Но потом всё заканчивается.

Проходит пубертатный период, дела, заботы.

И внутри просто тоска.

Тоска по звёздному дому.

Потому что ты забываешь в тот момент, что дом — он уже здесь.

Ты знакомишься с Землёй, с Гайей заново.

И она такая же звёздная, как и все другие звёздные рода, которых ты вспоминаешь, которых ты помнишь.

Но это уже история для другой главы.

Глава 14

Да. Здесь я бы вообще не переписывала тебя литературным языком. Сохраняем ощущение, будто ты только что это увидела, села и рассказываешь — иногда резко, иногда смешно, иногда с «блин», но при этом мысль становится чуть чище и сильнее.

«Говно» я местами заменила на более органичное для книги «какашка», «мусор», «внутри всё развалено», но там, где слово работает именно как удар, оставила живость.

Дневники пилота

Ну вот. И следующим вопросом возникает мысль: а как в моём пространстве, в моём поле вообще мог оказаться такой человек, который написал вот такую рецензию или высказал вот такое мнение?

И ты начинаешь опять заныривать в себя.

Как в неизведанную глубину.

На самое дно.

И там видишь все эти сундуки со складированными программами.

Потому что ведь этот человек проявился не просто так. Он пришёл и триггернул как раз тот самый сундук, чтобы он поднялся наверх и наконец был открыт и очищен.

Ведь если бы моё поле было чистым, если бы внутри меня не было этих сомнений, этих программ, этого мнения о себе, то:

А) он бы вообще не появился в моём поле

А б) даже если бы появился, я бы просто поблагодарила его за то, что он триггернул этот самый сундук.

А не стала бы отплёвываться:

«Какой он бестактный! Какое мне вообще дело до его мнения?»

Нет.

Наоборот.

Увидеть, что он своей болью активировал мой сундук с моей болью.

И этот сундук поднялся.

Но не для того, чтобы я опять запихнула его поглубже на дно.

А для того, чтобы открыть.

Посмотреть.

Принять это всё назад в себя.

Переработать.

Переплавить, как Феникс, в свой чистый опыт.

Увидеть.

И закрыть.

Потому что проживание опыта и бесконечное жевание одного и того же опыта — это всё-таки разные вещи.

Прожить.

Переварить.

И отпустить.

А можно жевать, жевать, жевать одно и то же и даже сглотнуть не мочь.

И тогда, возможно, тело тоже начинает показывать нам это место.

Горловой центр.

Щитовидка.

Ангины.

Тонзиллиты.

Афты.

Все эти вавки.

Кровоточащие дёсны.

И если эта программа уже настолько обременяет родовую систему, что никто из воплощённых в роду не хочет с ней справиться, не хочет её увидеть, выкинуть, очистить своё пространство от неё, то она продолжает жить дальше.

И передаётся детям.

Внукам.

Следующим.

Следующим.

И вот здесь я бы предложила отменить все эти сценарии.

Заглянуть внутрь себя.

И высунуть свои носики из всех дел других людей.

Но даже если они каким-то образом проявляются в нашем поле, задать себе вопрос:

А что во мне ещё есть такого, чего я не раскопала и не увидела, если именно это сейчас засветилось в моём пространстве?

Ну или завоняло.

У кого как.

Потому что пространство всегда с нами разговаривает.

Оно постоянно подаёт нам знаки.

Эти мухи.

Насекомые вокруг нас, которые почему-то кусают только нас.

Ситуации.

Случайные встречи.

Люди.

Машины, которые нам бибикают.

Кто-то обливает нас грязью.

Кто-то хамит.

Кто-то ругается рядом.

И мы такие:

«Ну вот опять!»

А если посмотреть иначе?

А если это пространство с нами разговаривает?

Надо посмотреть, где эти пласты другого опыта, других цивилизаций интегрированы в нас.

Да, есть инсектоидные цивилизации.

Это огромные разумные сути.

У большинства из них нет чувств в том понимании, в котором мы их воспринимаем. Они живут по алгоритму.

И есть одно базовое чувство — выживание.

Всё.

Им нужен ресурс.

Как саранче.

Просто собрать весь ресурс.

Съесть.

Перелететь на другое место.

И там снова всё собрать.

Но ведь это тоже может быть в нас.

И это тоже надо увидеть.

И почистить.

И самое интересное — это не просто что-то чужое.

Вы не поверите, но многие наши части — это и есть они.

Поэтому они приходят именно к нам.

А не к другому человеку.

К нему приходят его части.

Его опыт.

Его сценарии.

Те места, где он когда-то поверил, что его бросили.

Что его оставил звёздный род.

Что он отрезан от источника.

Мы поверили в эту иллюзию.

И испытали невероятную боль.

И резонанс этой боли — боли брошенности, отверженности, одиночества — стал настолько невыносимым, что затмил всё остальное.

И мы начали истреблять.

Потреблять.

Но уже по алгоритму.

Потому что это очень разумные создания, способные выжить где угодно и как угодно.

И вот даже из этого опыта можно взять целостность.

Да

Даже из этого.

Уметь взять из него опыт.

Закрыть его.

Зачистить эти пласты.

Очистить своё пространство.

Потому что мы здесь в материальном пространстве именно для этого.

У нас есть тонкоплановое пространство.

Все наши многомерные тела.

А здесь всё это просто проявляется на материи.

Для этого и создавалось материальное тело.

Для этого пространство уплотнялось живым эфиром — чтобы мы могли тонкоплановое проявить.

Потрогать.

Увидеть.

И оно постоянно отображает нам весь тонкий план вокруг нас.

Если каждый сейчас оглянётся и вспомнит, что его окружало…

Какие машины ему бибикали.

Какие знаки ему продавало пространство.

Где его облили грязью.

Где его обругали.

Где кто-то ругался рядом.

Где на него нахамили.

Накричали.

Это всё может быть способом, которым пространство с нами разговаривает.

Потому что многое из того, что происходит с нами на материи, имеет свой тонкоплановый резонанс.

Но нас этому не учат.

Нам даже говорят:

«Это всё фигня какая-то».

«Не надо туда смотреть».

«Это придумки».

«Это маразм».

«Это психо… чего-то там». Да.

Психоэнергия.

Энергия души.

Но лучше туда не смотреть.

Потому что если туда не смотреть, мусора как будто и нет.

А значит, и убирать ничего не надо.

Можно просто сделать вид, что всё прекрасно.

И жить дальше.

Вот только тогда этот мусор продолжает лежать.

И человек продолжает быть дойной коровой для деструктивных систем.

Да.

Эти части нас тоже там есть.

Потому что когда-то мы сами от них отказались.

Это части боли.

Обида.

Непринятие.

Отвержение.

Другая сторона медали.

Мы же тут все чистые, красивые и в белом пальто.

Так мы себя видим.

А соломинку в чужом глазу замечаем моментально.

А с собственным бревном всё нормально.

И когда мы это наконец начинаем осознанно видеть, перестаём искать волшебные таблетки, волшебную мазь, волшебный ритуальчик, после которого ничего делать не надо…

Тогда становится понятно:

Работы до хрена.

И делать надо много.

Прежде всего — осознавать эти процессы.

Принимать.

Принимать назад в себя. Очищать.

Проводить уборку.

И не только на материальном плане.

Не только дома генеральную уборку делать.

Но и в тонком пространстве.

С мыслями.

С мыслеформами.

Со всем, что наша личность о себе надумала.

Со всем, что нам кто-то когда-то рассказал о нас.

Какими мы должны быть.

Какие социальные роли и маски должны отыграть.

Мама.

Хорошая дочь.

Хороший работник.

Злой шеф.

Требовательный начальник.

Заботливая внучка.

Заткнувшаяся дочка.

Хороший сыночек, который не плачет.

Который лидер.

Который стремится.

Который самый-самый идеальный.

И родители такие:

«Вот это гордость!»

«Это моя заслуга!»

И гордыня раздулась огромным капюшоном.

Но нет.

Если ты лидер, а внутри у тебя всё разваливается, то, наверное, ты пока лидер именно этого внутреннего развала.

А если внутри у тебя цветочный сад — тогда ты лидер цветочного сада.

И здесь ещё очень важно не корить себя за то, что ты увидел.

Не оценивать. Не навешивать:

«Вот я такой».

«Вот я сякой».

Потому что когда мы сами себя не принимаем, как мы вообще можем принять других?

Как?

Конечно, они нас будут бесить.

Все эти люди.

Все эти их особенности.

Все эти их «неправильности».

Потому что то, что мы не принимаем в себе, мы особенно ярко замечаем в других.

И тогда что мы имеем?

Общество, которым очень легко управлять.

Сказали сидеть — сидят.

Сказали стоять — стоят.

Сказали думать вот так — думают вот так.

Но внутри неудовлетворение.

Внутри точно не цветочный сад.

А когда мы начинаем сонастраиваться со своей внутренней вибрацией, со своей эталонной частотой…

Особенно те, кто уже сидят и делают разные практики.

Осознанно занимаются спортом.

Уборкой.

Какими-то делами.

Но не для того, чтобы доказать:

«Я самый лучший!»

«Я самый-самый!»

Потому что тогда эгушка опять раздуется.

Гордынюшка раздуется до невероятных размеров.

А когда мы делаем это осмысленно.

Для себя.

Чувствуя, зачем мы это делаем.

Для чего мы это проявляем.

Тогда мы сначала начинаем слышать совсем другое звучание.

И вдруг понимаем:

Наш сад пока не поющий.

Там много засохших цветков.

Ну или, если вам ближе машины, представьте, что у вас есть любимая ласточка.

Вы садитесь.

Слушаете.

А там всё барахлит.

Что-то подтекает.

Кондиционер не работает.

Всё скрипит.

И что делает человек?

Он берёт свою ласточку и ведёт её к специалисту.

Настраивать все эти процессы.

Так почему бы этой ласточкой наконец не оказаться самому себе?

Для себя.

В любви к себе.

Позаботиться о себе.

Вернуть себе это эталонное состояние.

Вернуть себе свой цветущий сад с поющими фонтанами.

И просто радовать других своим состоянием.

И тогда они начинают спрашивать:

«А как так?»

«Я тоже хочу такой сад!»

Или:

«Я тоже хочу такую машину — классную, на ходу!»

У кого какие ассоциации.

И вот здесь начинается самое интересное.

Ты делишься не потому, что хочешь всех спасти.

Не потому, что тебе надо всем навязать свой способ.

Не потому, что надо срочно забрать на себя чужой опыт.

Потому что можно ещё и кармическую отработку вдогонку получить:

«Раз свой опыт уже вроде бы нажила, давай теперь ещё чужой пожуём»

И проходи потом их сценарии тоже.

Нет.

Когда к тебе приходит запрос — ты просто делишься инструментом.

Но этот инструмент помог прежде всего тебе.

Потому что это был твой инструмент.

А человеку нужно раскрыть свой.

Свой индивидуальный инструмент.

Свою индивидуальную дозу.

Своё решение.

Потому что мы все индивидуальности.

Даже если нас всю жизнь пытаются под копирку скопировать.

Даже внешне.

В этом сезоне модны только крупные цветочки.

Все, кто не в крупных цветочках, — немодные.

Штаны в цветочек — модные.

Запах должен быть только такой.

Причёска только такая.

Губы только такие.

И все — как под копирку.

И где здесь аутентичность?

Где индивидуальность?

Нигде. Просто серая масса.

Одних цветочков.

Или клеточек.

Или ещё чего-нибудь.

А спящее сознание за этим бежит счастливое:

«Самая модная!»

И эгушка опять раздувается:

«Ой, какой я особенный!»

Миллион двадцать пятый человек в цветочек.

И никто не задумывается:

«А какое у меня сегодня состояние?»

Может, я сегодня хочу не цветочки.

А треугольнички.

Может, я хочу пахнуть не фиалкой.

А клубникой.

Потому что я творец.

Я так сегодня чувствую.

Это моё состояние.

И я хочу этим порадовать остальных.

Может быть, кто-то тоже сегодня хотел пахнуть клубничкой.

Но не решился.

Потому что в тренде-то другое.

И человек в угоду тренду, массовости, серости, шаблонности, рамкам и ограничениям просто копирует одного другого.

Вот это и есть стадный инстинкт.

И когда мы начинаем уже это видеть, становится очень интересно наблюдать, как это происходит массово в обществе.

Даже через детей.

Когда ведёшь ребёнка в школу, а там тетради уже должны быть косо-криво-бокие, такие, чтобы максимально урезать фантазию ребёнка.

То есть уже недостаточно просто его пролинировать.

Нет.

Надо так извернуться, чтобы ребёнок вообще сидел в офигении и не понимал, где тут что писать.

Никакого творческого импульса.

Чтобы даже мысли не возникло:

«А можно по-другому?»

Всё урезать на корню.

Чтобы был удобный робот для общества.

Чтобы не задавал вопросов.

Чувствуете?

Да.

Вот она — печаль всего общественного сценария.

Но это не печалька.

Печалька начинается только тогда, когда ты позволяешь это с собой делать.

А когда ты это видишь и говоришь:

«Я тебя вижу.

И нет. Спасибо. Не принимаю.

Стройте своих роботов с кем-нибудь другим.

А я выбираю быть собой.

Я выбираю проявлять свой индивидуальный узор души».

И ты это делаешь.

И тогда кто-то скажет:

«О боже! Какой невероятный гений!»

И начнёт преклоняться.

Но не будем и это утрировать.

Потому что тогда опять может раздуться эго.

Нет.

Просто появляются твои новые соратники.

Твоё общество по интересам.

Люди, с которыми тебе интересно.

С которыми ты движешься в одной лодке.

В одном направлении.

А все эти страдающие остаются в другой лодке.

Страдать на своей станции.

И вроде бы вы живёте в одном обществе.

Но на самом деле — нет.

Заметьте.

Все живут в своём мире.

В своём обществе.

По своим интересам.

И вот это, пожалуй, одна из самых простых вещей, которую можно наконец увидеть:

Мы действительно живём в одном мире только до тех пор, пока смотрим на него одинаково.

А дальше у каждого начинается свой.

Глава 15

Из дневников пилота.

17.11.2025

13:04

«Вы осознаете в моменте, что мы все говорим и проявляем себе и для себя.

Все эти послания мы тоже оставляем сами для себя для того, чтобы в какой-то момент у нас наконец-то пазлы станут на место и случится: О, эврика! И мы это всё услышим.

Я вам говорила: вы есть всё, вы есть многомерное сознание, вы есть и то, и там, и здесь. Абсолютный Источник, и мы все едины в Духе Едином.

В одном океане каждая капля этого океана, если рассматривать их различие, насколько она отличается от другой, то это будет про разделение.

А в едином океане всё-таки все едины.

Так какое осознание меня настигло наконец-то? Это мой опыт, зачем мне надо было это всё осознать и понять?

Потому что был у меня травмирующий опыт, который повторялся не одно воплощение: один раз я пожертвовала собой ради всех, кроме себя. Все другие Души были важнее моей. Я свою не выбирала, предавала.

Это повлекло падение вибраций, вибрации – это состояние Души.

Если мы себя предаем как мы себя чувствуем?

И этот спуск по мерностям, условно спуск вниз, когда начинаешь разделять, выбираешь не веришь себе, не выбираешь себя, а из синдрома спасателя, из Эго, что все сирые и убогие, сами без меня никак не справятся, что кто ж всех спасет, если не Я. Оцениваешь всех и всё и в этом суждении теряешь и само ценность, и целостность, умение созидать и видеть картину целиком, а не только отдельные её фрагменты.

Ты сам ставишь себя перед выбором, выбирать что-то, кого-то.

Маятник начинает качаться в созданной самим собой полярности.

Единство теряется.

Появляется – ДуАльность и мы начинаем проходить эти свои нижние опыты.

И вот эти опыты травмирующие, записанные в бессознательном. Единомоментно существующие в нашем хронологическом пространстве, отяжеленные закапсулированными эмоциями, травмами, триггерами, влияют на каждое наше воплощение.

Опыты Души, которые она проходила, ответственность за людей, выбор без выбора, обман, предательство, убийство.

И в результате этого опытов, что произошло?

Мы начали разделять себя от своего Духа, Души, Источника, Единого Рода Звездного, Земного.

И когда я начала в последнее время говорить, я говорила: вот мой дух мне сказал, вот душа передала, Ангелы передали…

Я всё время не слышала самую главную мысль, которую пыталась донести сама себе, что я не вещаю от моего духа, я и есть мой Дух, моя Душа, ангелы, архангелы, серафимы, волшебные аспекты- это и есть части меня, только с других мерностей.

То есть я вещаю от себя самой как высшего аспекта, чтобы вернуть себя из дуальности в целостность, так как у меня и был такой запрос.

Я уже готова, созрела совершить этот выверт назад в Альность, Целостность.

И это важно сейчас осознать всем нам, потому что пока мы будем думать, что вот сказала моя душа, сказал мой дух, сказал боженька, мы всё время продолжаем разделять себя от Единства, ставя себя в иерархию.

По иерархии всегда будет разделение. Когда мы говорим, мы говорим: если я проявляю своего духа и проявляю свою многомерную структуру и природу, то я и есть это всё: и верхи, и низы. Низы мы сейчас подтягиваем, забираем оттуда светлую часть, да, нашу эссенцию нашего опыта, светлую часть исцеленную, встраиваем в свою многомерную структуру, тогда признаём и принимаем какой-то опыт. И низы мы потом что делаем? Зачищаем, выкристаллизовываем этот опыт.

Этот опыт закрываем и отдаём на трансмутацию нашим божественным аспектам, нашим родам – Ярам.

Когда мы что-то не можем понять, что там, о чём нам этот опыт, что я должна узнать, что я должна осознать, как проявить эссенцию опыта, говорим: проявляю платиновый, белый, неоново- голубой кристалл, наш космогенн и смотрим через них.

Мы являем суть вещей или суть действий, о чём это мне и что приходит.

И сами себе из высших мерностей проводим световые ключи, о чём этот опыт, куда должны посмотреть, что принять, что осознать.

В чем суть опыта.

Вот такое осознание делюсь с вами, берите, встраиваю в каждого.»

13:21

И еще важный момент.

После того как мы что-то приняли, признали, благостные какие-то свои изменения провели, произвели, явили, мы проявляем золотой кристалл, записываем чистое, целостное осознание в свою спираль памяти по золотому сечению, являем этот момент там.

"Проявляю свой золотой кристалл, записываю в спираль памяти по золотому сечению, являю и активирую это осознание, инсайд, эссенцию опыта целостного, в этой точке сингулярности, в этой точке вечности, в моменте здесь и сейчас, можно еще дату сказать.»

Пока это мои знания на момент здесь и сейчас. Если что-то будет меняться, актуализироваться, усовершенствоваться, я с вами всегда в нашей группе делюсь.

И для чего это делается? Потому что матрицу души после смерти амнезируют, повреждают, забирая эти инсайты, мегастоуны, кристаллы наработанного Душой опыта за её воплощение, или в любой из моментов ее проживания.

Кто? Те кто сансару держат, которые не хотят выпускать живые Души с этой искусственной матричной площадки, для того чтобы они кормили своей энергией эту площадку далее, как источники энергии.

Проще говоря розетки.

После того как мы теряем вещество Души, Искры Духа, наш целостный, наработанный опыт, не помня всего, легко после «амнезии», поверить, когда ей говорят: вот ты там и там сделала то-то, то-то, и теперь должна идти там и отрабатывать. В темные миры, подземные миры, антимиры, античакровые миры.

Инсектицоиды, Серые( Греи) любят очень забирать души и проводить эксперименты дальше с ними. Техногенны, Техномаги, и получается такое рабство. Контракты. Они не на одно воплощение, они так как времени в целостности нет, а всё есть здесь и сейчас, заключаются на вечно. Осознанно или не осознанно. В основном через обман, путем, обмена, подменных смыслов, доверительных Сутей разных видов, эгрегоры есть хороший рассадник таких предложений.