14 стрел Купидона

– Эми, приятно познакомиться, – и чуть присела.

– Эми, – улыбнулся Джеймс. И так он это сделал, что рядом недовольно зашипела его красотка. А я почувствовала, как отчего-то начинают гореть щеки. Некоторые даже улыбаются так, будто снимают с тебя блузку!

– Что ж, нам нужно успеть со всеми поздороваться. – Ректор потянул меня в сторону, а я поняла, что почти не дышала все это время.

Дальше вечер прошел не так чтобы весело. Меня продолжали показывать спонсорам, я продолжала улыбаться и мило щебетать. И только иногда ловила на себе серьезный взгляд Джеймса, кляня на чем свет и мистера Гордона, и наш университет, и деньги, без которых нам действительно было не обойтись. Уже ближе к концу вечера решила выйти на балкон, подышать свежим воздухом, тем более всех полезных людей мы с Гордоном уже обошли. И погрузившись в свои мысли, не сразу услышала, как оказалась не одна.

– Признаться, я вами очарован, маленькая мисс Рид.

Я испуганно повернулась. Один из денежных мешков, мистер Вэнс, уже будучи в изрядном подпитии, отсалютовал мне стаканом.

– Благодарю, – вежливо ответила я, стараясь его обойти и вернуться в зал.

– Вы покорили меня с первого взгляда, а я уже прожженный холостяк, – хрипло засмеялся он и заступил мне дорогу.

Я замерла как испуганный кролик, раздумывая, не сигануть ли прямо сейчас с балкона. Там не высоко, всего второй этаж. Платье, правда, жалко.

– Что ж, рада, что сумела вам понравиться, – я постаралась перевести разговор в другое русло. – Надеюсь, вы вспомните об этом, выписывая чек Университету.

– Подожди-ка, прежде чем выписывать чек, я должен вспоминать о чем-то посерьезнее.

И он, схватив меня за руку, притянул к себе и жадно впился в мои стиснутые губы. Отбиться у меня не было ни шанса: мистер Вэнс, кажется, был создан из стали. А потому я потянулась и схватила первое, что попалось под руку – фарфоровую фигуру маленького купидончика, и опустила этот символ любви прямо на макушку будущего спонсора. И только когда аккуратно уложила мистера Вэнса на пол и проверила, нет ли крови, испугалась того, что наделала.

Поэтому сразу побежала каяться:

– Он полез ко мне, а я его вазой, и теперь он лежит там… – затараторила я, найдя ректора, только потом сообразив, что тот стоял не один. Мой бывший муж внимательно слушал наш разговор.

– Да что ж такое! – Мистер Гордон всплеснул руками и поспешил за мной, указывающей место преступления.

– Вот, – покаялась я, когда мы добрались до злополучного балкона. – Лежит.

– Лежит, – невесело повторил ректор и опустился рядом на колени. – Пульс есть, очухается!

– И что теперь?

– Теперь надо оттащить господина Вэнса куда-нибудь в укромное место и дать время прийти в себя, – философски заметил Джеймс Пирс, увязавшийся следом.

Вдвоем с ректором и под мои встревоженные вздохи они доволокли безвольное и уже похрапывающее тело мецената в один из кабинетов и уложили на стулья. Благо для черного дела я выбрала почти безлюдное крыло западного коридора, и нашу преступную компашку никто не застукал.

– Эми, милая, поезжай домой, – попросил ректор. – Я тут разберусь, не волнуйся. Все-таки это я тебя втянул во все это. Дождусь, когда он очнется и решу все возникшие вопросы.

– Я провожу, – тут же вклинился Джеймс.

Проходя через главный зал, Джеймс отстал, что-то объясняя своей подружке, а я не стала останавливаться. Выбежала на улицу и, увидев свой автомобиль со скучающим Дэном за рулем, поспешила к нему.

– Ты чего такая дикая? – поинтересовался племянничек. – Устроила переполох?

– Именно, – подтвердил нагнавший меня Джеймс и помог устроиться на заднем сидении. А потом выпрямился и посмотрел на Дэна. Потом на меня. Потом снова на Дэна. И снова на меня. И захохотал, почти сложившись пополам.

– О, Господи, Эми – это от Эмилия? Так вы моя жена?

Дэн с интересом следил за развитием событий, даже не собираясь, похоже, никуда уезжать.

– Чего смеетесь? – недовольно буркнула я. – Теперь уже нет. Я бумаги подписала и вашему адвокату обратно отправила. Можете радоваться.

– А вы, выходит, любовник моей жены? – уточнил Джеймс, вытирая выступившие от смеха слезы. Что смешного было в этой всей ситуации, я совершенно не понимала.

– Уже не ваше дело, – перебила я открывшего рот Дэна. – Я устала, пожалуйста, Дэн, поехали домой.

Племянник пожал плечами и сел за руль. Даже спрашивать, молодец такой, больше ничего не стал. А я вернулась домой, смыла косметику и залезла под одеяло. Если завтра за мной приедет полиция и арестует, я по крайней мере высплюсь.

Назавтра полиция не приехала, приехал мистер Гордон и зачем-то мой бывший муж. Пока я умывалась и приводила себя в порядок, Дэн организовал им завтрак. Поэтому, когда я вышла, все уже весело болтали и попивали кофе. Налив и себе, я присоединилась к разговору:

– По какому поводу веселье?

– Прости, Эми, понимаю, ты волнуешься, – с улыбкой сказал мистер Гордон, – но поверь, все хорошо. Вэнс очнулся и был дико счастлив, что не успел натворить ничего непоправимого. Наоборот, даже был благодарен тебе, что ты сумела его остановить.

Я недоверчиво фыркнула.

– И обвинения он тем более не будет выдвигать, – порадовал меня под конец ректор. – У самого рыльце в пушку.

– И что в этом смешного? – уточнила я, все же испытывая облегчение, что вчерашняя история не будет иметь продолжения и можно жить как раньше. – Вы так смеялись, когда я зашла.

– Дэн просто рассказывал нам о последнем вашем кулинарном шедевре, – ответил Джеймс. – Признаться, я поражен.

– Рада, что смогла вас повеселить. – Я сложила руки на груди. – И тем не менее спасибо за хорошие новости.

– А я-то как рад, что ваш племянник остался жив после всех экспериментов, что вы над ним проводила, – поддел меня Пирс, а я сузила глаза. Дэн – трепло, которое, видимо, что-то почувствовав, тут же засобиралось по делам.

– И мне пора. – Ректор вытер лоб платком. – Я и так полночи уснуть не мог, думал, как ты тут после всего. Говорила мне Пэтти, чтобы я не вмешивал тебя в дела университета, но я подумал… Ох, ладно! Что уж теперь!

Он поднялся, натянул куртку и откланялся, прихватив с собой Дэна, которого обещал подкинуть. Джеймс же так и остался сидеть за столом, попивая, наверное, сотую кружку кофе.

– А вам не пора? – уточнила я, закрыв дверь и возвращаясь на кухню.

– Нет, хотел поближе познакомиться с женой.

Я хмыкнула:

– А смысл? Вчера я подписала документы о разводе, поэтому можете забирать свои денежки и жить с ними припеваючи. Хотя согласна, с точки зрения деда навязывать меня вам было не самым лучшим его решением.

– Я не в обиде, – отмахнулся Джеймс и замолчал, внимательно меня разглядывая.

Мне как-то было спокойнее, когда он шутил и язвил. Я нервно поправила торчащие в разные стороны волосы. И чего, спрашивается, уставился?

– А ваша подружка не заскучает? – попробовала я вежливо его выгнать.

– У меня нет подружки, – отмахнулся он.

– Но как же? Самолично видела троих!

– Это не подружки. – Джеймс улыбнулся. – На самом деле это все только ради вас.

– Меня? – ошарашенно вылупилась я.

– Вас, вас, – подтвердил он. – Откуда я мог знать, что вы такая? Я думал, появится алчная до моих денег особа, повиснет на шее…

– И вы захотели эту шею занять до моего появления? – уточнила я.

– Естественно!

– А я на самом деле алчная до денег особа, – подумав, сообщила ему серьезно. – И обязательно повисла бы на вашей шее!

– Да? – демонстративно удивился Джеймс. – Ладно, придется обсудить это с моим психотерапевтом.

– Вот-вот! – Я довольно улыбнулась. – От меня надо держаться подальше. Кроме того, вы же слышали о моих кулинарных способностях. Поверьте, это еще не самое страшное.

– Жуть! – Джеймс поежился. – Придется как-то это пережить.

– Зачем? – перестав кривляться, спросила я. – Джеймс, я понимаю, что чуть… эээ… ввела вас в заблуждение, но вы, признайтесь, тоже не хотели ни этого брака, ни меня. И никак не способствовали тому, чтобы мы узнали друг друга получше. Да к черту, я прекрасно вас понимаю, сама бы поступила так же, но…

Договорить он мне не дал, перегнулся через стол и быстро поцеловал в губы.

– Даже лучше, чем я думал.

И пока я от возмущения открывала и закрывала рот, надел свою куртку и уже в дверях сообщил:

– Эмили, буду очень признателен, если вы согласитесь пойти со мной на свидание. Завтра вечером вас устроит? Да? Ну и прекрасно.

– Я не…

– И да, – прежде чем захлопнуть за собой дверь, сообщил он. – Я не подписал документы на развод, велел Саммеру их уничтожить. Так что мы еще женаты. Пока свыкайтесь в этой мыслью, а я вечерком позвоню. Может, ваша алчная натура победит, и вы решите повисеть на моей шее? Обещаю, для вас она теперь все время будет свободна.

И ушел. Как ни в чем не бывало! Интересно, но мысль о том, что я все еще замужем, почему-то отзывалась внутри гораздо приятнее, чем должна была.

А уж когда я обнаружила у себя на лице идиотскую улыбочку, тут-то и поняла, что вечером точно отвечу. Хотя бы просто проверить, насколько далеко меня заведет алчность.

Валентинка для циника

Лайза Фокс

Ненавистный праздник

На общем собрании руководителей воздух звенел от напряжения. Сотрудники были серьёзными и нервно переглядывались между собой. После новогодних выходных все судорожно пытались успеть поработать, пока не грянули праздники 23 февраля и 8 марта.

Начальник технического отдела получил нагоняй. Службе поддержки клиентов тоже досталось. «Мой Телеком» разрывался от звонков и жалоб. Операторы едва успевали отвечать. Людей не хватало, ошибки накапливались.

Генеральный мрачнел, хмурил брови. Метал молнии и требовал сосредоточиться на главном. Я старалась слиться с пейзажем и не отсвечивать, надеясь, что обо мне забудут.

Но Андрей Андреевич – что характерно, Андреев – не забыл.

– А что нам скажет наша HR-служба? – Он посмотрел на меня, ожидая ответа, и у меня моментально вспотели ладони.

– Лидия Владимировна на больничном. Мне сказали, что надо сделать презентацию про «День признаний в “Мой Телеком”»… – Мой голос дрогнул, но, поймав насмешливый взгляд парня лет тридцати, сидящего напротив, я выпрямила спину и произнесла чётче: – Представить мой проект.

– Вот и начинайте. – Директор посмотрел в планшет и добавил: – Уверен, Кристина, вы сможете нас порадовать. – В его тоне сквозила не столько поддержка, сколько вызов.

Сидящий напротив меня парень в модном костюме хмыкнул. Его взгляд был насмешливым. Такая реакция меня обидела. Я поджала губы и схватила лежавший передо мной договор, сцепленный хлипкой, почти игрушечной розовой скрепкой, и кликер, протянутый главным бухгалтером.

– В связи с тем, что четырнадцатое февраля приходится на субботу, а основное количество сотрудников компании работает по графику 5/2, мероприятия запланированы на пятницу.

Я открыла слайд с сердечками и датами активностей. Сидящий напротив парень едва ли не закатил глаза от презрения. На его лице был вопрос: «Вы серьёзно?». Но меня это только подстегнуло.

– Но и те, кто в этот день отдыхают, поучаствуют в общих активностях. Уже сейчас они, используя запущенный бот «Я тебя люблю», начали признаваться друг другу в тёплых чувствах. – Я перелистнула слайд, и на мгновение меня наполнила тихая гордость. Вот оно, доказательство. Людям это нужно. Они изголодались по простому человеческому теплу. – Судя по анализу работы, за первые три дня в любви друг другу признались более трёхсот сотрудников. Чаще всего отмечали человеческие качества. Благодарили за отзывчивость, доброту и чувство юмора. Чуть меньше за профессиональные навыки. Кроме этого, – я перешла на следующий слайд, – у нас есть два реальных признания в любви и предложения руки и сердца.

Сидящий напротив вздохнул так шумно, что вышло очень похоже на смесь рычания и стона.

– Жданов, вам что-то не нравится? – обратился к сидящему напротив генеральный, и в его глазах мелькнул не просто упрёк, а какой-то едва заметный интерес.

– А что тут может нравиться? – ответил тот, не стесняясь. – У меня в отделе продаж укомплектованность сотрудниками еле-еле дотянула до 70%. Лучше бы HR-ы искали нам менеджеров, а не устраивали детские игры с признанием в любви.

– Это не детские игры! – вспылила я. – Это создание климата в компании. Мы постепенно обновляем коллектив, и на смену возрастным сотрудникам приходят зуммеры. Они ценят отклик от коллег и партнёров. Любят, когда замечают их достижения. Когда их ценят и говорят об этом. Иначе они просто разбегаются. И какой толк набирать новеньких, которые уйдут через месяц? Их надо сохранять и выращивать. – Я выпрямилась и глубоко вдохнула. – Кроме этого чата с признаниями, мы запустили такие же валентинки от начальников подчинённым. Вот вы из какого отдела продаж? Кто у вас начальник?

Парень раскинул руки в стороны и с преувеличенной радостью ответил:

– А нету! Вы же за восемь месяцев в отдел корпоративных продаж так и не нашли начальника!

Я моргнула от неожиданности, а генеральный за меня заступился. Но в его словах мне снова почудился скрытый подтекст.

– Иван, эту должность я вам уже дважды предлагал. Но вы же отказываетесь. А могли бы возглавить и руководить.

Парень отрицательно мотнул головой.

– Вот уж это без меня. Я в полях заработаю сколько смогу, а не фикс, который выплатят, если какие-то подчинённые мне менеджеры выполнят или не выполнят план. И, кстати, вот эти дурацкие валентинки, пока у нас нет начальника, тоже мне писать, Андрей Андреевич. А по загрузке, юридический отдел не даст соврать, нам ещё договора переподписывать на этот год. А время ограничено.

– Тут я не сомневаюсь, Иван, вы мегапрофессионал и всё успеете.

Андрей Андреевич обвёл глазами присутствующих. Его взгляд устремился к Ивану, ко мне и снова вернулся к Жданову. Тот посмотрел на меня хмуро, но спорить не стал.

Генеральный кивнул в сторону презентации, и я продолжила:

– Также в пятницу мы вручим персональные открытки-валентинки каждому сотруднику. Их уже доставили и подписали вручную с индивидуальным пожеланием. Сладкие сюрпризы также уже доставлены. Кроме того, наши подарки будут упакованы в кружки с надписью-признанием.

Я вывела на экран картинку. В кружке с пожеланием любви лежало шоколадное сердце. Из неё был виден уголок открытки-валентинки.

– Не будут, – возразил начальник службы логистики.

– Простите? – не поняла я.

– Не будет у вас кружек к пятнице. – Никифоров кивнул в сторону телефона. – Заказ нам не был доставлен, и я отправил сегодня на их пункт выдачи нашу машину. Кладовщик сказал, что заказа нет и не будет. К ним уже неделю ничего из «Артон-принт» не привозили. Говорит, что там что-то случилось.

– Что случилось? Как не будет? – Я подняла перед собой договор на закупку кружек, и розовая скрепка жалобно съехала вбок. – Вот же документы, и аванс мы оплатили.

Я обвела присутствующих умоляющим взглядом. Когда дошла до Жданова, он пожал плечами.

– Так и бывает, если проект держится на вере в прекрасное и вот такой вот розовой скрепке, – прокомментировал он.

Вынужденный дуэт

Мне было обидно! Я продумала проект до мелочей! Даже кружки предложила на подарки потому, что предыдущие с корпоративной символикой активно использовали, но уже успели перебить.

Всё сделала правильно, нигде не ошиблась. Договор заключила своевременно, отправила утверждённый дизайн в нужном качестве и размерах. Проконтролировала выплату аванса. И всё равно мимо?

Я сжала зубы и оттолкнула от себя договор. Резко выдохнула и уставилась на Жданова. На этот раз в его взгляде не было ни презрения, ни недовольства. Он пожал плечами и растянул губы в сочувствующей улыбке.

Но это было не сопереживание, а больше призыв не расстраиваться из-за ерунды. И меня это взбесило! Моя работа – не ерунда! Микроклимат в коллективе важнее денег!

Если бы этот упёртый Жданов просто не знал, что такое срыв поставки, я бы поняла. Если бы мы были из конкурирующих отделов и мой провал играл ему на руку – тоже без вопросов. Мелко, но бывает.

Но Иван не видел смысла в моём Дне признаний. Он считал его глупой игрой. Ну, не получилось поиграть – ещё лучше. Деньги можно на премии пустить или на конверты для документов.

Я сжала руки в кулаки. Я так просто не сдамся! Не на ту напали! Я придвинула к себе договор и начала просматривать строчки. Адрес доставки наш. Их склад в Москве. А вот адрес производства в области.

Додумать я не успела.

– На этом совещание предлагаю закончить. Если нет вопросов, приступайте к своей работе. – Андреев был спокоен. Я вскочила на ноги, но генеральный меня остановил: – Лапина, задержитесь, пожалуйста. И вы, Жданов.