Напиши любовь

– Прекрати меня так называть

– Почему?

Не найдя что ответить, я фыркнула и направилась к другой стойке с платьями. Малакай поплёлся за мной как какая-то тень. Стенды и полки с одеждой сменялись один за другим, но я так и не нашла, что нужно.

– Может тебе помочь? – предложил Засранец.

Высокомерно вскинув голову, я обвела его высокую фигуру внимательным взглядом. На нём была клетчатая рубашка серого оттенка. Как всегда. Из-под закатанных рукавов виднелись красочные рисунки татуировок, и я невольно задержалась на них дольше, чем следует. От Малакая не ускользнул этот факт, о чём свидетельствовала кривая ухмылочка на лице. Мой взгляд скользнул ниже к потёртым чёрным джинсам и такого же цвета конверсам.

– Ты только не обижайся, – начала я, – хотя знаешь, мне плевать. Можешь обижаться, но тебе самому нужен стилист.

– Колючки с самого утра, мышонок? – проговорил он и шагнул к ближайшей вешалке с кожаными брюками.

– Я, вообще-то, хотела платье.

– То, что выбираешь ты, никуда не годится. Ты что, решила косплеить диско-шар?

Ошарашенная его грубостью, я смотрела на Засранца во все глаза.

– Это пайетки, придурок, и это красиво!

– Да, если ты застряла в сороковых

Спустя некоторое время, Малакай протянул мне готовый образ.

– В путь, Золушка, – проговорил он и легко подтолкнул меня в сторону примерочных.

– Слушаюсь, фея крёстная, – ответила я, пытаясь скрыть предательскую улыбку.

В примерочные было на удивление пусто, так что, я заняла самую дальнюю кобинку, просто чтобы позлить Малакая. Пусть немного побегает, если что-то из выбранной им одежды не подойдёт. Через долгие мгновения, я ошарашенно рассматривала свое отражение. Этого не может быть. Мои глаза удивлённо расширились, когда я осматривала свой образ. Кожаные брюки облегали ноги как вторая кожа. Руки скользнули по бордовому корсету с поддержкой. Я не верила своим глазам. В такой одежде я выглядела…сексуально. Эта мысль стала откровением.

Мой выбор в одежде всегда склонялся в сторону удобства. Собственно говоря, именно это, вынудило меня отправиться в торговый центр. По деревянной стенке примерочной постучали.

– Ты готова?

Да. Нет. Я не знала. Почему-то все конечности стали будто чужими. Пальцы на рука слегка подрагивали, так что пришлось сцепить их за спиной, после чего я пискнула.

– Да.

Шторка позади распахнулась. Нервно переступая с одной ноги на другую, я встретилась в зеркале с глазами Малакая. Что–то в его взгляде заставило меня затаить дыхание.

– Ты выглядишь прекрасно, – его голос стал немного ниже, звучащий с привлекательной хрипотцой.

Жар поднимался от моей шеи к лицу, и уже спустя несколько минут я была одного цвета с топом.

– Думаешь, стоит купить?

Он молчаливо кивнул, продолжая прожигать меня взглядом. Нервозность бегала по телу словно маленькие паучки. Я быстро задёрнула шторку прямо перед лицом Малакая. Мне потребовалось некоторое время, чтобы вернуть свои чувства в привычное состояние. После того как я вышла из примерочной и оплатила покупки, Малакай быстро пробормотал что-то о том, что ему нужно бежать, и ушёл. Смотря ему вслед, я заметила, как сжимались и разжимались его кулаки, а кончики ушей приобрели красноватый оттенок.

Вечером в мою квартиру ввалилась Синди. Я стояла на кухне, одетая, но ещё не накрашенная, листая электронную почту. От некоторых сообщений по коже проходился неприятный холодок.

– Кто ты, сексуальная женщина, и куда делась моя подруга? – пошутила она.

Закрыв ноутбук, я посмотрела в сторону Синди. Кто бы говорил. Стройная и высокая, она надела облегающее платье из зелёного шёлка. На плечах была накинута укороченная кожаная куртка, а изящные ноги обвивала шнуровка чёрных босоножек на каблуке.

Я закатила глаза.

– Твоя подруга стоит прямо перед тобой, а тебе, похоже, следует проверить зрение, старушка.

Выслушав мой выпад, Синди громко расхохоталась. Чёрт, её смех был слишком заразительный. Мои попытки не засмеяться были тщетными. Мы залились хихиканьем, держась за руки, как типичные подруги в ромкомах.

После парочки выпитых бокалов мы вызвали такси и отправились в самый крупный клуб нашего города.

Я не была фанаткой современной архитектуры, но это здание заставило смотреть на него с открытым ртом. Стеклянный купол был размером с крупную парковку. Треугольные элементы, из которых он состоял, отражал огни ночного города и длинную очередь желающих попасть внутрь.

Прошло уже полчаса, а мы всё ещё торчали на улице.

– Может, всё-таки, вернёмся ко мне и посмотрим сериал? – умоляюще спросила я.

Одетая в секси наряд я должна нести уверенность, только вот никак не могла её наскрести. Пристальные взгляды прохожих заставляли съёжится, и я пожалела, что не надела что-то поверх корсета, чтобы скрыть руки.

– Ни за что, все должны увидеть твою секси ипостась.

В ответ я лишь сокрушённо кивнула. Возможно, подруга права, и мне пора вылезти из своей уютной скорлупки.

Прошло ещё полчаса. Раздражение кипело во мне и расползалось по венам. Какой-то мужик полез мимо очереди.

– Эй, придурок, люди здесь, вообще-то ждут, – не удержалась я, и встретилась взглядом с знакомыми голубыми глазами.

– Мышонок

– Да ты издеваешься?

Я ошарашенно смотрела на Малакая, не веря всему, что происходит.

– Кай! – радостно взвизгнула Синди и бросилась в крепкие мужские объятия.

– Прекрасно выглядишь, – произнёс он, скользнув беглым взглядом по её телу, а затем переместил взгляд на меня.

– Если мы встретимся с тобой ещё раз, я вызову полицию, – мой голос отчего-то звучал слегка раздражённо.

– Это судьба, Мышонок, – он подмигнул.

Взгляд Синди метался с придурка на меня. Она уже открыла рот, чтобы прокомментировать глупое прозвище, но я её опередила.

– Долгая история

Подруга одарила меня “ты всё равно всё расскажешь” взглядом и я кинула. Избежать этого разговора всё равно не удастся.

– Какими ветрами, Кай?

Засранец вернул своё внимание к моей подруге. Постойте. Синди ведь моя подруга. Почему они общаются так, будто тоже дружат? Да, она и его редактор тоже, но судя по непринужденно тону их общения, между ними было что-то еще.

– У меня здесь встреча. Вас провести?

Опять расплывчатый ответ. Не нужно быть гением, что за встреча может проходить в клубе. Почему меня вообще это раздражает? Смахнув с себя невидимые пылинки, а вместе с ними непрошенные эмоции, я последовала за Синди, которая согласилась на предложение Засранца.

Внутри здание клуба было не менее завораживающим. Куполообразный потолок усеивали мелкие огоньки, имитирующие звёзды. Множество людей двигались будто в общем трансе. Яркий бас отзвуками отдавался в моём сердце, и я почувствовала окрыляющее чувство свободы.

– Нравится? – прокричал над ухом Малакай.

– Да, – прошептала я и сопровождая слова кивком.

– Спасибо, Кай, – пролепетала Синди и схватила меня за руки.

– Пойдём, детка. Нам нужно собрать взгляды всех мужчин в этом клубе.

Мы пробирались сквозь толпу в самый центр танцпола. Никогда не думала, что буду чувствовать себя так комфортно в окружении огромного числа людей. Как заядлый интроверт, была уверена, что мне такое не подойдёт, но ошиблась.

Тело двигалось самостоятельно. Полностью уступив бразды правления внутренним инстинктам и музыке. Я извивалась на танцполе вместе с подругой. Разгорячённую кожу покалывало от захлестнувшая эйфории. Из горла вырвался громкий крик и утонул в шуме басов и таких же криках других людей. Все здесь были освобождёнными. Никого не заботило ни твой рост, ни пол, ни вес. Каждый присутствующий обнажил свою душу перед музыкой.

Спустя время я начала ощущать, что сзади меня кто-то тёрся. Слишком близко. Незнакомые руки легли на талию и я резко развернулась. Осоловелыми глазами на меня смотрел блондин. Чёрт. Тело прошиб холодный озноб. Взглядом ища Синди, которая должна вернуться из уборной с минуты на минуту, я прокричала.

– Я не заинтересована в знакомствах.

Блондин меня или не услышал, или не захотел воспринимать слова всерьёз. Хватка на талии усилилась. Он попытался притянуть меня ближе, но я упёрлась ладонями в его грудь. Моё сердце билось как бешеное, а взгляд метался по толпе пытаясь найти знакомую рыжую шевелюру.

– Может, всё-таки, передумаешь? – Заплетающимся языком проговорил он, а мне в ноздри ударил резкий запах алкоголя.

Я помотала головой и сильнее надавила на грудь. Спине вдруг стало слишком тепло, и я поняла, что окружена. Чёрт. Ещё один. Ну что за невезение. Сердце, которое и так билось как бешеное, ускорилась вдвое, а по позвоночнику пробежала дрожь. Я зажмурила глаза из-за внезапно вспышки светомузыки.

– Девушка сказала, что не заинтересована, – от знакомого хрипловатого голоса внутри всё расслабилось.

Я повернулась. Голубые, как небо, глаза Малакая потемнели. Блондинчик совершенно не считывал сигналы, потому что руки с моей талии так и не убрал. Аккуратным движением я отодвинула его пальцы и освободилась от захвата.

– Да он невменяем, – фыркнул Малакай, – эй, парень. Шёл бы ты домой, – с этими словами, он взял меня за руку и повёл прочь от танцпола.

За барной стойкой, мило щебеча с барменом, стояла Синди. Подруге тоже следовало вернуться домой. Чтобы узнать меня, ей потребовалось неприлично много времени. Она помахала нам с Малакаем.

– Кай, душка. Пригляди за моей подругой, хорошо? – прокричала она еле различимо и лучезарно улыбнулась.

Я чувствовала, как он напрягся. Затем его голова дёрнулась. Он кивнул моей подруги. Подведя меня к барной стойке, он удержал покачивающуюся Синди.

– Стой здесь. Никуда не уходи.

Он достал телефон из заднего кармана джинсов и что-то быстро напечатал. Подхватив подругу на руки, он направился к выходу из клуба.

– Постой, – крикнула я вдогонку, – куда ты её несёшь?

– Ей нужно домой, – раздражённо бросил он.

– В такси небезопасно я поеду с вами.

Немного помолчав, он кивнул, и я последовала за ним. На выходе из клуба Кай попрощался с вышибалами и подошёл чёрному мерседесу.

– Поможешь? – его голова указала на запертую пассажирскую дверь, и я кивнула.

Быстро оказавшись рядом, помогла уложить Синди на заднее сидение автомобиля.

– Садись

Я сделала, как мне сказала и проскользнула на переднее сидение. Всего через секунду Малакай уже был за рулём.

– Ты пил? – по поинтересовалась я, ведь что бы вы не думали, а мне важна безопасность меня и Синди.

– Нет, – бросил Кай.

Ключ зажигания повернулся, и машина издала приятный рокот.

Путь до дома Синди мы преодолели молча. Не знаю почему, но Засранец был не на шутку разозлён. Так что, я не решалась начать привычный для нас обмен колкостями. От усталости веки потяжелели, и я не стала противиться, легко уснув.

Ммм. Снова аромат дезодоранта и мятной жвачки. Мой нос уткнулся во что-то тёплое и твёрдое. Я хотела пошевелиться, но кто-то крепко прижал меня к себе. Разлепив глаза я уставилась на профиль Малакая. Видимо почувствовав мой взгляд он повернулся. Столько нежности было в его глазах. Все слова вылетели из головы и появилось только одно стойкое желание. Мне хотелось его поцеловать, но в следующее мгновение он моргнул и всё исчезло. Меня передёрнуло. Откуда вообще взялись такие желания? Мне что, достаточно хоть немного адекватного отношения, чтобы вскружить голову?

– Где я?

– Почти дома, – мягко прошептал он, где твои ключи?

– В заднем кармане брюк.

Его сердце забилось чаще, и он шумно выдохнул.

– Сможешь достать сама?

– Конечно.

Он аккуратно поставил меня на ноги и немного отстранился.

Я вставила ключ в замочную скважину. Послышался щелчок, и дверь открылась.

– Зайдёшь?

Он покачал головой.

– Спокойной ночи, Мышонок, – выдохнул засранец и развернулся, чтобы уйти.

– Кай, – окликнула я.

Он обернулся

– Спасибо, – с улыбкой сорвалось с моих губ.

Ответом мне стала кривая улыбка, а затем он всё-таки ушёл.

Глава 6. Кино

Утром я проснулась с зудящим желанием написать хоть что-нибудь. Всей душой люблю своё дело, но настолько сильная тяга появляется реже, чем хотелось бы. Пальцы не успевали касаться клавиатуры, а в моей голове появлялись новые образы. Я решила не работать сегодня над сборником, а начать что-то новое. Книгу о писателях, которые вынуждены работать вместе. Описывая главного мужского персонажа, в сознании то и дело вспыхивал образ Кая. Высокий, широкоплечий, с цветастыми татуировками, длинными тёмными волосами и пронзительными глазами, цвет которых так похож на небо.

Я поёжилась. Когда это, его образ стал для меня привлекательным? Нет, я, конечно, не слепая, но обычно в моём вкусе кто-то менее яркий. И вообще, он мне не нравится. Кивнув мысленному, напоминаю, со спокойной душой продолжила писать.

Сегодня была моя очередь выбирать свидание. Пробежав глазами по составленному нами списку, я выбрала кино. Во-первых, потому, что я давно там не была, во-вторых, потому, что это безопасно. Меньше прямого контакта – меньше непрошенных мыслей о привлекательности его фигуры.

Мой телефон завибрировал. Снова сообщение от мамы. С того раза в парке, я так её и не ответила. Просто не знаю что. Каждое слово, которое зарождалось в моей голове в ответ на эту новость, было наигранным и неискренним. Я сожалею? Ни капли. Почему я должна горевать из-за смерти человека, который прожил прекрасную длинную жизнь и никогда не был со мной близок? Всё это напускное горе – такое лицемерие. Уж лучше не совсем приятная, но правда. Решив ответить позже, я вбила в поиске гугла запрос о новинках в кино, которые сейчас показывают. Выбрав фильм с самым невинным названием “Доверие”, забронировала нам билеты.

Чуть позже я стояла у зеркала в своей гостиной и не могла выбрать, что надеть. Чёрт. Со мной давно такого не случалось. Платье в руках смотрело на меня с укоризной. Я купила его год назад, но так и не осмелилась надеть. Чёрное и бархатное, оно было короче, чем я привыкла. Отложив его в сторону, я всё-таки натянула на себя привычную толстовку и джинсы. Платье подождёт.

В выходные люди всегда становились активнее, чем обычно, что, признаться честно, доставляло мне дискомфорт. Кроме вчерашнего вечера в клубе, мне не нравилось находиться в толпе. Опять же. Вчерашний вечер доказал, что не зря. Меня до сих пор передёргивало от липкого ощущения тревоги, после прикосновения чужих рук.

Когда я подошла к кинотеатру, Кай уже был там. Одетый, как всегда, в джинсы и клетчатую рубашку. На этот раз красно-чёрную. Мы вежливо поприветствовали друг друга. Странно, между нами чувствовалось тонкий шлейф напряжения, который мне совершенно не нравился. Подойдя к кассе с попкорном, я задумчиво смотрела на образцы большого и среднего ведёрком. Что взять? С одной стороны, два средних будет удобнее, чем одно большое, но с другой, цена на последний была скандально низкая из-за клубной карты Малакая… Внутренний гремлин встрепенулся и решил сэкономить денежки.

– Одно большое ведёрко попкорна, пожалуйста, – проговорила я девушке за кассой и повернулась к Каю, – солёный или сладкий?

Его ответ приятно удивил.

– Сладкий.

Я кивнула и заказала карамельный.

До зала мы дошли молча. Лишь изредка я ловила на себе плохо скрываемые взгляды Кая. Сегодня он какой-то странный.

Нет, я всё-таки проклята. Нужно обратиться с этим к ведьме. Как думаете, они оставляют свой номер на Yelp? Выбор фильма стал одной огромной ошибкой. Самой большой ошибкой в моей жизни. Как можно было назвать этот фильм “Доверие”? Бо́льшую часть сеанса я смотрела куда угодно, только не на экран, потому что это больше походила на то, что должны публиковать на чёрно-оранжевом ютубе, а не крутить в кинотеатрах. Дрожащими руками я потянулась к попкорну, чтобы хоть чем-то занять себя. Мой взгляд скользнул к профилю Кая. И тут случилось то, чего я опасалась. То, из-за чего не стоило брать одно ведёрко. Наши пальцы соприкоснулись. Я замерла. Щёки запылали и почти наверняка стали похожи на помидоры. Хорошо, что в зале темно. Пока паника связывала меня по рукам и ногам, Кай игриво подмигнул и кинул зёрнышко попкорна в рот. Я заворожённо наблюдала за его губами и кадыком, который слегка дёрнулся, когда Засранец проглотил попкорн.

Знаете, что ещё было ошибкой? Выбирать предпоследний ряд. Да, обзор отсюда прекрасный, но странные звуки, которые издавали парочки позади, сводили меня с ума. Бьюсь об заклад. То, что они там вытворяли, подходило под статью о нарушении спокойствия. Рука Малакая легла на мою и сжала. Понимаю, у этого парня нет проблем с физическим контактом, но разве можно вот так бесцеремонно касаться людей? Не понимая, что делать, подняла на него взгляд. Малакай извиняюще улыбнулся и сжал руку ещё крепче. Его касание было таким тёплым, нет – обжигающим. Я попыталась улыбнуться в ответ, но сомневаюсь, что вышло хорошо. Из-за нервов мышцы лица будто атрофировались. И вообще, почему он извиняется, это ведь я выбрала фильм и ряд? На самом деле, мне стоило поблагодарить Кая, за столь рыцарский жест, потому что только благодаря его молчаливой поддержке, я смогла вытерпеть весь сеанс.

Когда мы вышли из зала, я выкинула злополучное ведёрко из-под попкорна. Мне хотелось убежать. Нет, скрыться в самом дальнем уголке планеты. Но несмотря на желания, я осталась на месте и просто переминалась с одной ноги на другую.

– Что ж, это было неловко, – подал голос Кай.

– Не то слово.

Секунду мы молчали, а потом разразились громким смехом. Всё напряжение тут же покинуло моё тело. Стоит признать, Кай был не так уж плох. Да, большая часть его фанаток ведётся на смазливое личико, но я почти уверена, что другие разглядели в нём нечто большое. Ведь как бы мне ни хотелось этого признавать, а с ним было легко. В любой ситуации, даже такой нелепой, как наша, он нёс в себе внутреннюю уверенность, которая, как оказалось, бывает заразной.

– Как продвигается работа над историей? – поинтересовалась я, – Не знаю, видел ты или нет, но тебе на почту должна прийти черновая версия моей.

Кай кивнул.

– Я ещё не смотрел, но обещаю заглянуть сегодня вечером.

Теперь настала моя очередь кивать. Иногда наш разговор мне напоминал общение двух игрушечных болванчиков, которые глупо кивают всякий раз, как не знаю, что ответить.

– Пришлёшь мне свою историю? – аккуратно поинтересовалась я.

Кай как-то странно замялся и бросил на меня взгляд, который мне не удалось прочесть. Его рука взметнулась вверх и потёрла шею.

– Конечно, – в конце концов, сорвалось с его губ.

– Я не настаиваю.

– Всё в порядке, Мышонок. Я пришлю, как закончу.

На город начали опускаться сумерки. Несмотря на все заверения, что я могу дойти до дома одна, Кай всё равно вызвался проводить. В этот раз тишина между нами была комфортная. Не спеша приближаясь к дому, рассматривала людей и здания, которые уже успели включить неоновые вывески. Хоть я любила оставаться одна, но мне не нравится быть одинокой. В большом городе это почти невозможно, но иногда мне кажется, что весь этот шум и люди просто поглотят меня. Оставят только безликую оболочку, и только один человек сможет понять, что что-то не так. Я бросила мимолётный взгляд на Кай. Может быть, теперь таких людей стало на одного больше.

– У тебя всё в порядке? – услышала я сквозь поток мыслей.

– Да. Почему ты спрашиваешь?

Кай немного замялся. Его взгляд быстро скользнул по моему лицу и остановился на глазах.

– После того случая в парке я немного переживал, – просто ответил он.

Признаться честно, бабочки в моём животе расправили крылья. В этом городе, кроме Синди, у меня не было близких людей. Удивительно, как быстро отвыкаешь от подобных проявлений заботы.

– Моя бабушка умерла, – я решила ничего не утаивать и просто всё рассказать, – тогда, в парке мне пришло сообщение от мамы с этой новостью.

Рука Кая ласково легла на моё плечо и легонько его сжала.

– Я сожалею.

– Не стоит. Мы не были близки.

– Неважно были или нет. Потеря родного человека так или иначе, бередит нашу душу, – он тяжело выдохнул, остановился и посмотрел на звёздное небо, – так что, прими мои соболезнования, Мышонок.

Глаза предательски защипало, и я отвернулась, чтобы скрыть это. С каких пор меня так легко пробивало на слёзы?

– Я не отвечаю маме с тех пор.

Кай не стал задавать уточняющих вопросов. Он и так всё понял.

– Ничего. Тебе нужно время. Это нормально.

– Нет. Ты не понимаешь. Мама написала мне, что моя бабушка умерла, а я не могу найти достаточно мотивации, чтобы прочитать чёртово сообщение.

Он перевёл взгляд на меня. Брови нахмурились, а губы сжались в тонкую линию.

– И что в этом такого?

– Я должна ответить, – слетело с губ тихим шёпотом.

– Почему ты так считаешь?

Глубокий вдох наполнил лёгкие воздухом. Чуждое мне чувство разливалось по телу, но я не могла дать ему определение. Грусть? Нет. Я не грустила. Мне жаль снова не оправдать ожидания матери. Написала один бестселлер, и всё? Нет, на этом миссия не закончена. Бесполезная. Стоило давно приехать к ней. Сейчас она нуждается во мне как никогда прежде, а я как эгоистичная засранка занимаюсь своими делами, совершенно не заботясь о том, что она чувствует.

– Мама любила её, – я замялась, – а я люблю маму.

– Чувство твоей мамы, это её ответственность, – начал Кай, – подумай о своих. Тебе хочется поддержать её, но ты боишься проговориться, что не очень-то и горюешь? Твоё право. Ей нужно не твоё мнение о ситуации, а дочь, которая её поддерживает.

Я сглотнула образовавшийся в горле ком.

– Тебе никто не говорил, что вместо написания порнороманов, следовало выбрать психологию?

Шутка вырвалась неосознанно, но Кай всё понял.

– Задам тебе последний вопрос, и мы закроем тему.

Я кивнула.

– Когда похороны?

Впервые за несколько дней мне пришлось открыть сообщения, чтобы дать точный ответ.

– Через два дня.

Кай остановился и посмотрел в мои глаза.

– Позволь поехать с тобой?

Это было настолько неожиданно, добрую минуту я не знала, что ответить.

– Ты уверен?

Он кивнул.

– Хорошо.

Вечером я лежала в кровати и прокручивала весь наш разговор снова и снова. Удивительно, как ошибочны, могут быть суждения о человеке.

Указательный палец скользнул по гладкой поверхности книжной закладки, которую перед домом подарил Кай. Снова гардении. Мысленно сделав пометку погуглить, что значат эти цветы, я так и заснула. С мягкой улыбкой на губах.