Напиши любовь

– Удали, – гневно прошептала я.

– Нет.

– Кому сказала удали.

– Ты уже услышала мой ответ, Маус, и я сказал, нет.

Чёрт с ним. Я взмахнула руками капитулируясь, но нечаянно задела лампу. Та покачнулась и со страшным звуком упала. Я даже не заметила, что зажмурила глаза, пока не приоткрыла один, чтобы посмотреть результат своей неуклюжести.

Малакай смотрел на меня во все глаза и уже не скрывал смеха. Он схватил меня за запястье и быстро рванул в сторону. Пытаясь успеть за Засранцем, я опрокинула стул. Прекрасно. Королева грации.

Мы выбежали из библиотеки и не сбавляли темп еще некоторое время. Остановились, только когда оказались достаточно далеко от величественного здания.

– Зачем ты это сделал? – выдавила я из себя в попытке совладать со рваным дыханием, – мы ведь могли заплатить.

– Я знаю, – произнёс он, – но так веселее.

– Послушай, так дела не делаются, – проговорила я, чувствуя острый укол вины.

– Не переживай, завтра Синди отправит им чек от моего имени за разбитую лампу и за книги, – на последнем слове он кивком указал синее порно, которое я продолжала держать в руке. Свою книгу, Малакай, тоже прихватил с собой.

– Ну, приятно было провести время, – проговорила я, решив, что пришло время прощаться.

В ином случае мы совершим еще какую-нибудь глупость.

– Ты далеко живёшь? – перебил меня Малакай.

– Не сильно. Пешком минут двадцать.

– Я провожу.

– Не нужно, – начала отпираться я, но Засранец покачал головой, давая понять, что не примет мой ответ.

– Уже поздно, я не позволю девушке одной ходить по улице.

Рыцарь чертов. Несмотря на свои мысли, я кивнула, и мы побрели в сторону моего дома. Видимо, Малакай ненавидит тишину, иначе как объяснить его постоянные попытки завести разговор.

– Как давно ты пишешь?

– Четыре года, – сухо ответила я.

– Я тоже, – он не стал дожидаться встречного вопроса.

А мне он был и не нужен. Я знала, когда он дебютировал, и читала все его книги, включая самую первую. Признаться честно, в самом начале я воспринимала его скорее как собрата по перу и искренне радовалась успеху, даже не смотря на наши разногласия, но в какой-то момент всё переросло в соревнование. Во всяком случае с моей стороны. Как бы стыдно ни было признавать, я не смогла совладать со жгучей завистью и просто приняла её. Да, я завидую. И что с того? Понимаю ли я, что его вины в моих чувствах нет? Конечно. Но ничего поделать с ними не могу.

– Спасибо, что проводил, – немного смутившись, пробубнила я.

– Не за что, Маус, – бросил Малакай и направился в противоположную сторону.

Я так ждала момента, когда наконец-то вернусь домой. Маленькая квартирка встретила меня тишиной. Открыв ноутбук, я запустила программу, в которой писала книги. Кликнув мышкой по иконке “создать новый документ” я начала лихорадочно писать всё то, что сегодня пережила. Похоже, работа с Засранцем будет проще, чем я могла предположить.

Глава 3. Сериалы, чипсы и одна драма.

Музыка из колонок затихла, и комнату заполнил звук телефонного рингтона. Я поплелась на мелодию. На экране светилось одно слово. Мама. Подавив желание сбросить вызов, я нажала на зелёную кнопку.

– Привет мам, – проговорила я с деланной радостью в голосе.

В ответ мне послышалось какое-то шуршание, будто она только сейчас подносит трубку к уху, а затем раздался мамин голос.

– Привет. Чем занимаешься?

Запомните, больше чем Малакая, я не люблю такие вопросы. Как правило, они не несут в себе той заинтересованности, которая должна в них вкладываться. Я взглянула на открытый ноутбук и написанные там строчки.

– Ничего не делаю

Мне не хотелось заводить разговор о писательстве. Во-первых, потому, что мама думает, что понимает в этом много, только из-за того, что перечитала всех английских классиков. Во-вторых, я никогда не расскажу ей что-то о своих неудачах. Не поймите превратно, я люблю маму, но у нас никогда не было особо близких отношений, чтобы хотелось выворачивать душу. В последнее время у меня трудности. Слова идут тяжело. Скорее, это больше похоже на русскую рулетку. Или всё, или ничего.

– Когда ты приедешь?

Вот мы и перешли к настоящим вопросам.

– Может, через месяц, – расплывчато ответила я.

– Бабушке уже совсем плохо

Мама давила на меня, и я понимала, что мне действительно нужно приехать, но… Я тяжело вздохнула. Как представлю, осунувшееся лицо женщины, с которой у меня когда-то сложились не самые приятные отношения и визита к родителям совершенно улетучивается. Считайте меня циником. Мне плевать.

– Хорошо, я постараюсь освободиться как можно скорее.

Какое-то время мы ещё поболтали о маминой работе и закончили разговор. Я подошла к настенному календарю с горячим хоккеистом и отметила маркером, что в следующем месяце нужно съездить домой.

Вечером ко мне пришла Синди. Эта рыжеволосая бестия была не только моим агентом, но и лучшей подругой. Мы познакомились в колледже, когда я училась на факультете писательского дела, а Синди – на редакторском мастерстве. Можно сказать, нас связала тяга к знаниям и общая любовь к литературе.

Подруга ввалилась ко мне квартиру, накинув поверх пижамы лёгкий плащ. В руках она держала большой бумажный пакет. Чтобы облегчить подруге задачу, я забрала его и направилась к кухонному островку, выложить покупки. Чипсы, маршмеллоу и бутылка шампанского.

– Странный набор, дорогая, – насмешливо произнесла я.

– Иди к чёрту, Гвин. Мне просто необходимы несколько бокалов шампанского

– И чипсы с маршмеллоу?

– Не осуждай меня. Это вкусное сочетания.

Я с ней не согласилась, но говорить ничего не стала. Видно, насколько сильно Синди устала.

– Что будем смотреть? – спросила я и распечатала пачку чипсов.

Пряный запах ударил мне в ноздри. Я не удержалась и сунула в рот пару чипсинок.

– Сериал или фильм? – спросила подруга.

Я пожала плечами.

– Мне без разницы.

– Тогда давай сериал. Что на счёт “Сверхъестественного”?

Кивнув, одобряя выбор подруги, я открыла пачку с маршмеллоу и потянулась за чистой тарелкой.

– Смешивай это у себя во рту, извращенка.

Маленькая кухонька наполнилась звуками тихого хихиканья.

– Хорошо, злюка.

Мы решили пересмотреть самые интересные сезоны сериала и включили с самого начала. Никто не может быть более сексуальным, чем молодой Дин Винчестер. Он, буквально моя подростковая любовь.

Мне нравилось, что рядом с Синди я могу просто молчать. Не претворяться. Тишина между нами не требует, чтобы её нарушали. Она успокаивает. Именно так вы должны ощущать себя, с людьми которым доверяете. Я положила свою голову на плечо подруги и сделала глоток шампанского. Чрез некоторое время мы обе немного захмелели, так что, настало время неудобных вопросов.

– Секс в душе или на парковке? – поинтересовалась подруга.

Я нахмурилась.

– Ни то, ни другое.

Синди громко застонала.

– Ну почему ты такая?

– Какая?

– Неприступная.

Я сделала ещё глоток из бокала и пожала плечами. Подруга закатила глаза.

– Что у вас с Малакаем?

Я поперхнулась. Ну его то зачем сегодня вспоминать. Вслух я, конечно же, ответила совсем другое.

– Ничего. Первое свидание прошло лучше, чем я ожидала.

Видимо, недовольная моим сухим ответом, Синди взяла меня за руки и посмотрела в глаза.

– Тогда почему он позвонил мне позже и попросил выписать чек для библиотеки? Вы подрались? – глаза подруги расширились от собственной догадки.

Пока она не накрутила себе лишнего, я поспешила её успокоить.

– Нет, просто разбила светильник, – Синди недоверчиво смотрела на меня, – руки крюки, – пояснила я.

От облегчения она громко выдохнула.

– Почему тогда на фотографиях ты красная как помидор? Я думала, ты была ужасно зла.

Ох, если бы.

– Нет, это из-за книги, которую выбрал мне Засранец.

Синди прыснула.

– Что он выбрал? И как вообще вы решили работать над рукописью.

Я встала, чтобы найти книгу.

– Вот, – синее безобразие упало подруге на колени, – теперь она хохотала во весь голос.

Не очень-то женственно, чтоб вы знали. Тихо похрюкивая между смешками, она раскрыла книгу.

– Он выбрал для тебя порнороман?

Я кивнула и нахмурилась.

– Так ладно, – проговорила Синди сквозь смех, – а что со сборником и свиданиями?

В памяти всплыл вечер, когда мне пришло первое сообщение от Малакая Гарда.

– Мы решили, что сходим на десять свиданий. Пять выбираю я и пять он, – пояснила я.

– А первое…

– Было моей идеей, – подтвердила я догадку подруги.

– Что ещё? Рассказывай, злюка. Мне интересно всё.

С тяжёлым вздохом я прочитала список свиданий, которые мы составили, и объяснила, что после каждого должны делать фото, чтобы пиар отдел публиковал их на наших страницах в соц.сетях. Она, конечно же, пошутила про гончарную, пророча нам такие же страстные отношения, как у парочки в фильме “Привидение”. Одно свидание равняется одной истории в сборнике. Сейчас я пишу свою, вдохновляясь нашим первым свиданием.

– И как выходит? – спросила подруга, заглядывая мне за плечо, чтобы увидеть ноутбук.

– Неплохо

– Но и нехорошо?

– Да, – я удручённо ответила, и чтобы прекратить неприятный разговор, сунула в рот чипсы и маршмеллоу.

Подруга рассмеялась.

– Не поперхнись, злюка. Ты ещё нужна мне живой.

Синди никогда не лезла в душу, если я давала понять, что не хочу задевать ту или иную тему. Я так любила её и абсолютно не любила открываться людям. Подруга обняла меня за плечи и притянула к себе. Так, мы просидели ещё некоторое время, пока алкоголь не взял своё и наши веки не потяжелел. Синди уснула вперёд, а я вернулась в гостиную, чтобы забрать книгу с ужасной синей обложкой, и открыла её на последней прочитанной странице.

Никогда не признаюсь, что мне понравилось.

Глава 4. Парк аттракционов.

Я судорожно натягивала на ноги длинные носки, когда по квартире раздался стук в дверь. Мой взгляд быстро переместился к часам, а с губ сорвалось тихое ругательство. Похоже, Засранец уже приехал. Хотя, учитывая его терпеливость и обходительность со мной, из нас двоих засранкой была я.

Прыгая на одной ноге, потому что упрямый носок не хотел надеваться, я оказалась у двери. Через глазок на меня смотрели голубые как небо глаза. Как бы сильно он мне ни нравился, готова признать, выглядел он просто шикарно.

Наконец-то совладав с треклятым носком, я открыла дверь.

– Ну привет, – проговорил Малакай.

Его правая бровь слегка изогнулась, а на губах заиграла нахальная улыбка.

– Проходи, – проговорила я и движением руки указала на розовый диван, который занимал половину моей кухни-гостиной, – располагайся.

– Маус.

Гнев вскипел в жилах. Я уже хотела огрызнуться, потому что Малакай почти наверняка собирался укорить меня в том, что трачу на сборы слишком много времени, но тут передо мной возник красивый букет из Гардении.

– Ох, спасибо, – мой голос прозвучал слишком тихо, а щёки начали гореть.

– Не за что, – бросил Малакай, неловко кашлянув, – Как много времени тебе потребуется, чтобы собраться?

Его глаза медленно скользили вверх по моим ногам к коротким шортам и безразмерной футболке времён мезозоя. Он так и стоял, пялясь на меня и не поднимая взгляд выше груди.

– Эй, Засранец, глаза находятся в другом месте.

На удивление мой голос совершенно не звучал раздражённо. Мне было смешно. Увидев его ошарашенное лицо, я не сдержалась и прыснула.

– Извини, Гвин. Я не хотел, – начал он, слегка заикаясь, а его шея и уши приняли красноватый оттенок.

Ну что ж, не мне же одной краснеть. Счёт один : один. С виду так и не скажешь, что он пишет книги, сюжет которых полностью списан с видео для взрослых.

– Проходи уже, – проговорила я и подошла к кухонном островку, что бы поставить цветы в вазу, – мне нужно только переодеть верх, и я готова.

– Ты пойдёшь в этом? – как-то смущённо поинтересовался он.

– Ну да. Есть какие-то проблемы?

– Твои шорты они…

– Что они? – спросила я выгибая бровь.

– Немного короткие, – проговорил Малакай на одном дыхании.

Я вопросительно изогнула бровь. Голос звучал так, будто Малакаю было неловко. Его то это каким местом касается?

– Я надену длинную толстовку, она всё скроет

Видимо, его удовлетворил мой ответ, он кивнул и наконец-то присел на диван.

Поразмыслив совсем немного, я всё-таки решила надеть что-то подлиннее. Почти весь мой гардероб состоял из безразмерной одежды в которой я могла спрятаться как в коконе.Отражение показалось мне вполне сносным, так что, пощипав себя по щекам, чтобы появился румянец, я вернулась в гостинную.

Малакай с интересом рассматривал моё скромное жилище, но, к его чести, всё ещё сидел на диване. Не хотелось бы позже обнаружить, что Засранец шарился в моих личных вещах. Повернувшись на шум, он снова осмотрел меня с ног до головы, задержан взгляд на широких джинсах, и одобрительно улыбнулся.

– Готова?

Я кивнула, и мы отправились на наше следующее свидание.

Ближайший парк аттракционов оказался далеко за городом, и вы просто не представляете, насколько он огромный. Открыв рот, я с восторгом рассматривала бесконечные аттракционы, тиры и ларьки с вкусностями.

– Нравится?

Снова кивок. Кажется, я разучилась говорить.

– Я никогда не видела такого прежде, – тихим шёпотом слова сорвались с моих губ.

Теперь настала очередь удивляться Засранцу.

– Ты не была в парке развлечений?

Ну, что за бесконечный поток вопросов.

– Конечно, была. Но в таком, – наши глаза встретились, – никогда.

Его губы расплылись в лучезарной улыбке.

– Тогда я сделал правильный выбор.

Какое-то время мы просто прогуливались по парку, обсуждая детали нашей работы. Как бы не горько было это признавать, но Малакай был профессионалом. Он интересовался, в каком настроении я собираюсь выдерживать рассказы, и попросил прислать ему черновики первой, но только если я сама буду не против. Внимательно выслушав меня, он рассказал, что давно хотел попробовать работу в соавторстве, но не находил кого-то подходящего.

– А я? Меня ты считаешь достойной кандидатурой?

Мне очень хотелось услышать ответ, но творец внутри жалобно скрёбся. Не уверена, что смогу выдержать подтверждение своей никчёмности со стороны Малакая.

– Знаешь что? Не отвечай, – начала я, но была варварски прервана подростком, который врезался в моё плечо.

Вот чёрт. Больно. Я потёрла место ушиба. Малакай буркнул что-то вслед невоспитанному мальчишке, а затем его широкая ладонь легла на мою руку. Смотря прямо мне в глаза, он проговорил.

– Для меня честь работать именно с тобой.

Не знаю, играет он или говорит серьёзно, но от этих слов сердце пропустило удар.

– Спасибо, – слова сорвались шёпотом.

Засранец кивнул. Его большой палец потёр ушибленное плечо. Движение было таким естественным и нежным, что мои щёки против воли налились румянцем.

– Послушай. У нас фальшивые отношения, но тебе не обязательно быть таким.

Малакай удивлённо смотрел на меня своими голубыми глазищами.

– Каким?

Мне потребовалась секунда молчания, чтобы подобрать нужное слово.

– Нежным, – в конце концов, ответила я.

– Если такое отношение к тебе ты считаешь нежностью, то я не хочу знать тех мужчин, с которыми ты раньше общалась.

Собственно говоря, этот список был предательски пуст. Во всяком случае, если поднимать резервную память за ближайшие десять лет. Но ему об этом знать не обязательно.

Когда мы стояли в очереди на очередной аттракцион, телефон в заднем кармане джинсов завибрировал. Я достала телефон и провела пальцем по экрану, чтобы разблокировать.

Сообщение от мамы: “Бабушка меня не дождалась”.

Во мне было столько противоречивых эмоций, что в остатке, я не чувствовала ничего. Пустоту. Мне не грустно. Никогда не была близка с бабушкой. Она прожила длинную жизнь, но я не могла порадоваться этому. Иногда вина давила на меня тяжёлым грузом из-за того, что мои эмоции никогда не были достаточно яркими.

– Что-то случилось? – встревоженно спросил Малакай.

Я убрала телефон обратно в карман и посмотрела на небо. Почему-то глаза защипало. Мои пальцы коснулись влажных дорожек на щеках. Я плакала, но в душе совсем ничего не чувствовала.

– Всё хорошо, – мой голос был не громче шёпота.

– Ну нет, – Малакай потянул меня в сторону, чтобы выйти из очереди.

– Постой, – возмутилась я, – мы ждали целый час. Нельзя так просто уходить.

– Можно, если тебе плохо.

У меня не было сил на препирательство, так что, приняв свою судьбу и потраченный впустую час, я побрела вслед за Засранцем.

Не знаю, как Малакай смог найти тихое место в наполненном людьми парке аттракционов, но ему это удалось. Усадив меня на лавочку между закрытыми ларьками, он достал из нагрудного кармана платок. Я усмехнулась.

– Ты словно рыцарь, какой-то, – слова звучали глухо из-за слёз, которые продолжали течь.

Отмахнувшись от моих слов, он присел на одно колено, совершенно не заботясь о чистоте своих джинсов и начал вытирать слёзы. Почему-то от этого жеста плотину окончательно прорвало. Тело сотрясли рыдание. Сквозь слёзы я увидела испуганное лицо Малакая и почему-то это показалось мне смешным.

Выругавшись сквозь зубы таким забористым матом, что листья ближайших растений должны завять, он притянул меня к своей широкой груди и обнял. Снова запах дезодоранта и мятной жвачки. Мне нравится. Кажется, я произнесла это вслух, потому что Засранец усмехнулся. Его смешок затих в моих волосах, а следом я почувствовала мягкое, почти неразличимое прикосновение. На моих губах заиграла улыбка. Это было мне нужно.

Спустя время, когда водопад прекратил литься из глаз, Малака отпустил меня и отстранился.

– Поделишься? – спросил он с надеждой.

Я кивнула и вывали ему всё. Удивительное явление. Насколько просто обнажать душу совершенно незнакомому человеку. Рассказала, почему отношения с бабушкой не заладились, рассказала все её грубые замечания и свои опасения, по поводу чувств, которых в один миг слишком много, а в другой нет совсем. Он слушал меня не перебивая, поглаживая мои руки большими пальцами. – Это нормально, Гвин. Эмоции – сложная штука. Ты не бесчувственная, – его пронзительные глаза смотрели прямо на меня, – скорее наоборот. Ты чувствуешь слишком много.

– Мама иногда называла меня роботом.

Глаза снова начало предательски щипать, и я утёрла слезу рукавом толстовки.

– У тебя такое маленькое тельце, Маус. Прям как у мышонка. Конечно, оно не может справиться с ураганом эмоций внутри тебя, поэтому заглушает их. Это инстинкт выживания. Иначе психушка обеспечена.

Я усмехнулась.

– Возможно, ты прав.

– Даже не сомневайся в этом.

– Ты такой засранец, – сквозь смех произнесла я.

– Знаю. А теперь вставай, Мышонок. Нам пора на колесо обозрения.

Всё ещё сжимая платок в руках, я поднялась и последовала за Малакаем.

Кабинка колеса натужно поскрипывала. Чёрт. Это оказалось страшнее, чем я предполагала. Мы провели в парке весь день. Город уже успели окутать сумерки, давая возможность сверкать по-новому. Огни аттракционов и палаток завораживали. Страх отступил, и на его место пришло чистое восхищение. Я прижалась лицом к смотровому стеклу и жадно впитывала развернувшийся передо мной пейзаж.

– Смотри не упади, – усмехнулся Малакай.

– Здесь стекло, – в подтверждение своих слов, я ткнула пальцем в прозрачную преграду.

– Знаю, просто мне нравится смотреть, как ты злишься.

И что делать с его признанием? Я снова повернулась к пейзажу. Яркая вспышка отразилась от стекла и почти ослепила меня.

– С ума сошёл?

Малкай сидел и улыбался. Его руки держали телефон, и тогда я поняла, что это было.

– Ты бы себя видела. Красная как помидор, – расхохотался он.

– Ты снова меня сфотографировал, – вскрикнула я, – а ну, покажи!

Засранец поднялся с сидения и взметнул руки к потолку маленькой кабинки. Теперь телефон был вне моей досягаемости.

– Отдай!

– Попробуй отними.

– Я слишком стара для этого дерьма, Малакай. Покажи снимок сейчас же!

Его крупное тело сотрясла огромная волна хохота. Засранец согнулся, прижимая руки к животу, но так и не перестал смеяться. Лучше шанса не было. Я выхватила телефон из ослабшей хватки и быстро пролистала галерею.

– Ничего так вышло, правда? – спросил он и положил свою тяжеленную голову ко мне на плечо.

Как бы ни хотелось это признавать, но он прав. На фото только мой полупрофиль, но даже с такого ракурса видно, насколько сильно сверкают мои глаза.

– Да, – выдохнула я.

Немного смущённо протянула телефон владельцу и попросила скинуть экземпляр.

– У меня нет твоего номера

– Как нет?

– Напомню тебе, Мышонок, – он повернулся ко мне, – ты дала мне только свою почту.

А он прав. Снова. Я протянула ему свой телефон. Длинные пальцы порхали по клавиатуре вводя номер, после чего я сразу отправила на него сообщение.

– Теперь есть.

Он кивнул, и на телефон тут же пришло смс от “Мистера совершенства”. Я закатила глаза, но комментировать не стала.

Уже вечером я нашла его страничку в соц.сетях. Не официальную, которую ведёт его пиар агент, а личную. С экрана телефона на меня смотрело собственное изображение, а в подписи значилось: “Спасибо за день, Мышонок”.

Глава 5. Клуб и токсичные парни.

Надо сказать Синди, что наш пиар отдел ужасно работает. До сих пор всё было ниже травы и тише воду, но стоило Малакаю запостить моё фото у себя на страничке, как мне на почту прилетело миллион писем от его фанаток, а телефон с самого утра разрывается от звонков мамы.

Я нажала на кнопку убавления громкости, чтобы вибрация от звонка прекратилась, и пробежалась глазами по тексту первой истории. Она вышла горячее, чем я планировала. Видимо, Засранец плохо на меня влияет.

Сегодня у меня выходной, так что, я решила заехать в издательство к Синди, а потом отправиться по магазинам. Было бы лучше, если бы подруга поехала со мной, но у неё слишком много работы. Вчера мы созвонились, и я вывалила ей всё, что произошло на нашем с Малакае “свидании”. После ещё одной слезливой сессии, которую Синди стоически выслушала, подруга посоветовала мне развеяться. Так что, этим сегодня и займусь.

Маска на лице почти высохла. Немного подумав, я всё-таки отправила файл своей истории Малакаю и закрыла ноутбук. Пора в душ.

Любая девушка может подтвердить мои слова. Нет ничего лучше, чем девчачьи сборы, как в ромкомах нулевых. Держа в руках блокнот с планом на день, я ставила галочки перед уже выполненным. Мне было лень ждать, когда волосы окончательно высохнут, поэтому заплела их в косу. Ну а что? Экономия времени, а к вечеру у меня будет симпатичная укладка. Вот что значит разумное использование времени.

В издательстве мы с Синди перекинулись парой слов. Она была расстроена, что не сможет пройтись со мной по магазинам, но пообещал присоединиться ко мне в клубе. Да, вот так. Честно говоря, я никогда не была в таких заведения, поэтому не имела ни малейшего понятия, как должна одеться.

Прошло два часа скитаний по торговому центру. Моя корзина была пуста, а кошелёк по-прежнему полон. Не могу сказать, что последнее мне не нравится, но я безумно устала. Привыкшие к онлайн шопингу ноги не были готовы к этому забегу. Позади меня кто-то кашлянул. Следом ещё и ещё. Да что такое? Я уже повернулась, что попросить нахала отойти, но тут мои глаза встретились с голубыми океанами Малакая.

– Привет, Мышонок, – усмехнулся он.

– Ты следишь за мной?

Да уж, Гвинет. Не очень-то вежливо. Не обратив внимание на мою колкость, он подошёл ближе и посмотрел на блестящее платье в моих руках. Густая бровь вопросительно изогнулась, и он спросил.

– Куда-то собираешься?

– В клуб, – просто бросила я.

Теперь вверх поднялась не только одна бровь, но и вторая.

– Не знал, что ты туда ходишь

– А я и не хожу, – минуту помолчав, я решила напомнить про свой вопрос, – ты не ответил.

Малакай усмехнулся.

– У меня была здесь встреча, – уклончиво ответил он.

Ну и ладно. Не больно-то хотелось знать.

Решив, что и это платье не подходит, вернула его на полку. Я слегка наклонилась назад, чтобы немного расслабить спину, и испустила шумный вздох, когда пару позвонков громко хрустнули. Вот такие последствия сидячей профессии. Тело абсолютно отвыкло даже к малым физическим активностям.

– Ты надолго здесь? – поинтересовалась я.

В мою голову пришла гениальная мысль, но всё слишком зависело от ответа Малакая, который я услышу.

– Я в твоём распоряжении, Мышонок