
Полная версия:
Обыкновенные монстры из панельных пятиэтажек
Мама поахала, конечно. «Расшибешься!» Точно Лида хрустальная. «Под машину попадешь! Дальше двора – никуда!» Но папа ее осадил: «Тротуары у нас хорошие, широкие. Пусть катается. Координацию развивает. Мне не веришь, Анну Алексеевну свою спроси…»
Это папа здорово придумал, с велосипедом! Кататься куда интереснее, чем просто бродить.
Выставили четвертные и годовые – ребята высыпали во дворы. Только Лиду не оставили в покое: мама говорит, чтобы поддерживать ум в тонусе, заниматься нужно постоянно… Прогулка – два часа в день. В хорошую погоду можно дольше, если выполнена программа занятий. Можно даже сходить в ТЦ у метро, если с Алёной.
Это тоже папа придумал. И маму Ольгу убедил, что ТЦ у метро недалеко, идти туда несложно, Лида не заблудится, ведь она с Алёной и с телефоном. С ними точно не пропадешь. А в ТЦ столько всего яркого и блестящего! Раздолье! Реки света в широченных коридорах. Стеклянные берега! А еще там открылся «Бургер Кинг».
Родители Алёны работали и, вместо того чтобы готовить дома, давали ей деньги. Невзначай она приобщила к лимонадно-бургерной культуре и Лиду.
Мама Ольга не поощряла фастфуд: открыто его не запрещали, но количество контролировалось; Анна Алексеевна, непререкаемый авторитет, считала, что быстрые углеводы не способствуют развитию и поддержанию интеллекта. Лиду питали вареными бобами, которые Ольга подрядила разводить на огороде свекровь, пророщенной пшеницей, горькими и сопливыми стеблями столетника алое, пропущенными через мясорубку и смешанными с лимоном, медом и имбирем; предлагалось верить, что смесь эта интенсивно питает мозг…
А вот к газированным напиткам Ольга была настроена агрессивно.
– Мам, купи мне лимонад, – просила Лида, – вон тот, оранжевый.
– Нет, Лидуша, не будем, это просто краска с сахаром. В нем никакой пользы.
Лида задумалась:
– Какая краска? Акварельная или гуашь?
До ТЦ лучше всего на великах. Если идти, то идешь, идешь, идешь и придешь, а велик – только ж-ж-ж, и уже там!
Лида ждет первой прогулки на двух колесах с большим нетерпением. Подходит, трогает руль, шины, раму. Я подмигиваю ей, когда она включает лампочку в коридоре. Или когда до меня доползает полоска света из ванной. Если рано лечь спать, завтра скорее наступит.
Только бы погода не подвела! Ведь если пойдет дождь, мама не разрешит кататься. А Лиде ужасно хочется! Уи-и-и-и-и-и-и! Несешься на всей скорости – словно ножницами прорезаешь ткань воздуха, и позади тебя разлетается она на два полотна ветра, и весело, и уши стынут.
Проснувшись, Лида первым делом выбежала на балкон. А там – солнце, ветер, облака – вышла, вдохнула – сразу полная голова лета сделалась!
Чистить зубы, завтракать – скорей! скорей! Мама не дает спуску. Лида могла бы исполнить необходимые ритуалы, даже не просыпаясь.
Струя воды с шипением выползает из крана, как бесконечная змея. Лампочка в коридоре не горит – я улыбаюсь Лиде маленьким бликом. Уже скоро. Совсем чуть-чуть осталось потерпеть. Выйдем на улицу – как засверкаю! Как заблещу! Забрызгаю всех прохожих серебряными искрами!
Только вот не повезло мне, случилась оказия. Видимо, плохо меня на заводе закрепили. Лида успела только кружок по двору сделать, испугалась столкнуться с детской коляской, резко тормознула, упала, и я отломался.
Лида вздохнула и положила меня в карман ветровки.
Так мы и пошли в ТЦ.
Мама Ольга всегда дает Лиде с собой на карманные расходы. Лида покупает в «Бургер Кинге» для себя и для Алёны. У Алёны тоже есть деньги, но она иногда врет, что нет, и ест на Лидины, чтобы свои накопить – купить косметику или бирюльки. Лида простодушно этого не замечает. Алёна – друг, для друзей не жалко.
В ТЦ с утра мало народу; в ресторанном дворике почти все столики свободные – девочки выбрали лучшие места, возле окон, чтобы лето не пропускать. Летом надо чаще в окно смотреть. И дома, и на даче, и в автобусе. Будто бы лето – захватывающий фильм. Чуть отвернешься – окно что-нибудь интересное покажет.
За одним из соседних столиков обосновались мальчишки из другой школы. Еда кончилась, и от нечего делать девочки стали наблюдать за ними. Один из пацанов, мелкий, юркий, лет семи-восьми на вид, подкараулил человека, собравшегося уходить, незаметно схватил с его подноса стаканчик, прополоскал его газировкой и ею же наполнил! Да так ловко он все провернул, кассирша даже не оглянулась.
Пацаны передавали стаканчик по кругу, жадно глотая, жмурясь и икая от пузырьков газа.
– Слышь, они украли лимонад, давай, короче, ты скажешь им, что типа нельзя так…
Это Алёна предложила. Ей совсем скучно стало и захотелось какой-нибудь заварушки.
– Почему я? – спросила Лида.
– А тебе что, слабо? – прищурилась Алёна.
Лида подошла к соседнему столику. Мальчишки дружно на нее посмотрели.
– Вы взяли стакан просто так. Я видела. А надо было платить. Так нельзя делать.
Мелкий рассмеялся на это ртом, полным черных зубов.
– Мошно! – воскликнул он. От того, что не все верхние зубы у него были в наличии, «ж-ж-ж» просвистело между ними как «ш-ш-ш».
– Нельзя, – повторила Лида строго.
– Мошно! – гоготал пацан.
– Ты что, зубы не чистишь? – спросила Алёна. Она повернула свой стул так, чтобы ей было удобно наблюдать за происходящим.
Паренек озадачился.
– И к стоматологу ни разу не ходил?
– А кто это?
– Во дает, – удивилась Алёна, – не был у стоматолога… Счастливый человек! Хотя как посмотреть…
– Тебя как зовут? – спросила Лида.
– Макф, а фто?..
Два других мальчика, одинаковые братья, тем временем подкараулили подносы еще двух ушедших посетителей, резво осмотрели шуршащие обертки и пакеты, озираясь, как зверьки, – нет ли поблизости уборщиков. Им удалось добыть несколько годных палок картошки фри, пару наггетсов и почти нетронутое мороженое. Они принялись поглощать трофеи, ничуть не смущаясь.
– Вам, что ли, мама и папа не дали денег? – спросила Лида.
Макс, кажется, не понял. Или отвечать не захотел. Он протянул руку, и близнец вложил в нее картофельную палочку. Пацаненок невозмутимо отправил ее в рот.
– Ну вы даете…
В ресторанном дворике стало скучно, и Лида с Алёной отправились прошвырнуться по стеклянным коридорам, поглядеть на шмотки и красивую жизнь. Когда наскучило и это, спустились на парковку, к велосипедам.
Здесь обнаружились сегодняшние знакомые из «Бургер Кинга».
Одинаковые братья подошли и спросили без обиняков, можно ли прокатиться. Алёна сразу сказала, что ей не разрешают давать велик незнакомым ребятам. Братья стали спорить: мол, мы же уже познакомились наверху, в «Бургер Кинге», тебя вот Алёна зовут, ее – Лида, меня – Петя… Они так и не пришли к согласию, когда велики были отстегнуты.
Но тут Макс увидел каких-то больших ребят, кучковавшихся неподалеку, и пошел к ним. Одинаковые братья остались клянчить покататься у Лиды. Они, видимо, поняли, что с Алёной не столковаться. «Я только по парковке сделаю кружок, и все!» – говорил один. «А я даже круг делать не буду, только доеду вон до того знака! – не отставал другой. – У меня никогда не было велика, но я всегда мечтал, я даже писал письмо Деду Морозу, но он мне не ответил!»
Лиде стало так жалко этих бедных братьев! Ведь обидно же, когда написал письмо, ждешь ответа, а он не приходит… Месяц ждешь, два, год. У Лиды так было с девочкой из Москвы, с которой она в Евпатории познакомилась. Они на пляже играли в мяч, делали замок из песка и камней. Девочка обещала писать, Лида ждала-ждала… Но ладно девочка, девочка могла Лидин адрес забыть, письмо мог почтальон потерять или даже случайно с ним утонуть или попасть в аварию… Но письмо Деду Морозу – совсем другое дело. Он же всех любит, он всем отвечает, просто не может не ответить! Лиде всегда отвечал… Каждый год мама Ольга ходит с ней на почту, чтобы отправить новогоднему дедушке письмо – в Великий Устюг. Это целый ритуал: Лидины письмо и рисунок складываются, запечатываются в конверт, тщательно проверяется адрес получателя, на конверт наклеиваются красивые марки… Может, дать близнецам покататься?
Братья стояли рядом с Лидой и держали руль велика с разных сторон, как будто это усиливало шансы получить его в распоряжение.
– Хорошо, – сказала она. – Надо как Дед Мороз – делать добрые дела просто так.
– Вот, это по-нашему! Здорово! Я мухой, туда-обратно! – заголосили мальчишки, чтобы Лида не передумала, видимо. И тут Алёнка схватила подругу за рукав, оттащила в сторону, зашипела ей в самое ухо:
– Да ты и в самом деле хлебушек, я в шоке! Не сечешь, что ли? Они всё прут, они же отморозки! И велик твой угонят, не давай…
– Да ну… – сказала Лида. Сомнение возмутило немного ее хорошенькое лицо, как брошенный камушек гладь пруда.
Видя ее замешательство, Алёна взяла Лидин велик одной рукой за руль и затараторила ей в ухо:
– Твои родители башку мне оторвут, если ты без велика вернешься, поняла? Они меня попросили следить за тобой, потому что ты дура!
Пока Лида, сдвинув бровки, обрабатывала полученную информацию, на нее продолжали наседать близнецы:
– Ну так что, дашь нам покататься?
Раздувающиеся ноздри и постукивающие пятки в кедах выдавали их нетерпение… И еще что-то. Лиде показалось, что они уже не так дружелюбны, как в начале, поэтому заявила:
– Нет. Я спрошу у мамы дома и дам потом. Завтра.
Такой вариант, видимо, ребят не устроил, оба помрачнели. У одного лицо исказилось злобой, он тряхнул велик так, что руль больно ударил Лидину руку.
– Жадина! Тогда мы тебе фонарь оторвем!
Лида совсем не ожидала такой реакции, ведь она же хорошо отнеслась к ним, посочувствовала. Она растерялась и испугалась. Ей захотелось плакать.
– Не надо, – попросила она.
Велик совсем новый, даже грязью не забрызганный, блестит, обидно же, если сразу его ломать. Один фонарик (я!) и так уже оторван, если еще один оторвать, что же это будет?! Лида, когда мечтала про велик, представляла, что у него будут фонари и спереди, и сзади, и на спицах тоже – как у Алёны раньше, пока не отломались… И все сбылось. Задний фонарь на Лидином велике – красный; я, передний, был белый, но когда солнечный свет на меня падал, я радугой переливался; на спицах фонари оранжевые, как «Миринда» – мириндовые. Вообще, мы все не фонари, конечно, а отражатели, это одинаковые братья нас фонарями назвали…
– Мы сейчас охранника крикнем, – громко пообещала Алёна.
– Что тут у вас?
К нам приближались Макс и незнакомый высокий парень в синей футболке. Это он спросил. И голос у него был взрослый.
– Да ничего… – Братья как-то вдруг завяли, начали глазами крутить, руки в карманы спрятали.
– Они хотели от ее велика фонарь отломать! – Алёна выдала их с потрохами.
– Ах, фонарь… Ну, фонарей я вам понаставлю, если что. Я считаю до трех, и вас сдувает. Поняли, крысята?
Смотрел этот высокий парень на Лиду, хотя говорил будто бы с братьями. Лида заметила, какие у него ресницы – густые, прямые, как черная зубная щетка. А глаза – синие. От синей футболки они казались еще синее. Лиде этот секрет рассказала одна подружка с дачи, которая потом в Америку уехала с родителями. У подружки были серые глаза, самые обыкновенные. Но когда она надевала зеленые кофты, они начинали играть изумрудом. А с бирюзовыми кофтами казалось, что глаза голубые. С серыми джемперами, само собой, они оставались какие есть. И в дождь они всегда были серые. Поэтому подружка не любила пасмурную погоду, говорила: «Глаза у меня сегодня совсем скучные…»
– Меня Стас зовут.
Футболка, глаза, небо между облаками концентрировали синеву. Наверное, это были самые синие вещи в мире… Стас точно смотрел на Лиду, не на Алёну, не на Макса или братьев.
Лида сказала свое имя и тоже посмотрела на него. Он спас ее велик, это был благородный поступок. Они глядели друг на друга и ничего больше не говорили, и будто бы вокруг них начали падать розовые лепестки, как в гифках на телефоне, и будто бы заиграла небесная музыка…
– Ты из какой школы?
– Я в школе не учусь уже.
Лида немного опешила: парень-то совсем взрослый, оказывается.
– Ты ее закончил? Всю, целиком?
– Я в колледж пошел.
– Круто!
Лида от мамы уже знала, что она тоже будет поступать в колледж после девятого, и это большая удача – попасть в колледж, поэтому сейчас нужно учить наизусть формулы по алгебре, теоремы по геометрии, даты по истории, правила по русскому, чтобы от зубов отскакивало, чтобы, если даже ночью Лиду разбудят и спросят, она бы ответила как «Отче наш», в общем…
Лида зачарованно смотрела на Стаса. Он настоящий герой, он защитил ее! При этом Стас еще и умен: он поступил в колледж! Он сумел зазубрить все формулы, теоремы и правила, которые Лиде давались с большим трудом, в которых она путалась: иногда начинала говорить доказательство одной теоремы, а заканчивала куском из совершенно другого…
Поистине Стас достоин восхищения! Лиде только предстоит поступать в колледж. И неизвестно, получится у нее или нет…
Она от всей души улыбнулась парню. Он немного застеснялся.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Notes
1
F70 в Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ–10) обозначает умственную отсталость легкой степени.
2
«Тетрадь смерти» – культовые манга и аниме, Ягами Лайт – главный герой произведения.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

