В объективе смерти

Евгения Державина

В объективе смерти

Дизайн обложки В. Уваровой

© Державина Е. И., 2027

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2027

* * *

Любимая музыка Марка Асимова. Слушайте вместе с главным героем

Присоединяйтесь к Сообществу Е. Державиной во ВКонтакте

Все события и персонажи в книге вымышлены, совпадения случайны.

Мы, в сущности, – пешки на шахматном поле, а пешки ведь не знают, куда пошлет их рука игрока…

Михаил Шолохов. «Тихий Дон»

Глава 1

24 июля 2019 года

Ропот и жужжание голосов нарастали с каждым шагом, словно впереди гудел огромный улей. Время от времени различались чьи-то отдельные выкрики: «В девятую, срочно!», «…у нас есть кто-то на Бронной?..», «Где тебя черти носят? Эфир через десять минут!»

Марк Аси́мов вышел в длинный, ярко освещенный коридор – пульсирующую артерию телеканала «Довод ТВ». На стенах мерцали экраны с трансляцией новостей, и он скользнул по ним взглядом, впитывая повестку грядущего дня.

Мимо пробежал оператор с камерой на плече. За ним, тихо чертыхаясь, тащил остальное оборудование ассистент. Подхватив общий ритм, Марк бодро зашагал в редакцию программы «Жизнь страшнее вымысла».

Он устроился сюда после нашумевшего дела известного ресторатора[1] и за два месяца вполне освоился в роли корреспондента. Однако многому еще предстояло научиться. Например, писать лаконичные сценарии вместо объемных статей или таскаться везде с оператором, потому что на телевидении, в отличие от печатных СМИ, основную роль играла картинка. А главное – нужно было привыкнуть к водовороту бесконечных событий и лиц вместо размеренных газетных будней. Впрочем, Марк не ощущал себя здесь чужим, хотя и своим пока не стал.

– Доброе утро! – приветствовала его Галя, администратор их редакции.

– Доброе!

– Вот, держи: материалы по Клубу «Росток». – С этими словами она брякнула на его рабочий стол увесистую папку. – Шеф распорядился, чтобы ты это изучил. Похоже, намечается что-то интересное?

– Видимо, так, – озадаченно произнес Марк, включая компьютер.

Накануне он отправил очередное интервью своему боссу – продюсеру программы Виталию Фомину. И теперь при виде толстой папки вспомнил его обещание: «Подключим вам пару новых проектов, а там и до авторских выпусков рукой подать». Последнее Виталий говорил не для красного словца: хотя у «Жизни» и был постоянный ведущий Алексей Голованов, спецкорам с их собственными расследованиями иногда давали эфир.

Месяц назад у Марка тоже вышел специальный выпуск по делу ресторатора, которое он успешно раскрыл. Съемки и интервью длились два дня: правки в сценарий, согласования, полдюжины людей по ту сторону камеры. А в кадре – лишь он и его визави под яркими прожекторами в темной студии. Марк, привыкший прикрываться текстом и подписью в конце статьи, успел завалить с десяток дублей, прежде чем наловчился говорить с нужной интонацией.

«Круто у тебя получилось!» – похвалила после записи Галя, негласно взявшая над ним шефство. Но Марк не обольщался и решил сосредоточиться на расследованиях. Тем более именно эту часть своей работы он любил и умел делать лучше всего.

Сотрудники постепенно подтягивались на утреннюю летучку, традиционно проходившую во внутреннем кабинете Анны Кузьминой, директора их программы. Подождав, пока все рассядутся вокруг овального стола, она встала у маркерной доски, точно генерал перед картой боевых действий, и начала планерку.

Вскоре дошли и до дела Клуба. Редакция «Жизни» готовила цикл документальных расследований про тайные сообщества, и главным проектом сезона обещал стать Клуб личностного роста «Росток». За безобидным названием скрывалась самая настоящая секта, заманивающая подростков в свои сети, где их потом использовали для выкачивания денег из родителей и незаконного сбыта запрещенных веществ, хотя доказательств этому до сих пор не было.

– Мы выяснили, что организаторы вербовали ребят через знакомых, в кружках и секциях и даже в детских лагерях, – рассказывала Анна. – Так что общая картина у нас есть, но все еще не хватает взгляда изнутри. Нужно больше интервью с пострадавшими. Одно такое как раз взял Асимов: вытянул на разговор бывшую участницу Клуба, которая раньше на уговоры не поддавалась. – Она едва заметно улыбнулась Марку.

Тот кивнул в ответ и подумал, что в этом ему помогла его дочь-подросток Лиза, сама того не подозревая. В свое время Марк приложил немало усилий, чтобы найти к ней подход и наконец наладить отношения после многолетних манипуляций со стороны бывшей жены.

Журналистка с красивым именем Инесса – «ни в коем случае не Инна» – оторвалась от ноутбука и произнесла, чуть растягивая слова:

– Я дозвонилась до матери того парня из Новосибирска, который пропал. Она готова пообщаться, но с глазу на глаз.

– Неплохо, – скупо похвалила Анна. – Степ, что у тебя с инфографикой?

– Ваяем с дизайнером наглядную схему их иерархии. Хотя там сам черт ногу сломит – министры, советники, прямо как в РПГ[2], – хмыкнул спецкор.

Анна повернулась к висящему на стене экрану, где была открыта временна́я разметка фильма.

– У нас тут идеальный разрыв перед блоком про методы вербовки. Вставим твою схему туда, а после – интервью Марка в качестве наглядной иллюстрации этих самых методов. Только его сперва надо смонтировать.

– Я сделал расшифровку и отдал в монтажку пометки по тайм-кодам, – сообщил Марк.

Анна покачала головой:

– Наш Лева, конечно, гениальный монтажер, но девочка слишком напугана, говорит полунамеками – он просто не разберется. Лучше сходи в «шестую» после летучки и отбери самые важные куски, чтобы Лева не выкинул ничего лишнего в порыве вдохновения.

– Ладно.

– Что касается Новосибирска – полетишь туда вместе с Костиком. – Анна бросила короткий взгляд на оператора – тот, как всегда, завис в своем телефоне. – После интервью наведаетесь в детский лагерь «Весенка», где этого мальчика завербовали.

Костик рассеянно посмотрел на Анну и, кивнув, снова уткнулся в мобильный. Инесса же слегка приподняла брови, и Марк почувствовал укол совести – все-таки это был ее материал.

– Марк, возьми у Инессы все контакты, – распорядилась Анна. – Виталий договорится о съемках, а Галя организует гостиницу и билеты.

Та с готовностью кивнула, тряхнув короткими светлыми кудрями, как у купидона с рождественской открытки.

– Принести кофе? – предложил ей Марк полчаса спустя, когда команда редакции разбрелась по местам.

– С тобой пойду – заодно возьму сэндвич. Погоди минутку, – попросила Галя, запрокидывая голову, чтобы закапать в глаза капли, без которых не могла прожить и часа.

На канале Галя работала пару лет. Имея красный диплом МГУ по тележурналистике, она долгое время «прозябала» пиарщиком. Но, как часто бывает, выгорела и вернулась к истокам, «хоть помощником суфлера, главное – в телик». Громкая, суетливая, похожая на крупную долговязую ящерку с острым подбородком, Галя с удовольствием посвящала Марка в особенности телевизионной кухни.

Они встали в небольшую очередь у вендинговых автоматов.

– Поздравляю с командировкой! Классный шанс поработать в полях, – протараторила Галя.

Марк улыбнулся. Ему нравилась ее добродушная и простая манера общения.

– Немного неудобно перед Инессой.

– Ой да ладно! Интервью вообще не ее конек. И здесь дела найдутся…

Она резко замолкла, глядя, как из лифта выходит высокий худощавый мужчина в безупречно сидящем костюме. Рудольф Даль – ведущий авторской программы «Хроника происшествий», криминальный репортер и местная звезда – был единственным, перед кем Галя по-настоящему робела. Ее не пугали ни шеф-редактор, ни продюсер, ни их директор, которым она всегда могла сообщить свое ценное мнение. Но при виде Рудольфа из дельного сотрудника Галя мгновенно превращалась в желе.

Хотя такое воздействие ведущий производил не на нее одну. Вот и сейчас по коридору пронесся гулкий шепоток, торопливые шаги замедлились и головы повернулись в том направлении, откуда явился Рудольф Даль. Очередь у кофемашины тоже стихла: сотрудники телеканала провожали его благоговейными взглядами, пока он не скрылся за поворотом, оставив после себя яркий шлейф смолистого парфюма.

Марк не разделял всеобщего восторга. В своей жизни он редко обзаводился авторитетами, предпочитая трезво смотреть на окружающих, независимо от их статуса.

Не дожидаясь, пока Галя придет в себя и купит, наконец, сэндвич, Марк забрал второй кофе для Левы и направился на четвертый этаж в монтажную.

В кармане джинсов зазвонил мобильный. Перехватив стаканчики снизу одной рукой, он ответил:

– Слушаю.

– Вы Марк Асимов? – Мужской голос звучал чуть приглушенно.

– Да, это я. – Зажав телефон между плечом и ухом, Марк вызвал лифт и снова взял стаканчики в каждую руку. Американо обжигал сквозь бумажные стенки.

– Меня зовут Денис. И мне очень нужна ваша помощь! – выпалил мужчина взволнованно. – Вы ведь находите пропавших или… убитых людей?

Последовала пауза, и, заинтригованный, Марк спросил:

– У вас кто-то пропал?

Он зашел в лифт, кивнув стоящим там сотрудникам, и пальцем ткнул в кнопку четвертого этажа, пытаясь не расплескать кофе.

– Да, моя племянница Даша, – ответил Денис. – Она исчезла месяц назад и, скорее всего, ее уже нет в живых. Следователь считает, это несчастный случай или она сама… Но я думаю, Дашу убили! И могу вам это доказать, если у вас найдется время на встречу.

Марк сдержал вздох сожаления:

– Боюсь, его у меня как раз нет…

– Понимаю, работа – видел по телику ваш выпуск, – поспешил объяснить Денис. – Именно после него я и узнал, что вы тот, кто мне нужен!

С недавних пор за Марком закрепилась слава журналиста, который умеет искать пропавших. После того эфира к нему уже поступали странные просьбы вроде таких, как вернуть бывшего мужа, загулявшего тридцать пять лет назад, или поискать сбежавшего пуделя. Марк всем отказывал, в конце концов, он не частный детектив. Но здесь все казалось серьезнее – с убийством к нему обращались впервые.

– Чтобы вы знали, – продолжил Денис, – я пришел к вам не как к журналисту, а как к профессионалу, к сыщику, если хотите! Пожалуйста, уделите мне хоть пять минут!

Марк вышел из лифта и зашагал по очередному длинному коридору, поглядывая на таблички возле дверей. Мимо промчался парень в деловом костюме и белых кроссовках, выкрикивая в трубку: «Сценарий утвержден? Нет? Идите к шефу!»

– Я обязательно заплачу, если дело в этом… – пообещал Денис.

– Не в этом, – прервал его Марк, останавливаясь возле дверей с большой цифрой «шесть» на стене и табличкой «Тишина, идет монтаж!». – Моя работа действительно отнимает почти все время. Мы проводим расследования в рамках программы…

– Так и проведите его в рамках своей программы! – воскликнул Денис. – Вы же расследуете там убийства? Только прошу, выслушайте меня и уже потом решайте, возьметесь или нет… – Он тяжело вздохнул и добавил чуть тише: – Дашка была нам с женой как дочь, понимаете? Дочь, которую мы потеряли…

Марк прислонился к стене, чтобы пропустить девушку, вероятно, декоратора, толкавшую перед собой тележку с бутафорскими тыквами для какого-то ток-шоу.

Дениса было жалко. Да и сам случай чем-то Марка зацепил и напомнил о старой журналистской привычке: не отмахиваться от темы, пока не выслушаешь человека до конца.

– Хорошо, – поколебавшись, согласился он. – Но я ничего не обещаю.

– Конечно! – обрадовался Денис. – Всего одна встреча, и, если вы откажетесь, – я больше не побеспокою! Где и когда вам удобно? Я подстроюсь.

– В субботу в двенадцать. Кафе «Италиссимо» в Южном Бутове, если вас не затруднит туда подъехать.

– Да хоть к черту на кулички – я буду! – горячо заверил его Денис. – Благодарю вас, Марк. До встречи!

Закончив разговор, Марк зашел в монтажную, пахнущую нагретым пластиком, и кивнул Леве, сидящему в наушниках за своим столом. Тот освободил одно ухо.

– Анна уже звонила. Садись, покажешь, где у тебя «мясцо». И спасибо за кофе!

Марк нацепил вторые наушники с плотным шумоподавлением. Такие бы ему тоже не помешали – дома целыми днями выла соседская дрель, а его старые Sony так не вовремя сломались.

Лева запустил запись интервью. На экране появилась тоненькая девушка, на вид еще совсем ребенок.

– Пожалуйста, представьтесь, – услышал Марк свой голос.

– Юля, – тихо ответила она.

– Очень приятно, я – Марк. Сколько вам лет?

– Семнадцать.

– Расскажите, вы что-нибудь знаете про Клуб личностного роста «Росток»?

Услышав название, Юля едва заметно вздрогнула, и Марк снова ощутил злость на тех, кто с ней так обошелся. На месте Юли легко могла оказаться его дочь.

– Я занималась там полтора года, прежде чем решилась уйти.

– Как вам это удалось?

Юля поерзала в кресле и спряталась от камеры за длинной челкой.

– Я сильно заболела пневмонией. Поэтому пропустила больше месяца тренингов. И, когда перестала туда ходить, поняла, что со мной что-то не так…

История Юли повторяла рассказы других пострадавших. В Клуб попадали в основном ребята от четырнадцати до семнадцати лет – самое непростое для подростка время. Им обещали друзей, поддержку, лучшую жизнь, а на деле промывали мозги и методично подчиняли себе, отдаляя от родных с единственной целью – после совершеннолетия заставить их переехать в новую «семью» и служить на ее благо, зачастую нарушая закон.

Отхлебнув американо, Марк стянул наушники.

– Здесь Юля впервые говорит, что происходило на так называемых тренингах. Это ключевой момент…

Снаружи послышались уверенные шаги. Дверь распахнулась, и в монтажную влетел Рудольф Даль. За его широкими плечами маячила крупная женщина в квадратных очках, почти не уступавшая ему в росте. Тяжелый низ и собранные в тугой узел темно-русые волосы делали ее похожей на кеглю.

– Ты должен был это сделать еще вчера! – гремел Рудольф в мобильный телефон. Затем, не отнимая его от уха, бросил в сторону: – Тоня, организуй двойной эспрессо!.. Да! – снова рявкнул он в трубку, с размаху усаживаясь в одно из свободных кресел возле Левы. – Чтобы через полчаса материал был у меня, понял?

Тоня нервно поправила очки и исчезла.

Сунув мобильник в карман, Рудольф с усталым видом откинулся на спинку кресла и слегка театрально вздохнул:

– И на что мне такие мучения? Элементарных вещей не знают, пэтэушники. – Он покачал головой. – Левчик, бросай все – нужна срочная правка для завтрашнего эфира!

Марк, которого Даль старательно игнорировал, с ироничным интересом наблюдал за его бенефисом. Сочный баритон разливался по монтажной и напоминал голоса советских дикторов – ему бы вести «Песню года» или программу «Время», а не выпуски криминальных новостей.

Лева снял наушники.

– Но мы сейчас заняты… – попытался возразить он.

– И чем же? – Рудольф с искренним удивлением перевел взгляд на экран.

– Размечаем таймлайны на интервью для «Жизни».

– Интервью никуда не убежит, а у меня под трупом кровь еще не свернулась. Надо же как-то расставлять приоритеты! – укоризненно попенял ему Рудольф.

Лева несмело кивнул в угол комнаты, где сгорбилась спина другого монтажера.

– Может, Санек…

– Да ты что?! Хочешь мне выпуск запороть? – возмутился Рудольф с таким видом, будто ему подсовывали стажера. – Санек тут без году неделя. Вот поработает с твое, тогда и посмотрим!

Судя по дрогнувшей спине, Санек все услышал.

– Тонь, дай жесткий диск! – скомандовал Рудольф, и возникшая из ниоткуда Тоня со стаканчиком кофе подала ему и то и другое. – Тут «рыба» – сведи, зачисти шумы, оставь пару «лайфов» и наложи мой голос за кадром. – Он положил диск перед Левой, который с тревогой поглядывал то на Рудольфа, то на Марка.

– Мы скоро закончим, – вмешался тот. – Обещаю – через полчаса Лев будет в вашем полном распоряжении.

Рудольф мазнул по нему равнодушным взглядом:

– Полчаса – это очень долго! – Затем по-хозяйски взял ближайший ноутбук, воткнул в него диск и велел, подтолкнув к Леве: – Начни с файла «Перекресток» – там самый сок. Две машины в лепешку, одна даже загорелась. На переходе еще один труп. И мне нужна полная тишина!

Последнюю фразу он произнес, глядя на Марка. Тот вскинул бровь, прикидывая, не выйдет ли Леве боком их открытая конфронтация. Но ничего сказать не успел, потому что в комнату заглянул Виталий, продюсер «Жизни».

– Как ваш монтаж?.. – начал он, но, увидев Даля, осекся. – Рудик? Какими судьбами?

Виталий попытался протиснуться к нему между креслами и широкой Тоней, занявшей почти весь проход, но быстро оставил эту затею.

– Виталя, родной! – вскричал Рудольф, не вставая, и махнул в сторону ноутбука. – Вот, спасаю завтрашний выпуск. У нас в монтажке второй час что-то чинят. Бездари!

Виталий усмехнулся:

– А что случилось с остальными? Там тоже ремонт?

– Ну не мыкаться же нам по всем этажам? – произнес Рудольф с обиженным видом.

– Ладно, выделю тебе Льва. Марк, сколько вам еще?

– Думаю, полчаса хватит.

– Ну вот. Ты, Рудик, пока кофе попей, отдохни, а мы закончим.

Вместо того чтобы уйти, Виталий занял последнее свободное кресло, и Далю ничего не оставалось, как отступить:

– Так бы сразу и сказали! Тридцать минут погоды не сделают, можно и подождать.

Марк переглянулся с Левой, не сдержав ироничной усмешки.

Виталий, вероятно, уловил повисшее в монтажной напряжение и решил разрядить обстановку:

– Кстати, вы еще не знакомы? Рудик, это Марк Асимов, наш новый корреспондент. Провел несколько удачных расследований, так что мы еле его заполучили! Может, слыхал – пропавший бизнесмен, серия жестоких убийств…

Даль с преувеличенным вниманием повернулся к Марку.

– А-а-а, тот самый герой-разоблачитель? Мои поздравления. – Он картинно склонил голову. – Жаль только, зритель нынче искушенный пошел – любит истории посвежее. Пожар, кровь, эмоции! Его не удивишь какими-то там рестораторами… – Он осекся – кажется, сообразил, что выдал свою излишнюю осведомленность о Марке – и равнодушно добавил: – Поверьте, неблагодарное это занятие – раскапывать то, что все позабыли!

Виталий усмехнулся и пояснил для Марка:

– У нас с Рудиком идет давний спор – чья корова толще.

– Что тут спорить? – не унимался тот. – Нет, вы, конечно, делаете хорошее дело, но рейтинги…

– …для нашего формата вполне неплохие, – парировал Виталий. – И это не один месяц подготовки, десятки людей…

Рудольф закатил глаза.

– И пока они все старались – ваши новости уже прокисли!

Виталий обреченно усмехнулся:

– Вот так и живем. А ты, Марк, как считаешь?

Марк склонил голову набок и после недолгих раздумий ответил:

– Мне кажется, спор ни о чем: у наших программ разная аудитория. – Он взглянул на Рудольфа, сидевшего с оскорбленным видом. – Вашим зрителям важен сам процесс: посмотреть на чужую беду и порадоваться, что с ними такого не случилось. Нашим же мало картинки – они хотят понять, почему все это произошло и кто за это ответит.

– Зато нас смотрят миллионы, а вас – горстка тех, кому больше нечем заняться! Какой толк от такой работы, если ее никто не видит?

– Главное, что ее результаты часто оказываются в суде, – заметил Марк.

Рудольф презрительно фыркнул:

– Без вас, конечно, не обойдутся… – И уткнулся в свой планшет.

Виталий, явно довольный пикировкой, подмигнул Марку. А тот подумал, что, вероятно, только что заполучил себе звездного врага.

Глава 2

Заказав второй американо, Марк посмотрел в окно, где под июльским полуденным солнцем плавился асфальт. Москва, наконец, просохла после затяжных дождей, и на открытой веранде было особенно многолюдно. Однако для встречи он предпочел прохладу и тишину.

Кафе «Италиссимо» всегда пользовалось популярностью у местных. С недавних пор Марк и сам вернулся к традиции завтракать здесь пару раз в неделю – стабильная зарплата располагала к таким слабостям куда больше, чем прежние гонорары за фриланс.

Без пяти двенадцать в зал зашел немолодой полноватый мужчина и уверенно направился к Марку.

– Денис Олегович Вишневский, но лучше просто Денис. Приятно познакомиться! – Он крепко ответил на рукопожатие и пробормотал, отирая ладонью крупные горошины пота со лба: – Уф, ну и жара… Спасибо, что согласились на встречу. Так неудобно вас беспокоить в выходной.

– Все в порядке, – заверил его Марк, надеясь, что они поскорее перейдут к делу. Дома его ждала Ника, с которой они встречались чуть больше месяца. Когда Марк уходил, она еще спала, и мысль вернуться к ней под одеяло казалась очень заманчивой.

– Вы не против, если я запишу наш разговор? – спросил Марк и, получив разрешение, включил диктофон в мобильном. – Расскажите, когда Дарья пропала?

Заказав у официанта стакан холодного кваса, Денис положил локти на стол и пристально посмотрел на Марка.

– Она не пропала – ее убили. И я сейчас объясню, почему так считаю.

Марк кивнул и отхлебнул американо.

Денис промокнул салфеткой лысый затылок и откашлялся.

– Я начну издалека, чтобы вы поняли, о ком речь. Даша – моя племянница, да и вообще чуть ли не единственная родня. Моя сестра, Дашина мать, умерла двадцать лет назад, Дашке тогда едва девятнадцать стукнуло. Папаша ее быстренько новую семью завел, а Даша у них не прижилась – с мачехой не поладила. Ну и перебралась к нам с женой – у нас-то своих детей нет, да и племяшку мы очень любили. С тех пор уж много лет прошло. Она выучилась на терапевта, квартиру себе в ипотеку купила. Нас с женой не забывала, на праздниках всегда заедет, подарков навезет!.. – Денис махнул рукой, его пухлые щеки вдруг задрожали, и он отвернулся к окну.

Чтобы дать ему время, Марк сделал вид, что проверяет прогноз погоды в телефоне, хотя и так его знал: плюс тридцать в тени, безветренно.

– Извините… – пробормотал Денис, взяв себя в руки. Официант принес квас, но он этого словно не заметил. – С тех пор как Дашки не стало, мы с женой никак не можем успокоиться. Она же нам как дочь…

– Я понимаю, – заверил его Марк. – Когда это случилось?

– В ночь с семнадцатого на восемнадцатое июня. Только мы тогда ничего не знали. Это ее подруга, Оксана, всех на уши подняла. Они с Дашей о чем-то договорились, но та на связь не вышла, мобильник не в сети, домашний не отвечает. Через пару дней Оксана нам позвонила, мол, куда Дашка-то подевалась? А мы с женой и не в курсе – с нами-то она, понятное дело, не каждый день общалась. Ну, мы взяли запасные ключи и поехали к ней домой, а там погром! Ее собака, голодная, испуганная, всю квартиру уделала! Соседи сказали, что несколько дней слышали вой, даже старшему по подъезду жаловались, да что он сделает? В общем, жена стала больницы обзванивать – впустую.

Взяв стакан с квасом, Денис одним махом осушил почти половину и, переведя дыхание, продолжил:

– Тогда мы пошли в полицию. Там заявление приняли, отработали – все как надо, ничего не могу плохого сказать: домой сходили, соседей опросили, на работу съездили. Еще пробили по биллингу Дашин мобильный. В последний раз он засветился в районе Бережковской набережной. Ну, подняли сводки и выяснили, что в полпервого ночи с Бородинского моста в воду упал человек. Очевидцы вызвали спасателей, те ныряли, но никого не нашли. А когда мы с женой запись посмотрели – поняли, что это Дашка была! Дашка… – сдавленно закончил Денис.

– Запись? – заинтересовался Марк.

– Да какой-то прохожий случайно снял момент падения. Правда, там особо ничего не видно – кто упал, откуда, как все произошло? – развел руками Денис. – Но на человеке была ярко-оранжевая толстовка – прямо как у Даши, я такую из Финляндии привез лет шесть назад, в подарок… – Он потер дрожащими пальцами лоб, оставляя на нем красные следы.

– Это видео вам в полиции показали?

– Да. Они его в телике нашли, в криминальной хронике, – пояснил Денис и, предвосхищая следующий вопрос Марка, добавил: – Ее Рудольф Даль ведет. Вроде коллега ваш. Знакомы?

– Мы особо не пересекаемся, – прохладно отозвался Марк.

– Я же сначала к нему обратился. Но, как бы это сказать, меня деликатно послали, – усмехнулся Денис. – Полиции он сообщил, что запись предоставил кто-то из телезрителей. Установить кто – не удалось. А браться за частное расследование Рудольф, само собой, отказался. И тогда я позвонил вам.

Марк уставился в чашку, скрывая легкое раздражение. Он еще не решил, возьмется ли за это дело, которое пока не слишком походило на убийство. Но Денис словно уже отвел ему роль того, кто не откажет.