20 лет

Она написала про еду – мелочь, но такую важную:

Katrin 20.05.2005 15:22:20 я все таки переборола боль и поела.......воть

"Боль". Может, у неё что-то болело, может, это была шутка, но я уловил – она делится со мной даже такими пустяками. Это было её доверие, её способ сказать: "Ты часть моей жизни". Я ответил, не думая, просто выливая то, что чувствовал:

Dzen 20.05.2005 15:22:22 так приятно..

Dzen 20.05.2005 15:22:32 когда работаешь..

Dzen 20.05.2005 15:22:39 и вдруг…

Dzen 20.05.2005 15:22:44 вдруг....

Dzen 20.05.2005 15:22:54 вспомнишь

Dzen 20.05.2005 15:23:03 что есть ТЫ

Dzen 20.05.2005 15:23:07 !!!

Она спросила "что?", но я знал – она поняла. Я писал не просто слова, я писал про неё – про то, как она врывается в мои мысли, даже когда я занят, даже когда я не жду. Это было как озарение: "Она – это не просто кто-то. Она – это всё". Она была со мной, даже когда её не было.

Её ответ был лёгким, но глубоким:

Katrin 20.05.2005 15:23:47 ты стоишь своих откровений, Я? я верю что тоже стою......

Katrin 20.05.2005 15:24:17 ты белый и светлый, я? я темная теплая.....

"Ты стоишь". Она видела во мне что-то ценное, и я видел в ней то же. А потом – "белый и светлый", "тёмная тёплая". Это было как признание: мы разные, но вместе – целое. Я подхватил:

Dzen 20.05.2005 15:24:38 инь-ян какой-то :-)

Она согласилась, и я подумал: "Вот оно. Инь и ян. Мы дополняем друг друга. Это не просто слова – это судьба". Раньше я никогда не чувствовал такой гармонии с девушкой, такого притяжения.

Мы разговаривали друг с другом строчками из песен.

Katrin 20.05.2005 15:29:52 занешь каждую ночь я вижу во все море......знаешь, каждую ночь я слышу во сне песню.....

25 мая, спустя несколько дней, она снова показала, как я ей нужен. Мы встретились в чате, и она написала:

Katrin 25.05.2005 11:46:41 короче....на тебя это совсем не похоже было .ты очень серьезным тоном прямо глядя в глаза спросил.....серьезные ли у нас отношения.........

Это был её сон, но он был про нас. Она испугалась вопроса, но сам факт, что я ей снюсь, что она думает обо мне так глубоко, ударил меня как током. Я ответил спокойно, но внутри всё кипело:

Dzen 25.05.2005 12:02:26 я серьезно отношусь ко всему, что связано с тобой

Она замерла, я видел это в её паузе, в этих точках:

Katrin 25.05.2005 12:04:15 ................правда?

"Правда". Я не просто сказал это – я знал это. С ней всё было серьёзно. Катя – как море, глубокое и бесконечное. Я чувствовал, что не просто парень из общаги, а кто-то, кто нужен ей так же, как она мне.

Мы начали встречаться. Как-то я приехал к ней домой и она, открыв дверь, запрыгнула на меня в объятиях.

27 мая, ночью, она снова открыла своё сердце:

Katrin 27.05.2005 0:45:15 я уже скучаю.............

Katrin 27.05.2005 0:54:18 просто ты меня обессловесил :-)

Katrin 27.05.2005 0:55:40 ты ЕСТЬ – и это уже повод что бы меня обессловесить :-)

"Ты ЕСТЬ". Она не могла найти слов, потому что я был для неё всем. Это было сильнее, чем что-либо раньше. Я сидел, глядя на экран, и думал: "Она влюблена по уши. И я тоже. Это не игра, не флирт – это жизнь". Мы обменивались фотками, шутили про крылья и кошачьи ушки, но за всем этим было главное – мы становились ближе, чем я мог мечтать.

Перед сном она поставила мою фотку на рабочий стол, а я отправил ей файл. И когда она написала:

Katrin 27.05.2005 1:34:22 у нас с тобой скоро одни мозги на двоих будут ;-)

Я понял: "Мы уже не просто двое – мы одно целое". Катя вошла в мою жизнь, как свет, как крылья, которые я сам себе нарисовал.

Глава 6: «Падение в небо и дыхание во сне»

1 июня 2005 года, ночь. Она начала с шутки, но я сразу уловил в ней что-то большее:

Katrin 01.06.2005 0:26:38 :-P я не опоздала, ты еще другую не нашел?:-)

Я улыбнулся, но ответил серьёзно, потому что это была правда:

Dzen 01.06.2005 0:26:55 я и не искал

Она отмахнулась:

Katrin 01.06.2005 0:27:17 да я же пошутила:-)

Но я знал – это не просто шутка. За её смайликом пряталась тревога, желание быть единственной. И я подумал: "Она боится потерять меня. Она влюблена. И я тоже – я даже не смотрю на других". Катя заполнила всё.

Мы болтали про МТС, про детализацию счёта, но разговор быстро свернул к главному. Я сказал, что мне сложно отказаться от телефона, и загадал ей угадать почему. Она терялась в догадках, пока не дошла до сути:

Katrin 01.06.2005 0:36:47 ну тода....тогда.... мне звонить....да?

Dzen 01.06.2005 0:37:08 УРА!!!!

Katrin 01.06.2005 0:37:25 :-) я получаю главный приз????

Dzen 01.06.2005 0:37:41 ДА

Katrin 01.06.2005 0:37:59 целый день без телефона, потому что ты будешь рядом и мне он не понадобиться:-)

Dzen 01.06.2005 0:38:11 ДА

Её слова ударили меня как молния: "Ты будешь рядом". Она мечтала об этом – о дне, когда мы будем вместе, и телефон станет ненужным. Я крикнул в чат "ДА", потому что чувствовал то же. "Она хочет меня целиком. Не просто сообщения, не просто звонки – меня". С другими такого не было – они могли звонить, писать, но это оставалось на поверхности. А Катя тянула меня к чему-то большему, и я шёл с ней, как в лучах света.

Она продолжила, и её слова стали ещё глубже:

Katrin 01.06.2005 0:40:48 я все хочу, вернее ВСЕГО....ТЕБЯ, целиком и полностью:-)

Я замер, перечитал. "Целиком и полностью". Это было как признание в любви, но сильнее, откровеннее. Я ответил, не сдерживаясь:

Dzen 01.06.2005 0:41:36 ЗНАЕШЬ, Я ТОЖЕ ЭТОГО ХОЧУ :)

Dzen 01.06.2005 0:41:59 И КАК ТЫ ХОЧЕШЬ, И С МОЕЙ СТОРОНЫ

Она подхватила с шуткой, но я уже знал: это не игра. Это было настоящее. "Она отдаётся мне в мыслях, а я ей. Это новый этап – я никогда не хотел никого так сильно". С Катей дистанции не осталось – только желание быть ближе.

Потом мы улетели в фантазии. Я написал про сон:

Dzen 01.06.2005 0:43:29 как в моем сне: я отдаюсь в твою власть и ПАДАЮ В НЕБО УДОВОЛЬСТВИЯ

Она встревожилась:

Katrin 01.06.2005 0:44:15 .....а как же я.....???:-( я никуда не падаю.......и не получаю удовольствия.......

Я успокоил:

Dzen 01.06.2005 0:45:19 ты тоже там

И она тут же спросила, чем я занят. Я ответил честно:

Dzen 01.06.2005 0:47:57 что вспоминаю свои ощущения

Она не выдержала:

Katrin 01.06.2005 0:48:24 потом повспоминаешь, поговори со мной:'-(

Её плачущий смайлик был криком – она хотела меня здесь и сейчас. Я написал:

Dzen 01.06.2005 0:49:35 …нужна мне

Katrin 01.06.2005 0:50:22 ....ты мне очень очень нужен.......

"Очень очень". Эти слова звенели в голове. Она не просто скучала – она тонула во мне, как я в ней. Я почувствовал, как что-то большое рвётся наружу:

Dzen 01.06.2005 0:50:59 я кажется знаю, что хочу сказать тебе

Dzen 01.06.2005 0:51:21 только что мне пришло это в голову

Она ждала, а я отступил – не время. Но внутри я знал: "Я люблю её. Это оно". Еще никогда я не доходил до такого – это было как музыка, которая звучала всё громче. И я еще никому не говорил эти три слова: «Я тебя люблю».

12 июня разговор стал ещё ближе. Мы фантазировали про библиотеку, шутили про тушканчиков и короткие юбки, но потом дошли до воспоминаний о первой невинной ночи, которую мы провели у моего друга Бороды. Она сказала:

Katrin 12.06.2005 22:10:55 оно как будто было уже все........а потом еще одна волна, посильнее первой раза в два

Я подтвердил:

Dzen 12.06.2005 22:11:07 да

Dzen 12.06.2005 22:11:11 так все и было

Мы говорили про тот момент – близость, которую оба помнили. Она знала, что я чувствовал, а я знал её. "Это не просто секс – это было как взрыв.". Она добавила:

Katrin 12.06.2005 22:11:46 я все знаю, я же ведьма

И я подумал: "Она ведьма, а я под её чарами. Это новый этап – я открываю себя через неё".

В конце я рассказал, как наблюдал за ней во сне:

Dzen 12.06.2005 22:38:04 я положил руку к тебе ....

Dzen 12.06.2005 22:39:33 всхлипывала

Dzen 12.06.2005 22:39:58 и ритм твоего дыхания менялся

Она не помнила, но я видел её – даже спящую, она отзывалась на меня. "Она моя, даже во сне. Это как дыхание, которое я слышу внутри себя". Мы договорились созвониться, и я ушёл мыться, но её всхлипы остались со мной. Это был новый этап – я не просто жил, я чувствовал её в каждом мгновении.

Глава 7: «Солнце, лед и объятия»

Июнь 2005 года шёл своим чередом, а я шёл по жизни, как по тонкому льду – осторожно, но с треском под ногами. Почему-то я стал LiLu в ICQ – не помню, по приколу или просто захотелось чего-то нового. Может, это было отражением того, что с Катей я сам становился другим. С ней каждый шаг был как первым, каждый взгляд – глубже. Я чувствовал, что это не просто подростковое увлечение, а новый этап, где я учусь любить по-настоящему.

Всё началось с того вечера на лавочке. Мы сидели рядом, воздух был тёплый, пах травой и её духами. Она вдруг посмотрела на меня, прищурилась и спросила:

– Ты считаешь, что я доступная? Я, не думая, ляпнул:

– Да.

Она резко встала, глаза сверкнули, как молнии.

– Мне пора домой, – бросила она и ушла, оставив меня в полном замешательстве. Я сидел, глядя ей вслед, и думал: "Что я натворил? Она проверяет меня? Или это конец?" С другими я бы пожал плечами и забыл, но с Катей сердце сжалось, как от удара. Я не знал, что делать.

Два дня тишины. Она не писала, я не решался. Это было как испытание – проверка на прочность. Я ходил, как потерянный, и понял, что без неё пусто. А потом, я шёл по улице, и вдруг увидел её – она шла навстречу, в лёгком платье, с растрёпанными волосами. Увидела меня, замерла на секунду, а потом побежала. Прямо ко мне. И запрыгнула в мои объятия, обхватив руками шею. Я прижал её к себе, чувствуя, как она дрожит, и понял: "Я люблю её. Сильнее всего на свете. Без неё я не могу". Мы помирились без слов – просто стояли, обнявшись, и я знал, что это навсегда.

Вечером 17 июня она появилась в ICQ. Я уже был LiLu, она – всё та же Katrin. Началось легко:

Katrin 17.06.2005 23:15:02 поздравляю

LiLu :– 17.06.2005 23:15:16 с чем?

Katrin 17.06.2005 23:15:32 сс тем что ты мультик смотришь

Я улыбнулся – она шутила, но в этом была её забота. Она хотела знать, где я, чем занят. Я ответил:

LiLu :– 17.06.2005 23:17:46 не мешает*

LiLu :– 17.06.2005 23:18:03 я думал что ты раньше спать ляжешь, и не хотел тебя будить

Она поддела:

Katrin 17.06.2005 23:18:17 думать вредно

Но я знал – ей важно, что я думаю о ней. "Она скучает. Она хочет быть со мной даже в мелочах". С Катей каждый её смайлик был как прикосновение.

Потом она уколола глубже:

Katrin 17.06.2005 23:23:19 куда уже хуже........с каких это пор ты стал задумываться над тем, что бы что-нибудь не испортить?

Я попытался объяснить через метафору про спутник и солнце:

LiLu :– 17.06.2005 23:25:26 его сначала направили к солнцу, чтобы он очень сильно приблизился

LiLu :– 17.06.2005 23:25:38 и набрал огромную скорость

LiLu :– 17.06.2005 23:26:40 чувства тоже можно разгонять

Она отмахнулась:

Katrin 17.06.2005 23:27:53 разгонять ты свой процессор будешь,

Но потом добавила:

Katrin 17.06.2005 23:29:55 у тебя оказываеться осталась хоть капелька человеческих чувств

Я написал честно:

LiLu :– 17.06.2005 23:30:32 я себе места не нахожу

А она холодно:

Katrin 17.06.2005 23:30:57 мне до этого нет дела

Katrin 17.06.2005 23:31:21 и в нете я сижу по делам, а не из-за тебя

Это был отголосок той ссоры на лавочке. Она всё ещё проверяла меня, держала дистанцию. Я растерялся: "Она злится? Или играет?" С другими я бы махнул рукой, но с Катей это резало, как нож.

Она вспомнила тот вечер:

Katrin 17.06.2005 23:33:24 я заметила ты сегодня чего то испугался, когда посмотрел на меня.......когда я уходила......я не права?

LiLu :– 17.06.2005 23:33:40 права…

Я признал – да, я испугался. Испугался, что потерял её. Она продолжила:

Katrin 17.06.2005 23:38:25 как будто ты увидел бездну, со всеми её ужасами

Её слова попали в точку. Тогда, на лавочке, я увидел бездну – жизнь без неё. И сегодня, когда она бежала ко мне, эта бездна исчезла. "Она чувствует меня. Она знает, что я пережил. Это связь, которую не разорвать".

Я пытался говорить, но слова вязли:

LiLu :– 17.06.2005 23:41:19 я как буд-то хожу по тонкому льду

Она ответила резко:

Katrin 17.06.2005 23:42:33 ты не идешь по нему..........ты уже под ним, назад дороги нет

Katrin 17.06.2005 23:42:38 извини

Это было как удар. Но я понял: она права. Я провалился под лёд – в любовь к ней, и назад не выбраться. "Она втянула меня в это, и я сам этого хотел. С другими я бы выплыл, а с ней тону – и мне это нравится….". Мне стало страшно, по-настоящему.

Katrin 17.06.2005 23:45:58 зачем ты это сделал?

LiLu :– 17.06.2005 23:46:04 не знаю*

Она закончила:

Katrin 17.06.2005 23:46:37 все.......хватит...........

И я подумал: "Это не конец. Это только начало".

19 июня мы снова встретились в чате. Я вернулся к своему нику – Dzen, будто сбрасывая маску. Написал:

dzen 19.06.2005 20:56:43 у меня есть фотка, где ты такая лапочка :-)))

Katrin 19.06.2005 20:57:05 ..............а у меня нет

Я хотел отправить ей что-то тёплое, но она была не в духе. Позже она призналась:

Katrin 19.06.2005 22:14:43 у меня синяки под глазами появилсь........двигаться не могу.........

Katrin 19.06.2005 22:16:50 такое ощущение что я заканчиваюсь.........................

Я запаниковал:

dzen 19.06.2005 22:17:44 Катька, ты что?

dzen 19.06.2005 22:18:49 не пугай меня

Она не знала, что с ней, но я чувствовал её боль через экран. "Она вымотана, но всё равно здесь. Ради меня? Или из-за меня?". Мне хотелось взять её боль на себя. Я понял: "Я люблю её сильнее всего на свете. Без неё я не живу – я существую".

Глава 8: «Армия»

Над головой уже висела армия. На факультете УПП военной кафедры не было, и меня дёргали повестками. В апреле я прошёл медкомиссию – выявили фимоз, сужение крайней плоти. В мае, после встречи с Катей, меня положили в больницу в Мозыре на операцию (скорее всего, конец мая – в переписке перерыв до июня). Швы болели, особенно когда целовались, и кровь приливала вниз – больно, но терпимо. Как-то раз, мы загулялись допоздна, и мой друг Андрей "Борода" предложил переночевать у него дома. Его старшая сестра вышла замуж, и комната пустовала, – это было сразу после операции. Швы тогда болели сильно.

Борода заправил кровать хрустящим бельем, пожелав «спокойной ночи» вышел, закрыв в комнату дверь. И мы остались вдвоём с Катей в ночной тишине. Вы просто представьте себе на секунду, какое счастье мы тогда испытывали. Это был подарок судьбы.

Когда целовались, кровь прилила к низу, и я скривился от боли. Катя хихикала: "Прости, я не специально..". Страсть между нами разгоралась уже не как костёр, а как пожар, сметающий все на пути.

К июню рубцы зажили. Однажды она приехала ко мне в общагу на выходные. В комнате 1117 стояли двухъярусные железные кровати – я спал на втором ярусе, брат внизу, а на соседней кровати спал однокомнатник Саша П*. Катя, забралась ко мне наверх. Вечером секса не было – швы ещё побаливали, но нам было чем заняться перед сном. Главное, не разбудить соседей по комнате.

6 июля я получил диплом и поехал домой, в Мышанку. Позвал Катю к себе домой. 8 июля она приехала на поезде в 12:00. Я встретил её у платформы, спрятавшись за кустами – военрук шарился повсюду, мог вручить повестку. Вел её обходными путями через огороды, она шутила: "Ты партизан?". Три дня и две ночи мы не могли оторваться друг от друга, наслаждались нашей любовью. Мне кажется, такое бывает только один раз в жизни, и то, далеко не у всех. В перерывах между страстью, ходили на пляж, купаться на старом русле реки. И снова засыпали друг в друге, как одно целое.

После этих дней и ночей полного счастья, я проводил её на поезд, а сам пошёл в военкомат за повесткой. Больше бегать не хотел. Любовь осталась в том лете 2005 года, а впереди ждала осень и долгая-долгая зима в армии.

15 июля 2005 года я уехал на поезде в военную часть в Барановичах, в/ч 7404, 4-я отдельная бригада охраны объектов.

«Я солдат, недоношенный ребёнок войны, я герой, скажите мне, какого романа.»

Пятница

Глава 9: «Дорога в часть»

Июль 2005 года уже вовсю дышал летом, но в воздухе чувствовалась приближающаяся осень – яркая, пёстрая, с привкусом тревоги. Две ночи с Катей, её мягкие губы, её смех, её «целиком и полностью» – всё это было как топливо, что гнало меня вперёд. Она уехала домой, а я остался один на один с собой и с повесткой, что лежала в кармане, словно свинцовый груз. Я устал бегать от военрука, прятаться за углами, выдумывать отмазки. «Хватит, – подумал я, – пора быть мужиком».

Я знал, где живёт военрук – старый панельный дом на окраине, третий этаж, облупленная дверь. Постучал, сердце колотилось, но я держал лицо. Он открыл, посмотрел на меня поверх очков, будто сканировал. «За повесткой?» – спросил без лишних слов. Я кивнул. Он протянул бумагу, пожал руку – крепко, по-мужски. «Смелый парень, – сказал он. – Молодец». Эти слова осели во мне, как медаль. Я шёл обратно, и в груди горело: Катя любит меня, военрук уважает, я – настоящий. Армия? Плевать. Я был окрылён, уверен, что она дождётся, что мы поженимся, что всё будет как в мечтах. Тогда я не знал, какие испытания ждут за горизонтом.

Через три дня, ранним утром, я стоял на пункте сбора в Гомеле. Воздух был свежий, пахло летним городом. Нас, пацанов, было человек тридцать – кто-то курил, кто-то пялился в асфальт, кто-то пытался шутить, но голоса дрожали. Врачи пробежались по нам взглядом: «Грудь вперёд, спину прямо, кашляни». Пульс, давление, пара вопросов – и вот я уже «готов служить Родине». Старший, капитан с усталыми глазами, скомандовал: «По машинам!» Мы погрузились в автобус, который вёз нас на вокзал. Я смотрел в окно, на улицы Гомеля, на людей, что шли по своим делам, и думал: «А я теперь солдат. Как странно».

На вокзале нас ждал поезд Гомель-Гродно. Вагон плацкартный, пахнущий потом, табаком и чем-то кислым. Я забрался на верхнюю полку, кинул рюкзак под голову и уставился в потолок. В 14:30 поезд дёрнулся, заскрипел, и мы тронулись. За окном поплыли поля, леса, деревеньки с покосившимися заборами. Кто-то внизу играл в карты, кто-то травил байки, кто-то пил водку, но я молчал. В голове была только Катя. Её глаза, как тёмные озёра, её волосы, что пахли ромашковым шампунем, её шёпот у Сожа. «Дождись меня, – думал я, – я вернусь, и мы будем вместе». Эти мысли были как якорь – держали, не давали страху пробраться внутрь. Я достал из кармана её фотку – маленькую, цветную, где она смеётся, откинув волосы. «Катька», – прошептал я и спрятал обратно, к сердцу.

– Эй, романтик, о бабе своей мечтаешь? – раздался голос снизу. Это был тощий парень с веснушками, Витька, как он представился позже. Он жевал сухарики с пивом и смотрел на меня с ухмылкой.

– А тебе что? – буркнул я, но без злобы.

– Да ничего, – он пожал плечами. – Все тут о ком-то думают. Только в армии это быстро выветривается, поверь.

– Посмотрим, – ответил я, хотя внутри кольнуло. «Катя не выветрится, – подумал я. – Она не такая. Да и откуда ему знать, если он едет туда же, куда и я?»

День в поезде прошёл незаметно. Я дремал, убаюканный стуком колёс, и видел её в полудрёме – мы снова на том дереве у Сожа, она смеётся, а я целую её, и нет никакой армии, никакого поезда. Проснулся от окрика: «Барановичи! Выгружаемся!» Час ночи, холодно, звёзды острые, как иглы. Нас, сонных, загрузили в армейский ЗИЛ – тент хлопал на ветру, скамейки скрипели, движок ревел. Дорога до части, в/ч 7404, 4-я отдельная бригада охраны объектов, была недолгой, но тряской. Я смотрел на тёмные силуэты деревьев и думал: «Вот оно, начинается. Новый этап в жизни, а ведь я ещё к предыдущему не успел привыкнуть… Всё так быстро закрутилось: и диплом, и любовь, и сейчас вот эта армия…»

Часть встретила нас тишиной и запахом хлорки. Нас повели в солдатскую баню – бетонный зал с облупленным советским кафелем, ржавые трубы, душевые головки, торчащие из потолка, как в каком-то старом фильме. Горячая вода хлестала, пар поднимался, и мы, тридцать пацанов, стояли голые, смущённые, под этими струями. Кто-то пытался шутить, но голоса тонули в шуме воды. Я смотрел на кафель, на свои ноги, на парней – таких же, как я, от 18 до 22, – пацаны, кажется, мерились размером причиндалов, с перепуганными глазами и неловкими улыбками. «Мы теперь братья, – подумал я. – По крайней мере, на ближайший год я тут». С высшим образованием в РБ тех лет надо было служить всего один год. Остальные, без «вышки», топтали берцы полтора года.

– Шевелись, не в санатории! – рявкнул сержант, и мы, мокрые, выскочили из душа. Старую одежду – джинсы, футболки, кеды – забрали в мусорные баки. Всё, конец гражданки. Нам выдали форму: новенький зелёный камуфляж, пахнущий складом, и береты, ещё жёсткие, необмятые. Я натянул штаны, куртку, затянул ремень. Размер подошёл, но чувствовал я себя как в чужой шкуре. «Солдат, – сказал я себе, глядя в мутное зеркало в раздевалке. – Похоже, теперь это я».

Казарма была длинной, с рядами одноярусных железных коек, серыми одеялами и запахом детского мыла, которым тут натирали полы во время влажной уборки. Свет ламп резал глаза, но усталость брала своё. Я кинул берет на прикроватную тумбочку, рухнул на матрас и вырубился. Перед сном мелькнула мысль: «Катя». Я представил её лицо – улыбку, чуть прищуренные глаза – и уснул, будто она была рядом. Подъём в семь утра, а не в шесть, как обычно, – поблажка для новичков, чтобы мы «адаптировались». Но я знал: завтра начнётся другая жизнь.

Утро ударило в лицо холодным воздухом и криком: «Рота, подъём!» Я еле открыл глаза, жутко хотелось спать. Казарма медленно оживала – скрип коек, шорох формы, чьи-то маты. Мы строились в коридоре, неуклюжие, как щенки. Сержант, здоровый, с холодным взглядом, ходил вдоль строя, оглядывая нас, как мясник – товар. «Ну что, салаги, – сказал он, ухмыляясь. – Добро пожаловать в армию. Здесь вы либо станете мужиками, либо сломаетесь».

Я стоял, выпрямив спину, и думал о Кате. Её вера в меня, её тепло – это было моим щитом. «Я не сломаюсь, – решил я. – Ради неё, ради себя». Но в глубине души, там, где прячется честность, я чувствовал лёгкий холодок. Армия – это не прогулка по парку Паскевичей или защита диплома в универе. Это испытание, о котором я пока знал только по рассказам отца. «Тебя там убьют», – часто говорил он, зная, что я был слишком умным и интеллигентным для такого места, где мой отец прослужил 17 лет ещё при СССР. И всё же, глядя на сержанта, на парней рядом, на зелёную форму, что сидела на мне как влитая, я сказал себе: «Я справлюсь. Катя ждёт. А я иду вперёд».

День начался с построения на плацу. Солнце пробивалось сквозь облака, ветер гнал пыль по асфальту. Нас учили маршировать – «Левой, левой, раз-два-три!» – и я, спотыкаясь, пытался держать шаг. Мартин, мой новый товарищ, с которым только утром познакомились, шёл рядом и шептал: «Бери выше ногу, а то сержант заорёт». Я кивнул, но мысли были далеко. Я уже начинал сочинять Кате письмо: «Кать, я теперь солдат. Форма, берет, берцы, ремень – всё как в кино. Жди меня, я вернусь». И в этом воображаемом письме я был героем – сильным, уверенным, её Димкой.