Опасная любовь. Наследие крови.

Ева Шембекова

Опасная любовь. Наследие крови.

Глава 1

–1–

Закончив последнее упражнение, Карина отложила шест и потянулась всем телом, довольная собой. В этот раз она не сделала ни одной ошибки! Хорошо бы, конечно закрепить результат, но сегодня так жарко! Может, отложить тренировку до вечера? Будет прохладнее. А пока можно поваляться на травке, наслаждаясь солнышком и первыми днями каникул! С другой стороны, скоро должен приехать брат. И непременно устроит экзамен, въедливо проверяя, чему она научилась за время его отсутствия. Несколько минут Карина колебалась между желанием позагорать на укромной полянке в дальнем углу сада и необходимостью повторить последний, самый сложный комплекс упражнений. Победила лень. Покосившись на тренировочный шест, Карина скорбно вздохнула, юркнула в кусты и расстелила полотенце. В конце концов, брат приедет только к вечеру. И увидит, как она усердно занимается.

Телефон зазвонил, выдернув из лёгкой дремоты. Звонил одногруппник, Кирилл, который, как и сама Карина, страстно увлекался мотоциклами и неофициальными мотогонками. Проще говоря, он любил погонять по ночным улицам в поисках приключений на свой многострадальный зад.

– Слушаю, – проворковала в трубку девушка, почуяв развлечение.

– Лиска, давай, подтягивайся! Я заберу тебя у сквера! Наши уже все собрались!

– Сейчас буду! – коротко пискнула она и отбив связь, быстренько свернула полотенце и тенью метнулась в дом.

Тихой мышкой, проскользнув в комнату, она переоделась в джинсы и ярко–красную футболку, натянула бейсболку. Потом затолкала в рюкзак кожаную куртку, краги и мотоциклетные ботинки. Туда же отправила защиту и шлем, благо уже давно сделала себе в рюкзаке подпространственный карман, и теперь туда влезало все, что угодно. Сверху прикрыла все это добро пакетом, чтобы потом у ребят не возникали лишние вопросы. Тихонько спустив рюкзак из окна, Карина с шумом сбежала по лестнице и крикнула в сторону кухни.

– Ма, я к подруге! Ненадолго! До вечера!

Мать выглянула из кухни, оглядела дочь, поморщилась и проворчала.

– Чтобы до темноты была дома! Никита приедет. Надеюсь, ты не забыла?

– Конечно, нет! – улыбнулась Карина, надвинув кроссовки, изобразила воздушный поцелуй и выпорхнула на улицу.

Оббежав дом, она подхватила рюкзачок и перемахнула прямо через забор, не утруждаясь открыванием калитки. Короткий забег сквозь частный сектор, и вот он, сквер. За деревьями, на обочине маячит мотоциклист в черно–жёлтом костюме и шлеме. Карина запрыгивает на байк позади него.

– Давай! Ходу!

Мотоцикл взрыкнул, срываясь с места. Карина пищит от восторга, придерживая рукой кепку. Выбравшись из частного сектора, мотоциклист набирает скорость, но Карина хлопнула его по плечу и он послушно тормозит.

– Что?

– Переодеться надо, – ворчит Карина. – Это ты в прикиде, а я налегке. Дашь повести?

Пошуршав пакетом, Карина достаёт припасённую одежду. Лёгкая ветровка сменилась на косуху, кепка на шлем, а кроссовки на мотоциклетные ботинки. Своё место заняли щитки и перчатки, а лёгкая одежда полетела в рюкзак. На этот раз вперёд садится Карина. Парень с удовольствием пристраивается сзади. Мотоцикл снова набирает скорость, вынося ребят на трассу. Вскоре к ним присоединяются ещё несколько мотогонщиков. Они с гиканьем и воплями мчатся по трассе, распугивая неторопливых дачников, обгоняя неповоротливые фуры и грузовики, дерзко подрезая легковушки.

– Йеху-у-у! – вопит счастливая в этот миг Карина, выжимая из байка предельную скорость.

– Лиса, тормози! – орёт сзади Кирилл.

Впрочем, Карина и сама уже видит, как с боковой, примыкающей трассы несётся чей-то феррари. Он едет под уклон и водитель вряд ли успеет остановиться, даже если и захочет. Впрочем, он и не смотрит по сторонам. Вернее, она. За рулём крутой тачки расфуфыренная дамочка лет тридцати. Карина понимает, что ничего не успевает сделать, но все равно пытается хотя бы немного притормозить и вырулить на обочину. За миг до столкновения она успевает заметить Тень. Удар буквально сносит с трассы байк вместе с двумя седоками. А следующий сносит с байка уже саму Карину.

– Ник? Но… ты же… вечером…

– А уже вечер, если ты не заметила! – раздаётся над ухом ехидный голос и в поле зрения появляется ещё один парень. – Где тебя носит?

На вид ему около двадцати пяти, хотя на самом деле меньше. На загорелом лице пятнышко грязи. В серых глазах плещется целый океан разных эмоций, отчего они становятся похожи на штормовое небо. Кажется, там даже молнии сверкают! Густая копна черных волос взлохмачена, придавая ему ещё больше сердитости. Он одет в обычные спортивные штаны, черные, без всяких наклеек и рисунков, такую же ветровку и серую футболку. Вот, только на ногах не кроссовки, как можно было бы ожидать, а тяжёлые ботинки наподобие Каринкиных. И руки затянуты в черные, байкерские перчатки. Старший брат.

– Ой-е! – стонет Карина, осознав, что снова потеряла счёт времени. На дворе уже глубокий вечер и мать, наверное, сходит с ума, а отец совершенно точно приготовил ремень. – Ник, я…

– Ты не ответила! – рычит он, отвешивая девушке увесистый пинок, от которого ее сносит ещё на пару метров. – Что ты здесь делаешь? И кто этот хмырь?

– Эй, ты что творишь! – возмутился пришедший в себя Кирилл и попытался ударить.

Именно что попытался. Никита лениво отмахнулся от него, не спуская глаз с сестры.

– Нет! Ник, стой! Это… – Карина проворно вскочила, вклинившись между парнями, и удар, предназначенный сокурснику, вминает ребра в живот. – Это друг! – шипит она. – Батя байк забрал… а он…

– Лисенок! – брат подхватил ее на руки, осторожно уложил в траву, ощутив запоздалое раскаяние.

– Ты кто такой?! – закричал Кирилл, впрочем, не пытаясь больше ударить. – Ты с ума сошёл?

– Исчезни, пока я тебя не прибил! – огрызнулся Ник.

Осмотрев сестру, он облегчённо выдохнул, не найдя никаких серьёзных повреждений. Пара сломанных рёбер таковым не считалась. Ничего, в следующий раз умнее будет. Или осторожнее, хотя надежды и на первое и на второе крайне мало. Подхватив сестру на руки, он понёс ее к мотоциклу, оставленному за деревьями.

– Ты куда? – въедливо спросил Кирилл, попытавшись преградить дорогу. – Я, между прочим, ее парень! И вообще, ее в больницу надо! Ты ж ее чуть не убил!

– Парень? – усмехнулся Ник. – А она об этом знает? Исчезни, я сказал. Сам разберусь, что мне делать!

Ник обогнул парня и коротким рывком скрылся из вида. Усадив Карину на байк перед собой, он тихо взрыкнул стартером, и бесшумно рванул с места сквозь сумрак. Миг, и он уже далеко, на краю города. Ещё один нырок в сумрак, и байк выныривает среди гаражей. Пара минут, и Ник уже паркуется у подъезда старенькой панельки. Здесь у него своё, личное логово, о котором не знают даже родители. Вернее, отец, разумеется, догадывается. Ему положено знать такие вещи. Однако и он знает адрес только приблизительно. Как только дверь захлопнулась, Карина открыла один глаз, убедилась, что разборки с родителями ей пока не грозят, и снова зажмурилась, преувеличенно застонав.

– Лисёнок, в чем дело? – проворчал Ник, сгрузив ее на диван. – Мне-то можешь не втирать, я вижу, что ты в порядке.

– Уй-ой-ой! – стонет Карина. – Ой, как больно! Ник, ты озверел? На людей бросаешься! Совсем в своей тайге спятил!

– Это ты спятила! – рыкнул брат, в упор, посмотрев на непутёвую сестру. – Разъезжаешь ночью, на чужом байке, в пьяной компании!

– Это не то, что ты подумал! – стонет Карина. – Это проверенная компания! Просто любители погонять! А Кирилл вообще мой одногруппник по институту!

– Лисёнок, это пьяные байкеры, которым снесло крышу от адреналина! – рычит брат. – И когда они тебя разложат в кустах – только вопрос времени! В том числе и этот твой Кирилл!

– По-твоему, я не смогу им рожи начистить? – обиженно фырчит Карина.

– Кир, если тебя попытаются изнасиловать, ты им не рожи начистишь, а поубиваешь всех! – простонал Ник. – Боже, с кем я говорю! В голове ни единого проблеска мысли!

– Ты, между прочим, мне ребра сломал! – стонет Карина. – Ы-ы-ы-ы! Больно-то как!

– Да, ладно? А ты, какого кляпа влезла? – хмурится Ник. – Подумаешь, получил бы по рёбрам этот павлин! Лисёнок, ну, прости.

– У-у-у-у! Даже дышать больно-о-о! – всхлипывает Карина.

– Блин, ну, хочешь, меня стукни, – предлагает Ник.

– Толку тебе стучать? – морщится девушка. – Только руку отобьёшь!

– Лисёнок, ну прости!

– У-у-у-у!

– Кир!

– Ы-ы-ы-ы!

– Хочешь в кафе? – закидывает удочку Ник, прекрасно зная слабости сестры.

– М-м-м-м… – Карина стонет, но уже не так активно. Скорее задумчиво.

– Шоппинг! – коварно предлагает он. – И ты ничего не говоришь родителям.

– Хм… – Карина пристально смотрит на брата. – За твой счёт?

– За мой, – соглашается Ник.

– Замётано! – радостно пищит Карина, но тут же хватается за бок. – Блин! Похоже, ночевать здесь придется. Скажешь, что нашёл меня у подруги.

– Исключено, – смеётся Ник. – Мать уже всех твоих подруг обзвонила. Ты ей лучше признайся, что с парнем в кафе зависла. Тогда прокатит. Чай будешь?

– А с шиповником есть? Тогда буду!

Ник позвонил родителям, заверил, что с сестрой ничего страшного не произошло. Потом они вместе пили чай и делились событиями, которые произошли за время отъезда Ника. Вернее, делилась Карина, без умолку болтая и рассказывая о своих приключениях. Брату она могла рассказать все, даже самые стрёмные моменты, о которых не стоило знать родителям. Впрочем, родителям не стоило знать о половине ее похождений. Но Ник это другое. Он не сдаст.

– … вот, тогда батя ка-ак засветит пенделя! Ещё похлеще твоего! И… короче, ключи от моего байка теперь у него. Ник, может, ты поговоришь с папой? Пусть мне байк вернёт. А я пообещаю, что не буду больше по ночам кататься.

– Скорее, постараешься не попадаться! – смеётся Ник.

– Ну… – Карина возмущённо сопит, однако возразить не может. Брат прав.

– И правильно отец сделал! – припечатал Ник. – Хотя тебя и это не остановит.

– Ага, – вздохнула Карина. И умильно посмотрела на брата. – Ну, пожалуйста! А я…о, хочешь, я в твоей квартире уберусь? Вон, тут пылища какая!

– Хм…

– Ну, Ни-и-ик!

– Ладно! – сдался он. – Но с тебя уборка.

– Ур-ра! Спасибо-спасибо-спасибо-спасибо-спасибо-о-о-о! – Карина с визгом повисла на его шее, чмокнула в щеку. – Ты самый лучший брат в мире!

– Ага, я такой, – скривился Ник, отстранившись. – Бегом спать. А завтра с утра я тебя погоняю. Посмотрю, насколько выросла моя сестрёнка.

– А шоппинг?

– Твой шоппинг никуда не денется. Но в магазины если уж ходить, то по жаре. Там кондиционеры работают. Вот, по холодку я тебя отшлёпаю, а потом можно прошвырнуться.

– Засада… – Карина прикусила губу, пытаясь на ходу придумать, как бы половчее выкрутиться и откосить от тренировки с братом.

Это отцу можно было навешать развесистой лапши из отмазок и срочно-неотложных дел. Никита на отмазки не вёлся и с ходу отметал любые аргументы.

– Что я слышу! – прищурился Ник, пристально глядя на сестру. – Лиска, вот, только не говори мне, что эти четыре года ты ничего не делала!

– Че за наезды! Я тренировалась! – уверенно ответила она и юркнула в ванну.

Утро началось с того, что в комнате объявился Ник и сдёрнул ее с кровати на пол. Карина успела с визгом вцепиться в одеяло и укоризненно посмотрела на брата, потирая попу.

– Ты рехнулся?

– Лисёнок, подъем! – смеётся Ник. – Три минуты на одевание. Не успеешь, выкину в окно! Прямо в трусах!

– Блин!

Карина скинула одеяло, и, сверкнув голой попой, зарылась в шкаф. В квартире брата Карина зависает довольно часто, так что проблем с вещами нет. В шкафу всегда находится их приличный запас. Она торопливо натягивает первую попавшуюся футболку. Ник вполне мог и осуществить свою угрозу на самом деле, абсолютно наплевав на возмущение сестры и пересуды соседей, сподобившихся узреть летящую из окна девицу.

– Две минуты! – неумолимо чеканит Никита, насмешливо наблюдая за метаниями сестры.

Карина ввинчивается в короткие, черные шорты, подвернувшиеся под руку, и захлопывает шкаф.

– Все! Я готова!

– Умыться забыла! – смеётся Ник. – И волосы приведи в порядок, а то баба Дуся опять за кикимору примет!

Карина покорно топает в ванну, торопливо умывается холодной водой, окончательно сбрасывая сонливость, и заплетает волосы в косы. Длинные, медово–рыжие локоны были ее гордостью. От кого именно ей досталась такая красота выяснить, правда, так и не удалось. Ни по маминой, ни по папиной линии не было никого с рыжими волосами. Оттого и звали ее Лисой все, кто знаком хоть немного. Родители, друзья, однокурсники. А Никита звал насмешливо и ласково – Лисёнок. Пока была маленькая, обижалась. На всех, кроме брата. Потом смирилась, привыкла и уже сама иногда стала называть себя Лисой.

– Каринка, пять секунд! – смеётся из–за двери Ник. – Ты готова? Четыре… три…

– Готова! – рявкнула она, вылетая из ванной, влезая в кроссовки и при этом на ходу доплетая вторую косу.

– Умница! – ржёт Ник, и неожиданно притянув ее к себе, проваливается в Сумрак.

Карина взвизгнула, но в следующий миг оказалась на знакомой поляне, где так и остался расстеленный вчера плед, на котором она загорала, а рядом прислонённый к дереву тренировочный шест.

– И это вовсе не то, что ты подумал! – пискнула Карина, заметив ироничный взгляд брата. – Я не пропускаю тренировок! – она свернула плед и тихо буркнула. – По крайней мере, основных.

– Ну, да, ну да, я так и понял! – покачал головой брат. – Тоже мне, охотница! Лентяйка, вот ты кто!

– Может, я вообще путь Созидания выберу! – Карина показывает брату язык.

– Ага, – ухмыляется Никита. – Созидание… Лисёнок, да ты сплошное, ходячее разрушение! Стихийное бедствие, страшное в своей непредсказуемости! Давай, двигай на площадку. Будем направлять деструктивную энергию в полезное, конструктивное русло.

– А попроще, без этой зауми? – ворчит Карина.

– Бегом! – рявкнул брат так, что по коже пронеслись мурашки сладкого ужаса, а над ухом щёлкнул неизвестно откуда взявшийся кнут.

Взвизгнув, Карина припустила во все лопатки наутёк. Перемахнув через терновую изгородь, развернулась, вскидывая шест. Вовремя, потому что в руках брата уже не кнут, а такой же тренировочный шест, который летит в нее. Первый удар она отбила с ходу, за ним второй, третий,… но четвёртый коварно прорвался сквозь оборону, и Карина с визгом улетела к стене дома.

– Ну, е-моё! Это нечестно! У меня, между прочим, вчерашнее ребро до сих пор болит! – пыхтит она, поднимаясь на ноги.

– Лентяйка! – выносит приговор Ник. – Если бы ты добросовестно занималась и выучила те приёмы, что я тебе показывал, то сейчас бы не улетела так позорно!

– Да, нет у меня способностей! – огрызнулась Карина и неожиданно всхлипнула. – Нету! Ну, какой из меня охотник, если я комара и то не в силах прихлопнуть?

– Желания у тебя нет, – сокрушённо вздыхает Ник. – И мозгов! Хоть чуть-чуть бы подумала, да побольше усилий приложила, но нет! Тебе больше нравится загорать и ни фига не делать! Мать с отцом тебя разбаловали донельзя!

– Да, ладно тебе… Ник, ну не сердись! Я честно занималась, сколько могла! Вот, только пока сессию сдавала немного подзабросила. Зато теперь каникулы и я обязательно все наверстаю! Честно-честно!

– Посмотрим! – скептически морщится Ник. – Бери шест. Будем отрабатывать то, что не получилось.

Через два часа, когда солнце поднялось довольно высоко и начало нещадно припекать, Ник сжалился и отпустил взмыленную сестру в душ. Пока она переодевалась и завтракала, он тенью проскользнул в кабинет отца.

– Занят?

– Проходи, – отозвался тот, немедленно отложив в сторону бумаги. – Выкладывай.

– Я нашёл ее вчера на трассе в компании пьяных байкеров, – вздохнул Никита, взобравшись на подоконник. – Немного переборщил с воспитательным процессом, так что ночевала она у меня.

– Ты бы знал, где я ее нашёл! Нажаловалась, что я байк забрал?

– И это тоже, – смеётся Ник. – Па, отобрать байк это не вариант. Как видишь, только хуже становится.

– Да, вижу, – вздыхает отец. – Между прочим, это ты ее к гонкам пристрастил!

– Было дело, – нехотя признает Никита.

– Зря я мать в своё время послушал. Надо было вслед за тобой в Школу ее отправить. Глядишь, сейчас бы как раз мозги на место и встали.

– В Школу?! – Ник недоверчиво посмотрел на отца. – Ты думаешь, что она гончая?

– Я это вижу, Ник, – вздыхает отец. – Ее несёт на опасность. Адреналиновый мандраж это первый и самый верный признак гончей. Ты себя вспомни в ее возрасте!

– Лисёнок? Гончая? Да, ну, бред! Она паука придавила и рыдала над ним полчаса! Какая из нее гончая? – горячо возражает Никита.

– Это всего лишь эмоции, – улыбается Игорь. – Ее отличительная черта. Как это у вас называется… фишка? Карина девушка, а женщинам свойственна эмоциональность. Ты держишь переживания в себе, а она выплёскивает все наружу. И если ее правильно воспитать, то это не помешает ей работать.

– Учиться она тоже отказывается, – мрачно проворчал Ник. – Изворачивается, как только может!

– А давай испытаем? – предлагает отец. – Возьми ее с собой. Вчера в Калуге поймали идиота, решившего поведать миру истину. Приговорили к порке. Пока что к порке. Будет и дальше свою варежку раскрывать, получит по полной. Вот, и возьми ее с собой. Посмотрим, как она себя поведёт.

– Да, она в обморок упадёт от одного только вида крови! – ворчит Ник.

– Вот, и проверим, – припечатал Игорь. – Держи, это ключи от ее мотоцикла. Отдашь, когда посчитаешь нужным.

Никита спрыгнул с подоконника с задумчивым видом, взял ключи, долго рассматривал, дотошно вспоминая вчерашний день и бешеную гонку, устроенную на трассе, которая едва не привела к катастрофе. Что если отец прав и сестрёнка, в самом деле, не просто так носится по ночам? Мнению отца он привык доверять, но уже давно не следовал указаниям слепо, а вначале взвешивал все со своей точки зрения. Что ж, проверить стоит. Во всяком случае, хуже от этого не станет. Ну, а если окажется, что сестрёнка, в самом деле, срывается с катушек, то будет лучше для всех, и в первую очередь для нее самой, пройти жёсткое обучение в специализированном месте, под присмотром опытного Мастера. Сжав ключи в ладони, он небрежно засунул их в карман.

– Наказание, когда назначили?

– Сегодня в три часа.

– Не успеем, – морщится Ник. – Я тут Каринке шоппинг задолжал…

– Ник! Какой шоппинг! – рычит Игорь. – Я столько усилий прикладываю, чтобы заставить ее хоть немного работать, а ты все мои начинания сводишь на нет!

– Па, я обещал, – вздыхает Ник. – Не волнуйся ты так. Лисёнок просто ещё не повзрослела.

– Чтоб в три часа были на месте! Оба! – рычит Игорь.

– Будем! – уже с лестницы крикнул Ник и спустился вниз.

Переодевшись после душа в шорты и короткий топик, Карина потопала на кухню в поисках еды. Бабушки Маши там не оказалось, зато обнаружилась мама, которая как раз допивала чай.

– Завтрак в сковородке! – усмехнулась Ульяна, заметив разочарованный взгляд дочери. – Мария Ивановна изволила уехать с утра на рынок. Так что в кухне самообслуживание. Надеюсь, ты в состоянии хотя бы яичницу в тарелку положить?

– В состоянии! – буркнула Карина, топая к плите. – Мам, если я не люблю готовить, это не значит, что я не умею этого делать!

– Ну да, ну да! – покивала мать скептически. – Я в курсе, что ты умеешь пользоваться микроволновкой. Интересно, ты замуж выйдешь, мужа тоже будешь пиццей из магазина кормить?

– Какого мужа? Мам, не начинай! – возмущённо сопит Карина.

– А где ты вчера изволила зависать, а? – прищурилась Ульяна. – И вот не надо мне врать про подругу!

– Ну, да, я… была не у подруги, – призналась Карина, вспомнив совет брата.

– Значит, мне не показалось! – торжественно заявляет мать. – У тебя появился парень!

– Ну, не совсем появился, – вздыхает Карина. – И не совсем парень… так, есть один на примете. В кафе приглашал. Ну, посидели… немножко…

– И? – мать внимательно смотрит на дочь.

– Что и? – фырчит Карина. – Пришёл Ник и испортил всю малину! Чуть зубы ему не вышиб! Так что парня у меня больше нет!

Она плюхнула на стол тарелку с омлетом и двумя сосисками. С парнями ей не везло катастрофически. У всех подруг в ее возрасте уже были какие-то отношения, серьёзные или не очень. Некоторые даже замужем успели побывать. Карина же хотела чего-то большего, чем пустая болтовня и одноразовый пересып. Хотелось большой любви и такого парня, чтобы ах! Увы, на «ах!» тянул только брат. Остальные и рядом не стояли, включая тех, кто был знаком с сумраком и имел теневую сущность. А с братом отношений не построишь. За инцест по закону Сумрака полагается на первый раз нехилое такое наказание, а на второй вообще смертная казнь. Это если по согласию все было.

– Ну, он тебе хоть нравится? – выводит из задумчивости голос матери.

– Кто? – не сразу поняла Карина, а потом криво усмехнулась. – Мам, свидание в кафе не означает, что я, прям, непременно за него замуж соберусь! Может, я вообще не собираюсь никуда выходить! И вообще, мой характер только Ник выносит. Ну, ещё вы с папой. Так что давай закроем эту тему.

– Это точно! – смеётся мать. – Девка ты бедовая. Знать бы, в кого такая уродилась? Не иначе, со всех родственников понемногу вредности собрала. И когда только повзрослеешь?

– Повзрослею, мам, не переживай, – отмахивается Карина. – Как дед говорит? Это неизбежно, как смерть! Рано или поздно, все равно случится.

– Дед! – Ульяна нахмурилась. – Ладно, дочь, мне нужно работать.

* * *

– Лис, ты скоро? – окликнул сестру Ник.

За ширмой примерочной раздалось шуршание и сдавленный писк.

– Сейчас… ещё… одно платье… на… до… при… мерять! Фух!

– У тебя их уже десяток! – простонал Ник. – Куда ещё-то?

Ширма резко отдёрнулась, явив миру затянутую в шикарное вечернее платье девушку. Темно-синее кружево обтягивало все, что можно и нельзя, подчёркивая фигуру, складки полупрозрачного шифона добавляли таинственности и оставляли простор для фантазии. Ник ошеломлённо замер, пытаясь не дышать. Ничего не поменялось. Больше того, стало хуже! Если три года назад ещё можно было разглядеть в Карине ребёнка, то теперь это была яркая, красивая девушка, от одного только вида которой просыпались совсем не детские желания. Прикусив губу, он мысленно отвесил себе подзатыльник.

«Придурок, это сестра! О чем ты думаешь?»

– Это ты можешь зимой и летом в одних джинсах ходить! А я личность разносторонняя! – возмущённо фырчит Карина, но тут же вертится кругом, изгибаясь всем телом. – Смотри, мне идёт? Как лучше? Вот так, с поясом? Или без?

– Без платья! – ляпнул Ник то, что думал.

И тут же прикусил язык, отвернувшись. Слишком легко воображение нарисовало обнажённую сестрёнку.

– Фи! – обиделась та и отвернулась к зеркалу, продолжая вертеться. – По-моему с поясом лучше. А курточка, какая лучше подходит? Чёрная или сиреневая?

Никита не удержался, скосил глаза, мазнул взглядом по фигуре сестры.

– Чёрная, – буркнул он, снова отворачиваясь.

Кто ж знал, что шоппинг станет для него настоящей пыткой? И никуда не деться. Обещал, так обещал. Никто не тянул за язык.

– Чёрная… – бормочет Карина, вертясь перед зеркалом, и решительно откладывает сиреневую куртку в сторону. – Тогда и сапожки тоже. О, вот эти! – Карина переползает в обувной отдел и зависает уже там. – Или эти? Нииик? Какие лучше? Ник!

– Ы-ы-ы-ы!

– Ну, Ни-ик!

– Бери обе! – рычит он. – Ни за что больше не пообещаю подобной глупости!

– Братик ты чудо! Я тебя обожаю! – пищит Карина и лезет обниматься.

Ее запах обволакивает облаком, щекочет и без того взвинченные нервы. Ник даже руки в карманы засунул, чтобы не сорваться, стерпел объятия и поцелуй в щеку. Облегчённо выдохнул, когда сестра умчалась к кассе. И уже оттуда услышал радостный возглас.

– Ой, купальники!

Ник побледнел, представив, как сейчас сестрёнка будет ему демонстрировать практически голое тело.

– Лисёнок, я повешусь! – простонал он. – Давай купальники в другой раз и без меня!

– Ну, Ни-ик! Ты же обещал! – надула губы сестрёнка.

– Обещал, – скорбно проворчал он. – На свою голову! – звонок телефона с мелодией Моцарта заставил его умолкнуть на полуслове. Знаком, попросив сестру помолчать, он включил связь. – Але?

– Ник, срочно все бросай и дуй в Знаменку! – раздаётся в трубке голос отца. – Иномирный гость пожаловал.

– А Лиса? – хмурится Ник. – Наказание…

– Ник, потом! Все потом! Бегом давай!

– Хорошо, сейчас буду, – сбросив вызов, Ник вручил сестре кредитку и ключи от байка. – Лисёнок, в пределах разумного, ладно? Выбирай свои купальники и домой.