Где мы начали

Она открыла пакет с чипсами и закинула хрустящую пластинку в рот.

– Папа говорит, что они как семья. Члены клуба обычно волосатые и старые… но добрые. Просто иногда они меня пугают, когда сильно шумят и делают взрослые вещи с девушками.

– В клубе есть девушки? – Я не мог удержаться, чтобы не спросить, потому что все, что я мог себе представить, – это ее ровесницы.

– Да, вокруг всегда есть девушки. Но мне нравятся только старухи – они постоянные, никуда не деваются.

Зевок оборвал конец ее фразы, и я понял, что она устала.

Но какой-то части меня было все равно. Часть меня была эгоистичной, потому что Калли всегда ускользала, как только вставало солнце, и, как бы сильно я ни хотел проснуться и в один прекрасный день проводить ее обратно, она всегда уходила раньше.

– Ты говорила папе, что тебе не нравятся эти шумные вечеринки?

Она скривила губы, и темные волосы упали ей на лицо.

– Пробовала, но папа меня не слышит. Он улыбается, гладит по голове и говорит идти к Ред, если мне плохо.

Я нахмурился.

– Кто такая Ред?

Она снова зевнула.

– Главная среди старушек. Она управляет кухней и деньгами клуба. Покупает продукты и заботится обо мне. Она мне нравится, но в клубные ночи вроде этой Ред участвует во всем хаосе так же, как и остальные.

Ее маленькая рука откинула верх спальника, и Калли забралась внутрь. На ней была очередная огромная футболка, в которой она тонула.

– Расскажешь мне историю? – Ее голос звучал как шепот, и я решил лечь рядом и просто дать ей поспать.

Я забрался в свой спальник, опустил голову на подушку и подложил под нее руки.

– О чем тебе рассказать сегодня?

Еще один зевок.

– На этот раз о приключениях.

Я начал рассказывать историю о Питере Пэне, все еще недоумевая, как она может не знать таких фильмов и историй. Прошлым летом, в те редкие ночи, когда мы спали здесь вместе, я пересказывал ей «Золушку». Не то чтобы мне хотелось, но она просила что-то о любви со счастливым концом, а мои сестры как раз смотрели этот фильм тем днем. Я начал рассказывать, и она не позволила мне остановиться, пока не дослушала до конца.

– Питер любит Венди? – внезапно спросила Калли, ее голос был сонным.

Я уставился на крышу домика, обдумывая вопрос.

История Питера Пэна всегда ассоциировалась у меня с пиратами, пушечной пальбой и драками на мечах… но любовь? Я понятия не имел… но, наверное…

– Думаю, он правда любил ее.

Калли помолчала.

– Почему?

Я немного помедлил, а потом сказал первое, что пришло в голову.

– Думаю, он любил ее, потому что она не была потерянной, а просто хотела приключений. Она всегда знала, кто она. Понимала свою роль в Нетландии… и рядом с Питером.

– Но он столько раз спасал ее… – мягко возразила Калли.

Я покачал головой, зная, что она не видит меня.

– Иногда спасение кого-то может вылиться в довольно крутое приключение. Уверен, Питеру это нравилось.

Больше она ничего не спросила, и я начал проваливаться в сон.

Прямо перед тем, как уснуть, я услышал ее шепот:

– Думаю, Венди любила Питера сильнее.

Глава 5

Калли

Максвелл положил морду мне на колени.

Мой немецкий дог был любителем обнимашек – как гигантская собака-психотерапевт. Он всегда чувствовал, когда я была расстроена или обижена… или просто нуждалась в любви. Он был красавцем голубого окраса с висячими ушами и практически полным отсутствием хороших манер. Я нашла его в приюте еще щенком, и в то время на него повесили ярлык дворняжки, но мне было все равно. Наши глаза встретились, и между нами словно что-то щелкнуло.

Я ехала домой из офиса адвоката под пасмурным небом, дождь хлестал по лобовому стеклу. Это было очень кстати. Заставляло сосредоточиться на дороге, а не на бушующих эмоциях. Реальность того, что я поговорила с Уэсом, оседала в сознании, как грязь. На самом деле мы не говорили – скорее, ругались. Его слова были как мелкие камешки в голове, которые я перебирала снова и снова.

Хотела ли я войны с ним? С клубом?

Конечно, нет. Но в то же время я хотела получить то, что оставил мне отец.

Похороны тоже лежали тяжелым камнем на сердце, хоть я и старалась держаться стойко. Было по-настоящему больно оттого, что отца больше нет. Я думала, что смирилась с тем, что мы никогда не будем общаться, что он был непреклонен в своих принципах и его не интересовало, что я делаю и как живу. Но когда я сидела и читала его письмо из завещания, слезы застилали глаза, а в горле стоял ком.

Моя дорогая Калли,

не знаю, как я вообще дошел до этого… до момента, когда не могу просто взять телефон и позвонить тебе. Это моя вина, я знаю. Поэтому, прежде чем что-то объяснять, ты должна знать, что мне жаль.

Мне так жаль, милая.

Я был никудышным отцом и о многом сожалею… больше, чем ты можешь себе представить.

Я узнал, что болен, около полугода назад. Я не сказал об этом ни одной живой душе, хотя мог бы разыскать тебя. Мог попросить Хэмиша – он чертовски стар, но еще помнит, как выслеживать людей. Никогда не забывал навыки охотника за головами. Но я боялся, детка. Боялся, что ты отвернешься, даже зная, что я болен и мое время на исходе. А потом я задумался, что вообще могу тебе сказать, и запаниковал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Прим. переводчика – на английском название клуба звучит Stone Riders. Стоун – фамилия президента клуба и переводится как «камень», поэтому название клуба переведено как «Каменные всадники».