Майолика Турана

Думается, ни один серьезный исследователь не отважится ответить на вопрос, а была ли у хана Узбека, князя Ивана Даниловича, Тверского князя Дмитрия Михайловича, убившего в борьбе за ярлык на великое княжение московского князя Юрия Даниловича, у деда братьев Ивана и Юрия Даниловичей - Александра Невского, боровшегося с Южно-Русскими князьями за власть в Киеве, идея создания славяно-тюркского суперэтноса? Или Кульпин под славяно-тюркским понимает московско-тюркский суперэтнос? Социально-политическая и идеологическая, с вектором на западноевропейский путь развития, база усиления и консолидации Русско-Литовского княжества была «синхронно» (в терминах Кульпина) заложена еще при современнике Александра Невского – первом короле Руси Данииле Романовиче Галицком (1254-1264), почти за 60 лет до воцарения Узбека, (1313-1342) и принятия ханом Ислама в 1312 году. Известно, что борьба славянских и литовских лидеров за Галицко-Волынские области и Киев шла непрерывно, и совершенно не зависела от религиозной принадлежности ханов. Более того, Золотоордынские войска участвовали в войнах галицких князей против Великого Литовского княжества, вторгаясь в Польшу. Следует отметить, что после введения в научный оборот казакстанским ученым В.П. Юдиным определения «чингизизм», как правового прецедента, освящающего незыблемость верховной власти чингизидов в новую эру политической истории кочевого общества, тезисы Кульпина касательно объединения народов империи под эгидой тенгрианства, звучат неубедительно [Юдин, 1992, с.16-20]. Более того, «чингизизм» с начала военно-политической карьеры Чингиз-хана, поддерживаемого мусульманской торговой корпорацией, наделенной особыми привилегиями, был пронизан духом Ислама и рыночной экономики. Отличительной особенностью лексики Кульпина в сравнении с классическими исследованиями, например, В.В.Бартольда или М.Г.Сафаргалиева, является некая игривость, с какой подбираются слова для важных научных выводов. Отвергая наличие у ханов плана создания городской и экономической инфраструктуры в Нижнем Поволжье, Кульпин предполагает, что «правительство Золотой Орды руководствовалось лишь конфуцианским (изначально даоским) принципом “у-вэй” - недеяния. Оно просто решило воспользоваться плодами своего географического положения: по территории Золотой Орды проходила часть Великого шелкового пути». Говоря о роли торговли, Кульпин отмечает, «что звонкую монету или товар, могущий быстро обратиться в звонкую монету, скорее всего, могла дать именно внешняя торговля». Сообщение Кульпина о том, что города Золотой Орды были стерты с лица земли 20-летней гражданской войной (великой замятней 1360-1380 годов), а не только нашествием Тимура, как я понимаю, не имеет под собой весомой источниковедческой базы. Ссылок на источники Кульпин не приводит, зато данное утверждение удачно вписывается в его модель о так называемом «поколении разрушителей» [Кульпин 2001, с.74-88]. На мой взгляд, великая замятня не была широкомасштабной гражданской войной, охватившей все области Ак-Орды, а тем более Кок-Орды, с вовлечением всего населения. Это был период дворцовых переворотов непосредственно в Сарае при участии царевичей и узкого круга представителей военно-кочевой знати. Во всяком случае, Б.Д.Греков, А.Ю.Якубовский, М.Г.Сафаргалиев и другие известные авторы, основываясь на источниках, говорят лишь о смене ханов в Сарае и сопутствующих военных столкновениях. О разрушении более чем ста городов (наличие около 110 городов установлено учеными), они не упоминают. Наиболее подробную карту городов Великого Государства составили в 1367 года итальянские купцы Франциско и Доменико Пицигани. На карте отображены около сорока городов помеченных «специальными значками в виде трех башен, соединенных крепостной стеной. Исключение составляют Сарай и Ургенч, ввиду их величины и важности изображенные с четырьмя башнями». В эпоху хана Токтамыша, после стабилизации центральной власти, крупные кипчакские города продолжили обычное существование. По распоряжению хана Токтамыша начала заново отстраиваться Москва [Греков, 1975, с.164; Егоров, с.130-131; Недашковский, с.247].

Кульпин пишет, что языком общения горожан, именуемых татарами, был тюркский (татарский) язык. На примере вкраплений слова «татарский» практически во всех работах казанских ученых, читающая публика видит присутствие в ушедшей эпохе современных татар. Насколько это явление сопрягается с требованиями научными, - вопрос интересный. Горожане себя сами называли татарами в XIII-XIV веках, или их так называли русские летописи? Татарский язык горожан был татарским в современном понимании казанских историков, или тюркским применительно к XIII-XIV векам? В нем превалировала степная кипчакская лексика, или древнебулгарская? Замечено, что содержащиеся в немногочисленных источниках XV-XVII веков этнонимы волго-уральских татар «отличаются многозначностью. Это относится не только к более ”темному” периоду XV – XVI вв., но и к лучше обеспеченному источниками периоду второй половины XVI – XVII вв». Независимо от динамики околонаучной полемики между так называемыми “булгаристской” и “татаристской школами”, социально-клановая структура элиты Казанского ханства, где формировался современный татарский народ, бесспорно, создана военно-кочевой знатью Дешти Кипчака [Исхаков, 1998, с.8-9,12].

Не секрет, что одно из нарицательных наименований тюрков Золотой Орды, что подтверждается многочисленными источниками, это знаменитое слово казак. И никакие хитросплетенные реконструкции не в силах удалить понятие «казак» из контекста истории кочевников. Некоторые авторы впервые находят негативную коннотацию в слове «казак». Возможно, они обнаружили положительную коннотацию в звуке «х», этом гениальном, в своей простоте, идеологическом изобретении 1936 года. Вероятно, а, например, М.Тынышбаев, это утверждал, что в период образования в Моголистане Казакского ханства, «все народы бывшей Золотой Орды от Крыма и Кавказа до Сибири назывались “казаками”» [Тынышпаев, с.36]. Первыми отрядами казаков руководили баскаки, находившиеся в русских городах. Казаки упоминаются с начала XV века, в XVI столетии в Рязани, Москве, Поволжье, Азове, на Дону, в Каневе и Черкассах, Крыму. «…Слово казак означало отважного наездника, живущего набегами и войною, непривязанного к земле и домовности» [Сухоруков, 1869, с.4-8]. Грушевский М.С. писал, что слово казак «означает бродягу, промышляющего войной и разбоем. Применялось оно к степным татарским бродягам, перешло и к нашим украинским» [Грушевский, 1913, с.167]. В греческом рукописном синаксаре, составленном в городе Судаке, в записи от 17 мая 1308 года сообщается о казаках, «занимающихся, вероятно, разбоем». Известно, что в генуэзских массариях упоминаются казаки, - военные отряды тюркских всадников, находящихся на воинской службе у генуэзского консула [Карпов, 2010, Гаркавец, 2019, с.36].