LOUNA. Грязные гастроли

Почему люди в поезде постоянно едят? Просто потребление пищи – это привычный процесс, который возвращает их в комфортную среду. Поэтому они берут на сутки пути столько жратвы, сколько не могут съесть за три дня. Тут и курочка, и котлеты, и колбаса. Яички, зелень, надо не забыть печенье к чаю и конфеты (на тот случай, если просто захочется чего-то вкусного). Они видят поездку, как выход в открытое море под парусом. Солонина, сухари, пресная вода. А вдруг штиль?

Зона комфорта музыкантов «Луны» кажется бесконечной. Никто из них в дорогу еду не берет. Максимум, покупают какие-то пирожки или быструю жрачку на вокзале, если переезд ночной. Обычно подготовка ограничивается закупкой алкоголя и мелкой закуски. Поесть можно и в вагоне-ресторане. Для меня дорога все же какой-никакой стресс, поэтому, проснувшись на безымянной станции, я сперва обезопасил себя от голодной смерти. Купил картошку с котлетой у перронных бабулек и только потом побежал за пивом.

В мае трек «Бойцовский клуб» покинул «Чартову дюжину», а через месяц LOUNA вернулась в чарт с заглавной песней альбома «Сделай громче!». Причем стартовала она сразу с седьмого места, а через шесть недель LOUNA возглавила главный рок-чарт страны. Никто из группы не мог представить, что всего за два года они смогут добиться таких результатов. Это был однозначный успех.

– В песне «Сделай громче!» в припеве есть слова «Будем делать все, что захочешь», – рассказывает Вит, – но многим слышалось «все, что захочем», и нас с Лусей даже Картаев с Махарадзе подкалывали в эфире. Мы пришли к ним, жутко волнуясь, не избалованные эфирами федеральных радиостанций, а они спрашивали, почему у нас такой безграмотный текст. Луся довольно четко все пропевает, но многим все равно кажется, что мы могли позволить себе сделать настолько неграмотный оборот речи. Я на эту тему много возмущался, находил, где в интернете опубликован неправильный текст, и в дикой злобе писал админам, чтобы исправили.

– Мы сразу круто задружились с Пахой, Вахой и Мариной Карповой, которая вела программу «За сценой», – добавляет Лу. – Они постоянно приходили на наши концерты, были на нашей официальной свадьбе и встречали меня при выписке из роддома. Они даже играли с нами в «трусы» на море.

К этому моменту у группы уже было несколько сильных хитов, которые заседали в головы слушателям и вызывали привязанность на физико-химическом уровне. Это «Сделай громче!», «Бойцовский клуб», «Мой рок-н-ролл» и «Моя оборона» (кавер на «Гражданскую оборону»).

– Когда Витя предложил сделать «Мою оборону», то это показалось нам довольно странным, – Леня пришел из соседнего купе, но сесть уже не может, так как наша каюта переполнилась. Он просто стоит в дверях. – Как это было принято, мы презирали говнарей и делали каверы только на иностранные группы. А тут такое предложение. Но он продавил этот вопрос, и когда мы начали репать, то поняли, что получается очень круто.

– Есть несколько версий этой песни, но я больше всего любил акустическую, – Вит добил первую банку пива и открывает следующую. Костер начинает потихоньку разгораться. – Я давно обратил внимание, что там очень гранжевые аккорды и круто было бы наложить их на классический нирвановский бит. Мы сыграли оригинальные аккорды в нашем пониженном строе, и песня вообще зазвучала как Nirvana. А когда придумали добавить туда соло из Smells Like Teen Spirit и Лу очень круто перепела оригинальную летовскую вокальную аранжировку со своим скримовым драйвом, то трек получился просто офигенный.

Гастрольная деятельность группы налаживалась, и в октябре они отправились в небольшой тур на пять городов. Первым городом был Сочи, а дальше они отправились на туровом басе с водителем Русланом из Беларуси. Он знаменит тем, что в начале десятых возил все ключевые альтернативные команды из России, а потом стал туровым водителем Оксимирона[3] и всей модной питерской тусы. Продолжая традицию туровых гимнов, песней этих гастролей стал трек Amatory «Дыши со мной». У Руслана оседали диски всех команд, которые он возил, и проблем с выбором гимна чуваки не испытали. «Дыши со мной» ставили в начале каждого переезда и пели хором.

Антон Дьяченко

Когда я начал работать с «Луной», то сразу сказал, что тур-менеджером ездить я не буду. Я уже наелся этого за несколько лет в «Слоте». Поэтому куда-то я отправлял с ними Ксюшу, а в этот тур все же поехал сам. Руслан уже работал в качестве тур-менеджера с Amatory, и я хотел привлечь его к работе с «Луной», но так как ребята его еще не знали, решил поехать с ними. К тому же, если Вит с Лусей имели туровый опыт, то остальные не представляли, что это такое.

Вит и Лу уже много гастролировали по России, но в Сочи еще ни разу не играли. Остальные участники группы тем более. Прилетев туда с утра, они дико взбодрились от курортного антуража в несезон. В Москве уже была самая что ни на есть мерзкая осень, а тут вовсю спела хурма на деревьях, пальмы раскидывали свои широкие пальцы, да и вообще курорт – он и в октябре курорт. Естественно, оказавшись в Сочи, они просто не могли не пойти на море. А если уж пришли, то надо искупаться. На улице было не жарко, градусов пятнадцать, серые облака затягивали все небо, и лезть в воду трезвыми могли только какие-то совсем уж бодрые спортсмены. Таких в «Луне» не нашлось, поэтому для храбрости чуваки купили водки. Распив ее на скорую руку, парни скинули одежду и побежали в море, комично прыгая по колючей гальке. Луся осталась на берегу охранять одежду парней и собственное здоровье. Если музыканты и техники еще могли безрассудно относиться к своим организмам, то вокалистке болеть нельзя было ни при каком раскладе. После водных процедур они еще немного побродили по берегу и отправились в гостиницу. Вит и Лу пошли спать, а Сергей, Рубен и Леня продолжили праздник.

– Мы проснулись и пошли поесть, – рассказывает Вит. – Открываем соцсети и видим, что в «ВКонтакте» и в Твиттере[4] какая-то адская движуха. Девочки из нашего фан-клуба просто с ума посходили. Орали про какие-то дикие фотки, которые Твиттер[5] уже удаляет, но они их вроде как сохранили.

– Мы в панике побежали в номер к парням и просто охренели от этой картины, – смеется Луся. – Леня на кровати натирал свой болт, Сережа с голой жопой скакал по комнате, а Рубен это все снимал на телефон. Как хорошо, что тогда еще не придумали трансляции. А то они бы точно прямой эфир замутили.

– Там было Ульяновское летное училище, но только голышом, – продолжает Вит. – Музыка херачила, а эти танцуют. Радостные такие, показывают нам телефон. Типа смотрите, что мы выложили. А там Понкратьев, сфотканный снизу из-под халата без трусов.

– Поскольку я не бухал особо, то меня как-то дико перекрыло от водки, – по лицу Леонида нельзя понять, жалеет ли он об этом отжиге. – Понкратьев просто нажрался и стал трясти болтом, а меня вообще понесло. Я разделся, включил порнуху на телефоне, начал дрочить. А Рубен так сфоткал всю эту тему, как будто я на Сережу наяриваю. Потом Понкратьев залез ко мне на кровать, стал прыгать с бутылкой водки. Это какой-то бред был.

– Потом с дикими глазами ворвались Витя с Лусей и начали орать, – рассказывает Сергей. – А нам весело было.

– В принципе в этом ничего такого нет, – говорит Луся. – Какая-нибудь группа NOFX такую херню творит еще до завтрака. Но мы-то в России. Поэт в России больше, чем поэт. А вообще меня смутила скорее эстетическая сторона вопроса, чем моральная. Если Лене еще можно было оголяться, то Сергею лучше бы этого было не делать. Тогда он еще не следил за фигурой и выглядел не очень.

– Я тогда просто взбесился, – рассказывает Вит. – Вы что, долбанутые?! У нас же фэны малолетние, которые это все смотрят. Должна же быть какая-то ответственность! Взрослые мужики!

– У меня после этого случая был серьезный конфликт с женой, – продолжает Сергей. – Она говорила, что я ее позорю. Но все стрелки в итоге перешли на Рубена. Я ему пытался объяснить, зачем это надо было выкладывать? Ладно фоткать, сами в туре посмотрели, поржали, но не в сеть же сливать. Если уж очень хочется выложить, то хотя бы покажи сначала. А не так, исподтишка. Это был первая серьезная провокация Рубена. В дальнейшем их было очень много.

– Я в то время активно транслировал в Твиттер приколы из нашей жизни. Это продолжалось уже около года, – подключается к разговору Рубен. – Если посмотреть мой Твиттер за те годы, то там полно записей вроде: «Группа LOUNA проезжает такую-то станцию. Если кто-то там есть, принесите на платформу бухла. Пропадаем-погибаем». Это было очень весело. И то, что я выкладывал фотки из номера, это было продолжение той темы с трансляцией нашей жизни. Я, конечно, тоже был прилично налуженный тогда, но я считаю себя человеком воспитанным и без спроса такие фотки никогда бы не выложил. Это был пьяный угар. Типа выкладываем? Давай! Какое-то коллективное сумасшествие. Я точно не делал этого втихаря.

– У нас тогда случился первый серьезный конфликт, – вспоминает Вит. – При поддержке Антона мы вломили парням жестких люлей и сказали, чтобы больше такого не было. Это был шаг жесткой цензуры, но по-другому это никак нельзя было решить.

Появление этих фоток в сети не на шутку взбудоражило воспаленные умы юных поклонников группы. Хоть Твиттер их и выпилил, но самые прошаренные пользователи успели их сохранить. Эти картинки и по сей день где-то существуют, радуя глаз любителей гейского порно.

Кстати, о гейском порно. Вскоре после этого информационного взрыва в «ВКонтакте» появилось сообщество LOUNA Smile, где фэны стали постить мемасы, коллажи и смешные фотки с участием музыкантов группы. А особо одаренные и впечатлительные начали писать фанфики. Это вымышленные истории с реальными действующими лицами. В данном случае с музыкантами «Луны». Нюанс заключался в том, что Сергей Понкратьев и Леонид Кинзбурский в этих повествованиях были слишком дружны, если можно так сказать. Читать это тяжело даже безотносительно гендерной принадлежности участников. Если нервы крепкие, то можете погуглить по запросу «фанфики по фэндому LOUNA».

Слухи про Сергея и Леню потом вышли и за рамки этих литературных произведений. До сих пор в соцсетях можно встретить комментарии юных девушек: «Скажите, это правда, что Леня из этих?»

После таких интересных подробностей надо как-то сменить обстановку. К тому же пиво заканчивается, а голод наоборот появляется. Бока с Живодером к этому времени уже ушли в вагон-ресторан, и мы решили последовать их примеру. Ехать предстоит еще долго, в Ижевск поезд прибывает только поздним вечером. Надо подкрепиться, возможно, даже пропустить по рюмке. А почему нет? Это же «дэй офф», можно и расслабиться.

Глава 7

До Ижевска остается еще около четырех часов, так что времени, чтобы налудиться достаточно. Слово «луда» – это профессиональный жаргонизм группы LOUNA. Так называют любой спиртной напиток. Соответственно, от него идут производные: лудить, налудиться, подлуженный и так далее, пока хватает фантазии. Особым шиком считается произносить это слово со страстным придыханием и с длинной «а» на конце. Например: «Ах, лудааа, что ты с нами делаешь!», «Лудааа! Нам нужно больше лудыыы!» или «Максимальная лудаааа!» Бока часто грешит такими шутками.

Почти у всех есть подпольные клички, работающие только внутри коллектива: Рубен – Карен, Сергей – Капрал или Домкрат, Леня – Кинза, Виталик – Витя или Виктор. У Луси вроде нет особого прозвища. В «Тракторе» ее за глаза называли Аркадьевной, но в «Луну» это не перешло.

Есть в группе и своя манера рассказывать. Когда кто-то цитирует другого участника коллектива, особенно того, с кем он не согласен, то фраза обязательно начинается с протяжного рычащего «Воооот!», а дальше следует отрывистая речь с большим количеством восклицаний. Как если бы это говорил Муссолини. Неизвестно, кто ввел эту манеру повествования, но ее подхватили практически все участники группы.

Еще к характерным выражениям можно отнести слово «герцогиня» в отношении девушек. В частности тех, с кем уже есть амурные отношения, или тех, с кем бы хотелось замутить. Рычащий возглас «Бааак» является синонимом всех слов крайнего неодобрения. Есть еще короткое, булькающее «бак». Звучит почти как отрыжка и может означать все, что угодно. Чаще всего служит для короткого общения между некоторыми участниками группы в финальной стадии затяжного тура. Этот звук приходит на помощь, когда слова заканчиваются, а сами артисты превращаются в животных. Причем «животное» в этом контексте – это не ругательство, а точное определение человека, проехавшего длинный тур, по пути злоупотребляя алкоголем. Оскотинивание на гастролях обычно наступает примерно на второй неделе тура, когда дорога становится домом, а алкоголь – гастрономической нормой.

В вагоне-ресторане выясняется, что из еды там почти ничего не осталось. Приходится выбирать из того, что есть. Самое оригинальное блюдо достается Рубену – гуляш без гарнира. Но все это не очень важно, потому что главный пункт в заказе – это все равно водка, и ее запасы полностью удовлетворяют наши потребности. Вскоре оба стола, за которыми расположилась группа LOUNA, оказываются щедро уставленными маленькими стограммовыми пузырьками.

Летние угары летними угарами, но делом музыканты тоже занимались. Понимая, что достигнутый успех надо подкреплять, они вовсю работали над вторым альбомом. Как и в случае со «Сделай громче!», треки для новой пластинки создавались с нуля, но пара козырей в рукавах у парней все же имелось. Песню «Ночь, дорога и рок» достали из рукава Вита, а трек «Мама» завалялся за манжетой у Рубена.

– «Ночь, дорога и рок» я пытался принести еще в TRACKTOR BOWLING, когда мы в 2007 году начали готовить панк-роковый альбом, – говорит Вит. – У меня даже текст был написан. В итоге все куплеты остались почти без изменения, но в припеве были слова не «Ночь, дорога и рок», а «Поколение Рок». Денису Хромых тогда не понравилась музыка. Она «не лежала в руках», как он выразился. Тот альбом так и не был записан, и в итоге часть песен попала в «Тараканы!», куда ушел Дэн, а часть я забрал в «Луну». Но так как потом мы в «Тракторе» сделали песню с рефреном «Поколение Рок», то в «Луне» я долго искал, чем заменить эти слова, и придумал «Ночь, дорога и рок». Этой фразой у меня получилось даже удачнее связать по смыслу куплет и припев. Из обращения к поколению песня превратилась в некий манифест рок-путешественников и наполнилась новым смыслом. Про музыкантов и людей, которым не сидится дома, которые готовы ездить за своими любимыми группами и по фестивалям в поисках новых ощущений.

– Мы еще думали, что это Хромых сочинил гитарную партию, потому что там были такие моменты, которые только гитарист может придумать, – добавляет Сергей.

– Нифига, я помню, Рубен еще говорил, что играть было дико неудобно, потому что песня придумана как-то не по точкам, – возражает Вит. – Я ее сочинял на басу, а у меня строй немного другой был, чем у гитаристов. А вообще по музыке это мое вдохновение группой Billy Talent, которую мы с Дэном открыли для себя и которой просто взахлеб заслушивались в то время.

Песню «Мама» Рубен написал еще давно, для своего проекта Southwake. И когда он на репетиции сыграл заглавный гитарный проход, то Вит и Лу сразу его закотировали, отметив, что он звучит очень хитово.

– В свое время мы с Рубеном уже играли эту песню в Southwake. Он меня просил помочь им отрепетировать несколько треков для эфира на телеканале О2 ТВ, – Сергей опрокидывает рюмку. – Но она мне уже тогда не нравилась. Мы себя считали серьезными, брутальными металлистами, а тут такая воздушная мелодия. Как будто маленькая девочка бежит по ромашковому полю и присела покакать.

– В оригинальном виде песня звучала совсем не так, как сейчас, – добавляет Лу. – Мы ее практически полностью переаранжировали, изменили темп, грув, а также заново придумали вокальную партию.

Сергей противился этому треку до последнего, в то время как все остальные участники группы дико за него топили. Присутствовало резонное опасение, что альбому не хватает хука, которым на прошлой пластинке стала песня «Сделай громче!». Поэтому, когда появилась довольно простая и цепляющая песня «Мама», на нее стали возлагать большие надежды. Прогибая линию сопротивления, Понкратьев назвал рабочий файл с этой песней huy-hit. Так этот трек и назывался до тех пор, пока Вит не сочинил слова.

– На самом деле я не думал, что этот трек так зайдет слушателям, – говорит басист. – По сути, песня «Мама» – это моя автобиография, история про взросление, которая удивительным образом совпала с подобными переживаниями огромного количества людей разных возрастов и поколений. Когда я сочинял текст, то столкнулся со сложностью. Там была очень маленькая форма, по три слова в строчке. Я долго ломал голову, что же там можно придумать, а потом родилась эта тема с перечислением: «Это Летов и Кобейн, это лето и портвейн». Причем в рыбе Луся пела на псевдоанглийском, используя как раз слово «мама», и я за него сразу зацепился. Это был первый такой минималистичный текст в «Луне», но его минимализм был обусловлен в первую очередь техзаданием в виде вокальной рыбы, которая не позволяла развернуться. Но этот образный минимализм, несмотря на мой изначальный скепсис, неожиданно для нас всех произвел эффект разорвавшейся бомбы, и песня сразу стала настоящим народным хитом.

– Как ни странно, нам пришлось убеждать руководство «Нашего радио», что это хит, – добавляет Сергей. – Они сначала взяли в ротацию боевик «Каждый вправе», а только потом лиричную «Маму».

Если следовать тактике, выбранной в первом альбоме, чувакам надо было делать фиты с сильными артистами, близкими по идеологии. Песню «Каждый вправе» решили спеть с Сергеем Михалком, лидером белорусской группы «Ляпис Трубецкой». К этому времени Михалок и компания отошли от попсовых песен про лютики-цветочки и стали играть мощный припанкованный рок с хорошей долей протеста в лирике. Переломным моментом в творчестве белорусов стал выход альбома «Капитал». Группа полностью отказалась от старого образа, и рыхлый алкоголик Сережа стал подтянутым татуированным физкультурником. В первое время даже было определенное непонимание со стороны посетителей их концертов в регионах. Когда «Ляписы» приезжали в какой-нибудь провинциальный Зажопинск, на концерт активно шли толстые дядьки в сопровождении пышногрудых чик. Они ничего не знали о контркультуре, им просто хотелось спокойно выпить водочки под горячее и послушать мелодии своей юности: «Ау, ау, ау-у. Я тебя все равно найду-у. Ау, ау, ау. Эге-гей». Но зал оказывался забитым потной, слэмующейся молодежью, а со сцены летел бескомпромиссный хардкор. Такая вот неувязочка.

Выбор артиста для фита был понятен, но оставалась небольшая проблема. Никто из «Луны» не был знаком ни с Михалком, ни с кем-либо еще из группы. Парламентером назначили Вита. Он предварительно связался с пиарщиком «Ляписов» и сказал, что у него есть предложение касательно творческого сотрудничества, на что ему ответили, что Сергей готов с ним встретиться и выслушать. Басист отправился на концерт группы «Ляпис Трубецкой» в клуб «Arena Moscow» и прошел за кулисы. В гримерке Сергей находился один. Он был в завязке и, видимо, не хотел соблазняться алкоголем, присутствовавшим в общей комнате. Вит рассказал ему про группу, новый альбом и песню, которую они хотели бы с ним записать. Даже принес ему диск «Сделай громче!» и распечатанный текст песни с пометками, где предполагался вокал Михалка. Сергей его вежливо выслушал и сказал, что не хотел бы быть в этой ситуации свадебным генералом. Если ему понравится, что играет группа, и если он действительно будет разделять их позицию, то он впишется в эту тему. Если нет, то извините. К слову, думал он недолго. Буквально через неделю Виту передали, что Михалок согласен.

– Запись проходила на позитиве, – Вит улыбается. – Сергей вообще очень общительный чувак. Целый стендап нам устроил. Все время шутил, травил байки, мы ржали до боли в животе. Рассказывал, как они прикалывались с бытовым райдером. Включали туда пластиковое ведро, чтобы какать, и пункт «погладить котика». И им реально приносили в гримерку котика и ведро.

– Он приехал с текстом на листочке, видно, что готовился, – рассказывает Луся. – Я распечатала дома текст покрупнее, даю ему, а он такой говорит: «Я, конечно, старый и глухой, но еще не слепой».

– Спел все быстро и профессионально, – продолжает Вит. – Правда, он сперва пытался петь брутальнее, грубее, чем обычно, но потом у него как-то проскочила его фирменная мяукающая интонация. Он сразу поднапрягся, хотел переписать. Но мы наоборот за нее ухватились: «Все отлично, Сергей, не переживай!» На самом деле мы этого и ждали.

Несмотря на то, что с Михалком все прошло быстро и легко, в коллективе «Луны» разыгралась нехилая драма по поводу этой песни. Вит написал текст о человеческих правах и даже вставил туда декларацию прав человека ООН, которую зачитывал Сергей Михалок. Но Рубен, как историк и политолог, имел свой взгляд на этот вопрос.

– Право всегда основывается на понятии обязанностей, – Рубен еще раз разливает по рюмкам, мы чокаемся и выпиваем. – То есть ты имеешь право только в том случае, если берешь на себя обязанности. Это фундаментальное понятие, на котором основано римское право, принципы гражданства и так далее. А в тексте об этом ни слова не было. Мы же людей воспитываем своими песнями, и им порой надо вкладывать туда такие простые понятия. Мы в то время стали действительно много народу собирать на концертах, люди нас слушали и все это впитывали. И у меня возникло понимание, что нельзя им давать изначально неправильные вещи. Вернее, вещь-то правильная, но она лишена этого ключевого момента. И в то время, когда начались протесты, об этом особенно важно было говорить. Еще в песне есть такие слова: «Каждый вправе выражать все, что хочет, где угодно». Я с этим тезисом категорически не согласен.

– Вот тут я с тобой не согласен, – возражает Сергей. – Понимаешь, песня – это не констатация фактов, а образное описание каких-то вещей. В ней по-любому есть какие-то логические минусы. Это же искусство, средство самовыражения. В нем могут быть неточности.

– Серега, это не неточности, – Рубен сидит за другим столом, и им приходится почти кричать, чтобы донести друг до друга свои мысли. – В песне «Бойцовский клуб» тоже есть призыв «бей сильней», но ты понимаешь его в контексте. А здесь его нет, но этот контекст очень важен.

– Слушай, ну это для тебя он важен, – Понкратьев не сдается. – Просто ты понимаешь многие вещи более детально. Но к песне это нельзя применять. В этом и прикол. Ты сам уже должен додумать, что там и как.

– Да что тут спорить. Искусство – это не лекция и не научная работа, где все должно быть логично и разложено по полочкам, – говорит Вит. – Кроме того, это и невозможно сделать в пределах той формы, которая поставлена вокальной рыбой. Слово «обязанности» нельзя пропеть никак. Я даже предложил как компромисс сделать потом песню, где будет слово «обязанности». Хотя это тоже сомнительно, про обязанности только рэпом можно спеть. Невпихуемое какое-то слово. Ясное дело, что этот текст утрированный. Да вообще все наше творчество с точки зрения, например, композиторов классической музыки – это полный бред, который забивает головы молодежи какой-то ерундой. Но в искусстве можно все. Вообще Рубен и раньше высказывал несогласие с текстами, и тогда я прислушивался, переделывал что-то. А тут я уже решил не двигаться. Просто всегда, когда я слышал критику, никаких конкретных предложений за ней не следовало.

– Рубен начал воду мутить еще раньше, – говорит Лу. – Еще с песни «Сожженная заживо». Говорил, что он востоковед, что не надо трогать Восток. У них свои правила, и если они хотят забивать женщин камнями, то пусть забивают. Мы пытались объяснить, что смотрим на этот вопрос со стороны общечеловеческой морали, а Восток это или нет, какие у них законы, в современном мире давно уже никого не интересует. Но он постоянно бурчал, создавал какую-то гнетущую атмосферу и вот докопался до этого трека. И я постоянно вспоминала слова Кэша, который говорил, что Рубен сложный и выносит мозг. В одной из переписок даже написала ему, что понимаю, чем он занимается, но эту группу я ему развалить не позволю. Потому что он ее не создавал.

Споры по поводу текста песни переросли в протесты Рубена на концертах. Во время исполнения этого трека он стал разворачиваться спиной к залу, а потом и вовсе выходить в гримерку. Благо, радиосистема позволяла играть, не находясь на сцене. Этим он демонстрировал свое несогласие с текстом, и коли уж каждый вправе, то вот, тогда это тоже его право. Увещевания товарищей по группе ни к чему не приводили. Рубен упорно пользовался своим правом.