Небо в крапинку

— Помоги, — Айер наклонился и подхватил одну из туш за лапы.

Перетаскивали тела долго, периодически останавливаясь и прислушиваясь к происходящему за стенами. Пару раз раздавался вой, из-за чего работа полностью прекращалась и приходилось замирать и выжидать. Полноценно вернуть пространство не вышло, слишком много трупов, которые не выкинешь – слишком тяжело. Лишь две туши Макс вытолкнул на улицу, чтобы закрыть-таки дверь и, наконец, запоздало подпереть ее. Окно так и осталось зияющей дырой. Прибивать назад доски было куда опаснее, чем оставлять все так, как есть.

Едва удалось опуститься на матрас, чтобы перевести дух и размять затекшую спину, как появились кролики.

Сначала крохотное белое облачко юркнуло в дом через окно, тут же обнюхивая кучу съестного. Спустя время заявился еще один, почуявший обед, и вскоре дом заполонили отвратительно чавкающие создания. Наан старалась абстрагироваться от звука, но выходило посредственно. Кролики мельтешили, иногда проносясь слишком близко, словно жаждали слизнуть с чужих рук аппетитную кровь.

Макс в свой закуток не уходил. Впрочем, его никто и не гнал. Сев в метре от девушки, он не двигался, словно имитировал реликвию. Тронь – рассыпется. Наан в какой-то момент показалось, что он спит, однако рассвет приближался и слабые лучи, пробираясь в окно, отразились в чужих глазах.

Кролики постепенно уходили.

— Жрать хочется, — проводив взглядом последнего, тихо проговорил Макс.

Наан сглотнула. Пиршество тварей постепенно раскрывалось во всей красе, отбивая аппетит напрочь, даже несмотря на прилипший к позвоночнику желудок.

«Кишка кишке бьет по башке,» — говорил в таких случаях брат, а после старался непременно накормить оголодавшего ребенка.

— У тебя ничего нет? – тряхнув головой, чтобы сбросить внезапное наваждение, Наан потянулась к рюкзаку.

— Пачка печенья, — Макс тоже порылся в своем и тут же протянул найденное. – Будешь?

Наан скептически глянула на мятую упаковку и выудила из рюкзака пару консервных банок тушенки.

— Не уверена, что она хорошая.

Макс же, едва вскрыв металл, с диким аппетитом накинулся на еду. Наан наблюдала за ним, прикидывая, сколько же времени он нормально не ел. Хотя сейчас едва ли кто-то мог позволить себе именно полноценный качественный прием пищи. Разве что фермеры, да охотники, удачно занявшие территории и сумевшие их отстоять.

Солнце пробиралось все дальше, очищая мир от тварей и являя последствия ночи. Наан тоже быстро заглотила свою пайку, стараясь не замечать сильно уменьшившуюся кучу трупов. Макс же либо идеально умел абстрагироваться, либо от природы был обделен брезгливостью.

— Мне надо торопиться, — зачем-то оповестив, Наан нахмурилась и поднялась.

Проверив кинжалы, Игнис закинула рюкзаки на плечи и направилась к выходу.

— Спасибо, — донеслось, на что девушка лишь бездумно махнула рукой, прежде чем протиснуться в дверной проем.

От трупов на улице остались лишь темные пятна.

Времени было катастрофически мало, необходимо преодолеть слишком большой лесной участок до сумерек. Наан набрала воды и сразу двинулась в путь, краем глаза заметив, как лениво выпрыгнул из окна Макс.

Возможно, ради приличия стоило попрощаться, но такие мелочи теперь волновали меньше всего. Впрочем, Наан врала сама себе – никогда не волновали. Просто чужая фигура настойчиво привлекала внимание, заставляя задуматься.

***

Закинув легкий рюкзак на плечо, Макс провожал девушку взглядом до тех пор, пока она не скрылась из виду. Он сам планировал двигаться в том же направлении, и, если бы только у него поинтересовались дальнейшим путем, можно было бы пройти хоть немного в приятной компании. Но увы. До недавних пор Макс бы сам без зазрения совести присоединился к путнику, непременно тут же заводя душещипательный разговор о том, о сем, но практика показала – его общество мало кому приятно.

Потоптав землю, Айер все же двинулся вперед. Не имея четкого плана действий, Макс, скорее, просто гулял по миру, наслаждаясь минимальными благами и ловя в этом крупицы счастья. Кому-то катастрофа подарила лишь горе, кому-то возможности, а Айер был из той маленькой горстки, кто обрел жизнь. Странную, непонятную, но предельно интересную.

Жара не доставляла излишнего дискомфорта, больше угнетало скудное питание, но и это было вполне терпимо. Пока тело двигалось, все было в рамках допустимого.

В группах в этом плане было куда проще, однако для себя Макс отметил, что если и прибиваться, то к какой-нибудь крупной. Они, конечно, хуже, напоминали клуб поехавших фанатиков, придумавших себе некий центр вселенной, однако слиться с толпой в них проще. В маленьких же комфортнее, теплее, что ли, однако на любые странности в них реагировали слишком остро, тут же ища подвох в незнакомце и предпочитая избавиться от него, чем рисковать оставлять рядом с собой и близкими. Обидно никогда не было, Макс находил в себе понимание и уходил без скандалов и лишних сцен, принимая как данность.

Солнце плавно катилось по небосводу, изо всех сил стараясь подрумянить и без того загорелую кожу. Невольно Макс вспомнил, как удивился бледности Наан. Под таким солнцепеком она лишь слегка была напудрена мощными лучами. Плечи и нос больше уходили в красноту, но все равно не имели ожидаемого цвета. Ноги же вовсе напоминали стены больничной палаты, из чего Айер и сделал вывод: открытые участки кожи на самом деле все же понемногу проигрывали солнцу.

И, как назло, в памяти она отпечаталась. Черные пряди, едва доходящие до плеч, чаще убранные в практичный хвост, и не менее черные глаза, в которых одному богу известно, какие черти водятся. Взгляд был у Наан тяжелый, казалось, что он оглушает бетонной плитой и давит, ломая ребра и лишая последнего кислорода. И это запомнилось. Макс видел не так уж и много примечательных людей, и каждый был рехнувшимся в той или иной степени. Глаза чаще всего это прекрасно отражали, сразу давая понять: надо быть на чеку. Всегда интересовало, что же другие люди видели в его собственном взгляде?

Макс быстро понял, что внешность у него вполне располагающая. Люди довольно скоро и смело шли на контакт и расслаблялись. Где-то почти сразу предлагали свою помощь, где-то даже обращались сами. Но все это лишь временно, до первых смутных подозрений. И плевать, что Макс не проявлял ни жестокости, ни алчности.

Солнце, пройдя зенит, начало скатываться к горизонту. Лесная дорога не имела конца, и Макс ускорил шаг. Хорошо бы к закату добраться до построек. В лучшем случае еще и добыть еды. Судя по тому, что зверья до сих пор не наблюдалось, где-то поблизости должна быть стайка людей, либо дремлющих тварей. Печенье давно закончилось, вода тоже. Страстно хотелось мяса и прохладной речки. Отпиться, отмыться и забыться на время.

Темнело. Деревья редели, являя небольшое поселение с косыми крышами. Интересно, Наан где-то там? Или свернула на другую дорогу? Развилок по пути было множество.

Выдохнув, Макс ускорился. Оставалось немного, но мрак уже успел опуститься на землю. Послышались первые отдаленные звуки пробудившихся тварей.

Шаг тише, взгляд настороженнее. Покосившиеся заборы открывали вид на черные зияющие дыры в домах, пришедших в негодность. Излишне придираться к ночлегу смысла не было, в конце концов, дождь не предвиделся, однако жажда гнала дальше, к колодцу. Вой не приближался, лишь фоново напоминал о голодной угрозе. Макс внимательно осматривал каждый двор, прикидывая, как сильно он будет греметь ведром в ночной тиши. Если вдруг в поселении все же есть люди, то так он навлечет на них беду – Айер даже удивился своим мыслям, раньше это волновало мало. Возможно, стоило потерпеть до утра. Лишь бы найти заветную воду и вернуться к ней по утру.

И все же он, накрытый широкой доской колодец в просторном дворе, с относительно уцелевшим домом. Окна забиты, дверь плотно закрыта, стены местами укреплены. Выругавшись, Макс юркнул за забор, поглядывая на цель. Бесшумно явно не выйдет, а дом точно жилой. Если присмотреться, вдали можно разглядеть темные силуэты грядок. Рисковать чужими жизнями идея посредственная, а искать еще один чистый колодец бессмысленно: вероятнее всего, это единственный уцелевший.

И все же Макс пробрался во двор. Надежда таилась, подбивала к действиям. Главное, остаться незамеченным: быть повязанным людьми у него куда больше шансов, чем попасться в лапы тварям. В ночи никто не будет разбираться, с каким умыслом ты пришел.

Надежда не подвела. Возле колодца стояло полное до краев забытое ведро. Присев, Айер старался не шелестеть даже одеждой, но пластиковая бутылка в рюкзаке скрипнула. Макс замер. Выждав время, он все же выудил подставившую его тару и медленно погрузил в ведро, прислушиваясь. Из дома не доносилось ни звука. Набравшись терпения, Айер не позволил себе отпить прямо из ведра, лишь выглянул из-за своего укрытия – мало ли какой дозорный тихо вышел на шум, показавшийся самому Максу оглушительным. Но было чисто. Либо люди предпочитали не высовываться, либо наблюдали за обстановкой через щели, что было куда безопаснее для них самих.

Покинул двор Макс быстро и без лишних звуков, делая пару жадных глотков лишь за уцелевшим забором. Чтобы беспрепятственно покинуть деревню по утру, стоило пройти еще хотя бы несколько домов, пусть даже и усталость прибивала к земле. Твари все так же выли лишь вдалеке. Расслабившись, Макс неторопливо шел, разглядывая местность. Поселение когда-то явно не бедствовало. Крупные коттеджи, просторные дворы и брошенные внедорожники. Теперь это денежное царство казалось бессмысленным. Ценностью обладали лишь довольно примитивные вещи, мало кто уделял должное внимание роскоши. Задумавшись, Макс брел дальше, ища лучший вариант из худшего.

Центральную улицу пересекла еще одна, не менее крупная. Свернув наобум, Айер направился дальше. Мало ли, все же найдется удачный участок с колодцем, в котором на рассвете получится запастись водой еще на один жаркий день.

Очередной поворот на более узкую улочку – Макс замер. Волк остановился прямо перед ним, опустив голову и прислушиваясь. С такого расстояния даже дыхание для твари было вполне различимым. Айер потянулся к оружию, но доставать не торопился. Волк тоже медлил, слегка повернув голову на бок. Макс под светом луны успел рассмотреть плешивую шерсть на крупных боках, однако с огромной пасти еще не капала слюна – сыт. Но Айер не расслаблялся, провоцировать все равно не стоило.

Волк шагнул ближе, ткнувшись носом прямо в чужую макушку. Макс ждал. Шкура плотная, и пусть даже чужая крупная шея была близка, шансов вонзить в нее кинжал не так много. Проще в глаз, но теперь Айер не смог бы до него достать. А его продолжали бессмысленно нюхать на остатках рефлексов.

И все же тварь, обтеревшись жесткой шерстью, прошла мимо. Не оборачиваясь, Макс двинулся дальше, выцелив первый попавшийся дом. Позднюю прогулку стоило завершить как можно быстрее.

Как назло, дом был словно решето, но что было, то было. Айер нашел подобие одеяла, хранившего в себе запах сырости, и постелил себе скромную постель. Сон сморил моментально.

Рассветные лучи игриво щекотали нос. Казалось, Макс задремал всего минуту назад, но снова день, снова в путь. Усталость накапливалась, отсутствие еды постепенно давало свои плоды, изнуряя еще сильнее. Шел Макс медленнее, мозг соображал хуже. И даже жара становилась пусть и мелкой, но проблемой. Новый колодец он так и не нашел, хотя прошел по многим участкам в бесполезных поисках поживиться хоть чем-нибудь. Возвращаться же к старому Айер не собирался, сталкиваться с людьми желания не было.

Снова лес, слишком тихий и пустой. Духота зажимала легкие, и теперь казалось, что солнце беспощадно давит. Однако со временем по небу поползли тучи, но спасения они не принесли. Легче стало разве что от блеснувшего водой озера вдалеке, к которому и направился Макс без лишних раздумий.

Вода смывала пройденные километры, даря временное ощущение чистоты и легкости. Макс вылез быстро, чувствуя, как его начинает клонить в сон. Распластавшись на берегу, Айер не торопился одеваться, наслаждаясь наготой и поднимающимся ветром, остужающим тело.

Внезапно к воде подлетела утка. Макс это сначала лишь услышал, не торопясь шевелиться, не торопясь даже открывать глаза. Выжидал. Рюкзак был близко, но все же до него еще нужно было дотянуться, не спугнув птицу. Двигался Макс плавно. Утка была вполне в зоне досягаемости, оставалось только слиться с природой и не шуметь. Совсем немного, и пальцы коснулись метательного ножа, как птица взмахнула крыльями. Но всего лишь резвясь в воде. Тело напряглось подобно струне, Макс медленно выдохнул, неторопливо возводя руку к виску.

Нож попал в цель, и Айер бросился за добычей, припоминая, что в рюкзаке еще оставались спички. Интересно, насколько вкусно было бы приготовить мясо с приправами?

Ощипывать Макс не умел, но сейчас даже это не могло испортить предвкушение сытного ужина. Костер удалось развести только к вечеру, разве что темные тучи напрягали, норовя брызнуть несвоевременным дождем. И все же Айер успел. Пресное подгоревшее мясо на вкус было восхитительным, но капли, падающие на плечи, вызывали досаду. Без укрытия ночь обещала быть, мягко говоря, неприятной.

Хвойные деревья не служили даже малым спасением, и Макс раздумывал: двинуться в путь в слабой надежде на постройки или же переночевать возле воды. Сытый желудок толкал вперед, но все же Айер решил остаться. Запоздало сооружать кривой навес Макс не стал, лишь прислонился спиной к стволу дерева, пряча под ноги рюкзак с остатками мяса.

Ночь казалась длинной. Твари блуждали едва ли не за спиной, а дождь, плавно перешедший в ливень, заставлял стучать зубами. Сон урывками больше вымотал, чем дал организму передышку, и к утру Макс чувствовал себя тухлым овощем. Однако не пожалел, что остался. На глаза попался заяц. Щуплый, но вполне аппетитный. Пришлось задержаться, чтобы прожарить мясо, и только потом двинуться в путь. К тому времени одежда успела приемлемо подсохнуть под вылезшим из-за облаков солнцем.

Два дня ушло на то, чтобы дойти до города. Приятнее всего было блуждать по лесным дорогам, не ощущая жара асфальта, однако в брошенных домах и магазинах тоже были свои плюсы. В одном из крупных супермаркетов пришлось затаиться. Приближающиеся голоса заставили замереть и навострить уши. Что-то показалось знакомым.

Басистый смех переливался эхом, расходясь дальше по бетонным лабиринтам. Макс сунул в рюкзак баночку, так и не успев изучить, съедобное ли, и юркнул за ближайшую дверь, оставляя для себя небольшую щель для обзора.

Первого, появившегося в зоне видимости, Макс узнал сразу. Тип был из тех, кому анархия сыграла на руку, позволяя действовать так, как требовала душа, весьма сомнительного наполнения. Пересекаться с группой окончательно расхотелось.

Макс старался не дышать, сразу прикидывая, сколько еще человек может блуждать по торговому центру. Эти предпочитали выходить едва ли не толпой.

Казалось, группа все же направлялась к выходу, бурно обсуждая, как мало они сумели добыть, но расслабиться не вышло: послышались шаги по ступенькам. Не раздумывая, Айер поторопился спуститься на пролет ниже, аккуратно обходя все осколки на ступеньках. Преследование не было, однако и путь дальше не существовал: железная дверь, запертая крупным замком, служила тупиком. Пришлось дождаться, когда утихнут голоса, прежде чем покидать незамысловатое укрытие.

Макс решил вернуться, не поднимаясь выше, однако это оказалось ошибкой. Один из группы притормозил, что-то забыв, и невовремя развернулся, замечая крадущегося по холлу парня.

— Эй! – разнесся громкий крик, от которого Айер тут же рванул с места. – Эй, мясо!

Макс совершенно не знал планировки, что сыграло с ним злую шутку, заставляя импровизировать. Необходимо было найти выход из здания, пока его не зажали в угол. Топот и крики позади слышались все отчетливее, заставляя принимать неверные решения. Отсутствие понимания строения только усугубляло ситуацию. Айер запоздало осознал, что его загоняют на крышу, с которой, судя по всему, выход был лишь на тот свет.

— Оно здесь! – послышалось за спиной.

Тсыкнув, Макс толкнул последнюю дверь, вырываясь под палящее солнце. Слишком высоко, чтобы безопасно спрыгнуть, а на самой крыше было всего пара мест, где можно на время укрыться, слегка спутав след. Выругавшись, Айер достал из рюкзака кинжал, присаживаясь и замирая. Видимо, сегодня придется сменить одежду.

Мужики, уже довольные успехом, едва ли не всей гурьбой вывалились из двери. Обсуждения будущего блюда заставили поморщиться, даже появилось желание съязвить о том, что мясо для них будет суховатым, придется долго тушить и давиться слюной.

Но Макс ждал, прислушиваясь к шагам, подмечая тени.

— Сиганул что ли? – поинтересовался один, самый полный.

— Не, вряд ли. Я узнал этого пацана, бойкий. Он уже сбегал от нас, — послышался гогот. – На этот раз ему не уйти.

Пальцы сжались на рукояти. Всего шаг.

— А, тот малец, что Быка вырубил?

Пора. Рванув из укрытия, Макс резал первым делом сухожилия, чтобы наверняка. Годами отточенные движения не подводили, а крики боли и гнева оставались где-то в отдалении, не проникая в сознание. Жалости, как и сочувствия, не было ни грамма. Но и гнев не поднимался, позволяя равнодушно устранять опасность.

Справиться со всеми оказалось не так уж и просто. Вялость оголодавшего тела сказывалась, замедляя движения, а даже беспорядочно размахивающие оружием противники несли угрозу: любое малое ранение в ближайшую ночь могло доставить слишком много хлопот. И все же чаща весов однозначно склонялась в пользу Айера. Последних двух Макс заколол, не особо размениваясь на обычное обездвиживание. Болезненные стоны оглушили сразу, как только кинжал был выдернут из падающего тела, словно органы чувств ловко блокировали отвлекающие во время драки звуки. Айер осмотрел разбитую группу. Добивать остальных не было никакого желания, уж лучше ночью они познают боль, которую причиняли сами. Присев на корточки, Макс вытер кинжал об относительно чистый кусок чужой одежды, но убирать не торопился.

— Мы за тобой еще вернемся, тварь… — донесся скулеж, но Айер даже не повернул головы на голос.

Раздумывая, жертвовать ли остатками воды для промывки волос от чужой крови, Макс пнул одно из тел, замечая сбоку флягу. Снял с пояса, открутил крышку и принюхался – чистая, пусть и не так много. Озерная тут же пошла в ход.

Покинув крышу, Макс попытался припомнить ближайший отдел с одеждой. Пусть нынешняя и была довольно удобной, следовало все же избавиться от нее, причем, побыстрее. Вечерело.

Оценивать свой новый образ в битом зеркале Макс не стал, торопливо покидая торговый центр. Солнце уже едва доставало лучами до небосвода. Снова не найдя еды, зато под возможной крышей. Лишь бы иронично не столкнуться с остатками мирно расположившейся на крыше группы.

Старая пекарня встретила с распростертыми пустыми объятиями, но дальше идти Макс уже не хотел. Второй выход с торца порадовал: наличие путей отступления всегда приветствовалось. Нутро подсказывало, что ночь грозила быть тяжелой.

Первый громкий вой сопровождался приглушенным криком боли. Как и предполагалось, тварей сбежалась тьма. Разбитая витрина являла всех мимо пробегающих или неспешно блуждающих, но главное, что на данный момент Макс не представлял интереса. И все же спать себе он не позволял, держа оружие наготове.

Первым решил наведаться волк. Глубокой ночью он вальяжно прошествовал в магазин, едва запинаясь, переступая разбитую витрину. Слюна обильно текла из приоткрытой пасти, а слепые глаза шарили по темным углам. Айер, бесшумно встав, шагнул ближе к запасному выходу. С этой тварью тягаться особого желания не было, лучше отступить, чем рваться в бой. Однако, не повезло. Голодный волк услышал добычу, сразу же меняя курс движения. Макс рванул к выходу, благо, прилавок немного затормозил незрячую тварь. В переулке, не долго думая, забравшись на мусорный контейнер, Айер прыгнул назад на зверя, сразу же цепляясь за торчащее ухо – первое, что попалось под руку. Кинжал цель не нашел, а волк разъяренно стал сбрасывать с себя незапланированного наездника. Макс уже держался просто за шкуру, вырывая клоки шерсти и пытаясь не выронить кинжал. В глаз попал он случайно, просто повезло. Зверь удачно махнул головой, а лезвие вовремя направилось по нужной траектории. Вой разлетелся по округе, но быстро смолк, когда Макс повторил удал, но уже точнее и глубже.

Слезая с туши, Айер подхватил оброненный во время борьбы рюкзак, досадуя на порванную лямку, и поспешил скрыться, пока на звуки не сбежались остальные.

Незнакомые улицы петляли, часто заводя в тупик. Твари шныряли поблизости, каждый раз заставляя замирать и прислушиваться. Особенно когда доносились человеческие крики.

Новое место найти не удавалось, как только появлялось относительно приемлемое помещение, рядом тут же обнаруживалась тварь, вынюхивающая себе обед. Приходилось отбиваться и убегать, пока не окружили толпой. Однако в какой-то момент уже даже показалось, что мельтешащие вокруг обезьяны, вычислив добычу, усердно стараются загнать его в угол. Приходилось перелезать через заборы, цепляясь штанинами за торчащие прутья, и уносить ноги прочь.

Постепенно выматываясь, Макс пытался разглядеть в потемках время на битых часах, едва поблескивающих под лунным светом на запястье – старый подарок одного добродушного старика. До рассвета оставалось не так уж много.

Очередная толпа обезьян перегородила путь. Они увлеченно рвали тела на куски, борясь друг с другом и удачно не обращая внимание ни на кого вокруг. Максу почти удалось проскользнуть мимо, как одна из них внезапно отпрыгнула, врезаясь в парня. Этого хватило почуять человечину, но Айер, махнув рукой, перерезал ей горло раньше, чем та вцепилась в его плоть. Остальные тут же навострились, отвлекаясь от драки за еду, и Макс на всех парах ринулся бежать.

Светало. Сиплое дыхание могло стать фатальным призывом, но твари, лениво расползаясь по углам, укладывались спать. Макс заставлял тело двигаться из последних сил, мечтая больше о еде, чем о сне. Аккуратно ступая, Айер бродил по домам и магазинам, надеясь найти хоть старые сухари, но все уже либо давно сгнило, либо было подобрано выжившими, которых, в этом городе, оказалось довольно много, даже если судить по ночным воплям.

Солнечные лучи мягко пошлись по лицу, радуя новому дню и позволяя слегка выдохнуть, как, выходя из очередного домишки, свет явил знакомый силуэт. В черных распущенных прядях гулял ветер, а штанины, закатанные до колен, демонстрировали все еще бледную кожу. Макс замедлился, раздумывая, навязать ли свою компанию во второй раз. Снова преследовать было бы глупо, но отчаянно хотелось. Она вызывала интерес.

Айер наблюдал.

Наан не торопилась, больше петляла по улицам, но явно имела четкий маршрут – ни разу не уперлась в тупик. Заходила не во все магазины, лишь в парочку, поживившись в одном из них только обувью, сменяя тяжелые ботинки на легкие кроссовки, чудом сохранившиеся в приемлемом виде. Она не оборачивалась. Ни разу.

Слишком увлекшись, Айер пропустил ненужное внимание к себе. Напали сзади. Удар по голове вышел смазанным, но железо довольно ощутимо соскользнуло в плечо, заставляя поморщиться и отскочить. Их было четверо, а Макс изрядно ослаб. Ватное тело требовало отдыха, но никак не очередного испытания.

И все же с двумя Айер справился, морщась от явно привлекавших внимание криков боли, – чисто убить не получилось. Оставшиеся, разъяренные еще сильнее, атаковали, как назло, умело. Видать, в прошлом бойцы того или иного формата.

Макс постоянно двигался, стараясь не дать зайти за спину, но выходило посредственно. И все же одного он задел кинжалом, пусть и не обезвредил. Переключаясь на второго, летящего сзади, Айер уже понял, что допустил ошибку, как появилась тень.

Хрустнули позвонки, тело обмякло и Макс позволил ему упасть, медленно оборачиваясь на подоспевшего на помощь.

— Можешь не благодарить, — Наан сидела прямо на спине поверженного, играясь с окровавленным кинжалом.

— Я не нуждался, — с улыбкой.

Глава 2

День был душный. Воздуха катастрофически не хватало, не скованные резинкой пряди тут же липли ко лбу и шее, а широкие штанины пришлось закатать, чтобы хоть немного избавиться от эффекта парника. Наан знала, что за ней хвост, и знала, кто именно. Любопытство подталкивало саму наблюдать, выжидать. Однако шум позади порушил все планы: довольно однозначные вскрики оставить без внимания не получилось.

Развернулась и пошла назад Игнис больше из интереса, уверенности в том, что Макс справится и сам, хватало с лихвой. Однако, все же выглядел он сильно измотанным, а движения, довольно заторможенные, давали знатную фору противникам. Наан не вмешивалась ровно до критического момента: опрометчиво подставив спину, Айер ломал шею одному из врагов.