Я всё ещё человек

Он не закончил, и пауза показалась очень красноречивой.

Я слегка наклонила голову и посмотрела на Алекса внимательнее.

— Но ты всё равно его не послушал?

— Не послушал.

— Была причина?

— Была. Он… — Кларк замолчал, подбирая слова. — Извини. Это сложно объяснить. Может, как-нибудь потом?

Кивнула.

Человеческие эмоции редко сразу бывают аккуратными, логичными и готовыми к пересказу вслух.

Пока говорили, Алекс продолжал придерживать ватный тампон на моём бедре. Поймав вопросительный взгляд, пояснил, что так меньше шансов заработать синяк.

Угу. Поверим.

Если с уколами всё прошло гладко, то на этапе перевязки удача покинула меня почти полностью. Порез успел пропитать свежий бинт насквозь. После того как взгляд случайно встретился с глубоким алым цветом, в голове повело, и я начала крениться вперёд.

— Эй… тихо, — голос донёсся словно через вату.

В следующую секунду Алекс подхватил за плечи и помог откинуться назад. Я упала спиной на кровать, дыхание сбилось, а перед глазами на мгновение потемнело. Понадобилось немного времени, чтобы просто лежать и моргать, возвращая фокус.

— Кажется, всё, — сказал Кларк. — Ты как? Хочешь воды? Или поесть? Могу разогреть…

— Спасибо… правда, спасибо, — ответила я, всё ещё приходя в себя. — Не знаю, как бы справилась без твоей помощи.

Он изменился в лице и снова стал мягким. Присев на край кровати, Кларк поправил плед, закрывая мою оголённую ногу, и сказал:

— Мне нравится проводить с тобой время.

Я даже не успела понять, как отреагировать, — его телефон зазвонил.

Ну да. Конечно. Рабочий день был в разгаре, и, разумеется, Кларк не мог игнорировать звонки, как это делала я. Он взял трубку, отвечал с паузами, внимательно слушая собеседника.

— Привет… Да, всё в порядке. Насколько это вообще возможно… Сделал уколы, сменил повязку. Она отдыхает… Хорошо, передам… Жду тебя завтра.

— Кто это был? — спросила я, ведь по контексту было понятно, что речь шла обо мне.

— Макс. Ты не сообщила, что добралась. Все волновались.

Имя сработало как щелчок.

Будто кто-то резко дёрнул меня обратно в реальность, в которой я бросила человека в неизвестности.

Наверное, ещё никогда не хотелось провалиться сквозь землю так сильно, как сейчас. Уверена, стыд в итоге убьёт меня быстрее всего остального.

Моё лицо, точно, не способно было сейчас фильтровать эмоции — что, разумеется, не укрылось от Алекса.

— Ты в порядке?

— А… да. Просто думаю, что надо было найти время и позвонить… ребятам. А я… — я запнулась, — в общем, вышло по-свински.

— У тебя хорошие друзья. Макс позвонил сразу, как ты уехала из Ферринберга, чтобы я встретил, — он сделал небольшую паузу. — Ладно. Думаю, тебе лучше отдохнуть. Напиши вечером, хорошо? Может, найдёшь силы на ужин…С удовольствием послушаю, как прошла свадьба. Если нет, то хотя бы просто дай знать, что всё в порядке.

— Договорились, — ответила я, собирая остатки сил на улыбку. Что ни говори, тело и правда было уже на пределе.

Как только Кларк закрыл за собой дверь, я схватила телефон.

Миллион уведомлений. Чарли. Тони. И, конечно, Макс.

Может, было бы проще, если бы он вообще не звонил?

Открыв переписку, увидела ровно то, что и ожидала:

«Как ты? Позвони, когда будешь на связи»

«Я волнуюсь»

«Можно приехать?»

«Пожалуйста, хотя бы напиши, что ты в порядке»

Ни одного упрёка. Ни намёка на злость. Только поток непонимания и тревоги.

Господи, как же отвратительно я себя чувствую.

Я некоторое время просто смотрела в экран, прежде чем начала печатать. Мыслей было слишком много, но ни одна не хотела складываться в правильные слова.

«Давай поговорим через пару дней. Мне нужно немного подумать».

Он прочитал почти сразу.

Но не ответил.

Глава 11. ТРОЙКА

Вернулся в Фенвир ранним утром следующего дня.

Предварительно закинув чемодан Анны домой, я уже сидел в кофейне и ждал Нину, чтобы вернутьтой пиджак.

Минувшие сутки мой мозг старательно изводил себя догадками.

Дом раздражающей хромой девчонки находился так близко, что соблазн открыть дверь с ноги и вылить на неё содержимое головы стал уже неприлично велик. Но, спасибо остаткам самообладания, терпел.

Нина появилась, вовремя. Вся такая кокетливая и симпатичная. Глазам было приятно, голове — безразлично.

— Вот это д-а-а-а… Выглядишь уставшим. Вашу подружку вообще будто бульдозер переехал. Что там свадьбе произошло?

Подвинул ей стаканчик кофе.

— Зато ты выглядишь отлично. Точно настоящая? — сказал я и коснулся руки.

На автомате пофлиртовал… Идиот…

— Ничего себе. Кто-то в настроении? — Нина ещё больше оживилась.

Все эти дни я без интереса отвечал на сообщения, и сейчас та, видимо, закрывала потребность в любовании.

— Как обстановка в NGM?

Девушка фыркнула.

— Мрак. Последние дни чувствую себя почтовым голубем: Нина туда, Нина сюда… — она сделала паузу и усмехнулась. — Но тебе повезло. Шеф сегодня довольный. Кажется, ночевал не дома.

Не подал виду, но своими словами Нина крепко «наступила на мозоль», о которой я старался не думать.

— Не только красивая, но и ясновидящая? — Решил чуть подсыпать комплиментов, чтобы расспрос не читался так явно.

— Тут несложно догадаться, — пожала плечами. — Под конец дня шеф был злой как собака. Аж подходить страшно. Сегодня — как подменили. Лапочка. Вечером вернулась Анна, утром он попросил привезти на работу чистую рубашку. Совпадение?

Проклятье. Нахрена я вообще спросил?

Меня тут же накрыло какой-то злостью и бессилием, а остатки надежд аккуратно спустились в унитаз. Даже мысленно кнопку смыва нажал.

— Кстати. Может, отдашь мне какой-то там чемодан Анны? Кларк спрашивал.

— Чарли привезёт завтра, — мгновенно соврал я.

— Хм, ну чудненько. Значит, встретимся ещё раз.

Вместо ответа отпил кофе, и Нина сразу добавила:

— Тогда поехали до NGM? Подвезу.

Отказываться не видел смысла. Я хорошо знаю себя. Ближайшие пару дней мне захочется заливать глаза и сжимать чью-то красивую грудь, что очень действенный метод от любой хандры. А тут вроде как, компания нашлась сама собой.

Пока ехали, Нина тараторила о событиях последних дней. Я старался делать вид, что слушаю, и просто ловил глазами проносящийся в окне город. Скорее бы чёртов контракт быстрее закончился…

В какой-то момент моя собеседница неожиданно сбавила обороты, сменила тон и сказала уже без привычной игривости:

— Слушай, понимаю, что тебе не нужно ничего «сложного» сейчас. Но, если захочешь провести время вдвоём, — позвони. Будет без лишних разговоров и планов.

Удивился. Этот внезапный искренний комментарий развернул моё ощущение Нины на сто восемьдесят градусов.

— Знаешь, мне как раз нужен слушатель.

— Буду ждать, — ответила она довольным, спокойным тоном и продолжила свой рассказ.

Через двадцать минут вполне приятной беседы я стоял в центральном здании NGM.

Уровень этой лаборатории был выше всего, где доводилось работать раньше: рабочие зоны на любой вкус, оборудование, которое не объясняет себя и, конечно, регламент. Трёхэтажный, на все случаи жизни, смерти и неудачного чиха.

Одним словом, раскачиваться тут было некогда.

На планёрке наш руководитель, сухой невысокий мужчина по имени Ричард Миллз, после такого же сухого приветствия сразу перешёл к главному.

— Помимо первых проб с Ферринберга, пришли новые. Из соседних Гринхилла и Брикстона.

Присутствующие заметно поникли. Падёж скота в таком количестве — слишком дерьмовое начало дня.

— Вторая проблема: образцы мозга первых ферм невалидны. Ткань деградировала. Но есть цифры из ближайшей лаборатории. Уровень оборудования у коллег… — он сделал паузу, подбирая вежливое слово, — ограниченный. Поэтому по классике сомневаемся во всём и перепроверяем.

Да уж. Обидно. Самый интересный кусок ушёл в утиль.

— Теперь по задачам. Первая группа — проверяете первичные данные. Вторая и третья — на вас кровь, печень, ЖКТ. Четвёртая… — Миллз на секунду сверился со списком. — Рид. Ассистируешь доктору Роуэну. Тройка.

Я постарался остановить расползающийся на лице шок.

Что сейчас произошло? Тройка? Роуэн?

Как только распределение закончилось, сразу пошёл к руководителю с уточнением. Просто моя персона по всем законам физики и внутреннего распорядка никак не могла телепортироваться из спокойной двойки в нихера-себе-тройку без допуска. Где-то здесь явно была ошибка, и выяснить это нужно было сейчас.

В следующую секунду дверь переговорной распахнул Кларк.

Только этого не хватало. Вот что ему спокойно не сидится в своём крутом кабинете?

— Отлично, думал, не успею на вашу планёрку. — сказал он, приветственно кивнул хмурому Миллзу и, найдя меня глазами, направился навстречу. — Макс! Задержись на минуту.

— Ну, как тебе… — начал Алекс, усевшись за один из столов и перебирая в руках бейджи.

— Отлично выглядишь, — перебил я, просто не удержавшись от издёвки. — Хорошо спал?

Кларк на секунду изменился в лице, еле заметно улыбнулся и тут же сделал вид, что вопрос риторический.

— О, вот. «Рид». Держи.

Он протянул пластиковую карту на ленте для шеи. Моё имя, фото, под ним пометка «BSL-3», что означало один из последних уровней допуска, где уже начиналась опасная биология.

— Хотел лично вручить. Миллз подал рекомендацию на повышение тебя и Чарли до тройки. Надеюсь, ничего страшного мы там не найдём, но…

Дерьмовое настроение медленно, но уверенно начал вытеснять интерес.

Получается, ошибки не было. Я в деле.

Работать с чем-то в отчётах — это одно. А вот когда перед тобой реальный кейс, да ещё и дают поработать руками…

— Спасибо, — ответил я, рассматривая карточку, — посмотрим, чем сможет удивить местная скотина.

Кларк улыбнулся, потом немного изменился в лице и сказал:

— Чуть не забыл… Заглянешь ко мне в конце смены? Хотел попросить об услуге.

Ну вообще супер. Мало мне стресса в виде тройки, так ещё и личный разговор с Алексом в конце дня.

Я буркнул «Конечно», накинул на шею новый бейдж и направился в нужное крыло, где уже ждал патолог.

Волнительно. Обычно моя роль в процессе заключалась в фиксировании последствий катастроф, на клеточном уровне.

Одни специалисты ищут причину пожара: короткое замыкание, поджог, забытая сигарета. Я тот, кто ковыряется в пепле, собирает обугленные детали, и «по запаху» определяет, была ли в комнате пластиковая обивка.

Работу эту делал не первый день и справлялся, без лишней скромности, хорошо, в чём была заслуга Чарли. Но обычно мы пыхтели над разработками, а не копались в опасных образцах, гарантирующих отправку на тот свет за любой неосторожный косяк.

И хоть сейчас Бобёр топил меня потоком успокаивающих и наставляющих сообщений, на голову накатывало беспокойство. Действовать без шанса на его страховку… да ещё в паре с Роуэном… это будет непростой день.

У шлюза аналитической зоны — солидных двойных дверей с изоляцией — я поднёс к замку свой бейдж и затаил дыхание.

Зелёный свет. Щелчок. Погнали.

В тройке слово «правила» обрастало вполне наглядным смыслом. Их не придумали из любви к паранойе.

Просто сначала в практике появились случаи работы с открытым мозгом — носителем бешенства, а потом работающих с ним людей не стало. Так, наука узнала, что этот патоген может передаваться как аэрозоль, а не только от укусов.

С тех пор манипуляции с «бешеными» мозгами сразу предполагает закрытый бокс. Без вариантов.

Место ассистента находилось по соседству с рабочей зоной и представляло собой комнату с приглушённым светом, столом, компьютером и больши́м экраном, на который подавалось изображение с микроскопа.

В боксе, отделённый от меня специальным стеклом, уже работал доктор Роуэн. Долговязый хмурый мужик за сорок, о ком я был наслышан.

Патологи, в целом, люди немногословные. А Роуэн из тех, кого без профильного образования не понять вовсе. Говорил он редко, коротко и только по делу. Без пояснений.

Если не знать, куда смотреть, его слова ничего не давали. Если знать — было достаточно одного.

Да. Непросто... но вот и посмотрим, на что я способен в отрыве от Чарли.

После двух подряд глубоких вдохов-выдохов, размял шею и подал голос, что запись пошла.

— Срез первый. Кора, — сказал Роуэн, не утруждая себя приветствием.

Сразу отметил зону, время, режим. Патолог молча двигал препарат под объективом.

— Отёк, воспаление…повреждения, — послышалось спустя несколько секунд. — По бешенству: маркеры чистые...Пока что.

Роуэн ещё раз посмотрел в микроскоп, потом отъехал от бокса.

— Первично не подтверждаю.

Я поставил отметку, с небольшой грустью размышляя о несчастных мышах и кроликах, которым предстояло принять на грудь мозгового материала. И либо выжить, подтвердив отсутствие бешенства, либо словить джекпот и отправиться к праотцам, не познав старости.

Роуэн коротко подтвердил результаты, я зафиксировал время, подписал лог и сохранил запись микроскопа. По всем правилам работу можно было считать законченной.

— Доктор Роуэн, — внезапно набравшись храбрости, сказал я. — А мы можем сменить фильтр?

Патолог повернул голову на стекло.

— Зачем?

— Давайте посмотрим структуру без маркеров?

Думал тот недолго, а после небольшой подготовки посмотрел в микроскоп и присвистнул.

На моём экране почти сразу показалась структура. Упорядоченная и слишком аккуратная, чтобы быть шумом.

— Похоже на прионы, но… нет, — услышал я из динамика.

Сразу вспомнил о болезни племён каннибалов, которые ритуально поедали мозг соплеменников и заражались прионным белком.

Прион — это ошибка формы, и она заразна. Такой ломаный белок начинает заражать соседей своей кривизной, что для носителя, без исключений, заканчивалось смертью. Иммунитет проблему в таких белках не видел, поэтому и лечения не существовало.

После минуты размышлений в тишине Роуэн, наконец, оторвался от микроскопа и сказал:

— Выдели это.

Я вынес находку в отдельный файл.

— Хорошо заметил, — добавил он кратко.

Даже не нашёлся что ответить. Но без сомнений, маленькому успеху обрадовался.

Через время, расправившись со своим отчётом, я принялся копаться в чужих. Когда проект начинает расползаться по разным направлениям, полезно понимать картину целиком, чтобы шить догадки для своих задач.

Первым делом открыл сводку по крови. Следом изучил промежуточные выводы по сердцу, печени и желудку. Как итог, в голову не пришло ни единого слова, кроме как «чертовщина», о чём я сразу написал Чарли.

Паникёром себя не назову, но понимания, с каким дерьмом все столкнулись, нет. Массовое безумие скотины, в целом, плохо складывалось в любую позитивную версию происходящего.

К моменту, когда мы с Бобром закончили перебирать возможные сценарии, лаборатория начала пустеть.

Уже по дороге к выходу, на меня накинулся страшный соблазн забыть о просьбе Кларка. Торги с собой проходили со скрипом. Если не изменить стратегию, то вскоре начну избегать каждого человека в этом городе. Что, очевидно, тупо. Но даже несмотря на здравый смысл и логику, ноги упрямо несли меня дальше.

Практически у самого поста охраны всё-таки развернулся и зашагал в сторону директорского кабинета.

На месте прислушался. Дверь оказалась закрыта, но голос Кларка было слышно и через неё. Он говорил по телефону, и, судя по тону, эта беседа была не из приятных.

— Нет, — сказал Кларк. — Это не обсуждается.

Пауза.

— Да, понимаю. Поэтому и говорю «нет».

Тишина.

— Хотите быстрее? — продолжил он. — Тогда перестаньте давить и начните слушать.

Снова пауза, дальше короткое «Мы закончили», и тишина.

Решил подождать ещё с полминуты, постучал и только потом приоткрыл дверь.

В окружении бумаг и откинувшись на спинку кресла, Кларк сейчас выглядел измотанным.

— Я не вовремя?

Он поднял глаза.

— А, Макс…Нет, нет. Заходи.

Кларк устало провёл рукой по лицу, будто снимая невидимую паутину.

— Узнаешь новость первым, — продолжил он.

Почему-то напрягся. Возможно, дело снова было в его тоне.

— У нас есть волк. Привезут ночью.

Услышанное дошло до меня только спустя пару секунд.

— Сюда? В NGM?

Алекс кивнул.

— Да. Всё верно.

— Как?.. — я нахмурился. — Думал, разрешили нацедить слюны и крови. А тут…

— Так и было, — Кларк снова вздохнул и отпил что-то из кружки. — Нам привезут не живого. Его труп.

— Может, чего-то не понимаю, — сказал я медленно, — но какая польза от гнилья?

— Волка застрелил рейнджер. Перед этим зверь прилично покусал одного из полевых ветеринаров.

— Чёрт. Как он?

— Жив. Но досталось серьёзно.

Я медленно сел на стул. Несколько секунд ушло на то, чтобы уложить новость в голове.

— Значит… вскрытие?

— Да. Сейчас разошлём всем уведомление в системе, — мы встретились взглядами. — Роуэн просит тебя в ассистенты. Что скажешь?

Брови сами собой съехались к переносице.

— Серьёзно?

Кларк улыбнулся.

— Да. Завтра он будет работать вместе со столичным экспертом. Пожелания патологов по составу команды мы обычно учитываем, — он хмыкнул. — Если честно, сегодня я впервые услышал от Роуэна больше пяти слов за раз.

— Я тоже. А мы?..

— В паре с Чарли.

— Прекрасно, — это уточнение заметно меня успокоило. — Кстати… в чём просьба?

— Ах да, — он наклонился и потянулся к нижнему ящику. — Хотел попросить заехать к Анне. На минуту.

Кларк поставил на стол бумажный пакет. Судя по виду — с едой.

— Боюсь, сам я сегодня ночую здесь.

— Не уверен, что…

— Можно передать с доставкой, но ей бы не помешала помощь с уколами. Да и просто не сидеть одной в отеле.

— Не понял. Отель?

— Да. Днём вроде отключили свет во всём доме.

Было бы правильнее намекнуть Алексу сначала спросить о таком у самой Анны, но тогда мне пришлось бы отвечать на неудобные вопросы. Чего перед завтрашним важным днём хотелось меньше всего.

Впрочем, может приехать к девчонке сейчас и поставить жирную точку в вопросе — это не самый плохой вариант?

В итоге, чуть поразмыслив, заверил, что заеду, взял пакет со стола и вызвал такси. Состояние было такое, будто голову пропустили через промышленную соковыжималку. Если в лаборатории я мог отвлечься на работу, то всю дорогу до дома в голове крутился вечер с Анной. Как видео, которое сломалось на одном кадре и закольцевалось. Тормозило, останавливалось на каких-то моментах, но никак не заканчивалось.

Сомнений не было: разговор выйдет неприятным. Но раз уж Кларк стопудово ночует в лаборатории, получится выговориться без зрителей. А значит, и момента лучше не будет.

Всё. Обдумано. Согласовано. Оставалось только прикинуть план отступления, чтобы отвлечься после.

К моей радости, компания на вечер ответила «Да»за две минуты и уже ждала подробности встречи. А это значило, что даже при самом поганом исходе, день закончится сносно.

Я быстро забрал из дома небольшой чемоданчик на колёсиках, со злобой перекинул его через плечо, продолжая держать за ручку, и, репетируя главный вопрос на ходу, направился к Соседке.

Глава 12. К ВАМ ПРИШЁЛ ДРУГ

Шёл третий день в новой реальности: боль, уколы, костыли. Пока не лишишься конечности, не понимаешь, сколько раз в день она оказывается тебе критически необходима.

Переезд в отель прошёл не без сложностей, но, как только сотрудник помог расположить немногочисленные вещи и закрыл за собой дверь, я с облегчением вздохнула.

Небольшой, уютный номер с лёгким цветочным ароматом был без изысков: широкая кровать, чтобы вытянуть ногу, письменный стол со стулом, душевая. Вот и всё моё жилище до завтрашнего вечера.

Первым делом после заселения, заглянула в крошечный холодильник, в поисках чего-то сладкого. Оказалось, там стерильно — одна вода. А вот в чайном наборе нашлось пару пакетиков с кофе и целых две микроскопические шоколадки, которые я приговорила за считаные секунды. Уставшие мозги приказывали рукам искать сахар и кофеин, с чем пока что худо бедно удавалось справляться.

Ещё мозги просили таблеток, но их я в отель дальновидно не взяла.

Дома теперь стало совсем невыносимо: меня часто мучили кошмары, которые иногда сменялись бессонницей, а в последний раз я высыпалась с Максом. Вот с ним, мать его, по закону подлости спалось просто отлично. Правда, теперь его фигура спокойствия не добавляла, а произошедшее в ночь после свадьбы, за два дня успело намертво прорасти корнями внутрь до самых костей.

Ещё не на шутку тревожило, что мысли об этом заводят куда-то, куда, точно, не следовало. Даже сейчас, стоя в душе на здоровой ноге, как хромой фламинго, в голове одно оправдание сменяется другим.

Да и какие вообще могут быть оправдания? Совершить подобную ошибку на пороге важных событий — просто непозволительная роскошь, которая мне никак не по карману. Самым правильным решением теперь будет избегать встречи с Максом так долго, сколько смогу, чтобы…

Раздался звонок. Настолько неожиданный, что я непроизвольно припрыгнула на месте, чудом не растянувшись на полу.

Надрывался один из двух телефонов в номере, прикреплённый к стене слева от душевой кабины. Вокруг стоял пар, что окончательно размазывало остатки зрения. Схватив сначала полотенце, потянулась к трубке.

— Да? Ало? Да… — Блин, зачем я сказала «да» дважды?

— Мисс Брайс. Внизу ожидает ваш друг, — голос ресепшионистки проскользнул сквозь шум воды.

Кларк? Я планировала расспросить кое-что о работе, поэтому и назвала адрес. Вроде сказал, что занят.

— Кто там?

— Секунду. Он оставил документы и уже поднимается с коридорным.

— Поднимается?

— Да. Вы же…

В дверь номера постучали.

Я повесила трубку, в спешке начала вытираться и промакивать волосы полотенцем. Потом, несколько раз неудачно наступив на больную ногу, натянула бельё и достающую до колен футболку — самое быстрое, что можно было придумать. Ну и видок у меня, наверное…

Очередной настойчивый стук.

— Секунду! — крикнула я через плечо и, поправив волосы в зеркале, заторопилась с костылём к двери.

После того как та распахнулась, эмоция на моём лице поменялась экстремально резко. На пороге стоял Макс.

— Привет, Соседка, — последовал его голос без единой эмоции.

— Проходи, — ответила я, словно отойдя от ступора, и быстро кивнула коридорному.

— Я на минуту. Хотел только оставить вещи и вот… — он показал какой-то бумажный пакет, — от Алекса.

Страшная неловкость подкатила к горлу. Макс поставил передачку на стол, снова повернулся ко мне. После посмотрел на костыль, на ногу, и, выдержав небольшую паузу, продолжил:

— Как ты?

— Эм… да вот вроде, — начала я сквозь глупую улыбку, надеясь сгладить неловкость первой встречи.

— Объясни? — Перебил он, давая понять, что обогнуть главную тему не получится.

— Макс, я… не знаю, с чего начать… и готова ли к разговору.

— Понятно, — обронил он разочарованно. — Тогда не буду отвлекать, — прозвучало непривычно сухо, и Макс повернулся к выходу.

— Подожди. Мне… жаль... — я протянула руку в попытке остановить.

Макс сделал шаг навстречу и оказался меньше чем в метре от меня. Взгляд всё такой же выжидающе холодный.

— Продолжай.

— Хочу, чтобы… нас…

— Нас?

— Да. Я бы хотела…

— Что, Анна? Что бы ты хотела?

Я просто хлопала глазами, почему-то страшно боясь сказать лишнее.

— Чтобы мы…

— Были друзьями?

— Да.

— «Алло, привет, как дела?»и вот это всё?

— Да.

— Так что же ты не отвечала, раз мы так дружны?

— Прости, нужно было… — на этих словах я сделала небольшой шажок навстречу, что Макс сразу заметил и красноречиво отступил.

— Дружить? — И тут появилась улыбка, неискренняя. — Уже как-то тесновато… Кларк будет сверху, ты — снизу, а я…

Импульс опередил мысли, и рука сама отвесила пощёчину. Так резко, что я едва не потеряла равновесие.