ЧУВИБЛИКИ

— Я не против, — кивнул Саша.

— И я не против, — поддержал Лорэк.

— Я тоже, — донеслось от Ричика.

— Сейчас мы похожи на Пофнутиев, — усмехнулся Макс, и все, вспомнив этот добрый народ, снова дружно по-доброму засмеялись.

Поднявшись на лифте до главного широкого мостика, от которого расходились дорожки к домикам-полусферам, и пройдя по нему до конца, ребята оказались на большой площадке, огороженной резными перилами. Здесь открывался великолепный вид на Чувиблию. С правой и левой стороны этой площадки стояли большие столы с комплектами стульев на резных ножках. Над столами в воздухе парили белые шары, мягко освещая и создавая волшебную обстановку по всей территории.

Ребята расположились за столом, выбрав тот, из-за которого им было видно всю Чувиблию, и принялись за еду.

Макс, Кристина, Саша с удовольствием и огромным аппетитом уплетали за обе щёки гамбургеры, прикусывали наггетсами и пили прохладные молочные коктейли. Рич жевал котлетки и поглядывал на косточку. Наблюдая за этим Лорэк и Фусинка без особого энтузиазма осторожно откусили по очень маленькому кусочку от гамбургера. И тут же не отрывая взгляд от ребят, одновременно, словно по молчаливому согласию, подняли брови вверх и сказали:

— Мммм, ну это вкусно!

— Еще бы, — сказал Макс.

— Конечно, вкусно, — добавил Саша, продолжая наворачивать сочный ароматный бургер.

— А вот знаете, чего я никак не могу понять,— произнёс вдруг Макс, — что для меня остается загадкой?

Все даже, казалось, перестали жевать, так интересно им было знать, что такое Макс не может разгадать. Макс продолжил:

— Почему мы друг друга понимаем?

— Действительно, — подхватил Саша, — вы что, тоже говорите на русском языке?

— Ну, в общем, дело в том, что в нашем измерении не важно, на каком языке ты говоришь.

Ребята с Земли молчали.

— Важно то, что тебя здесь понимают. Здесь все всех понимают, — сказал Лорэк.

— На самом деле у нас все говорят на своём языке. Когда ты подумал и решил сказать из твои мыслей формируется речь, а когда ты ее произносишь, она трасформируется в волны , а потом в язык, понятный для того, кто эти слова слышит, — добавила Фусинка, — но именно с вами бывают моменты, так сказать, недопонимания, когда вы употребляете слова в странном, другом смысле или когда говорите ваши интересные пословицы и поговорки. В этом случае мы слышим слова, но не сразу улавливаем тот смысл, который вы имеете в виду. Но это не страшно, ведь всё можно объяснить. Бывает, что встречаются слова, значения которых может быть известно только на вашей или нашей планете, например, слово «слон». В нашей Вселенной слонов нет. Понять смысл в такие моменты не сложно, но для этого требуется объяснение. Как говорит Добрый Волшебник: «Если есть тот, кто хочет понять, всегда найдётся тот, кто сможет объяснить».

— Мне определённо нравится это место, — Макс улыбнулся, — на каком бы языке кто не говорил – все друг друга поймут. Считай на один урок меньше.

— На английский! – уточнил Саша улыбаясь.

— У меня на два: английский и китайский, — добавила Кристина. Фусинка и Лорэк тоже заулыбались, и в этот момент стало очевидно, что возникло то самое «непонимание», которое нужно объяснить. Ребята с Земли заметили это и объяснили, что английский, китайский — это предметы в школе, на которых изучают языки других стран планеты Земля, и разговор плавно перешёл к рассказам о школе на Земле и обучению на Чувиблии. Ребята с оживлением говорили о том, как проходят уроки, что они изучают на занятиях.

— Каааак, — через какое-то время буквально закричал Саша, — вам не задают домашку? Никогда???

— Никогда, — Лорэк и Фусинка посмотрели на ребят удивленными глазами. Им было не понятно, почему то, что можно было узнавать, изучать и создавать всем вместе на занятиях, ребятам приходилось делать дома по одному.

— Познаваторы говорят, что вместе изучать интереснее! И мы полностью с ними согласны, — убедительно сказала Фусинка.

— Кто есть познаваторы, кто такие?— уточнил Саша.

— Это взрослые чувиблики, они проводят занятия и помогают нам познавать, получать знания, — ответил Лорэк и с удовольствием откусил гамбургер.

Ребятам с Земли не было понятно, почему вернувшись домой с занятий чувибликам страсть как хотелось перелистывать и перечитывать всё, что они изучили на занятиях «узнавай-мир».

— А расскажите, как у вас вообще всё в школе устроено? — сказал Макс.

— Вообще, у нас три направления занятий, — начал Лорэк не скрывая удовольствия от того, что ребятам интересна их жизнь.

— Первое направление называется «познавай-мир» — на нём мы узнаём что есть что, как оно между собой соотносится, что и где находится, обдумываем и делимся идеями. На этом направлении у нас такие занятия, как, «обсуждатика», «теоретика», «предположеника».

Второе — «создавай-в-мире»— на этом направлении мы создаем различные предметы, конструкции, корабли. Обычно всё начинается на занятии «технологика», далее мы переходим на «расчитатика», далее самое простое «создановика» — практическая часть, на ней мы собираем придуманное сами или с помощью волшебства, и, наконец, переходим на заключительное занятие — «испытатика», на котором тестируем сознанное и выпускаем в свет. Например, долетайку, самопрыг, мы придумали на «познавайвмире», а создали на «создавай-в-мире».

— Классно, — протянул Саша с некоторою завистью, — как же интересно у вас учиться!

— И третье, самое захватывающее направление — «энергинадо», — добавила с воодушевлением и чуть нараспев Фусинка.

— А это что такое? — удивленно спросил Саша.

— Ну, можно сказать это уроки волшебства. На этих занятиях мы учимся трансформировать энергии окружающего мира в то, что задумали.

— Это, наверное, самое сложное, — произнёс Макс.

— Здесь главное сосредоточиться на том, что ты хочешь, — продолжила Фусинка, — сосредоточиться поначалу, действительно, было достаточно сложно, но при должной тренировке возможно всё.

— Если бы вы остались у нас на более продолжительное время и побывали на наших занятиях, думаю, вам бы понравилось, — сказал Лорэк.

— Ни сколько в этом не сомневаюсь,— начал Макс.

— Эх, жаль, что не успеем, я бы с удовольствием создал какую-нибудь суперовую гидроустановку, — продолжил Саша.

— А я бы какую-нить машину с моторчиком, — задумчиво произнёс Макс.

— Можно было бы добавить гидроускорения, — добавил Саша.

— Ага, чтобы с места в ускорение до тысячи метров в секунду, но что самое важное, чтобы внутри этого не ощущалось. Разговор плавно перешёл на обсуждение сверхскоростей и супер ускорениях. Девочки внимательно слушали, пусть это были не совсем девчоночьи темы, но мальчишки так интересно и воодушевленно всё обсуждали, что невозможно было оставаться равнодушными.

За разговорами время пролетело незаметно и стало совсем темно. Лорэк со всеми попрощался и, решив прогуляться, пошёл домой пешком. Кристина, Саша, Ричик разошлись по своим домикам отдыхать. И только Макс и Фусинка выбрали скамейку, расположенную в центре смотровой площадки на выступе, с которой открывался самый прекрасный вид, пересели на неё и продолжили наблюдать как ночь приходит в город.

Фусинка, сидела пожав ноги и обхватив колени двумя руками. По улицам неторопливо всё ещё гуляли редкие прохожие.

— Сегодня был длинный день, ты заметил, Макс?— сказала Фусинка, — необычно длинный.

— Знаешь, Фусинка, меня не покидает ощущение, что время на вашей планете идёт как-то по особенному, только я не могу понять как, — произнес задумчиво Макс. — У меня смешанные ощущения.

Фусинка улыбнулась.

— Сейчас попробую тебе немного объяснить. Поначалу, это будет необычно, возможно, не до конца понятно. Вот смотри, Добрый Волшебник говорил, что с точки зрения Земли, одна ваша минута времени всегда равна приблизительно одному дню на планете Чувиблия. То есть три минуты отсутствия на Земле равны трем дням на Чувиблии.

— Да, и нам это говорила бабушка Люссия с котом Бонифацием, — подтвердил Макс.

— На Чувиблии в сутках не бывает одного и того же количества времени, у нас день-ночь обычно состоят из двадцати двух – двадцати шести часов, их количество меняется в зависимости от текущих событий и не всегда постоянно. Находясь на Чувиблии мы можем сказать, что с точки зрения Чувиблии один день-ночь соответствует приблизительно пяти минутам на вашей планете, не одной, а пяти, но только если не происходит растяжения или сжатия времени соразмерно событиям. А как себя поведут часы в конкретное время не знает никто, но одно известно: они всегда стараются упорядочить ход жизни и сделать наш мир гармоничное. У нас всё между собой связано, понимаешь, планета, её жители, события, время….

Так вот, если вернуться к твоему необычному ощущению времени. С непривычки, когда вы только попали на нашу планету, скорее всего тебе, да и остальным ребятам , сначала показалось, что час на Чувиблии равен часу вашего времени. Но сейчас, пробыв здесь более двадцати четырёх часов ты где-то глубоко внутри начинаешь ощущать какое-то несоответствие нашего времени вашему. Сегодня часы на Чувиблии растянулись, скорее всего ты это тоже почувствовал. Они сделали это для нас. Для других, возможно, ощущение их течения осталось обычным.

— Угу, — сказал улыбаясь Макс, — потребуется какое-то время на обработку информации.

— Понимаю, — ответила Фусинка и, тоже улыбнувшись, добавила – ты бы привык, если бы вы жили здесь, на нашей планете… Она отвернулась, но если бы Макс видел лицо Фусинки в эти мгновения, он бы заметил, что к её улыбке добавилась лёгкая грустинка.

На небе стали заметны самые яркие звёзды.

— У вас звёзды выглядят намного больше, чем звёзды, которые мы видим с нашей планеты, но у вас их видно намного меньшее количество. Наверное, если постараться, то их можно пересчитать, — произнёс Макс,— я заметил это, когда мы летели на Планету Доброго Волшебника. Но тогда я объяснил это тем, что на планете Земля я никогда не летал в космос и не знаю, какими выглядят звёзды с космоса.

— Я привыкла их видеть такими, они не кажутся мне большими, а какого размера они у вас? — спросила Фусинка.

— Ну, если смотреть на небо ночью, то оно выглядит, словно на него разбрызгали мелкие святящиеся капли белой краски. Их тысячи, миллионы, а может и больше… Есть несколько больших пятнышек, но если их сравнивать с вашими, то они всё равно будут много меньше, наверное, раз в сто.

— Планета Земля ведь не одна в вашей галактике? Кто ваши соседи? Вы бываете у них в гостях? – Фусинке было интересно знать всё о Земле.

— Понимаешь, наша галактика насчитывает немало планет, но мы не бывали на них и не исследовали лично и даже точно не знаем, есть ли на них жизнь. Дело в том, что из-за того, что время у нас течёт по-другому — не так как у вас — чтобы долететь на другие планеты нам его нужно очень много. Пока у нас нет таких кораблей и топлива, чтобы мы смогли скорректировать расстояние скоростью: побывать на других планетах, вернуться и поделиться информацией. Поэтому учёные лишь строят догадки о жизни вне Земли. У вас всё по-другому. Вот бы ваши технологии на Землю,— с воодушевлением, мечтательно улыбнувшись начал Макс, но через мгновение его улыбка погасла, и он добавил, — хотя … не знаю…К сожалению, люди не научились пока использовать то, что изобрели только в добрых целях. Кто знает, появись ваши технологии в нашей Галактике, долго бы она просуществовала?

— Добрый Волшебник говорит, что обладая силой нужно отдавать себе отчёт в том, что ты с её помощью можешь сделать, — сказала Фусинка.

— Сложно не согласиться, — добавил серьёзно Макс.

— А расскажи мне ещё о своей планете, о Земле, Макс, — попросила Фусинка, переведя взгляд с темнеющего неба на Макса.

— О Земле? Хорошо. Но я не был на всей планете. Наша планета очень большая, — начал он.

— Больше Чувиблии?

— Да,— Макс кивнул и посмотрел на Фусинку.

— Больше планеты Доброго Волшебника?

— Да,— с улыбкой ответил Макс, — на планете Чувиблии только одна страна — Чувиблия, а на нашей планете — много. Я живу в самой большой стране в нашем мире, она называется Россия. Россия так велика, что когда в одной части страны ночь, в другой — утро. Наша страна состоит из районов, областей… территорий, в общем. Так вот, мы живем в Приморском крае, как говорят многие, на краю Земли.

— Как же это? А почему вы не переезжаете в другое место. Ведь жить на краю Земли крайне опасно. Можно упасть. Например, когда спишь, — серьёзно прошептала Фусинка.

— Нет, что ты, — тихо засмеялся Макс. — Это образное выражение. Наша планета, так же как и ваша круглая, с нее не упадёшь.

— Фух, хорошо, — с облегчением выдохнула Фусинка.

— Так вот, мы с родителями живём в городе Владивосток. Это очень красивый город. Он омывается с трёх сторон морем. И из окон нашего дома видно море. Я люблю море, люблю на него смотреть. Оно всегда разное. То спокойное, гладкое, то бушующее, волнующееся. И оно может быть разного цвета.

— И оранжевого, и жёлтого, и красного, — не вытерпев затараторила Фусинка.

— Наше японское море, на берегу которого находится Владивосток, — синее. Но оно может менять цвет от нежно-голубого до темно-синего и даже серого. Как листья в вашем лесу. Его цвет зависит от того, какая погода, какого цвета небо. На нашей планете есть и другие моря: Чёрное море, Красное море, Жёлтое море… но название моря не всегда обозначает его цвет.

Фусинка смотрела на Макса удивлёнными глазами и он понял, что на этом моменте нужно остановится подробнее и рассказал всё, что знал об этих морях.

— А ещё, — после небольшой паузы продолжил он, — из нашего окна видны два огромных моста, один из которых соединяет материк и остров. Это выглядит очень красиво. А ещё, недалеко от нашего дома есть маяк. Это такая высокая башня. На самом верху у неё мигающая большая красная лампа. Маяк указывает путь кораблям, когда ночь или непогода. Так вот до этого маяка можно дойти пешком по мелкому перешейку, соединяющему его и остальную сушу. В определённом время суток, когда прилив, к нему нельзя добраться не промочив ноги. Но это не страшно. Многие проходят этот путь просто для удовольствия, чтобы ощутить энергию и теплоту летнего моря. Это приятно: в летний день идти по морю к маяку и болтать с друзьями обо всём на свете.

Фусинка внимательно слушала Макса. Ей представлялось бескрайнее шумящее море. Она думала о своих новых друзьях, с которыми они с Лорэком так неожиданно познакомились и которые, несмотря на возможную опасность, так смело прибыли на её планету, чтобы спасти и защитить их дом.

— Пора по домам. Завтра непростой день. Нужно хорошенько выспаться. Пойдём, я провожу тебя до дома, — предложил Макс.

— В этом нет необходимости: я совершу мгновенный перенос. Мы же на волшебной планете. И у нас можно пользоваться волшебством, — улыбнулась она и чуть пожала одним плечом. — В пределах нашей планеты мы можем перемещаться с помощью магических слов, и уже через два с половиной мгновения я буду дома. Спокойной ночи, Макс.

— Спокойной ночи, Фусинка, — тихо откликнулся он.

Фусинка что-то прошептала, хлопнула три раза в ладоши и тут же растворилась в лёгкой дымке. Макс вытянул руку в том направлении, где она только что стояла. Никого не было. Он был один.

Макс облокотился на перила, ограждающие площадку и посмотрел на прекрасную Чувиблию. Тёплый вечерний воздух, словно тонкий невесомый плед приятно окутывал с ног до головы. Внизу мерцали огоньки домов. Он ещё долго стоял так, погружённый в мысли об удивительной магии этого мира и мира Земли.

Он вспомнил родителей, родных, друзей, свой дом и любимый двор. Макс взглянул на часы. Время словно застыло:12.02. Сколько они здесь: две минуты по времени Земля или два дня по времени этой планеты? Восприятие времени отказывалось подчиняться законам обычного понимания.

Побыв еще немного на балконе, Макс пошёл в свой домик, лёг и, растянувшись на невероятно удобной кровати, тут же уснул.

Фусинка же, как и обещала Максу, через несколько мгновений очутилась дома. Она была преисполнена впечатлениями. Несколько раз покружившись вокруг себя от восторга, она взволновано присела на край кровати.

Больше всего её воображение занимал рассказ Макса о Земле. И особенно — образ моря.

Когда она заснула, ей снилось оно: бескрайнее, шумящее, меняющее цвет море. Ей снилось, как они с Лорэком и Добрым Волшебником прилетели на планету Земля и вместе с их новыми друзьями, разувшись и держа сандалии в руке, почти по колено в чуть прохладной, но такой приятной воде идут по узкому перешейку, ведущему к маяку. Вечер. Прилив. Они что-то весело обсуждают и смеются.

Конец I части .