Принц и нищенка. Притворись моим

Губы Бестужева растянулись в мрачной усмешке. Кажется, он понял, о чём я подумала. Дыхание перехватило. Я вдруг очень остро осознала, с кем сижу в машине на расстоянии в двадцать сантиметров. Дышу с ним одним воздухом. Участвую в его жизни.

Ладно. Нужно просто принять это как факт. Стас согласился помочь мне, я сама попросила его об этом, и теперь я не могла пугаться подобных заданий. Это его условия, которые я обязаны выполнить. Как оказалось, пробежки по утрам – не самое страшное, что меня ожидало.

— Хорошо, — медленно проговорила, сердце обещало скоро выпрыгнуть из груди. — Но… наверное, я должна выглядеть как-то особенно? Как твои девушки? Но вряд ли у меня получится…

— Ты и не должна быть на них похожа. Если бы мне нужен был кто-то из «моих» девушек, то я бы не пошёл таким сложным путём. Вроде это ясно. А одеться ты можешь во что угодно, это не имеет значения.

Бестужев сверлил меня взглядом, из-за которого больше не хотелось задавать какие-то вопросы.

Поэтому я несмело кивнула, совершенно уже ничего не понимая. Зачем ему знакомить с дядей такую, как я? Что за игры он вёл?

Кое-что ещё мне не давало покоя. Какое-то ощущение неотвратимости, от которого сводило живот. И появилось оно после вчерашнего поцелуя. От него кидало в жар, в холод, и я была жутко несогласна с ним и понимала, что должна как-то защититься. Хотя бы попытаться.

— Стас, так ты об этом хотел поговорить… а я о другом. Можно?

Бестужев нахмурился, но посмотрел на меня в ожидании. И я вспыхнула от того, что собиралась сказать.

— Понимаешь, — начала, опустив взгляд на свои колени, — вчерашний поцелуй был нужен, с этим я… согласна. Хотя и всё ещё считаю, что можно было обойтись меньшим. Потребовалось бы больше времени, да, но результат…

— Ближе к сути, — прервал он мой лепет.

Я вскинула на него опасливый взгляд, хотелось исчезнуть от стыда.

— Я хочу попросить тебя больше не делать этого. Не целовать меня. Для меня это слишком… и это не входило в наш уговор. Я только просила, чтобы ты подержал меня за руку, всё остальное лишнее. Я ведь знаю, что и для тебя это так же сложно, как для меня. И не хочу, чтобы ты переступал через себя. Поэтому, пожалуйста, в следующий раз хотя бы предупреждай. А лучше… не целуй вообще. Я думаю, одного раза было достаточно… вот это я хотела сказать.

Взгляд Бестужева потемнел, он почти снисходительно улыбнулся. И уже от этого мне стало не по себе. Он медленно наклонился ко мне. Моё дыхание сбилось, а после совсем оборвалось, когда Стас резко схватил меня за затылок и приблизился к моему лицу вплотную.

— Давай я напомню тебе, кто здесь может диктовать правила, — тихо, хрипло, с мрачной насмешкой почти мне в губы. Запах, дыхание Бестужева буквально обжигали мне слизистые. — С того самого момента, когда ты пришла ко мне, а я согласился участвовать в этом бреде, твоё время, твоё тело, твоя ситуация стали принадлежать мне. И только я решаю, что и как с этим всем делать. Это ясно?

Я мотнула головой. Не могла осознать его слов. В голове билось только одно. Почему он не ответил отрицательно и просто не сказал, что больше не собирается этого делать? Я думала, он с радостью со мной согласится, но…

— Так всё-таки ты собираешься… целовать меня ещё?

Выдохнула судорожно, когда большим пальцем второй руки Стас провёл по моей скуле. Ласково. Но его голос оставался таким же угрожающим, острым и холодным.

— Я буду делать с тобой всё, что захочу. И спрашивать разрешения не собираюсь. Это ты должна понять. Целовать я тебя больше не собирался, но после твоих слов мне захотелось поставить тебя на колени, — тёмный взгляд сверкнул, а я вздрогнула и замерла. — Да, именно в том смысле, в каком ты подумала. Понимаешь, в какую сторону это работает? Так что улыбайся, на нас смотрят. И будь благодарна, что я трачу на тебя своё время. А свои условия и возражения оставь при себе, чтобы меня не раздражать.

Я скосила взгляд на лобовое окно. Неподалёку правда стояло несколько студентов, жадно наблюдающих за нами. Кто-то даже снимал на телефон. Со стороны мы точно смотрелись как страстная пара, которая не может сдержать своих чувств и готова прямо на парковке заниматься чем-то откровенным.

Снова уставилась на Бестужева в критической близости. И тяжело сглотнула. Мыслить было невозможно, но я старалась.

— А если я… с этим не согласна? — тихо спросила.

— Тогда можешь идти, я тебя не держу.

Но вразрез со словами хватка на моём затылке усилилась, пальцы стянули волосы, заставив меня жадно втянуть носом воздух.

— Я не хочу идти…

Тёмный взгляд Бестужева соскользнул ниже, на мои сомкнутые губы. Выше – на нос. Ещё выше – вернулись к глазам.

— Умная девочка. И смелая. Это мне в тебе нравится. Но не перегибай, договорились?

— И ты, — само вырвалось.

Бестужев усмехнулся и медленно отстранился.

— С тобой я особенно нежный и приличный, поверь.

Его слова заставили меня нервно улыбнуться. Невозможно было представить Бестужева по-настоящему нежным. Пока что его поведение напоминало если только нежность убийцы. Но он был прав. Я знала, к кому шла за помощью. Нужно было быть осторожнее и не расслабляться. Вообще. Он мне далеко не друг, нельзя было об этом забывать.

Стас вышел из машины, и я следом выскочила. Те студенты тут же убрали камеры и сделали вид, будто совсем за нами не следили.

А когда я поравнялась с тёмным принцем, он подчёркнуто взял меня за руку. Посмотрел на меня насмешливо, пока я снова обливалась смущением от ощущения его тёплой большой ладони. Я уговаривало своё тело не гореть этим жаром, но ладо безуспешно покрывалась испариной, как и всё остальное.

Так мы дошли до главного холла, и это оказалось почти так же волнительно, как вчерашний поцелуй. Если не больше.

Вчера я пропала, меня не было в реальности всё время. Сейчас же я могла наблюдать реакцию других в моменте. Их взгляды, выражение лица. Перешёптывания. Или просто улыбки… умиления. Кому-то было просто интересно наблюдать. Длительный жар в теле, взгляд Бестужева на моём красном лице.

— На этом закончим, — остановился он напротив меня, отпустив мою ладонь. — Подержал за руку, как ты и хотела. Думаю, этого хватит до следующей недели.

— До следующей недели? — удивлённо выдохнула, вцепляясь двумя руками за лямку рюкзака. — Почему именно до следующей?

— Меня не будет в универе.

— А… так... ну хорошо.

Бестужев уже почти развернулся, чтобы уйти, но…

— Стас, подожди, — окликнула я его, поддавшись внутреннему порыву.

Он повернулся, смотря на меня с вопросом. Сделала к нему шаг, колени почему-то дрожали так, будто иду на расстрел.

Г