Я не боюсь стареть. Как принять и полюбить то, что невозможно отменить

Жизнь – это работа.

К тому, что называется балансом, еще добавляют ужасающее утверждение: якобы для восстановления сил нужно «отдохнуть душой». Пожалуйста, никогда, ни при каких обстоятельствах не позволяйте себе этого! Держитесь за душу крепко – это самое дорогое, что у вас есть. В противном случае прямо здесь и сейчас закрывайте книгу! Почитайте Толстого, который писал: «Зерно невидимо в земле, а только из него вырастает огромное дерево». И произойдет это, возможно, только после нашей смерти. Душа должна раскрыться. Иначе мы станем такими же несчастными, как шахматист Лужин, описанный в романе Владимира Набокова «Защита Лужина» – человек, чья душа «по-прежнему свернута в клубок».

Я – противник постмодернизма, который хотел показать нам, что поверхность – лучше и удобнее, чем глубина души. Удобнее, да, но в старости я не готова уверенно шагать по равнине оптимизма.

Философы и писатели много думают о возрасте. Больше них – только политики, которые должны распланировать все с точки зрения демографии. В философии и литературе эта тема затрагивалась на протяжении тысячелетий: от Сенеки с его советами веселиться до старости до Бетт Дэвис[20], которую также цитирует Сильвия Бовеншен[21]: «Старость – не место для трусов». Да, придется проявить мужество. Но какие есть альтернативы? Смерть? Она придет. Значит, старость – это ожидание смерти? Точно нет. Глядя назад, я воспринимаю свою жизнь как длинную театральную пьесу. Могу вспомнить постановку, только не хватает последнего акта. Мне любопытно посмотреть, что там.

Говорят, люди равны перед смертью. Неправда. Да, она поражает всех, но бывает разной – от чрезвычайно жестокой смерти в одиночестве до очень легкой и даже приятной.

Мы столь же равны перед смертью, как и в жизни.

Она всегда рядом, с самого начала: умирают не только старые, но и молодые. Рильке знает это наверняка:

Смерть многолика.От ее смехаплоть рождена.Нам кажется, мы на взлете успеха,а в нас, как эхо,плачет она.

Это знание необходимо иметь глубоко внутри, но не бояться. Румынский философ Эмиль М. Чоран пишет в книге «Беда в том, чтобы родиться»: «Каждый раз, когда я перестаю думать о смерти, у меня возникает впечатление обмана, обмана кого-то во мне».

В «Франкфуртер Альгемайне Цайтунг» когда-то давно напечатали анкету с вопросом: «Как вы хотели бы умереть?» Все писали: быстро, во сне, безболезненно – никто не желал долгой мучительной смерти с использованием медицинских приборов.

Наше общество, как мы знаем, стареет. Есть много исследований на эту тему – не вижу смысла их здесь освещать. Это задача политиков. Хотим ли мы стать Methusalem[22]? Будет ли бессмертие, над которым сейчас активно работают ученые, чьей-то целью? Точно не моей. Опера Леоша Яначека «Средство Макропулоса», премьера которой состоялась в 1927 году, посвящена этой теме. По сюжету Иеронимос Макропулос, личный врач императора Рудольфа II, создает эликсир, продлевающий жизнь на 300 лет. Сначала он пробует его на своей дочери Элине, которая действительно не стареет. Она продолжает жить и любить, но в конце концов принимает решение не принимать новую дозу эликсира и умирает. Опера показывает зрителю, как ценна и значима ограниченность жизни. И еще кое-что: вероятно, можно продлевать жизнь благодаря медицинскому прогрессу, но разве в конечном итоге мы не будем ограничены в возможностях придать смысл этому затянувшемуся процессу?

В Мюнхене и Берлине я изучала науку сравнения религий. Вот как обстоит дело со смертью у последователей разных течений: для индуса это всего лишь еще одна ступень, переход к иному существованию. Евреи хоронят быстро, сразу, без громких речей. На могилу они кладут камень, а не цветы: смерть есть смерть. Для мусульман жизнь – это лишь преддверие к вечному раю, а христиане верят, что тело умирает, а душа продолжает жить. У буддистов существует вечное перерождение. Как по мне, смерть придает нашей жизни структуру и смысл. Начало и конец четко определены, а между ними и разворачивается жизнь. А Бог? Я где-то прочитала, живет справа от сливы[23]. Вполне возможно.

Элиас Канетти всю жизнь думал и писал о борьбе со смертью. Он не хотел, чтобы она стала концом всего. «Совершенно конкретная и серьезная, ответственная цель моей жизни – достижение бессмертия для людей», – утверждает он в своей «Книге против смерти». Но в 1992 году в возрасте 87 лет, за два года до смерти, он написал: «Я постепенно прихожу к выводу, что нет ничего более вульгарного, банального, тривиального, демагогического, чем моя борьба со смертью. Мне стыдно, но я продолжаю ее вести». Хотя десятью годами ранее он высказывался так:

«Конечно, я несомненно подчинюсь, но только потому, что иначе нельзя. Но не дам на это своего благословения. Я клянусь, что до конца не присоединюсь ни к одной из церквей смерти».

Я тоже не стану, потому что не верю ни в какую загробную жизнь. Раньше (или сегодня тоже?) несчастным людям внушали, что нужно только пережить эту юдоль, чтобы получить щедрое вознаграждение в загробной жизни. Мне правда интересно, как в это вообще можно верить. Страх перед концом, тоска по чему-то вечному – вот что, возможно, утешает. Я не чувствую ни страха, ни тоски. Альберт Эйнштейн сказал: « Конечно же второе!Есть только два способа прожить жизнь. Первый – будто чудес не существует. Второй – будто кругом одни чудеса».

Я не верю ни в счастье в небесном Элизиуме, ни в рай на земле в виде бесклассового общества.

Я верю Гегелю, который советовал придерживаться разумного взгляда на мир, полностью отказавшись от идеи загробной жизни. И я верю поэтам. В одном из моих дневников я записала короткое стихотворение Хорста Бинека:

СловаМои парашютыС вамиЯ спрыгну.Я не боюсьГлубиныКто вас правильно откроетБудет парить.

А в последней строфе стихотворения Готфрида Бенна говорится:

Ты везде, ты снова всему открыт,Последний час, и ты поднимаешься и поднимаешься,Еще одна песня, и невероятно пораженный,Ты опускаешься, осознаешь бытие и молчишь.

Эннио Флайано, гениальный сценарист фильмов Федерико Феллини, итальянский писатель, чьи работы мне так близки, задается вопросом: «Каково это – прожить столько лет, если один день заставляет нас понять, что у нас ничего не осталось?»

В книге Altern wie ein Gentleman[24] журналист Свен Кунце размышляет так: «Бессмертие может быть отдаленной целью людей. Желания моего поколения пока еще скромнее. Последние два важных вопроса, стоящих на повестке дня, – это отмена одиночного заключения как средства страхования на случай длительного ухода и добровольная смерть как право человека».

Браво.

В одном интервью французская актриса Фанни Ардан на вопрос о том, считает ли она старение трудным, ответила так: «Да, мы приговорены к смертной казни. Но нам же не хочется, чтобы нас тащили на гильотину. Мы хотим взойти на нее гордо, с расправленными плечами».

Новости о людях, которые решили влить молодую кровь вместо своей (старой?) или заморозить тело, чтобы оно было разморожено позже, когда будет придумано средство для бессмертия, повергают меня в шок.

Почему люди не могут смириться с тем, что жизнь конечна?

Ведь есть и некое утешение в том, что не нужно жить вечно. Конечность существования – это стремление за 70, 80, 90 лет превратить свою жизнь в нечто достойное. Меня это всегда подстегивало.

«Моя жизнь – это черновик», – писал Эннио Флайано. «Если бы я мог начать все сначала, исправил бы некоторые ошибки. Но характер? Не приведет ли он к новым ошибкам? Может, более тонкий, возвышенный – как сейчас? Может, можно исправить жизнь? Но она, если и имеет какой-либо смысл (но его нет), то состоит именно из суммы спонтанных и грубых ошибок».

В конце концов, наша жизнь – это не генеральная репетиция. Это УЖЕ выступление. Сделайте с этим что-то. Но сегодня все направлено на продление жизни, на то, чтобы раздвинуть естественные границы. Мы дольше живем, потому что медицина и гигиена достигли больших успехов, но это означает, что нам, возможно, придется дольше терпеть немощь старости, упадок сил, деменцию – лишь потому, что наше сердце еще бьется. Стоит ли? Каждый сам должен ответить на этот вопрос.

Я до сих пор отчетливо помню три значимых, потрясающих момента своей жизни: первый взгляд в зеркало – это я! Когда впервые заметила на светлом полу тень, следующую за мной повсюду, и в панике от нее отбивалась. И когда впервые осознала: жизнь не вечна.

Последнее случилось поздно, в 1956 году. Мне было 30, и на моих глазах умер дедушка. Конечно, подумала я, он уже старый, ему пора уходить. Пока я сидела у его постели и наблюдала за тем, как жизнь медленно покидает его, мне впервые пришло в голову: я тоже не молодею, и, что хуже – однажды тоже умру. Чья-то ледяная рука сжала сердце. Страшная мысль, которую отбрасываешь, едва нащупав. Она теряет ужас лишь с течением жизни, а в старости становится утешением.

Теперь эта мысль – мой друг, с которым я беседую.

Друг, который мог бы сказать мне слова, произносимые смертью в стихотворении Гуго фон Гофмансталя[25] «Безумец и смерть»:

«Откинь твой страх наследственный и встань. Я не страшна, я не скелет сухой: из рода Диониса и Венеры Великое ты видишь божество».

Дионис, бог вина, чувственных удовольствий, экстаза, и Венера, богиня любви и красоты. Из этого уголка, из этой мифологической семьи родом и смерть… Я по-прежнему считаю это до слез трогательным. Такой я хотела бы ее видеть: великим божеством, нежно протягивающим мне руку.

Мне любопытно стареть. Вот, колени отказывают. О, смотрите-ка, я слышу свое сердце! Мне никогда не приходило в голову, насколько громко оно бьется, когда я поднимаюсь по лестнице. Чаще всего мне проще присесть. Ну и? Я и присяду. Я только что прочитала в газете, что странное головокружение, которое приключилось со мной утром, когда я вставала, неопасно и называется «доброкачественным позиционным головокружением». Когда я вскакиваю с постели, какие-то кристаллы в ушах не поспевают за мной, им требуется время, чтобы прийти в необходимое положение. Так надо. Мне приходится вставать медленнее. Я больше не могу бежать за автобусом, и каблуки мне больше не показаны. Часто что-то теряю, ищу очки, ключи, кошелек – и все чаще забываю, что ищу. Не считаю это проблемой. В 17 я была намного глупее и злилась из-за таких вещей. Сегодня же смеюсь и смотрю вслед красивым молодым людям, которые теперь недосягаемы. Но ведь было, было время! Оно закончилось. Я не жалею. Надеваю очки и читаю любовные истории, а не участвую в них.

Очевидно, что тело и органы в 80 работают не так безупречно, как в 40 или 50. К этому можно привыкнуть. Мы делаем чуть меньше и медленнее.

Аристотель считал, что тело достигает совершенства в 35, а душа – в 50.

Сон с возрастом становится хуже. Лежим без сна и думаем обо всем. Я поговорила об этом с другими стариками, у всех одно и то же: с трех до пяти ночи одолевает бессонница. С этим можно бороться, но я решила использовать это время во благо. Я считаю: в скольких квартирах я пожила? Все ли адреса помню? Сколько было животных, как их звали? А еще читаю вслух стихи. Или размышляю о планах на следующие десять дней, вспоминая, что делала в предыдущие десять. И внезапно засыпаю. Если не считать мучений и недомоганий во время бессонницы, то ситуация даже приятная – ночью, в теплой постели, в ногах собака. Да! Успокойтесь, фанатики гигиены! Я лежу и слышу, как снаружи барабанит дождь – это кажется мне уютным, успокаивающим, умиротворяющим. Если нужно, могу спать и днем. Я ведь старуха! Мне не нужно вставать на работу в восемь.

Верно и то, что в такие бессонные ночи усиливаются все страхи и беспокойства. И боль. В такие моменты мы чувствуем свою старость, нужны силы, чтобы противостоять ей и мыслить позитивно. Самообман не срабатывает. Но эти ощущения – как раз то, что нужно, чтобы не сдаваться. Утром все проходит и дышится свободно!

Эрнст Блох[26] в книге «Принцип надежды» описал процесс физического разрушения так:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мартин Хайдеггер – немецкий философ-экзистенциалист, создал учение о Бытии в своей наиболее известной работе «Бытие и время» в духе экзистенциализма. Существенно повлиял на онтологию и континентальную философию XX века.

2

Юрген Хабермас – немецкий философ и социолог. Профессор Франкфуртского университета имени Иоганна Вольфганга Гёте. Директор Института по исследованию условий жизни научно-технического мира Общества Макса Планка в Штарнберге.

3

ZDF (Zweites Deutsches Fernsehen) – немецкое телевидение, вторая программа страны. Тематика канала – информационная, общественно-политическая и художественная.

4

Наталия Гинзбург (итал. Natalia Ginzburg) – итальянская писательница и переводчица. Родилась 16 июля 1916 года в Палермо, умерла 7 октября 1991 года в Риме.

5

«Женщины», нем.

6

Маргарита Дюрас – французская писательница, сценарист, режиссер и актриса.

7

Жанна Моро – французская актриса театра и кино, певица, кинорежиссер, сценаристка и продюсер. Получила наибольшее признание в фильмах режиссеров «новой волны».

8

Луиза Буржуа – американский скульптор, живописец и график французского происхождения.

9

Название мягкой игрушки.

10

Эльза Ласкер-Шюлер – немецкая поэтесса и писательница еврейского происхождения, одна из представительниц экспрессионизма.

11

Готфрид Бенн – немецкий эссеист, новеллист и поэт-экспрессионист, врач. Сначала был сторонником, а затем критиком нацистского режима. Бенн оказал большое влияние на немецкую литературу до- и посленацистского периода.

12

Норберто Боббио – итальянский философ, историк, политолог, один из крупнейших итальянских интеллектуалов XX в. Представитель течения либерального социализма, восходящего к Карло Росселли.

13

Роберт Фрост – американский поэт, публицист.

14

Хорхе Луис Борхес – аргентинский прозаик, поэт и публицист. Известен лаконичными прозаическими фантазиями, часто маскирующими рассуждения о фундаментальных философских проблемах.

15

Элиас Канетти – австрийский и британский писатель, драматург, культуролог, социальный мыслитель. Писал на немецком языке. Лауреат Нобелевской премии по литературе.

16

Эннио Флайано – итальянский писатель, сценарист, драматург, журналист и театральный критик.

17

Сёрен Кьеркегор – датский философ, теолог и писатель XIX века, которого часто называют «отцом экзистенциализма».

18

Маргарет Лоуренс – канадская писательница-романистка и автор коротких рассказов.

19

Жан Поль – немецкий писатель, сентименталист и преромантик, автор сатирических сочинений, эстетик и публицист.

20

Бетт Дэвис – американская актриса кино, телевидения и театра.

21

Сильвия Бовеншен – немецкий литературный критик, писательница и эссеистка.

22

Мафусаил (перевод с немецкого) – библейский персонаж, один из праотцов человечества. Прожил 969 лет. Имя стало нарицательным для обозначения долгожителя.

23

Немецкая поговорка.

24

«Стареть как джентльмен», нем.

25

Гуго фон Гофмансталь – австрийский писатель, поэт, драматург, выразитель идей декадентства в австрийской литературе конца XIX века – начала XX века.

26

Эрнст Блох – немецкий философ, социолог и публицист неомарксистской ориентации еврейского происхождения. Создатель «философии надежды» и «онтологии Еще-Не-Бытия».