Читать книгу Измена. Переболею тобой (Елизавета Найт) онлайн бесплатно на Bookz
Измена. Переболею тобой
Измена. Переболею тобой
Оценить:

5

Полная версия:

Измена. Переболею тобой

Глава 1

- Я вернулась! — скидываю туфли-лодочки, бросаю ключи от машины на тумбочку у входа и быстро иду дальше. - Толя, представляешь, я забыла папку с документами!

Ну как можно быть такой растяпой и на собеседование не взять своё портфолио и вообще забыть дома все свои документы и международные дипломы?

Муж прав, иногда я бываю очень рассеянной. Наверное, привыкла, что он руководит мной, напоминает, где и когда я должна быть и что делать.

Иначе я бы забывала всё на свете.

Вот и сейчас я перехожу из комнаты в комнату нашего загородного коттеджа и нигде не могу найти свою папку.

- Да что это такое? — начинаю злиться. - Столько времени потеряла! Ещё и это...

Заглядываю в домашний кабинет мужа.

- Толя, ты не видел?..

Но к моему удивлению мужа нет на месте. Хотя я помню, как утром он сказал, что сегодня работает из дома и у него несколько важных созвонов с международными партнёрами.

- Толя? Ты наверху? — я поднимаюсь по лестнице на второй этаж, вглядываясь в царящий вокруг полумрак.

Сама не понимаю, отчего сердце тревожно сжимается в груди, а руки колют противные нервные иголочки. Даже пальцы подрагивают от накатившего волнения и... страха?

- Толя? — заглядываю в спальню и медленно выдыхаю.

Муж стоит перед гардеробной.

Широкие плечи и спина обтянуты белоснежным батистом рубашки, мокрые после душа волосы зачёсаны назад, края свежей рубашки ещё не заправлены в брюки.

- Мыша? — он резко разворачивается и впивается в моё лицо тяжёлым изучающим взглядом. Мне даже кажется, что я вижу в нём недовольство. - Что ты здесь делаешь?

Стальные нотки в его голосе, тон, требующий ответа, настораживают меня.

Обычно муж разговаривает со мной ласково.

Но сегодня что-то изменилось в его голосе и образе.

Я щурюсь, пытаясь уловить изменения.

Но, кажется, что Толя всё тот же.

Высокий, статный, чуть за сорок, с густыми тёмными волосами, чуть подёрнутыми сединой на висках. Но это только придаёт ему статуса. Суровый взгляд давит, требует покорности и ответа.

А я не знаю, в чём провинилась. Но чувствую, что муж недоволен, хотя я ничего не сделала.

В начале наших отношений я часто робела в его присутствии. Но за прошедшие пять лет мне казалось, что я уже переросла это.

Но нет.

Сейчас я снова стою перед ним, как нашкодивший ребёнок, и собираюсь просить прощения.

Вот только пока сама не знаю, за что.

- Я забыла документы... — произношу тихо, а сама рассматриваю его чистую, белую рубашку с влажными разводами от капель, что срываются с его волос.

Не отрываясь, смотрю, как он застёгивает запонки на манжетах. Как неторопливо, даже лениво он застёгивает каждую крохотную пуговку.

И тут до меня доходит, что всё это я уже видела. Сегодня утром. Всего каких-то пару часов назад Толя уже надевал свежую рубашку в голубую полоску и принимал душ.

Что же такого могло случиться за час с небольшим, пока меня не было дома, что моему мужу пришлось срочно купаться и менять рубашку?

Сердце в груди болезненно сжимается, а дыхание перехватывает от нехороших подозрений.

- Как только голову не забыла, — отзывается муж, чем больно ранит меня.

Иногда он позволяет себе такие вот высказывания в мой адрес. Но обычно он произносит их нежным тоном, обнимает меня крепко и поддевает кончик моего носа согнутым указательным пальцем. Балуется совсем как с маленькой.

Но сейчас...

Я задыхаюсь. Раскалённый от напряжения между нами воздух отказывается проникать в лёгкие.

- Что? — шепчу я.

- Я говорю, у тебя на сегодня было одно-единственное дело, и даже его ты умудрилась запороть! — цедит он недовольно.

- Толя, — вои глаза округляются, — я не понимаю...

Зачем-то оглядываюсь и продолжаю.

- Я помешала тебе? У тебя тут что-то важное?

Сама понимаю, как глупо звучат мои вопросы. Потому что мы стоим посередине нашей спальни. Какие у Толи тут могут быть неотложные дела?

Но иначе я не могу объяснить себе его поведение. Мой нежный и заботливый муж может при мне становится серьёзным и даже жёстким в одном случае, если у него важные дела по работе. Он моментально меняется. Из нежного и заботливого домашнего кота превращается в самого настоящего хищника, готового разорвать на части любого, кто помешает ему добиться поставленной цели.

За время нашего брака я уже знаю об этом, поэтому никогда не мешаю Толе работать. Не звоню в течение дня в офис, не захожу в его домашний кабинет.

Но что происходит сейчас?

Почему он так разозлился, увидев меня?

Всё встаёт на свои места, когда из ванной выходит она...

- Анатолий Саныч, а где у вас... ой... — девушка торопливо отступает в нашуванную, но уже поздно. Я уже видела достаточно!

Знойная брюнетка едва ли старше меня.

Длинные тёмные волосы блестящей волной спадают на грудь и за спину.

Девица одета в светлую блузу и узкую юбку-карандаш.

Только мне от этого не легче.

Сто́ит взглянуть в её наглые карие глаза и увидеть в них испуг при виде меня, как всё становится на свои места.

Бонусом идёт смазанная помада и фривольно расстёгнутые пуговки на объёмной груди.

***

Дорогие мои! Сегодня я начинаю для вас новую классную историю! обещаю, что эмоции будет бтить через край!


Не забывайте добавлять книгу в библиотеку, чтобы не пропустить выход новых глав. если понравилась история - поставьте ей звездочку рядом с обложкой.


А мы продолжаем!

Глава 2

- Извините, — шепчет она, опуская взгляд.

Вот только я успеваю увидеть в её глазах восторг и облегчение от того, что я её увидела.

Её испуг быстро проходит. Движения становятся уверенными, плавными, она прикрывает ладонью расстёгнутые почти до пояса пуговицы на блузе, а другой рукой неторопливо поправляет смазанную помаду на губах. Никакой суеты. Никакой паники.

Она максимально расслаблена и уверена в себе.

Как и мой муж. В серых, цвета закалённой стали глазах мужа я не вижу ни капли раскаяния или вины.

- Толя, что это? — я отступаю на шаг и с отчаяньем понимаю, как глупо звучит мой вопрос и как жалок мой срывающийся голос.

Толя сужает стремительно темнеющие глаза, пронзает меня холодным изучающий взглядом и отвечает то, от чего я вспыхиваю.

- Ты же хотела помощницу по хозяйству. Решила стать бизнес-леди и все уши мне прожужжала о том, что больше не справляешься с домом. Я решил пойти у тебя на поводу и исполнить твой каприз.

Его слова больно бьют под дых. Вроде бы он говорит всё правильно.

Я действительно просила помощницу.

Долгое время я справлялась с нашим коттеджем сама. Мне нравилось наводить уют, перекладывать и переставлять мелочи, готовить для мужа что-то вкусное. Я вся растворялась в этом. Но в какой-то момент я поняла, что так нельзя.

Слишком сильно я погрузилась в быт. Нет, я не стала домработницей. Для чего-то серьёзного мы нанимали клининг, у нас был приходящий садовник. Но я стала замечать, что Толя всё реже стал брать меня с собой на официальные мероприятия. И в постели как будто охладел.

Поэтому я вернулась к профессии. Прошла несколько курсов по компьютерной графике, искусственному интеллекту и менеджменту. Поучаствовала в нескольких международных конкурсах и даже выиграла пару из них. В моё портфолио добавились солидные дипломы.

Я не хотела становиться для мужа наседкой в растянутом халате, от которой пахнет только пирожками или борщом.

Поэтому я уговорила его дать мне возможность устроиться на работу.

Денег нам хватало и без того. А вот мне не хватало самореализации.

С самого начала Толя назвал всё это капризом, но, в конце концов, разрешил мне попробовать при условии, что как только я забеременею, я всё брошу и посвящу себя ребёнку.

И вот теперь его, в общем-то, правильные слова звучат гадко и мерзко.

Слишком презрительным тоном они брошены мне в лицо. Да ещё в присутствии этой...

- Помощница? — выдыхаю я. - По хозяйству?

Я разворачиваюсь к брюнетке и внимательно разглядываю её точёную фигурку, длинные наращённые ногти и идеальный макияж. С таким не убираются в богатых домах.

-Толя, посмотри на неё. У неё ногти длиннее моих! Что она будет с таким маникюром делать по хозяйству?

Девица тут же прячет когтистые ладошки за спину и улыбается кротко и виновато. Но я-то вижу её насквозь. Ей не жаль! Ей нравится то, что происходит!

- Серьёзно, мышь? - Толя выгибает одну бровь. - Тебя волнует её маникюр? Не выдумывай. Завтра, когда она приступит, снимет свои ногти. Так ведь, Виктория?

- Конечно, — выдыхает она с готовностью, пожирая взглядом моего мужа.

- Что она вообще здесь делает? — начинаю заводиться я. - Ты же собирался работать! Или... она— твоя работа.

Меня осеняет. Ну конечно, зачем ещё утром Толя так торопился выставить меня из дома. Даже обещал позвонить в офис, где у меня собеседование, и замолвить словечко.

- Не неси ерунды, — отрезает муж раздражённо. - Я и работаю. Сегодня Виктория помогает мне с документами, а завтра приступит к работе по дому.

- Работаешь? — выдыхаю я оглядываясь. - В спальне? А она что делала в нашей ванной? Оценивала фронт работ? Или тут что-то другое?

- Мыша! — с угрозой в голосе произносит муж. Это значит, что мне нужно остановиться, но меня несёт.

- Ну и как, оценила? Может, она уже и простыни наши новые прогладила... своей спиной?

- Довольно!

- А, я поняла, у неё сегодня тоже собеседование. Ну и как, уже все грани её таланта раскрыл? Все позы посмотрел, в которых она привыкла работать? Или осталось что-то ещё, что она тебе не показала?

- Я сказал, хватит! — рявкает Толя так, что стёкла дребезжат в рамах.

Брюнетка испуганно пищит и выскакивает из комнаты.

- Что ты тут устроила, Мыша! — рычит, надвигаясь на меня муж.

Таким разъярённым и возбуждённым я его никогда не видела.

Породистое лицо искажено яростью, тёмно-серые глаза мечут молнии. А кулаки сжимаются до хруста.

Но я уже не могу остановиться. Потому что ясно вижу, что это конец.

- Я Светлана! Запомни уже это! Я не Мыша, не мышь и не мышка! Хватит! Всё это уже дошло до абсурда! Если ты думаешь, что можешь и дальше смешивать меня с дерьмом, то ты ошибаешься!

Стягиваю с пальца обручальное кольцо, зажимаю его в кулаке.

- Не смей, Мыша! — рычит Толя.

- Подавись! — запускаю в него кольцом и резко разворачиваюсь, собираясь сбежать.

***


Ну как вам наша история, дорогие мои?


будем продолжать?


А что вы скажите на счет внешности героев? Хотите увидеть в следующей проде, как они выглядят?


Визуализация

Дорогие мои!


Я обещала вам показать наших героев


Светлана Громова, 25 лет. До недавнего времени счастливая жена и хранительница семейного очага


Анатолий Александрович Громов, 43 года - глава семьи и крупной корпорации. неверный муж и просто нехороший человек

Ну и наконец, Виктория, 25 лет - "помощница по дому" и мастерица на все руки

Глава 3

Сердце грохочет у самого горла, пульс набатом отдаётся в висках. Перед глазами все плывет и я выставляю перед собой руки. чтобы не упасть.

Выскакиваю из спальни, отталкиваю с дороги «помощницу по хозяйству» и, несусь вниз по лестнице.

Я ожидаю услышать за спиной шаги, яростное рычание Толи, жду, что он схватит меня за руку, заставить остановиться, посмотреть на него.

Я жду, что он не даст мне уйти просто так.

Нет, я не желаю этого! Я не собираюсь прощать или давать ему второй шанс. Но я действительно думаю, что я достойна того, чтобы он пошёл за мной. Попытался поговорить, может, даже что-то объяснить.

Мне кажется, в такой ситуации, это нормальная реакция. Ждать, что неверный муж будет пытаться как-то решить ситуацию.

Однако я спрыгиваю с нижней ступеньки и слышу только своё шумное дыхание.

На лестнице никого. Мне никто не преследует, не пытается остановить. Чтобы поговорить. И это ранит ещё больнее, чем само предательство.

Я закрываю глаза и прикусываю губы, чтобы немного прийти в себя, чтобы не разрыдаться от боли и обиды прямо здесь.

Мерзавец!

Он так уверен в себе, что даже не вышел из комнаты.

Считает, что я не смогу уйти от него?

Очень зря!

Я смогу. Мне всё равно нечего терять.

У нас с Толей брачный контракт. Я остаюсь при своём, а Толик при своём имуществе.

Не страшно. Раньше я как-то жила на несколько тысяч рублей в месяц и теперь проживу.

Быстро обуваю туфли-лодочки, на пуфике рядом находится моя злосчастная папка с портфолио.

Это всё из-за тебя!

Всхлипываю от боли и отчаянья. Хочу схватить и разорвать её на мелкие кусочки.

Вот только это не поможет.

И в чём виноваты документы? В том, что мне достался муж-кобель?

Хватаю папку, сгребаю с тумбочки ключи от машины и выскакиваю во двор.

Очень быстро пересекаю дорожку, распахиваю калитку и пытаюсь открыть машину. Я не стала загонять её во двор, оставила у ворот, чтобы не терять время.

Вот только теперь моя красотка не поддаётся.

Ласковые солнечные лучи отражаются от красных полированных боков. Стильный кроссовер стоит передо мной как игрушечный. Проблема в том, что я не могу попасть внутрь.

Я снова и снова нажимаю на кнопку на ключах. Цветной диод моргает, но замок не открывается.

Что за чертовщина? Неужели сели батарейки?

Я понятия не имею, как их менять! И что мне делать?

Я же не могу вернуться домой, бросить ключи неверному мужу и потребовать починить их!

От злости и разочарования сжимаю брелок в кулаке до хруста.

Под пальцы попадают все кнопки подряд.

В ключе что-то щёлкает, а потом раздаётся сигнал, который помогает найти машину на парковке, если вы забыли, где её припарковали.

Я удивлённо перевожу взгляд с моей молчаливой ласточки, на брелок.

Со стороны дома из-за высокого забора отчётливо слышу повторяющиеся громкие сигналы.

Это какой-то сюр!

Моя машина здесь. Тогда какая машина сигналит там?

Я открываю калитку, медленно, с трудом переставляя ноги, возвращаюсь к дому и заглядываю на задний двор.

Если мне до этого казалось, что моё сердце разбито и сильнее боли сложно испытать, то я ошибалась.

Потому что прямо сейчас меня выкручивает наизнанку от осознания масштабов обмана и цинизма моего мужа.

На заданем дворе стоит припаркованный красный кроссовер один в один как мой.

Блин, да у него даже номера отличаются на одну цифру.

Это значит, что Толя ставил их на учёт вместе.

Он купил мне и своей потаскухе одинаковые машины! Оптом! Чтобы не путаться!

Перевожу расплывающийся от нахлынувших слёз взгляд на брелок. Нажимаю кнопку разблокировать двери. И эта тачка открывается!

Я перепутала ключи на тумбочке. Сгребла брелок потаскухи. А свой в полумраке не заметила.

И знаете, что самое ужасное.

На моих ключах от машины был брелок — милая уточка с огромным сердцем, на котором было написано «люблю».

Когда Толя подарил мне машину, этот брелок уже висел, он сам купил его для меня. Мне тогда показалось это до невозможности милым.

А сейчас я смотрю на такую же дешёвую китайскую утку на чужих ключах, с тем же безликим «люблю» и ненавижу мужа ещё сильнее.

Каким мудаком надо быть, чтобы подарить жене и любовнице одинаковые тачки, с похожими номерами и одинаковыми брелками на ключах?

Глава 4

Сжимаю чёртов брелок в руках.

Разворачиваюсь на каблуках и шагаю в дом.

Внутри меня кипит такая опасная смесь из ярости, обиды и унижения, что мне само́й сложно представить, во что это выльется!

Распахиваю входную дверь, моргаю пару раз, стараясь привыкнуть к полумраку после яркого солнца.

Слышу приглушённые голоса из домашнего кабинета мужа.

Ни секунды не раздумывая иду туда, но не успеваю распахнуть неплотно прикрытую дверь, как слышу хриплый от волнения голосок этой... потаскухи.

- Анатолий Саныч, мне так неловко. Я не хотела, я не думала, что всё так получиться...

У меня тошнотворный комок подкатывает к горлу от того, как топорно она флиртует с моим мужем. Её голос становится не просто медовым, а приторно-сладким со смесью вожделения и ложной скромности.

- Мне, наверное, не стоило приезжать...

- Не говори ерунды! — рычит мой муж. - О да...

- Я не хочу, чтобы у вас из-за меня были проблемы. Вы столько рассказывали о Мыши, я просто не думала, что она...

Опять эта «МЫШЬ» да ещё из уст этой... подстилки! Неужели моё «милое домашнее прозвище», которое Толя придумал мне ещё когда только познакомился со мной, теперь знают все? Почему его потаскуха так называет меня? Почему толя ей позволяет?

Что это за кошмар?

Когда я упустила момент, где безобидная шутка переросла в пренебрежение мной как женщиной и личностью?

- Ты тут ни при чём. Не забивай голову ерундой.

О да, подумай лучше о том, как ублажить моего муженька! Уроды!

Я глотаю подступающие слёзы, впившись до побелевших костяшек в дверной косяк.

- У Мыши, у Ланы сложный период. Играют гормоны. Она перебесится и поймёт, что была не права. К вечеру уже будет дома просить прощения.

Что? Мои глаза распахиваются, слёзы срываются вниз.

Он это сейчас серьёзно?

- Ох, — сладострастно стонет эта дрянь. - Я бы не хотела, чтобы из-за меня у вас с женой...

- Вика, мне кажется, ты лезешь туда, куда не надо! — зло рявкает Толя.

- Простите, Анатолий Саныч, — голосок потаскухи не кажется мне испуганным, наоборот, он звенит от возбуждения.

- Я тебя зачем вызвал? Вот и приступай к «работе», а мою жену не трогай. Я сам с ней разберусь! Она не твоя забота.

- Как скажете, — её голос опускается до хриплого шёпота.

А следом раздаётся возня и шорох одежды.

Я неимоверным усилием воли заставляю себя остаться на месте. Смахиваю со щёк две предательские влажные дорожки.

Нет, урод, ты недостоин моих слёз! Я слишком долго терпела! Но это предел!

Протягиваю дрожащую руку и толкаю тяжёлую дубовую дверь.

Она с грохотом распахивается.

А перед моим взглядом открывается «чудесная» картина: Толя сидит в своём любимом огромном кожаном кресле. Локти упёрты в колени, на сложенных ладонях покоится подбородок. Спина и плечи напряжены до предела.

На подлокотнике восседает эта... особа, наклоняется к моему мужу и когтистыми лапками разминает ему шею и плечи, забирается в расстёгнутый ворот рубашки.

- Ой, — притворно испуганно выдыхает она.

- Не помешала? — цежу сквозь зубы. - Вижу, что нет!

- Уже вернулась? - Толик опасно сверкает глазами и перехватает ладошку своей любовницы, которая в этот момент соскальзывает ему на грудь.

- Вдогонку к кольцу забыла кое-что ещё швырнуть в твою наглую лживую рожу, — с этими слова я бросаю в Толю ключи от машины его потаскухи. Жаль, что не попадаю.

Взгляд мужа становится почти чёрным, пугающим до дрожи, черты его лица заостряются, а ноздри яростно раздуваются.

- Закончила свой цирк?

- Я? — мои брови ползут на лоб. - Это я устроила тут цирк? Это я привела свою подстилку к наш дом? Это я изменяла с ней в нашей спальне, хотя в этом доме пять спален, а в городе сотни гостиниц! Это я купила ей такую же машину? А? Отвечай!

Уверенность подводит меня. Голос дрожит и срывается на крик.

Но отступать я не собираюсь.

- Я ненавижу тебя! Ты... ты... как ты мог? Ещё и сидишь как ни в чём не бывало, пока твоя потаскуха наминает твою шею, и смеешь называть меня Мышью при ней!

- Успокойся, Лана, — рычит Толик.

- А я не хочу успокаиваться! Я хочу развода! Я видеть тебя не могу! Ты чудовище! Меня тошнит от тебя!

- Да? — недобро усмехается мой муж. - И куда же ты пойдёшь, а?

Я даже не понимаю, как реагировать на такую резкую смену настроения у него.

Всепоглощающая ярость слишком быстро сменяется у него каким-то мрачным торжеством. Его губы всё шире и шире расплываются в недоброй усмешке.

- Или ты рассчитываешь, что я буду теперь содержать тебя? А? Оставлю дом? Машину? Буду бегать за тобой, как цепной пёс и умолять меня простить?

- Я... — с трудом сглатываю тошнотворный комок. Я знала, что при разводе не получу ничего и ни на что не рассчитывала. Но меня больно ранит то, с каким наслаждением Толик бросает всю эту грязь мне в лицо.

- Так уж вышло, Лана, что без меня ты никто! Тебе некуда идти и не у кого просить помощи! У тебя даже родных нет. Я — твоя единственная семья!

- Лучше жить на помойке, чем в такой «неблагополучной» семье! — рычит моё уязвлённое самолюбие.

Он с самого начала знал, на ком жениться. И на все мои сомнения говорил, что моё прошлое и моя семья не имеют для него значения.

Оказывается, имеют. И этот аргумент он припас на финалочку, чтобы ударить меня ещё больнее.

- А знаешь, что, дорогая,— он стряхивает с себя ладони удивлённой любовницы и поднимается из кресла. Мощный, разъярённый, готовый карать, — хочешь идти? Иди! Я не буду тебе мешать. Я даже не буду вставлять тебе палки в колёса. Но гарантирую, что через... — он сужает глаза, — пусть будет через неделю, ты приползёшь ко мне сама. Вот тогда мы и поговорим.

Глава 5

- Что? — я не верю своим ушам.

Он так спокойно и на полном серьёзе размазывает меня тонким слоем по полу перед своей шлёндрой.

Кровь бросается мне в лицо, щёки, уши и шея горят от унижения, а сердце грохочет, как ненормальное в груди.

Ненавижу! Как же я его ненавижу!

Даже удивительно, как всего несколько минут могут перечеркнуть всю жизнь! Одна тупая сцена может разделить реальность на «до» и «после».

Ещё утром я была уверена в своём муже: сильном, надёжном, взрослом и состоявшемся мужчине.

Когда мы начали встречаться, я была неуверенной и зажатой, носила обноски и всеми силами старалась не вылететь из универа, работая параллельно на двух работах.

Толя на руках вынес меня из той грязи, кто была вокруг меня, снял мне квартиру, заставил уволиться с работы, господи, он заставил меня поверить в себя! Посмотреть на мир вокруг и на своё отражение другими глазами.

Сказал, что я особенная, пугливая как мышка, но такая ранимая, тёплая, домашняя.

На все мои вопросы про разницу в возрасте и про то зачем ему всё это нужно, он отвечал просто, что вздорная яркая жена у него уже была.

Скандалы как норма жизни его больше не прельщают. Он хочет строить свою жизнь со мной — любящей, заботливой, спокойной. Говорил, что влюбился в меня сразу, как увидел, потом долго присматривался и торговался с собой. Но чувства победили разум, и он сделал первый шаг, чтобы больше никогда не отпускать меня.

Тогда я верила.

Я и сама влюбилась без памяти. Не в его деньги. А в его заботу и внимание.

Никто и никогда не относился ко мне так.

Возможно, Толя и был прав, дав мне прозвище «мышь». Я была диким напуганным зверьком, который старался слиться с обстановкой и урвать хоть каплю своего счастья.

С детства я была недолюбленной, недооценённой, недоласканной, ненужной никому на этом свете.

Мать самоустранилась из моей жизни, а потом её вообще лиши родительских прав, отец работал и пил, на меня у него не оставалось времени. Спасибо, что не водил своих собутыльников домой.а потом и вообще сгорел в пьяном угаре.

Вот таким зверьком я и досталась Толе. И он заставил меня поверить в себя. Поверить, что любит и никогда не бросит.

А теперь...

А теперь я больше не МЫША! Спасибо тебе, Толя, что год за годом выбивал из меня неуверенность, трусость, страх.

Драться с твоей подстилкой за тебя я не буду — много чести. Но вот за себя я теперь поборюсь.

- То, что слышала, — Толя опасно сужает глаза. - Ты всё-таки моя жена, Лана, а не мелкая шпана. Прежде чем врываться в мой кабинет и нести чушь, тебе стоило дважды подумать.

- Что-что? — я не верю своим ушам. - Ещё скажи, что мне сто́ит быть мудрее и смотреть сквозь пальцы на вашу работу? И что диван в офисе уже не справляется с объёмами, раз ты такую ответственную работувзял на дом?

Толя сжимает челюсти до хруста, упирается мощными ладонями в подлокотники кресла и резко поднимается.

Его потаскушка испуганно отскакивает в сторону.

Я же остаюсь стоять на месте.

Один бог знает, каких трудов мне это стоит. Но я не сдамся, не спасую, не отведу взгляд.

Наоборот, лишь выше вскидываю подбородок.

123...5
bannerbanner