Фиктивная жена орка

– Возьми, если надо. Отдашь потом, когда найдешь деньги. Мы тут на неделю, может две. В прошлой деревне месяц простояли, долго к нам люди привыкали.

Она хохотнула. Я сглотнула. Это было именно то, что я искала. Информация, которой у меня не было.

Сначала несмело я начала расспрашивать ее про соседние селенья. Орчиха охотно говорила, и я почти расслабилась. Со мной уже давно никто нормально не разговаривал, ни то что дружелюбно, а хотя бы как-то. Я задавала ей вопросы про работу, про то, как дойти туда, какие там люди.

Ответы меня не сильно обрадовали.

– Сложно мне судить, – произнесла она, – даже если люди там хорошие, но орков нигде не любят, поэтому к нам отношение всегда… – она, видимо, хотела сказать «плохое» или что-то в этом духе, но глянув на меня, смягчила реплику: – неоднозначное.

Я кивнула. Она права. Оркам сложно оценить, где какие люди. Орки и люди держались на расстоянии друг от друга. Я и не думала, что кто-то вздумает наладить между нами хотя бы торговые отношения.

Я отошла от прилавка, чтобы не обременять компанией свою новую знакомую. Внутри теплело. Они были другими. Настороженными к людям, но они пытались быть открытыми.

Я обошла ещё несколько прилавков. Все обратили на меня внимание. Немудрено, ведь сейчас я была единственной из людей. Я прохаживалась, рассматривая товар. Может смогу сделать что-то подобное и предложить им? Может смогу заработать?

Но воодушевленные мысли сменялись печальными, если и смогу раздобыть золота, то что на него сделаю в нашей-то деревне? Разве меня кто-то пустит к себе хоть и за деньги? Так я сама не заметила, как дошла до повозки.

Взгляд скользнул по ней, но вдруг задержался на доске, закрепленной гвоздем. На ней было написано крупными корявыми буквами:

«ИЩУ ЖЕНУ. ДАМ КРЫШУ НАД ГОЛОВОЙ, ЕДУ И БЕЗОПАСНОСТЬ».

Я остановилась как вкопанная. Сердце пропустило удар.

Я перечитала раз, другой. Крыша над головой. Еда. Безопасность. Это было всё, о чём я мечтала последние недели. Это было больше, чем я смела надеяться.

Я подняла глаза на повозку. Неужели это правда? Такое возможно, что кто-то просто «ищет» жену?

Но ответа я не знала. Знала только, что передо мной единственная дверь, в которую я могу постучать. И я постучалась.

Глава 6. Разговор с орком

Я постучала. Тишина. Только где-то за спиной разговаривали орки, да болтали мужики. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно на всю ярмарку. Никто не отвечал, а я больше не могла ждать. Боялась передумать и убежать.

Поэтому я резко потянула за дверь, та оказалась тяжелее, чем я ожидала, но все равно поддалась.

Я поднялась по лесенке и заглянула внутрь.

Повозка оказалась маленькой комнаткой. Всё было устроено удивительно компактно: кровать у стены, застеленная тёмно-синим одеялом. Рядом столик, на нем лампа и кружка. С противоположной стороны стоял массивный сундук, обитый железными полосами. Ничего лишнего. Всё скромное, но добротное.

А на кровати, поджав под себя ноги, сидел орк.

Тот самый. С жёлтыми глазами, которые смотрели на меня в тот вечер, когда караван только прибыл в деревню. Я его сразу узнала, поэтому растерялась еще сильнее.

Он был в простой льняной рубахе с широкими рукавами. В руках у него раскрытая книга. Тонкая, с потрёпанными страницами. Он читал. Орк читал книгу.

Я застыла. Язык прилип к нёбу. В голове ни одной полезной мысли. Не знаю, что меня больше поразило, что именно он искал жену или книга в его руках.

Орк тоже замер. Его жёлтые глаза расширились, совсем чуть-чуть, но я заметила. Он смотрел на меня так, будто я была привидением. Будто он сам не ожидал, что кто-то зайдет к нему.

И тут я поняла странную вещь: он испугался. Не меня, нет. Он испугался того, что кто-то пришёл. Словно он сам не верил, что его объявление сработает, и теперь растерялся.

Эта мысль придала мне сил.

– Я… – Мой голос сел. Я кашлянула и начала заново: – Я пришла из-за объявления. Это вы ищете жену?

Орк моргнул. Медленно, будто переваривая услышанное.

– Я ожидал, – сказал он наконец, и в его голосе проскользнуло удивление, – что придёт кто-то, кому нужна помощь.

– Мне нужна помощь, – выпалила я.

Слова вылетели раньше, чем я успела их обдумать. Но отступать было некуда.

Орк отложил книгу и выпрямил спину. Только тут я поняла, насколько он огромен. В повозке с низким потолком он казался великаном. Я невольно сделала шаг назад, упёрлась спиной в дверь.

– Но вы молодая, – сказал он, глядя на меня внимательно. – И красивая. И на вид здоровая.

Красивая? Я опустила глаза. На мне был старый застиранный плащ, протертая обувь, лицо, наверное, осунувшееся от недоедания. Какая уж тут красота?

Но когда я подняла взгляд, я заметила странное: его щёки под зеленоватой кожей слегка покраснели. Орк смутился. Орк, который мог раздавить меня одной рукой, смутился от собственных слов.

– Я… просто… – Я замялась, собиралась придумать какую-нибудь историю, чтобы не упасть в глазах этого незнакомого орка, но не смогла ему соврать. И в итоге я заставила себя говорить правду: – В деревне меня считают падшей. Я не могу найти работу. Никто не берёт меня даже за еду. А живу я, – голос дрогнул, но я решительно сжала кулаки, – я живу в сарае. Сарай отцовский. Меня выгнали из дома. Но зимой я там умру.

Орк молчал. Его жёлтые глаза не отрывались от моего лица.

– И ещё, – добавила я, почти шёпотом, потому что дальше тянуть было нельзя, – я жду ребёнка.

Орк медленно перевёл взгляд на мой живот. Я не носила плащ застёгнутым, было душно, и под тонкой рубахой уже угадывалось округление. Небольшое, но заметное, если знать, куда смотреть.

Он смотрел долго. Я не дышала.

В голове пронеслось: «Он сейчас скажет «нет». Выгонит. И я останусь одна. Потом придет зима, и мы с ребенком умрем».

Но он молчал. И чем дольше он молчал, тем отчётливее я понимала: я хочу остаться. Я хочу, чтобы он согласился. Не потому, что он орк. Не потому, что я его знаю или люблю. А потому, что эта тёплая, чистая, пахнущая деревом и травами повозка стала для меня единственным маяком в темноте.

Я больше не выдержу. Не выдержу камней от детей, плевков от мужиков, презрения от баб. Не выдержу сарая и мысли, что зимой мой ребёнок замёрзнет.

«Пожалуйста, – хотелось мне закричать. – Пожалуйста, не прогоняйте меня».

Но я молчала.

Орк поднял глаза. В них не было жалости. Не было брезгливости. Только какая-то тяжёлая, спокойная решимость.

– Хорошо, – сказал он. – Но есть условия.

И сердце моё замерло уже в третий раз за этот день. Я как-то об этом не подумала, надежда ослепила меня. Но ведь так логично, что жена ему нужна была не просто так. Что он собирался предложить? Смогу ли я это вынести? И будет ли это хуже того, что есть сейчас?

Глава 7. Условия

– Нам нужны люди для торговли, – сказал он.

– Вы торгуете людьми? – опешила я.

Он замотал руками:

– Нет, нет. В смысле для торговли с людьми.

Он так поспешно это добавил и мило растерялся, что я не успела представить себе худшие варианты, что могли бы меня ждать, если бы я оказалась права в своем предположении. Он стал подниматься, и я невольно сделала шаг назад, чтобы освободить ему пространство.

На его лице промелькнула паника, он вновь замотал руками:

– Я ничего не сделаю вам плохого, не бойтесь.

– Я не боюсь, – выпалила я чистую правду.

Удивительно, но, казалось, что это он меня боялся, хотя из нас двоих он – орк. Его брови полетели вверх. Он, наконец, спустился с кровати, и я оказалась права: ему было тесно. Он стоял, пригибая голову, занимая почти все пространство, что оставалось между кроватью и сундуком.

Он слабо кивнул на выход, и я юркнула на улицу. Сразу стало легче дышать. Ему, видимо, тоже. Потому как только он сошел со ступенек на землю, то выпрямился в полный рост. Я не могла отвести взгляд. Высокий, сильный, точно будет хорошей защитой для моего ребенка, если я с ним договорюсь.

– Так и какие условия? – поспешила я вернуть разговор в нужное русло.

– Да, – кивнул он, – точно, условия. – И перевел взгляд с меня на ярмарку. – Как вы могли заметить, народу у нас тут немного.

Я посмотрела на скучающих торговцев за прилавками.

– Вас боятся, – согласилась я.

– Так и есть, – ответил он серьезно, – люди привыкли, что орки грабят, а не ведут мирную жизнь. Но здесь собрались те, кому это надоело. Мы хотим заниматься торговлей, но пока у нас это не очень получается.

Я не понимала, как это связано с его поисками жены. Он, очевидно, считал мое недоумение и пояснил:

– Если с нами будут жить люди, то они могли бы договариваться с другими людьми и зазывать сородичей на наши ярмарки, так постепенно мы бы наладили нормальные отношения между нашими видами. Проще всего, если это будет кто-то беззащитный. Например, женщина. Но я не собираюсь портить ни чью честь, поэтому ищу именно жену. Чтобы она могла путешествовать с нашим караваном и чувствовать себя защищенной и не опозоренной. Я предлагаю вам «фиктивные отношения». Вы мне помощь с торговлей, я вам свое плечо, если оно вас устроит.

– А-а-а, – протянула я. Это меняло дело. Так было даже лучше. Я-то думала, что этому орку нужны тепло и любовь, а ему нужен тот, кто умел разговаривать. – Я согласна!

Восторженный крик получился слишком громким. На нас уставились все орки. Мой потенциальный муж все же был стеснительным. Его щеки вновь порозовели. Но голос его был спокойным:

– Может, хоть денек подумаете?

Я замотала головой, вцепилась в его рукав:

– Вы будете защищать моего ребенка и кормить?

Он кивнул.

– Тогда я согласна, – выпалила я вновь и тоже покраснела, потому что уже понимала, что за нами все наблюдали.

Для тех, кто заключил простую сделку, мы наверное были чересчур довольными. Я пожала ему руку и поинтересовалась:

– Когда я могу переехать к вам?

Он улыбнулся, не двигая рукой, которую я пыталась трясти в рукопожатии:

– Когда захотите. Меня Грон зовут. А вас?

– Нина. – Я пыталась сдерживать сумасшедшую улыбку, но та то и дело прорывалась. У моего ребенка будет еда, крыша над головой и орк-охранник. Я боялась довериться своему счастью, но не могла, глядя на Грона, подумать о нем плохо. На вид он был добрый, несмотря на габариты, клыки, зеленую кожу и мышцы.

Я вспомнила, как доверилась Дарьяну, и хорошее настроение, как ветром сдуло. Все же стоило быть осмотрительнее. Не могло быть все так хорошо. И стоило подумать, Грон прав. Но выбор был между ночевкой в теплой повозке и сараем, между известной опасностью и неизвестной.

И я сделала свой выбор.

Осталось сказать о нем остальным.

– Приятно познакомиться, Нина, – сказал он, широко улыбаясь.

___

Как вам орк?

Глава 8. Важный разговор

Ночь я провела в сарае. Вчера не решилась поговорить с родителями.

А теперь уже и не знала, решусь ли сегодня. Я лежала на сене, уставившись в потолок. Не сомкнула глаз всю ночь. Мысли напряженно крутились: Грон, его условия, фиктивный брак, повозка, еда, безопасность. И тут же: Дарьян, его предательство, моя глупость, доверие, которое он растоптал.

«А вдруг Грон такой же? Вдруг он использует меня, а потом выбросит? Но что я тогда теряю, ведь я уже на дне? Но вдруг орки ещё хуже людей? Вдруг я просто не могу представить те проблемы, с которыми он заставит меня столкнуться? От Дарьяна я тоже не ожидала плохого».

Я переворачивалась с боку на бок, сено шуршало, мыши скреблись в углу. В щели сарая проникал лунный свет.

– Нельзя доверять, – прошептала я в темноту. – Нельзя. Ты уже ошиблась один раз.

Но другая часть меня, та, что отвечала за выживание, твердила: «А у тебя есть выбор? Сарай? Зима? Голодная смерть с младенцем на руках?»

Я зажмурилась и погладила живот. Сама не помню, когда впервые начала разговаривать с ребенком:

– Знаю, малыш. Знаю. Мама что-нибудь придумает.

На смену беспокойной ночи пришло серое утро. И тут я услышала голоса.

– …орки эти, – голос отца, приглушённый, но злой. – Староста говорит, не уйдут, пока ярмарку не закончат. А кто к ним ходит? Кто позорит деревню?

– Тише ты, – попросила мать. – Разбудишь же всех соседей.

– А мне плевать! – Отец сплюнул. – Всё через одну пошло. Сначала дочь опозорила, теперь эти зеленые рожи. Наверное, Нина своим поступком беду на деревню накликала. Была бы тихой, скромной, глядишь, и орки бы не пришли.

Я замерла. От обиды в груди защипало, к горлу подкатил комок.

– Не говори так, – мать вздохнула, – она и так наказана.

– Мало! – отрезал отец. – Пусть теперь знает, как отца позорить. И эти орки тоже её забота. Уже и туда навострилась, шлюха.

– Да как ты можешь о собственной дочери так говорить? – возмутилась мать. – Не пошла бы она туда.

– Ходила уже, – сказал отец, – видели ее.

Я зажала рот рукой, чтобы не всхлипнуть. Слёзы текли по щекам, я вытирала их рукавом, но они не кончались. Отец называл меня шлюхой. И винил в том, что орки пришли. Будто я могла наколдовать караван. Еще и мой поход на ярмарку сочли за очередное моральное падение.

Даже если так! А что мне оставалось, когда все от меня отвернулись?!

– Ладно, пойду, – буркнул отец. – Не болтай сама-то. И так все судачат.

Шаги удалились. Мать постояла ещё немного и тоже ушла.

Я вылезла из сарая только к обеду. Живот урчал от голода. Мать ничего не принесла с утра. Казалось, что она каждый день меня помаленьку забывает.

«Лучше уйду в лес, – подумала я. – Там хоть ягоды есть. И никто не плюнет в спину».

Я накинула плащ и побрела к опушке. Солнце стояло высоко, но в лесу было прохладно, пахло свежестью. Я углубилась в чащу, туда, где росли кусты черники и брусники.

Ягод было немного, но я собирала их сразу в рот. Кислые, терпкие, они хоть немного утоляли голод.

Я уже хотела повернуть назад, когда услышала треск веток. Кто-то шёл прямо на меня. Тяжёлый, нетвёрдый шаг.

– О, гляди-ка! – знакомый голос, пьяный и наглый. – Наша блудница ягодки собирает!

Дарьян вышел из-за кустов. Помятый, в расстёгнутой рубахе, от него разило перегаром за три шага. Глаза красные, волосы растрёпаны.

– Чего уставилась? – Он осклабился. – Не ждала?

– Мне не о чем с тобой говорить, – сказала я тихо.

– Ой, как заговорила! – Он засмеялся и шагнул ближе. – А помнишь, как в бане ты стонала? Тогда так гордо ты не разговаривала.

Я попятилась:

– Ты пьян. Уйди, пока я не позвала на помощь.

– Кого? – Он развёл руками. – Деревенские тебя шлюхой считают. Никто за тебя не вступится.

У меня сжались кулаки.

– Не твоё дело.

– А чьё же? – Дарьян шагнул ещё ближе, и я упёрлась спиной в дерево. – Может, хочешь развлечься? Репутации у тебя все равно нет, а так, может, тебе весело хоть будет?

– Нет, – отрезала я.

Дарьян нахмурился, его губа обиженно оттопырилась, как у маленького ребенка:

– Я что, тебе не нравлюсь больше? Ты же ждать обещала!

– Я и ждала, только вот не знала, что ты за человек, – выпалила я почти в истерике.

Он меня пугал. Он собирался вновь сотворить непоправимое. Но в этот раз против моей воли. Он захохотал злобно:

– Ты должна быть мне благодарна. Да кто тебя такую с пузом ещё возьмёт-то?

Я зажмурилась, готовясь к худшему. Но вместо этого услышала низкий, рокочущий голос. Спокойный, но от него мороз пробежал по коже:

– Я.

Я открыла глаза.

Из-за сосны вышел Грон. Огромный, плечистый, в простой рубахе, он казался скалой. Жёлтые глаза смотрели на Дарьяна холодно и тяжело.

Дарьян поперхнулся смехом и попятился. Его лицо вытянулось, пьяная наглость мгновенно улетучилась.

– Ты кто такой? – выдавил он.

– Я тот, кто возьмёт её, – сказал Грон. – С пузом. Без пуза. С ребёнком. Не твоё дело. А теперь уходи. Пока я не передумал.

Он не повышал голоса. Он говорил тихо. Но от этого голоса у Дарьяна задрожали коленки. Он попятился, споткнулся о корень, упал, вскочил и бросился прочь, ломая кусты.

Я стояла, прижавшись к дереву, и смотрела на Грона. Он перевёл взгляд на меня, и его лицо смягчилось.

– Не тронул?

– Не успел, – прошептала я.

Грон кивнул. Мне уже не было страшно, но стало стыдно, что вчера я обещала и не пришла.

– А что ты в лесу делаешь? – только и смогла произнести я.

– Хотел с тобой поговорить, – замялся он, – потом увидел, как ты в лес пошла, а потом еще одни шаги услышал. Ты вчера говорила, что в деревне у тебя репутация не очень, поэтому я не хотел, чтобы нас кто-то видел вдвоем в уединении. Я решил подождать, пока тот, кто шел за мной, пройдет мимо, а оказалось это за тобой шли. Дальше ты знаешь.

Я кивнула. Мне повезло, что Грон оказался рядом. Если бы не он, я даже боюсь представить, чтобы Дарьян успел натворить. Тем виноватее я чувствовала себя перед Гроном.

– Я не передумала, – сказала я ему. Его брови удивленно приподнялись. Я пояснила: – Просто испугалась.

– Понимаю, я – орк…

– Нет, – перебила я. – Не тебя. Своих родителей.

Желтые глаза удивленно округлились. Я оторвала спину от дерева и вдохнула полной грудью:

– Они не одобрят.

– Они уже не одобряют, судя по тому, что я слышал.

Мы переглянулись, но тут же отвели взгляды.

– Но их нужно предупредить, иначе они подумают, что меня украли орки, – озвучила я свои опасения.

– Мы могли бы сыграть нормальную свадьбу.

Я уставилась на него. Он спешно добавил:

– Ну чтобы никто ничего плохого не подумал. Пусть знают, что ты уезжаешь с мужем. Я же говорил, что поэтому и искал жену. Чтобы о женщине этой никто плохого не думал.

– Почему тебя интересует судьба какой-то неизвестной женщины? – прохрипела я. Меня накрывало обидой на остальных. Никто не пытался помочь, кроме незнакомого мне орка.

– Мы ведь будем путешествовать вместе, не хочу, чтобы мои домашние плакали, – просто ответил он.

И я пустила слезу от умиления. Его слова были такими человечными. Из леса мы вышли не скоро, потому что ему пришлось меня успокаивать. Но мы уже не скрывались, потому что я не сомневалась: Дарьян уже разболтал на всю деревню о том, кто заступился за меня.

___

Будет ли это событие иметь последствия?

Глава 9. Прощание

Мы вышли из леса, когда солнце уже клонилось к закату. Грон шёл рядом, заслоняя меня от ветра.

Нас встретила пустая улица да запертые калитки.

– Я пойду с тобой, –