Оясуми насай! Спокойной ночи, любимый!

–На чьем пульсе? Ваша рука на её пульсе? хриплым голосом прошептала Алёна и зашлась приступом кашля от неожиданности. Она никогда не разговаривала с Опольским по телефону, только лично в рабочее время, бодро, четко и быстро.

– Что с вами, вы заболели?

– Нет-нет. Я буду вовремя. – испуганно каркнула Алёна.

– Возьмите больничный.

– Я здорова.

– Алёна Сергеевна, не спорьте со мной. Не хотите больничный, возьмите пару дней в счет отпуска. Вас заменят…

– Кто? Кто меня заменит???

В голосе Алены послышалась нотка умирающего лебедя. Это еще больше убедило Андрея, что с администратором случилось страшное.

– Вас заменит Слава!

– Слива??? Но она.... Это же Слива, она не справится… Она…

– Справится. У нас все сотрудники взаимозаменяемы, кроме Андрей затих сглотнул и закряхтел. Он чуть не сказал, кроме Насти. Или переводчика, переводчицы, Анастасии… Настюши… Он закатил глаза от собственного умопомешательства и прошипел страшным холодным голосом: Кроме меня! Вы будете оспаривать моё распоряжение? Напомнить вам корпоративные правила поведения сотрудников?

– Не надо. Я помню. возьму отгул. Спасибо. Доброе утро. Хорошего дня. Андрей Владимирович.

– Вызовите Демченко срочно и отзвонитесь мне! Хорошего дня, Алёна Сергеевна! Выздоравливайте!

Алёна дозвонилась Насте только через тридцать пять минут, она так лепетала и всхлипывала, что Настя ответила, весело смеясь:

– Я ничегошеньки не поняла, но будет сделано. Руку на его пульсе подержу. И где у него там пульс? Он вообще есть? Ха-ха-ха.

Алёна отчиталась Андрею Владимировичу, что Настя всё сделает, руку на пульсе подержит, приедет срочно. Он ждал срочного приезда Насти с самого утра нетерпеливо и позвонил Сергею. А Сергей… Бывший друг насмехался над ним. Открыто и нагло издевался.

И тогда, ближе к концу рабочего дня в четверг, Андрей решил ждать понедельника. В понедельник работа должна быть закончена и Настя обязана вернуться. Андрей купил бром, но он не знал, что Настя уже пообещала уволиться, прийти с заявлением.

***

Настя в пятницу целовала брата и Сергея заодно, отправляя их на родину жены Сергея в маленький городок Тверской области, где леса и энцефалитные клещи. Жену надо было опознать, как жену, так как Николя разумно предположил, что лицо её или изуродовано пластикой или изменено до неузнаваемости.

След его привел в клинику пластической хирургии, где Александра должна была усовершенствовать внешний облик, но почему-то она туда не легла, отказалась. Поиски с фотографией привели его к тому, кто лжет администратор частного салона красоты изменилась в лице всего на мгновенье, но три вопроса, которые задал Николя позволил ему узнать всю правду.

Он спросил: Вы знаете сестру этой женщины? Вы хотите, чтобы вас исключили из списка обвиняемых в похищении человека? Вы готовы покрывать убийцу?

Николя задавал эти вопросы уже в седьмой клинике, и он нашел. Не стал передавать дело в местный СК, а позвонил своим и свои выехали на место вместе с ним и уже незаконным супругом Сергеем..

От нетерпения Николя уже задержал лже-мать на трое суток. Настя оставалась в доме с мальчишками и новой няней. Они решили посетить бассейн…

– Кстати, Настюша, – сказала довольная свободой няня Антонина Васильевна, – я наткнулась в журналах, когда убиралась, на статьи, посвященные твоему начальнику Опольскому. Не хочешь почитать на ночь?

– Почему на ночь-то? – спросила Настя, поправляя плавки и нарукавники на Ярославчике.

– Там фотографии есть. Улыбается. А ты опять не расплачешься?

– Расплачусь? Самураи не плачут, они только хмурятся.

Настя взяла протянутый журнал и застыла. Улыбающееся лицо Андрея и такая искренняя, счастливая, игривая, лучезарная улыбка, которую она никогда в своей жизни не видела.

– Его пощекотали что ли? Или как? Он обычно улыбается, как будто его перекосило. – Настя изумленно передразнила деловую ухмылку Андрея.

– Там еще есть.

– Надеюсь на эти фото он в пиджаке, но без штанов. – насколько могла тихо и ехидно сказала Настя.

– Наш папа так ходит, когда на работу собирается! Он так носки ищет! – радостно поделился старшенький Святослав и потащил Настю за руку к бассейну. – Давайте с разбега и покричим!

– Да, потом носки надевает, а потом штаны. – раскрыл все тайны Ярослав и тоже пошел за ними.

– А я сначала носки надеваю, когда встаю! А вы как? Что вы первым надеваете?

Вместо ответа она прыгнула бомбочкой с головой и, отфыркиваясь, поплыла. Пока резвились, няня продолжала разглядывать снимки.

Настя вытащила мальчишек, Антонина Васильевна вытерла их полотенцем, а потом снова подошла к бассейну и крикнула ей:

– Господи, какой молодой и красивый этот Опольский! Так жаль, что его больше нет…

Реакция Насти была непредсказуемой даже для неё. Она не закричала, но ушла под воду на долгих сто двадцать секунд.

Глава 13.

Настя начала всплывать, выбулькивая воздух, рассмотрела сквозь сверкающие капли четыре пары детских глаз. Потом они превратились в две. Сверху посмотрела еще пара тёплых зеленовато-карих глаз няни.

– Вух! Вот это да! А дольше сможешь под водой? – воскликнул Святослав.

– Я имела в виду, жаль, что его фотографий в журналах больше нет! – вежливо сказала няня, – А ты подумала, что его больше нет? Извини. Ты меня так напугала, Настя! И особенно детей.

– Не вижу, чтобы они особенно испугались. Мальчики, я рыбка Настя. – сказала Настя и нырнула уже более радостно, проплыв под водой туда и обратно через весь бассейн.

Когда она вернулась и выпрыгнула из воды на бортик, мальчики ей аплодировали.

– Сегодня больше не надо баловаться, будем учиться читать.

– Нет! Баловаться!

– Хорошо, я тоже сплаваю с вами один раз и всё. Настя, посмотри за ними, пока переодеваюсь, – сказала Антонина Васильевна.

Она вернулась в шелковом халате. Купальник у неё был полностью закрытым, с воротником стоечкой, а на шее был маленький белый бантик и даже брошка на нём.

Няня подошла и пояснила:

– Это купальник для гувернантки. Приличная вещь. Самое главное подходит под любой костюм, я даже с пиджаком могу его носить.

– А, это боди! Хорошо придумали, симпатично! – улыбнулась Настя, – Не знали, что тут будет бассейн?

– Я вообще не знала, что тут будет. Каждый новый дом – загадка. Но это у меня впервые, чтобы мама была поддельной. Я в прошлом учительница старших классов и, конечно, мама единственного сына. Родился внук, а невестка сказала, что я его не увижу, слишком строгая и голос у меня пугающий. Сразу ушла из школы, ведь там одни нервы… Решила стать няней. Раз внука не дают, хоть чужих понянчу. А я так ждала!

– Сколько сейчас вашему внуку?

– Шестнадцать, никого не слушается, всё трын-трава, разгульный образ жизни ведет.

Антонина Васильевна плавать совсем не умела, она постояла, держась за лесенку и не пошла на глубину. Настя толкнула к ней матрас, няня попыталась забраться на него, но безрезультатно. Зато было смешно. Мальчишки попрыгали в воду и пытались закинуть хотя бы её ногу на плавательное средство. Вода шумно плескалась, слышался хохот, а Настя расслабленно смотрела из шезлонга, прикрывая глаза от удовольствия.

– Настя!! – услышала она крик Данила за воротами.

Он тут же перемахнул и побежал к ней на ходу стягивая футболку. Запутавшись в шортах, прыгнул с разбега в бассейн, вынырнул и восторженно вскрикнул, – У вас тут весело!!!

– Было весело. Теперь уже беспредел, – мрачно заворчала Настя.

Данил одним движением левой руки закинул на матрас няню Антонину, выхватил из воды первого попавшегося Ярославчика и усадил на неё верхом. Они оба заверещали, как не два, а три поросёнка. Настя лениво поглядывала. Ей хотелось подойти ближе, но показывать Дане свой интерес, это значит разогревать его, а это делать она точно не собиралась.

Данил стал крутиться вокруг матраса и брызгаться, потом подтолкнул «лодку» к более глубокой части бассейна, не осознавая опасности. Тут Настя не выдержала и подлетела к краю.

– Ты что творишь! Няня Тоня плавать не умеет! Срочно назад!

– Научится! Я же рядом… А ты почему не купаешься? – вместо того, чтобы спасать уплывающий матрас с няней и ребенком Даня уставился, нахально улыбаясь. Он взобрался на борт за одну секунду спортивным сноровистым движением, обнял Настю и вместе с ней упал в бассейн.

Настя сама резво кинулась спасать няню и ребенка, шумно возмущаясь, а Даня плыл рядом и упрашивал:

– Насть, ты не обиделась? Нет? Жарко же, я подумал, ты хочешь искупаться! Настя…

– Ты почему не работаешь! – возмутилась Настя. – Ты же на работу уехал!

– Я не доехал, взял отгул. У меня там в моей комнате спит больная беженка. Попрошайка с улицы. Говорят, дед её притащил, спрятал от матери и бабки, отпаивал чаем с малиной и мёдом. Так что я даже не стал заходить, ну её, еще заражусь. Потом тебя заражу… и мы вместе можем слечь. Поэтому приехал сюда.

– Ага. Рядом с больной беженкой, попрошайкой вместе и сляжем. Даня я от тебя в восторге. Так хорошо всё придумал.

– Насть, а я ведь на самом деле хорошо придумал. Я даже шмотки переодеться из дома не взял.

Он протянул руку и коснулся пальцами плеча Насти.

– Ты такая гладкая, – весело сказал он. – Капельки воды блестят и скатываются.

– Дань, тебе пора охладиться.

– Так я в бассейне и охлаждаюсь.

– Оитома симас! – сказала Настя на японском и поспешила помогать Антонине Васильевне слезть с матраса. Она подтерла её смывшиеся брови, вытащила мальчишек и вылезла враскорячку сама, чтобы Даня не подумал, что она перед ним вихляется. Именно так выражался его замечательный шутник и балагур деда Саша.

Настя знала совершенно точно, что в бассейн с Даней больше ни ногой. Иначе вода вокруг Дани начнет закипать, а потом окрасится в тёмно фиолетовый цвет, как у осьминога, которого напугали и расстроили.

Настя томилась предвкушением, ей ужасно хотелось взять журнал и посмотреть на Опольского. Но выдавать себя няне она не стала. Женщина няня была умная, и так уже с подозрением поглядывала.

Данила рядом красовался, прохаживаясь в своих боксерах вдоль бортика, играя рельефным телом. Он показывал мальчишкам, как встают культуристы, в какую позу, чтобы продемонстрировать сразу несколько групп мышц.

На мгновенье у Насти промелькнул вопрос: «А как бы выглядел Андрей Владимирович, если бы прохаживался вот так? Он мог быть сложен, как бог или иметь небольшой животик, или … что у него не так? Ведь есть же у Опольского недостатки?»

Настя представила и поняла, что при виде Опольского вообще может утонуть. И точно не от смеха.

В глубине души она осознавала природу этих летающих в воздухе молекул феромонов и понимала, что безопасней не приближаться, чтобы не вдохнуть их слишком много.

«Но конце-то концов для чего мы живём? Разве не для приключений и любовных сцен? – задумалась она, – Алёна звонила, сказала, что шеф очень нервный и ждёт в офисе. Ждёт… Подождёт! Отчет ему, видите ли, нужен! Придется скачать какую-нибудь легенду и предоставить ему текст».

Переводить совсем не хотелось… Настя хотела есть, спать, и Опольского, но довелось только поесть, потому, что позвонил брат и объявил:

– Они сводные сестры! Ты представляешь? Это её отец согрешил, бес в ребро ударил.

– Отец Сашки? – сразу поняла Настя.

– Да! В сорок с небольшим он родил внебрачную дочь, вот эту Сашку, жену Серёги. Скрывал её внебрачную мать от всех. Жил и разрывался на две семьи, а потом мать Сашки померла от банальной врачебной халатности! У неё случился анафилактический шок в частном кабинете зубного, ей сделали укол и все сразу вышли из кабинета. Никто не видел, что ей сразу стало плохо, и когда вошли было поздно. Сашка попала в дом малютки. Отец её вокруг ходил, бродил, но так и не решился взять её к своей нормальной семье. Не мог признаться, что у него есть дочь Саша и она сиротой осталась. Уже на смертном одре сказал всем пятерым детям, что есть у них сестра младшая. У Сашки к тому времени муж появился и ребенок первый, Святик. Вот тут и началось. Они её разыскали в сети, а Сашка-то незаконнорожденная, но богатая. На Феррари с мужем разъезжает. Узнали, что хочет сделать пластическую операцию и придумали план. Хотели Сашку прикончить, заменить её на похожую сестру. Заплатить успели за это после раздела имущества, но Сашке безумно повезло. Исполнитель Сашку пожалел. Спрятал в подвале, носил еду. Благодаря ему она жива и почти невредима. Я ей пока не говорил, что сводная сестра вместо неё развелась и почти поделила состояние.

– Я хотела поспать, Коль! Как я теперь посплю?!! А что, кто её хотел убить? Кто исполнитель?

– А убить её должна была вот эта администратор медцентра со своим супругом, подружка нашей преступницы! Укол сделать в глухом лесу хотели и забыть. У нее аллергия на тот же препарат, что и у матери.

– Вот это да!!

– Исполнитель сама была детдомовская, повезло. Да и не так просто убить человека.

– Коль, а вы уже … нашли?

– В больнице Саша ваша. Мужа пока не видела, вечером он букет купит и к ней. Поверить не может, смирился, что развод, а вон оно что. Обещал тебе тройной гонорар платить, если к нему от Опольского уйдешь и станешь членом семьи.

– Он что, совсем??? – взвилась Настя, – Жена нашлась! Матерь… божия!!!

– Да ты не поняла. В благодарность. Вместо этой сестры-преступницы. Мальчишки от тебя без ума, и жене, говорит, ты понравишься. Настоящей Сашке. Она нормальная, хорошая была.

– Он ко мне клеился!!!

– К тебе только ленивый не клеился. Он тебе свадьбу с Даней оплатит! По душе твой зараза ему пришелся.

– С каким еще Даней??? Настя взвилась так, как будто её уже подвели под руки к регистраторше и заставляют вступить в брак с неизвестным огромным тараканом.

– Дорогая, соглашайся. Он озолотит тебя, а значит и меня, потому, что я отказался. Госслужба важнее, я преступников ловлю. Поедем с тобой в Тунис или Занзибар на эти деньги.... На слонах покатаемся в Индии. Ты же хотела?

– Николя… Я тебе не спонсор.

– Всё понятно.

– Что тебе понятно?

– Тебе будут платить в три раза больше, а ты остаёшься в своём паучьем логове?! Всё понятно.

– Коль!

– Что?

– Что тебе понятно?

– Сама знаешь. Кто ночью делал хны-хны? Думаешь, я не выяснил, чью машину видел неподалёку в посадке? Думаешь, я не зыркнул в оконце, когда ты прокрадывалась туда-сюда? Всё понятно, Настя.

Настя, еще несколько минут назад собиралась мысленно в понедельник предстать перед Опольским, сверкая зубами в два ряда. С настоящей корпоративной улыбкой, за которую он заплатил.

Она собиралась радостно принести ему отчёт в сто двадцать листов и прогуляться перед ним в его любимой блузке, как положено. Но теперь она резко сдулась, как шарик и полетала по немыслимой траектории.

Строго и насмешливо сказала брату:

– Я согласилась, ты забыл? Иду в понедельник с заявлением по собственному.

– Что-то мне подсказывает, что его сначала будут десять дней рассматривать, а потом две недели будешь отрабатывать.

– Хорошо! Меня уволят быстро, за нарушение… Я вылечу пробкой! Попрошу всех своих, чтобы на меня жаловались, письменно. Сделаю всё самое ужасное.

– Да ладно! Не верю, Настён, ты? Ужасное? Песенку споёшь на китайском про любовь попугайчиков в ветвях сакуры?

– Я их всех покусаю и заражу бешенством.

– Настюха, прекрати, – засмеялся брат. – Ты можешь только яблоко покусать на рабочем месте.

– Яблоко тоже погрызу. Много яблок, килограмм! И кофе буду у него нагло пить, у шефа. – Сказала Настя и прикусила себе до боли язык, клацнув зубами. Почему она это сказала, ей было вообще непонятно, но вспомнился кабинет Андрея Владимировича и ароматный кофе.

Николай так расхохотался, что ей стало не по себе

– Всё понятно! У него! у шефа! Точно!– прокудахтал он в трубку и отключился.

***

У Данила был странный вид. Точно с таким же выражением лица он смотрел на то, как Настя красит себе ногти на ногах, высунув язык, а потом ходит, как утка. На пятках с перемычкой между пальцами, пока лак не высохнет.

– Насть, всё в порядке? Ты покраснела до шеи.

– Я от ужаса. Брат рассказал, что они обнаружили.

– А почему он так смеялся?

– Ты что, подслушивал?

– Нет, я просто слушал, что ты говоришь.

– Это одно и то же Даня!

– Разумеется, нет, – не слишком уверенно убеждал Данил. – Подслушивать, это тайно за углом, или лежа под кроватью, специально. А я случайно рядом постоял. Послушал. Ты увольняться собираешься или с шефом кофе пить?

– И то, и то. Одновременно. Мы попьем кофе, и я ему скажу, что уволюсь.

– Давай я твое заявление ему сам отвезу. Что тебе бегать туда-сюда?…

– Дань, ты домой собираешься?

– Нет, я нашел во что переодеться, мне Серега разрешил взять Дольче Габанну и Гучи. Но я взял Прада, чтобы сказать тебе правду… Я к вам пишу, чего же боле, вот что хочу тебе сказать, теперь я знаю в твоей воле меня презренным обозвать…

– Данил иди сюда, сядь.

– Ты согласна?

– Я … опасна. Я для тебя опасна. Ты не поверишь!

– Постой, это я так все время начинаю разговор, про то, что ты не поверишь....

– Даня. Я опасна для твоей жизни.

– Ну да! Иди сюда, покажу, кто из нас опасный. – он облизнул сухие губы и засверкал глазами.

– Ты со мной становишься всё тупее и тупее… скоро не сможешь завязать шнурки на кроссовках. Это очень опасно!

– С чего это ты взяла?

– Да потому, что ты думать ни о чем не можешь, только как меня подмять и жениться! Думать надо о важных вещах! О работе, об учебе, читать книги…

– На японском? – как то жалобно переспросил Данил и по-детски заморгал.

– И на японском тоже.

– Насть, давай еще искупаемся? Я что-то расстроился. Разве я тупой?

– Пока нет, но скоро будешь. С матерью помирился?

– А, – махнул рукой Даня и понуро побрел к бассейну, куда прыгнул прямо в одежде.

Мальчишки улеглись отдохнуть и почитать книжки с няней, Настя захотела предложить Даниле присоединиться.

Она подошла к бассейну, сняла босоножку и потрогала разгоряченной ступней воду. Вода была приятная, но с Даней в бассейн нырять было очень рискованно, поэтому она решила его усыпить.

– Сейчас дитятко поплавает, успокоится и ляжет спатоньки, а тётя Настя нырк и порезвиться спокойно в лазурной водичке… – бормотала Настя.

Она увидела, что на столике возле бассейна лежит его брошенный телефон, который периодически жужжит, как муха, попавшая в паутину.

Настя нехотя взяла и увидела уйму пропущенных: «Мама», «Алё», «Мама», «Алё», «Мама» …

Сейчас звонил абонент «Алё», и Настя радостно ответила ему неподражаемым басовитым грудным голосом:

– Слушаю Вас, говорите, кто это? Алё! Алё!

– А Даню можно? – пропищал еле слышно умирающий голосок.

– А Даня плавает в бассейне, – пробасила довольная Настя.

– Спасибо, – пискнула девушка.

– Не за что, дорогая.

– А кто вы?

– Я его учительница японского языка! Он перезвонит.

Даня шумно выбрался и стал отряхиваться, прыгая на одной ноге, мотая головой. Настя бесплатно полюбовалась торсом и помахала ему рукой с телефоном.

– Даник, тебе звонили мама и алё.

– Да не буду я с ней разговаривать. Опять начнет нотации читать. Поговори ты со мной, Насть.

– Ой, Данька, там Антонина Васильевна такую интересную историю рассказывает, беги скорей!

– Ты измываешься, Насть?

– Не, я просто хочу искупаться, но что бы ты не глазел. Правда, там интересная книжка, беги.

– Насть, как ты считаешь, – нахмурившись, спросила Данил, – Отношения со мной тебе будут хоть чем-то полезны?

– Нет, для меня это очень вредно для здоровья, – быстро ответила Настя.

– А я считаю, что это полезно для здоровья! Для общей физической формы и настроения.

– Я и так в прекрасной форме и у меня отличное настроение, зачем мне всё портить? – не согласилась Настя.

– Просто я подумал: А что со мной не в порядке?

– А что с тобой не так? Отлично выглядишь! – Настя в футболке и шортах уселась на бортик бассейна и свесила ноги в приятную воду.

Он подлез, положив голову на колени Насти.

– Внутри меня распирает радость и злость. А почему тебе этот Серега больше понравился? Богатенький? И всё?

– Дань. Не бывает, что люди знакомы много лет, а потом вдруг их переклинивает и они понимают, что влюбились. Я хочу нормально влюбиться, а не вот так, от безысходности кинуться на тебя.

Она провела рукой по стриженному затылку.

– Ох, как это приятно. Ты помнишь? – доверчиво спросил Данил. – Помнишь, как я лежал на скамейке, положил голову тебе на колени и заснул. Вокруг был такой шум, фестиваль красок, танцы, а я заснул… От того, что ты погладила, я просто отрубился! Столько народу рядом было…

– Дань, ты заснул, потому, что был уже третий час ночи, а у тебя режим. Ты же выключаешься, как ребенок, и в пять утра уже выходишь на тренировку. Даня, в пять утра! Уже на выход. Ты встаёшь в четыре тридцать, еще даже совы спать не легли! Конечно ты отключился. И больше с нами не ходил. Как только на твоем пути встретится такая же режимная, ты сразу же это поймешь. А я могу всю ночь читать или танцевать…

– А что ты собираешься делать с работой? – не сдавался Даня. – Ты уволишься? Давай я сам твое заявление ему отвезу.

– Я с-собираюсь припомнить вс-се с-свои унижения, – свистящим шепотом заявила она. – И привлечь его к нарушению правил! Я всегда делаю, Дань, только то, что мне хочется. А вот тебе нужно помириться с матерью, и позвонить. Она тебе шестнадцать раз звонила. Помирись, и она не будет терзаться неизвестностью.

– Тогда она будет терзать меня!

– Все матери немножко помешанные, Дань. Пока сам не станешь родителем, не поймешь, как сильно она тебя любит…

– Что ж ты сбежала, когда мы знакомились? Настя?

– Меня-то она не обязана любить. А я её. Дань, вставай у тебя голова, как кирпич. И по весу и по содержанию.

– Ладно позвоню. Только не подслушивай…

– Нет, ты что! Как ты мог подумать! Я рядом просто встану и послушаю! Данька ты такой чудик! Я поплаваю, но ты не смотри!

После разговора с матерью, Данил прибежал к бассейну с круглыми восхищенными глазами и заголосил:

– Настька, прикинь!!! Эта беженка – Алёна, она заболела чем-то заразным прямо у меня дома и заразила теперь всех! Мать сказала, что если я с тобой, чтобы ты близко ко мне не подходила!!! Потому, что я тоже с ней общался, мы спали вместе! Когда она уже, скорей всего, была заразной. И я тоже ходячая зараза буду скоро. Зомби апокалипсис наступит! Только не понял, а что она опять-то пришла?

– И что за болезнь?

– Это какая-то золотуха! Дед крикнул, я услышал. Вот. Так что я домой не пойду, там карантин. Я тут останусь....Давай шашлык пожарим?

– Из кого? – Растерянно спросила Настя, – Из тебя? Постой какая Алёна-то заболела, подружка твоя?

– Твоя!!! Твоя подружка! Которая по науке прибивается. Научной деятельностью занимается.

У Насти зашуршали мозги, но она никак не могла вспомнить никого по научной работе.

– Начальник фильдиперсового отдела.

– Я знаю только три Алёны. Одна из них точно не может быть у тебя. Да и две других вряд ли. Ты, Даня, что-то путаешь.

– Нет, у неё супер фамилия. … Шварцнеггер!

– Тебя разыграла твоя семейка!!! – улыбнулась Настя, – Какой карантин, Дань! Шашлык пожарим, а на ночь ты домой, ладно? Утром вернешься, зай.

– Ты назвала меня зай?

Настя устало кивнула и поняла, что пришлось ей всё таки нажать на тайную кнопку. В ответ на это «зай» и просьбу, Даня был готов выполнить всё, что угодно, даже покружиться в балетной пачке, напевая «Аве мария»…

Вечером он уехал, а утром не вернулся. Даню, как корова языком слизала на два дня.

Не иначе, как они его связали, закрутили в ковёр, вырезали сердечко в районе мягкого места и «парят» тонким прутиком. – думала Настя.

Даня прислал сообщение: «Непредвиденные обстоятельства, буду завтра!» Завтра он прислал: «Я в западне, но мне неплохо. Целую, Даня»

Брат и Сергей не вернулись и даже не соизволили объяснить, что случилось с Александрой, женой, Настя в принципе понимала, что дети под присмотром, но не понимала, как они так спокойно и долго не спрашивают о родителях.

Няня управлялась с хозяйством прекрасно, поэтому утром в понедельник. заехала домой, напялила сверкающий топ в пайетках, черные кожаные шорты, летние босоножки на тонких каблуках из такой же черной кожи с шипами и накрасила губы ярко-ярко красным, забыв про глаза.

У неё был с собой рюкзачок с необходимым реквизитом, что тоже было запрещено. С собой на рабочее место нельзя было проносить даже косметичку, только небольшой клатч для денег и телефона. Всё хранилось в специальных ящиках для персонала рядом с постом охраны. Настя протащила рюкзак в свой стеклянный кабинет.