Опасная связь. Беги от меня малышка.

Глава 3

– Юлианочка, ты ли это? – раздался надтреснутый, чуть охрипший голос Марии Семеновны.

Старушка давно обосновалась в нашем подъезде, став живой хроникой всех происходящих здесь событий. Её зоркий взгляд неустанно скользил сквозь оконные стекла и дверной глазок, ловя малейшие перемены в привычном течении дворовой жизни.

– Это я, Мария Семеновна, – едва слышно прошептала я, робко отводя глаза в сторону.

– Что ж ты, голубушка, на сумках-то устроилась? Неужели съезжать собралась?

Голос застрял в горле тяжёлым комом, но я постаралась произнести спокойно:

– Да, собираюсь уехать…

– Погоди-погоди, дитятко, взгляни-ка сюда, – позвала соседка, осторожно ступая в мягких домашних тапочках. – Отчего же слезы блестят на твоих ресницах? С Кристинкой поругались? Она еще та чертовка!

Не выдержав, я утонула в горьких рыданиях, словно вся накопленная обида разом вырвалась наружу, заполнив собой каждую клеточку сердца.

– Ну, перестань, перестань плакать, – мягко прикрикнула Мария Семеновна, ласково поглаживая мою руку. – Бери вещи свои и проходи скорее ко мне домой. Ночью сегодня будешь у меня спать.

Её квартира казалась уютной библиотекой старинного замка, наполненной ароматами старых страниц и тихого тепла. Книги теснились повсюду: на стульях и столиках в прихожей, на стиральной машинке в ванной комнате, даже в спальне аккуратно выстроенные корешки образовывали целые стены книжной мудрости.

– Я вижу, вы очень любите книги? – спросила я, окидывая взглядом бесконечные ряды переплетённых историй.

Мария Семеновна приветливо улыбнулась, бережно доставая фарфоровый сервиз с верхней полки кухонного шкафа.

– Ах, миленькая моя, книги – единственная радость моей души. Только они дарят мудрые советы и никогда не испортят настроения. Ведь книга всегда права, с ней и спорить нечего.

Я слегка приподняла бровь, изумившись такому утверждению.

– Разве возможно всегда соглашаться? Всё-таки книги пишут обычные люди, которым свойственно ошибаться.

– Ты верно говоришь, дорогуша, – задумчиво произнесла соседка, протирая чашечки тонкой салфеткой. – Люди действительно пишут книги, вкладывая туда частицу своей жизни, опыта и выводов. Но вот как принять эти мысли, пропустить их через своё сердце – это уже твой выбор. Книга несёт знание другого человека, которое останется в твоей душе лишь тогда, когда ты сама решишься впустить его внутрь.

– Наверное, всё равно это своего рода общение, – улыбнулась я, почувствовав лёгкость разговора. – Хотя живое общение, конечно, веселей.

Мария Семеновна молча кивнула, приглашая меня жестом к накрытому столу.

Уже больше пятнадцати лет женщина проживала одна, после того как супруг оставил её ради другой женщины, тщетно пытавшейся вернуть утраченную молодость. Однако одиночество не ожесточило её душу, напротив – сделало внимательнее и заботливее, пусть порой излишне недоверчивой к людям, предпочитающей теперь тишину книжных страниц шумному обществу.

За вечерним чаем соседка угощала меня горячей едой, а на сладкое подала свежий яблочный пирог – нежнейшую шарлотку.

Выслушав историю моих обид, женщина негромко рассмеялась, продолжая неспешно нарезать золотистый пирог.

– Запомни, родная, моя Юлиана, никогда не делай того, о чём тебя не попросили. И даже совета давать не спеши. Так и мучиться, потом не придётся, оправдываясь перед окружающими.

– Хотела всего лишь облегчить труд Кристины, – вздохнула я. – Никто в офисе не подсказал мне заранее обо всём этом. А потом вдруг налетели с упреками, хотя прекрасно видели и слышали каждое моё слово, все, что я делала. С кем вела переговоры. Но молчали.

– Ох, милая моя, не зря говорят, будто женский коллектив подобен змеиному клубку, что брызгает ядом сплетен и слухов… Знаешь ли, ничего не приносит такого наслаждения женскому сердцу, как трудности подруги. Прожив полсотни лет среди банковского люда, поверь, я насмотрелась всякого…

Я аккуратно отпивала ароматный горячий чай, внимая мудрым словам соседки.

– Держись слегка особняком, дитя моё. Запомните одно простое правило: коли чья-либо душа сквернит репутацию кого-то у него за спиною, будь уверена, твоя очередь придёт непременно.

– Ах, Мария Семеновна, я согласна с вашими советами, однако порой кажется, следуя таким принципам, рискуешь превратиться в изгоя, которого сторонятся даже друзья.

Она легонько пожала плечиками и пронзительно взглянула на меня своими добрыми глазами.

– Значит, смиритесь с мыслью, что однажды станете ковриком, о который вытрут грязные ботинки. Сначала человека свободолюбивого будут ненавидеть и порицать, а после поймут и начнут ценить, идти за ним, прислушиваться к мнению. Примете вы правила змейника – сгубят вас собственные подруженьки-змееныши. Такова судьба.

И нежно коснувшись своей рукой моей ладони, добавила мягко:

– Можешь пожить у меня пока не найдешь себе жильё. Работайте уверенно, голову держите гордо, думайте исключительно о своём благе и душевном спокойствии. Самобичевание оставьте другим, кому нечего делать. Да и начальник оценил вас верно, поручив столь важный проект. Разберём сейчас ваши вещи, спальня пустует уже много лет.

Глаза Марии Семеновны потускнели, когда она поднялась и начала молча собирать чашки со стола.

Не желая оставлять её одну, я поспешно встала и помогла убрать посуду.

Ах, как кстати пришлись эти наставления! Мне словно подарили крылья, вдохнули новую силу. Ведь каждому человеку нужна поддержка и добрый совет, чтобы двигаться вперёд несмотря ни на какие преграды.

Сон бежал прочь. Завтра ожидается возвращение Кристины, моей коллегой, чьё отсутствие обернулось этой историей. Было досадно, что мы не успели обсудить ситуацию спокойно, объяснить друг другу причины поступков.

Соседская комната, отведённая мне сегодня, располагалась неподалёку от входа. Старый дом славится тонкими стенами, сквозь которые любой шум проникает мгновенно. Каждый шорох звучит громко и ясно, а стук каблуков слышим даже ночью.

Возле дверей раздался приглушённый звонкий девичий смех и шаги трёх девушек.

Быстро вскочив с постели, я прижалась лицом к дверному глазку. Три девушки оживлённо перешёптывались, одна из них была Кристина собственной персоной. Вместе с двумя знакомыми подругами они вскоре вышли из квартиры напротив. Значит, она была дома, когда я звонила в дверь.

На часах пробило одиннадцать часов. Странно было видеть такую компанию в среду ночью.

Одна из вошедших девушек оказалась Олесей, сотрудницей нашего отдела. Отправлю-ка ей сообщение под удобным предлогом, подумалось мне, одновременно выяснив, куда отправились мои сослуживицы и подготовив почву для разговора с Кристиной.

Но почему-то сердце сжималось тревогой.

Звонок мой настиг Олесю уже в такси. Друзья её спешили навстречу ночному веселью ресторана «На высоте», спрятанного на окраине большого города, будто среди звезд мерцающего небосклона. Было бы нелепым шагом гнаться вслед за ними, особенно после столь явной неодобрительной реакции Марии Семеновны. Однако разговор с Кристиной был необходим – эта девушка сделала для меня столько добра, что одно воспоминание о ней наполняло сердце теплом и признательностью. Страшнее всего представлялось теперь, что помощь моя ей казалась напрасной, словно снежинка растаяла бесследно.

Я тихо собралась и вызвала такси.

Вскоре подъехал пожилой человек, черты лица которого тонули в сумраке машины. Вначале путь проходил в тишине, нарушаемой лишь равномерным урчаньем мотора да редкими вспышками уличных фонарей. Затем таксист заговорил, пытливо всматриваясь в отражение моих глаз через зеркало заднего вида. Я едва различала слова его лёгких шуточек, пытаясь сдерживать волнение, хотя сама дорожная нить вела нас прочь от привычных маршрутов.

Дорога между тем сворачивала на малознакомые просторы, петляя меж редких деревьев парка, мимо которых мы стремительно пролетали. Чувство тревоги стало нарастать, пока лес окончательно не поглотил последние отблески городской жизни.

– Далеко еще? – робко спросила, стараясь не смотреть в зеркало заднего вида. Он же не спускал с меня глаз.

– Скоро, скоро, – улыбнулся мужчина. – Сейчас сократим путь.

Меня кинула в жар.

– Как сократим? – стараясь, не показывать волнение спросил я.

– Через парковую зону поедем.

– Как быстро мы доедим? – спросила я осторожно, избегая прямого контакта взглядом.

– Совсем скоро, деточка, – прозвучало успокаивающе, однако слегка фальшиво.

Лёгкий холод пробежал по спине.

– Нет, давайте лучше по освещенным улицам, – твёрдо сказала я.

Мы уже свернули в сторону леса.

– Оставите машину, я выйду, – крикнула я, демонстративно дёргая ручку.

Мужчина зло ответил:

– Не дури, девочка. Довезу куда надо. Хватит портить мне машину.

Но парк остался позади быстро, впереди простирался густой тенистый лес, над которым нависли густые ветви сосен и лиственниц. Сердце замерло в груди, ибо страх внезапно захлестнул душу моей холодной волной.

Автомобиль продолжал неумолимо углубляться в кромешную тьму лесного массива.

– Останавливайтесь здесь, немедленно остановитесь! Я хочу выйти!

Окутанная чернотой ночи, машина миновала последние отблески света городского. Тишину нарушали лишь звуки двигателя да тихий стук моего сердца.

– Что вы делаете?! Куда едете? Здесь совсем другая дорога, не единой машины! – закричала я, теряя остатки самообладания.

Вместо ответа шофер лишь сильней надавил на газовую педаль, и автомобиль ещё быстрее понёсся в бездну мрака…

Тяжёлый вздох вырвался из груди вместе с отчаянным криком, рвущимся наружу из глубины души:

– Остановите машину немедленно! Я звоню в полицию!

Мой голос звучал хрипло и резко, будто сухой осенний лист, падающий на землю среди леса.

Водитель обернулся, бросив взгляд полыхающего негодования, будто искры вспыхнули в тёмных глазах:

– Звоните сколько угодно… Только толку-то? Разве вы не чувствуете, что связь пропала?!

Телефон действительно молчал, словно кусок бесполезного металла в моих дрожащих руках. Разочарованно опустив голову, я сунула его обратно в сумочку и вдруг почувствовала странную злость, заставляющую действовать решительно.

Из последних сил я замахнулась рукой и резким ударом обрушила ладонь на широкое плечо водителя. Рывок удивления заставил его вздрогнуть, потеряв контроль над рулём. Автомобиль рванулся в сторону, соскользнув с асфальта и беспомощно закрутился в колее грязевой дороги.

Мы стремительно покатились вниз по небольшому склону, объятые хаосом летящих ветвей деревьев и густого кустарника. Шум мотора заглушали шорохи природы, когда колеса беспомощно вращались, едва цепляясь за скользкую почву.

Сердце бешено стучало, дыхание перехватывало от страха. Компьютер, блокирующий двери, вышел из строя. Без колебаний схватив сумку, я распахнула дверцу машины и выскочила наружу, крепко схватившись за ствол куста, выросшего прямо перед глазами.

Машина продолжала спускаться вниз, оставляя меня одну посреди глухого лесного массива. Тишина вновь вернулась, окутывая мир зловещим спокойствием.

Испуганная и растерянная, поняв, что рассчитывать больше не на кого, я медленно поднялась обратно наверх, туда, где осталась дорога. Оглянувшись кругом, ощутила себя крошечной песчинкой в бескрайнем океане мрачных теней и неизведанных звуков.

Чувствуя прикосновение холодных пальцев одиночества, охватившего сердце, понимала: надо искать убежище тут, рядом с трассой, чтобы видеть её и слышать приближающиеся шаги или голоса. Время тянулось мучительно долго, пока глаза, наконец заметили дерево с густой кроной и мощными ветвями, протянувшимися навстречу.

Боязнь высоты застывала внутри меня подобно ледяной волне, но необходимость спасения пересилила инстинкт самосохранения. Осторожно поднимаясь всё выше, цепляясь руками за грубые шероховатости коры, нашла удобное местечко на толстой ветке, где могла удобно расположиться и наблюдать за окружающей обстановкой.

Здесь, высоко над землёй, покрытая листьями, словно защитницей, слушала ночную симфонию лесов, ощущая прохладу ветра, мягко касающегося лица.

Время текло незаметно, мысли кружились беспорядочно, руки бессильно сжимали кожаный ремешок сумки. Неожиданно взглянув вниз, увидела слабый свет фар вдали. Моё сердце замерло от волнения.

Это был тот самый водитель такси, направлявшийся пешком назад вдоль шоссе, подальше от места происшествия. Сердце затрепетало от страха.

Но вот спустя какое-то время мои веки начали тяжелеть, сон настойчиво пытался взять верх. Засыпать нельзя – есть опасность упасть с дерева и серьёзно пострадать. Тем временем ночь становилась прохладнее, воздух свежел, тело постепенно теряло силы сопротивляться усталости.

Ночь продолжалась тихо и спокойно, лишь ветер шептал нежные мелодии, завивая листья в танец. Когда окончательно стала погружаться в глубокий сон, неожиданно услышала далёкий звук машин, быстро приближающихся к месту моего нахождения.

Автомобили показались из-за поворота, озаряя ярким светом пространство. Улица оживала после долгой ночной паузы, обещая новый день, полный надежды и новых возможностей.

Сердце моё отчаянно билось в груди, словно птица, попавшая в западню. Изумрудная листва деревьев над головой мягко шептала ветерком, однако ноги мои уже начали дрожать от страха.

Автомобили приблизились вплотную к месту моего вынужденного отдыха среди леса, нарушив тишину ночи громким грохотом моторов. Шум двигателей постепенно затихал, заставляя кровь застывать в жилах.

Под светом фар четыре тени отделились от автомобилей и направились прямиком ко мне. Их силуэты казались угрожающе огромными, глаза скрыты капюшонами, руки крепко сжимают длинные предметы. Сердце сжалось от панического предчувствия беды. Холодный пот мгновенно прошиб кожу, ладони покрылись ледяной испариной, дыхание стало частым и поверхностным.

Мысли хаотично метались в голове: «Это конец… Только бы выбраться живой».

Четверо неизвестных уверенно приближались ко мне сквозь тьму. Ночные птицы испуганно взметнулись вверх, тревожно крича в кронах деревьев. Дыхание сперлось, мышцы напряглись, словно перед прыжком в пропасть.

Фонарики прочертили лучами неровные полосы света, выделяя детали мрачной сцены. Один мужчина бережно нес нечто тяжёлое через плечо, второй оглядывал местность подозрительным взглядом. Остальные двое держали орудия труда, похожие на оружие преступников прошлого века.

Их лица проступили отчётливее, когда группа подошла совсем близко. Меня охватила волна ужаса. Они принесли лопаты, а в беспомощном состоянии лежал человек в белой рубашке, запятнанной алой кровью. Его тело бессильно повисло на плечах высокого мужчины, будто марионетка без ниточек.

Время замедлилось, когда незнакомцы миновали мой постоялый дуб. Неожиданно глухой голос вырвался из уст бритоголового гиганта:

– Наконец-то избавимся от этой падали. Теперь он не будет омрачать нашу жизнь!

Хохот раздался вслед за этими словами, холодный и зловещий. Оставаясь неподвижной, я прислушивалась к каждому звуку.

На мгновение показалось, что опасность миновала, однако разговор возобновился вскоре после остановки группы неподалёку.

– Как поступить теперь с ним? Быть может, сразу добить? – спросил чей-то низкий голос.

Голос другого звучал жёстко и решительно:

– Нет, Лютый приказал закопать живьём. Пусть мучается…

И снова взрыв смеха сотряс ночную тишину.

Один мужчина с ломающимся голосом заявил:

– Если он выберется, то сам Лютый отправит нас всех в могилу.

Следующая реплика прозвучала приказным тоном:

– Давайте быстрее рыть!

Земля оказалась каменистой, каждый удар лопат вызывал звонкий хруст камней. Группа раздражённо перекидывала грязные куски почвы туда-сюда, не прекращая ворчать.

Вскоре другой голос объявил своё решение:

– Тут грунт плохой, глубоко копать не получится. Кидайте сюда, метра хватит. Присыплем хорошенько землей, всё равно едва дышит.

Звук падения тела в яме отозвался эхом внутри моей души. Грязь медленно посыпалась сверху, закрывая последние следы несчастного.

Разговор продолжался:

– Всё сделано, пора ехать домой. Набросьте ветвей сверху. Завтра доставим сухие листья и замаскируем получше.

Пригнувшись низко к земле, выждала, пока автомобиль вновь завёлся и исчез в темноте лесной тропинки.

Телефону потребовалось несколько секунд, чтобы осветить поляну тусклым светом экрана. В луче бледного света я увидела грубо заброшенное отверстие.

Колени задрожали сильнее прежнего, руки тряслись, пальцы цеплялись за влажную грязь, стараясь сделать каждое движение плавнее. Каждый вдох наполнялся запахом сырости и пыли, каждую секунду ожидания превращал в вечность.

Затекшие плечи сопротивлялись, раны кровоточили, но мысль о спасённой жизни согревала душу. Словно невидимая сила вела вперёд, несмотря ни на что.

Бессчётные комья земли летели в стороны, рассыпаясь мелкими камнями вокруг моих ног. Наконец моя рука коснулась холодного края одежды жертвы. Я знала одно: он должен выжить любой ценой.

Неожиданно ощутив глухие удары, идущие откуда-то снизу, я чуть ли не сорвала ногти, вонзившись глубже во влажную землю. Из чёрной глубины разверстой ямы проступило смутное очертание мужской головы, появившейся внезапно, словно зловещий персонаж фильма ужасов. Обессилевший человек жадно хватал воздух глубокими вздохами, однако вскоре снова бессильно упал обратно.

Обернувшись вокруг ямы, я схватилась за ворот его одежды, тщетно пытаясь извлечь тело из липких объятий грязи. Предприятие казалось столь невозможным, что сердце моё замерло от отчаяния. Огромный тяжкий груз лежал неподвижно, сопротивляясь моим усилиям. Вспомнив про небольшую бутылочку с водой, бережно спрятанной в моей сумочке, я плеснула холодной струёй прямо ему в лицо. Подёргавшись, человек медленно приходил в чувство.

– Ну слава богу, – облегчённо прошептала я, осторожно сметая комочки почвы с его груди и живота.

– Еще пить? – раздался слабый, глубокий голос, звучавший как нежнейший бархат.

Приподняв бутылку, я нежно коснулась её краем его губ. За секунду жидкость исчезла в глотке мужчины, утолив мучительную жажду. Осторожно приподнявшись на руках, незнакомец собрал остатки сил и медленно освободился из грязевой ловушки.

– Ты правда существуешь ? Или мне уже мерещится светлая полоса впереди? – пробормотал он тихо, подняв вверх указательный палец и улыбнувшись слабой улыбкой.

– Ты живой, – хмыкнула я, раздражённо отбрасывая упрек, который должен был последовать вслед за вопросом. – Вы могли бы хотя бы поблагодарить свою спасительницу, а не засыпать вопросами!

Телефон издал предательский писк, экран мигнул, постепенно теряя заряд энергии. Решительно выключив устройство, я нервно проговорила:

– Проклятье! Нужно беречь оставшиеся проценты батареи.

– Как тебя зовут моя спасительница? – промурлыкал бархатный голос снова, вызывая приятное тепло внутри меня.

– Юлиана, а тебя?– спросила я, нарочито игриво нахмурив брови, несмотря на всю абсурдность момента. – Ты бандит? Почему тебя хотели убрать?

После короткого молчания незнакомец произнес моё имя мягко, легко касаясь слуха ласковым звуком.

– Стало быть, Юлиана, почему сразу «бандит»? Может я случайная жертва, мерзавцев с большой дороги?

Мужчина рассмеялся лёгким смехом, будто разом сбросившим тяжёлое бремя с плеч.

– Благодарю тебя тысячу раз, что смогла вызволить меня из смертельной западни, , – сказал он серьёзно, выпрямляясь рядом со мной. – Меня зовут– Демид. И нам нужно отсюда валить.

– Ты идти можешь? – заботливо спросила я, отряхивая прилипшие куски грязи с джинсов.

– Ещё бы. У меня открылось второе дыхание. Кстати ты мне так и не сказала, как ты сюда попала.

– Да по глупости, не хочу сейчас об этом говорить, потом как-нибудь расскажу. А куда мы идем?

Демид уверенно зашагал вперёд по тропинке, ведущей к единственной видимой дороге. Мы шли бок о бок среди мрачной ночи, чернота которой была такой густой, что лишь призрачная бледная луна слабо рассеивала мглу перед нами.

– Телефон еще «живой»? – осведомился он, протягивая открытую ладонь навстречу моему телефону.

Я запустила руку в сумку.

– Осталось пять процентов. Экран ели светит, – ответила я, недоумённо глядя на чужую руку.

Но он уже глубоко задумался над чем-то своим собственным и никак не отреагировал на мой ответ.

Затем произошло невероятное событие, повергнувшее меня в полнейшее изумление: Демид резко откинул голову назад и извлек изо рта нечто похожее на зуб, крепко зажатый между пальцами. Оцепенение охватило меня мгновенно, пока я наблюдала за непонятным действием незнакомца.

– Что это у тебя, зуб? – недоуменно спросила я, наблюдая, как пальцы Демида сжимают небольшой предмет между двумя пальцами.

– Только наполовину, посвети сюда! – серьезно произнес Демид, приподнимая подбородок над телефоном.

Я взяла телефон и навела на его ладонь. Демид нажал на одну сторону зуба и тот поделился на две части. В одной из половин находилась крошечная, металлическая пластинка, похожая на сим-карту, только меньше.

– Ты что киборг? – невольно вырвалось у меня, взглянув на заросшее грязью и пылью лицо собеседника.

Но Демид молчал, будто хранил великую тайну. Не говоря ни слова, он осторожно вложил найденную пластину в разъём телефона. Телефон немедленно ожил, пробужденный звонком. Из динамика прозвучало хриплое дыхание, а потом голос Демида уверенно сообщил, что он цел и невредим, причем даже не один, а в компании девушки.

– Это уже совсем фантастика какая-то… – искренне восхитилась я, пристально всматриваясь в серьёзные глаза мужчины напротив.

– Успокойся, сейчас нас заберут отсюда, скоро будешь дома, – тихо успокоил Демид, слегка улыбнувшись уголком губ.

Мои расспросы продолжались: кто он такой, откуда взялась эта странная вещица внутри зуба, почему вдруг работает телефон там, где никакой связи не должно существовать? Но всякий раз мой собеседник лишь уклончиво усмехался и незаметно направлял разговор в другое русло, заставляя меня рассказывать о своей жизни, пока сам оставался непроницаемым незнакомцем.

Прошло около двадцати минут напряжённого ожидания, когда вдали послышался глухой рокот мощного двигателя. К нашей встрече спешил большой внедорожник с широкими колёсами, казалось, способный покорять любые препятствия. Забраться внутрь оказалось непросто, ноги скользили по грязи, однако вскоре мы устроились на просторном заднем сидении. Рядом разместился Демид, бросив короткий взгляд на водителя.

– Есть влажные салфетки, Иван? – обратился Демид к водителю, привычно передавая контроль в чужие руки.

Иван понимающе кивнул и бросил пачку салфеток назад. Быстро промокнув остатки крови с лица и рук, я почувствовала облегчение. Наконец-то чистота вернулась ко мне после тяжёлого дня.

И тут Демид посмотрел прямо на меня глубоким взглядом, чуть приглушённым мягким сиянием придорожных фонарей, проносящихся мимо окна.

Представляю, как удивиться Мария Семеновна увидев меня в таком виде.

Неожиданно он замолк, задумавшись о чём-то своём.

– Тебя кто-то ждет дома? – вдруг негромко спросил Демид, обращая внимание на моё смущённое молчание.

Я нерешительно кивнула, понимая, что этот вечер станет началом новой истории моей жизни, полной приключений и неожиданных открытий.

Придорожные фонари мягко подсвечивали салон машины. Я не могла поверить своим глазам. На меня смотрел тот мужчина, который чуть не сбил меня тогда.

– Узнала?