Детектив на Новый год

Приземление на мягкий травяной газон с цветами и кустами представлялось менее травматичным, чем далеко не мягкая посадка на брусчатку. А без падения, наверное, не обойдется: она же не человек-паук, по стенам ползать не умеет…

Внизу натужно заухала птица.

«Странный какой-то филин. Пешком ходит?»

За уханьем после недолгой паузы последовало нервное карканье.

Алиса перегнулась через подоконник.

Внизу темнело что-то крупное. Если и птица – то не мельче страуса.

– Слушай, я, конечно, могу еще соловьем посвистеть или козодоем покричать, но ты, похоже, сигналов не понимаешь!

– Ты кто?!

Голос, высказавший претензию, показался Алисе знакомым, но произнесенная им фраза была слишком длинной для людей Давида. Те все такие, как Сурен: здоровые и тупые.

Один Антон был умный, потому-то Алиса его и выбрала.

– Как это – кто я? – Голос сделался обиженным. – Уже забыла меня?! Я же Жека! Джек!

– Жежека… А! Придурок? – обрадовалась Алиса.

Не тот был случай, чтобы привередничать. Сейчас ей и придурок сгодится.

«Но откуда он взялся?»

– Ты что здесь делаешь?

– Ну, здрасьте! Ты же обещала мне душещипательную историю! И, кажется, она творилась на моих глазах: какой-то орк украл принцессу, запер в башне…

– Ты поспешил на помощь? Мой герой! Окей, тогда страхуй меня.

Присутствие хоть какого-то героя, пусть и придурка, ее воодушевило. Алиса встала на подоконник, с него – на карниз под окном. Тот был узкий – шириной в ладонь, но балерины умеют ходить на цыпочках…

– Что значит «страхуй» – ты будешь падать или прыгать? А сколько ты весишь? – заволновался герой-придурок внизу.

– Могу сказать точно: пятьдесят килограммов четыреста граммов, – не затруднилась с ответом Алиса.

Привычка – вторая натура. В балетной комнате были весы, и она, разумеется, встала на них сегодня. Как всегда.

– Тогда я вряд ли удержу… Уж постарайся не падать.

– Не сомневайся – постараюсь, – сквозь зубы прошипела Алиса.

Она уже шла по карнизу – мелкими шажками, прижимаясь к стене. Добралась до угла, строгая вертикаль которого была подчеркнута водопроводной трубой. Сменила направление, двинувшись вниз.

На строительстве своего дома Давид не экономил, труба была хорошая – крепкая, с надежным крепежом, который легкая девушка с узкой стопой вполне могла использовать как перекладины лесенки.

На полпути Алиса едва не сорвалась, но все же спустилась почти самостоятельно – Жека-Джек поддержал ее только в самом низу.

Не так уж сложно оказалось. Если честно, больше всего она боялась, что сломает ноготь.

– Ты что, сбегаешь? – поинтересовался герой-придурок.

– А на что это похоже, по-твоему?

Алиса выглянула из-за угла: никого.

– Ты как сюда попал, самоубийца?

– Чего сразу самоубийца? Тут разве так опасно? Приличный вроде дом. – Джек тоже выглянул. – Если ты смотришь, где охранники, то расслабься: они сидят в сторожке у ворот, жрут пиццу.

– Какую пиццу?!

– «Маргариту», «Курицу с грибами» и «Ананасовую». Я им три разных подогнал, чтобы наверняка. Не знал же, что они любят.

– И что? За пиццу тебя нелегально пустили во двор? – Алиса помотала головой. – Я не верю.

– И правильно, не верь – не пустили, вывели за калитку. Только закрыли ее не сразу, а уже из сторожки, так что я успел прошмыгнуть обратно… А у тебя вообще какой план?

– Вообще – как можно скорей убраться как можно дальше. – Алиса перебежала от дома к дереву, потом к другому.

– А в частности? Куда конкретно держишь путь? – Герой-придурок перебегал за ней, не отставая.

«Какой настойчивый поиск сюжета. Так и рождаются великие писатели».

– На краю участка лодочный сарай, за ним калитка. Она наверняка заперта, но можно перелезть…

Перелезли. Побрели по берегу реки, запинаясь о коряги и камни. Не в унисон матерились. Алиса сбила носы балеток, Жека-Джек промочил ноги. Добрались до моста, вылезли, перешли на другой берег. Долго ждали попутку, не дождались, Жека-Джек плюнул и вызвал такси.

– Куда – сюда? Не приедет, – напророчила Алиса.

Ошиблась.

Такси приехало и повезло, куда сказали.

У Алисы появилась надежда, что ее черная полоса закончилась.

В такси они оба сели сзади и по дороге шептались.

– Ты от кого сбегаешь-то?

– От мужа.

– Банально… А кто у нас муж? Депутат?

– Хуже. Бандит.

– Какой еще бандит?!

– Такой… Арутюнов Давид – слыхал?

– Наш местный Дон Корлеоне?!

– Преувеличиваешь. Дон Корлеоне у нас Саркисян Армен Суренович, Давид помельче на порядок, но тоже, конечно, фигура, не пешка.