Елена Сперанская.

Цветок с ароматом магнолии. Детективный роман



скачать книгу бесплатно

Магнолии прекрасные цветы

Чаруют своим дивным ароматом.

Изящество, блаженство красоты

В изгибах лепестков её крылатых.

Е. Шерман


С цветами женщину сравните:

Она прекрасна, как бутон,

Всю прелесть юности вдохните

Весь образ чудом окружен.

Затем, с годами расцветая,

И распускаясь, как цветок,

Живет она, благоухая,

Пуская маленький росток.

Соцветья соком наполняя,

Без влаги вянут лепестки.

Воде, подобно исцеляя,

Любовь и ласки ей близки.

Но годы мчатся беспощадно,

И у цветов не долог век.

И лепестки терять досадно…

Как жаль, что смертен человек.

Е. Василец

© Елена Борисовна Сперанская, 2017


ISBN 978-5-4485-1019-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1. Исполнение мечты

Отлюбило сердечко мое

Отлюбило и отстрадало

А была большая любовь,

Не смогла сберечь, потеряла

Романс без названия,
Н. Карчагина

I

Во входную дверь коммунального дома первого этажа постучался следователь – старший лейтенант Кирьянов, но никто не открывал, так как узкий коридор вел в широкую светлую прихожую с одним окном. Оттуда в другой такой же узкий проход, откуда две двери были связаны с комнатами жильцов и большой кухней с потрескавшимся каменным полом. Из кухни одна двойная дверь выходила во двор, а другая – в комнату еще одной семьи, где проживал Вежин Борис Павлович – персональный пенсионер с семьей, состоящей из трех человек – жены – Нины Афанасьевны, моложе его на девять лет, дочери Насти, одиннадцати лет и восемнадцатилетнего сына Петра – студента Музыкального училища провинциального города Саратова. Их жизнь протекала в постоянных заботах и хлопотах. Здоровье отца позволяло участвовать в общественной работе, ходить на семинары своих одногодок журналистов, бывших коллег, помогая им в работе, наставляя советом и добрым словом в издательстве газеты «Местное время», где он прослужил последние двадцать лет своей трудовой деятельности, составляя репортажи и очерки о работе целевых предприятий города: Авиастроительного завода, кинокомпании, предприятий общественного питания, университета. Везде помогали сотрудники и руководство тех государственных органов, куда он обращался, чтобы создать музей, провести встречу со старыми большевиками, кто стремился передать молодежи свои опыт, знания и трудовую дисциплину, которая очень ценилась среди подрастающего поколения.

«Странно, что никого нет…» – углубился в свои размышления молодой специалист, недавний выпускник Юридического института, кого направили на работу участковым милиционером в данный спокойный микрорайон, где обосновались в основном граждане, приезжие из разных мест, в одно-двухэтажных каменных и деревянных строениях, у кого было постоянное место дохода, и кто обзавелся семьями.

Тогда следователь постучался в дверь, которая находилась в самом узком коридоре, соединенным со вторым этажом крутой лестницей и большой фанерной доской на щеколде, чтобы как-то пообщаться с людьми, обитавшими по соседству с частным одноэтажным каменным домом, где пропала молодая женщина – воспитательница детского садика, проживавшая на квартире у бездетной пары.

Но и там никого не оказалось.

Наконец следователь Кирьянов услышал шаги по цементному полу коридора, выложенному большой бордовой плиткой. Двухэтажное здание раньше было аптекой со всеми необходимыми архитектурными аксессуарами такой медицинской организации: прохладным подвалом с комфортабельными удобствами, комнатами и коридорами. На первом этаже – место для изготовления лекарств с одним окном и дверью во двор и на второй этаж – фармакопея, переделанное в кухню. Зал для приема посетителей с тремя окнами, где проживали зажиточные упитанные соседи. Непосредственно аптечный отдел с одним окном, где проживала семья Вежина. Маленькая гардеробная комната для переодевания, тоже переоборудованная в жилую комнату, с окном, выходящим во двор через широкий лестничный проем, ведущий в подвал, и закрытую, застекленную квадратными формовыми изразцами, веранду.

– Кто? – спросил его мужской голос.

– Это участковый милиционер, – ответил в тон оперативный сотрудник МВД, в форме старшего лейтенанта, с папкой на молнии в руках, где он хранил материалы начатого им расследования пропажи гражданки: беседу с сотрудницами детского садика, кто отзывался положительно о своей коллеге, и кто написал заявление в милицию за подписью заведующей детским учреждением. Туда поступила на работу, пропавшая – Безбеднова Галина – восемнадцатилетнего возраста, приехавшая в город из районного центра, получив образование воспитательницы дошкольного учреждения.

Дверь открылась. Оперативник, в недавно приобретенной за собственные деньги сине-серой форме – фуражке с черной кокардой, брюках с голубым кантом, голубой рубашке, черном галстуке и укороченном жакете с пояском, увидел на пороге скромно одетого пожилого мужчину. На нем был шелковый синий в белую полоску домашний пиджак от пижамы с большими карманами и темно-синие брюки.

– Старший лейтенант – Кирьянов, – сказал милиционер и показал свое новенькое удостоверение в раскрытом виде.

Темнота коридора не позволяла говорящим видеть друг друга, а общаться на ощупь они не привыкли с незнакомцами.

– Пожалуйста, проходите, – пригласил его войти мужчина, на висках которого не было ни одного черного волоса, а седина покрывала всю голову.

– Я по поводу исчезновения женщины – Галины Безбедновой, проживавшей на квартире у ваших соседей по улице справа. Три дня она не появлялась ни дома, ни у своих хозяев, ни на работе. Вы что-то слышали об этом? – спросил офицер милиции, разглядывая кухню, куда пригласил его пройти пожилой мужчина.

– У нас с теми соседями нет никаких контактов. Через высокий забор не видим, что там у них происходит… Но насколько я знаю от дочери, она как-то была у них в доме, что никуда девушка не ходила. Они разводили кур и продавали мясо и яйца на базаре. Дети везде суют свой нос. А жена говорила, что они пустили эту квартирантку, чтобы она убиралась у них и готовила им еду. Приехала она из деревни и работала нянечкой в детском садике, – доложил Борис Павлович Вежин.

– Спасибо, – поблагодарил следователь Кирьянов, намереваясь опросить всех соседей первого этажа.

Борис Павлович скрылся в своей коммунальной комнате первого этажа.

Затем участковый милиционер постучался в высокую белую дверь, ведущую к комнатам семьи – Микитиных, состоящей из четырех человек: мужа, жены и двоих взрослых детей – Юрия и Лины. Ему навстречу вышел грузный лысый пожилой человек в майке и домашних брюках.

– Мне нужно узнать, что вы знаете о ваших соседях по улице Шевченко, – спросил следователь Кирьянов официальным тоном, показывая свое удостоверение в развернутом виде.

– Жена покупала у них яйца и тушки птиц. Я с ними ни разу не разговаривал, – ответил глава семьи – Егор Васильевич, стоя на пороге. – А что случилось?

– У них пропала, с ними проживавшая, племянница, – ответил милиционер строго.

Лицо Егора Васильевича – надзирателя СИЗО – вытянулось от недоумения.

– Спросите у других соседей. Кто-то должен знать об этом? – посоветовал сотрудник вневедомственной охраны, где служил Егор Васильевич долгие года. – Вот напротив, например.

– Это мы и сами знаем. Если что-то узнаете, вот мой рабочий телефон, звоните. Извините за беспокойство, – офицер протянул листок с цифрами и попрощался.

Детектив постучался еще в две двери по соседству, но там никого не оказалось. Он ушел на второй этаж двухэтажного дома, чтобы задать те же самые вопросы жильцам.

Он прошел по лестнице, недавно покрашенной красной масляной краской, открыл фанерную перегородку, отделяющую лестничный марш.

Преодолев 20 ступенек, постучался в самую крайнюю дверь, где жила семья из трех человек: студентов юридического института и их маленького сына, недавно въехавших в освободившуюся комнату без удобств. Но там никого не было. Тогда следом оперативник подошел к следующей высокой двери и сделал то же самое. На пороге появилась высокая стройная пожилая цыганка с кудрявыми с проседью волосами, уложенными сзади в тугой узел.

– Что вам надо? – спросила она, демонстрируя свою грязную заношенную одежду, вытирая руки о подол рваного фартука, надетого поверх темного традиционного цыганского платья с фалдами, но гораздо короче, едва прикрывавшего кряжистые колени, что, когда она поднимала руки, видны были узкие загорелые бедра с синими венами на сгибе.

– Что вы знаете об исчезновении девушки в соседнем доме справа от вас? – хотел выяснить по долгу службы милиционер.

– Все дети боялись ту красавицу из-за вида ее серого шерстяного платья. Она ходила в нем постоянно и летом, и зимой. Никогда не снимала, даже в самую жару. Жила она у них с прошлого года, – стоя на пороге, стала рассказывать цыганка витиевато.

Она вела оседлый образ жизни уже лет двадцать пять, давно не гадала заезжим прохожим. Вот случай представился. Известное народное поверье гласило, что если впутать цыган в любое дело, то можно скоропалительно закрывать, так как они сами рассудят на свой лад, чтобы извлечь самую крошечную выгоду из сложившихся обстоятельств, чтобы заработать или продать информацию заграницу по своей цыганской почте, которая простиралась до самой Индии.

– Что-то конкретное можете сказать? – вопрос озадачил любительницу предсказывать судьбы, проклинать или давать наставления за вполне реальные деньги.

– Что вы имеете в виду?! – с покровительственной интонацией воскликнула она, на мгновенье замолчала, увлеченная ходом своих мыслей. – Нет этой потаскухи среди живых и мертвых…

– Как это понимать? – озадаченный молодой специалист в области юриспруденции посмотрел на цыганку острым взглядом.

– А ты пройди, молодой, красивый… В комнате за столом я тебе расскажу и на картах покажу, – пригласила цыганка, терпеливо глядя, как участковый милиционер отмечал в своем списке жильцов, кого он успел опросить.

– Нет, проходить я не буду, но, понимая ваши меркантильные заботы, хочу предупредить, что гадать у нас запрещено законом, – решил напугать галантную гражданку служитель закона.

В его обязанности входило опросить как можно больше свидетелей, чтобы выйти на подозреваемого, виновного в исчезновении лица, проживавшего на его участке, так как трехдневный срок, положенный для ожидания, истек вчера, а сегодня участковый приступил к выполнению своих основных обязанностей – поиску пропавших граждан.

– Ты меня не напугаешь. Я давно ушла из табора. Гадаю только соседям иногда по их просьбе за продукты питания. Но тебе бы и за деньги предсказывать судьбу не стала. У тебя все будет плохо, – со злостью крикнула она, закрыв прямо перед носом милиционера дверь, щелкнув английским замком.

«Очень конкретная женщина. Без комплексов, сразу видно, жадная и лицемерная», – охарактеризовал цыганку про себя оперативник, с чувством юмора глядя на следующие две двери, куда ему надо было еще обратиться по своей работе.

«Придется продолжить», – сориентировался милиционер, посмотрев на часы, которые показывали начало одиннадцатого – время, когда обычно никого из соседей в квартирах не бывало.

Кроме пенсионеров или больных, так как школьники и дошкольники – все находились в государственных учреждениях по месту жительства или работы граждан, несущих ответственность за своих малолетних детей, кого они обязаны были воспитывать. Он отметил, что в первой квартире – Берендеевых, никого не застал, а во второй, где проживали четверо человек – двое разнополых взрослых детей с родителями – по фамилии Тугушевы, общался с матерью семейства.

Пока он стоял, разговаривая с цыганкой, из смежной двери два раза полная пожилая соседка – Романенко в красивом пестром атласном халате выходила на кухню, поэтому следователю Кирьянову не составляло большого труда появиться там. Таким же способом спросить у нее, когда она разогревала, что-то готовила на плите. Песик без породы и поводка вертелся у нее под ногами. Он ловил куски мяса, которые она бросала ему периодически. Пенсионерка к облегчению милиционера начала первой говорить с приятным украинским акцентом:

– Я ничего не знаю об этом случае, но могу предположить, что там все нечисто. Никаких доказательств вины у меня нет, но и свидетельствовать против себя я не буду, так как у нас с ними никакого контакта нет.

– Хорошо, – записал в своем листе следователь Кирьянов, чтобы потом перенести в начатое им дело.

Детектив не удивился правильности речи свидетельницы, потому что ее муж работал на рынке мясником, общаясь только с грамотными и обеспеченными клиентами. Следователь подошел к кухонному оконному проему. Оттуда взглянул во двор и на железную кровлю соседнего дома, увидев только коричневую парадную входную дверь с тремя крашеными ступеньками, крышу курятника и небольшой серый участок земли без цветов и травы.

Он повернулся и ушел, направляясь именно туда, что он видел из окна кухни. Выйдя на солнечную сторону, милиционер взглянул на противоположные дома, где около одноэтажного дома сидели три пожилые женщины на скамеечках. Они о чем-то живо беседовали. Поэтому следователь переменил свое решение, намереваясь пообщаться с ними, так как надеялся, что они наверняка знали что-то ценное о пропавшей гражданке – Безбедновой Галине. Он перешел дорогу, обогнул, усыпанную цветами, клумбу и остановился рядом с сидящими пожилыми женщинами.

– Что-то слышали об исчезновении молодой женщины вон в том доме, – милиционер указал рукой на противоположные дома.

Бабушки в валенках, теплых тапочках с меховой опушкой как будто очнулись от созерцания цветов с парящими стрекозами и бабочками на красивой, ухоженной клумбе. О чем они думали, вглядываясь в глубину цветовой гаммы, наслаждаясь солнечными лучами, никто не догадывался. Возможно, они вспоминали свою неугомонную молодость, бешеные ритмы самбы или фокстрота на танцплощадке.

– Да, мы знаем, что Галя гуляла постоянно одна, не боялась, что на нее нападут. Возвращалась с работы поздно. Она училась, наверно на вечернем факультете или трудилась допоздна, – призналась крайняя щупленькая старушка с большими карими глазами, выражающими полное доверие и расположение к следователю.

– Мы с ней недавно разговаривали. Она сказала, что поступила учиться в Педагогический институт на заочное отделение. Когда закончит, будет учительницей начальных классов, а сама ходила в комбинат ясли-садик на работу нянечкой, – вступила бабушка, сидящая рядом, поправляя белую в крапинках косынку.

– Это я и так без вас уже выяснил. Не помните, видели вы ее с кем-то посторонним? – снова обратился следователь Кирьянов к соседкам по месту жительства пропавшей гражданки.

– Нет, точно. Она всегда одна ходила. Даже было интересно на нее смотреть. Ну, это я так к слову сказала, – процедила сквозь зубы последняя старушка, из сидящих около широких дверей дома, откуда они выходили погреться на солнышке, так как жили вместе как сестры.

На другой стороне, около дома, с уже опрошенными жильцами, суетились дети, стараясь вникнуть в суть переполоха. А цыганка-Ася не поленилась. Она вместе с жиличкой-пенсионеркой Романенко в атласном халате, вышли развешивать белье во двор, наблюдая, куда направился милиционер следом. У старшего лейтенанта оставались вопросы к каждой из них:

«Куда же ходила по выходным дням пропавшая гражданка Безбеднова Галина? Кто ее сопровождал, и были ли у нее враги?»

Но, переговорив с бабушками, он убедился, что все нити вели к хозяевам злополучного дома, куда он, в конце концов, сам решил наведаться. Тем же путем он вернулся к двум свидетельницам, рядом стоящими, после развешивания чистого белья во дворе, как после похорон. Милиционер, ничего не говоря в их сторону, минул дощатый забор. Он позвонил в калитку, за которой жила та самая свидетельница, которая подала заявление в районный отдел. Звонок заставил хозяйку дома открыть следователю Кирьянову узкую калитку. Переступив через высокую соединительную доску, оказавшись в идеально чистом дворе, сыщик показал свое удостоверение сотрудника МВД в раскрытом виде.

– Вызывали? – спросил он официально, понимая волнения заявительницы.

Пропустив его вперед, невысокая, округлая женщина в сером платье и желтоватой косынке, с красивым дебелым лицом, по-видимому, та самая, которая подавала заявление, произнесла мягким голосом:

– Я вас давно жду.

Следователь Кирьянов оглядел с головы до ног говорящую. Когда зашел на маленькую кухню, он присел на придвинутый ему табурет. Отметив очень приятную внешность хозяйки, сказал наставительно:

– Пришел, собственно, по вашей просьбе. Хочу осмотреть комнату, где спала ваша племянница.

– Да. Можете пройти вот сюда, – спокойно указала рукой гражданка Осокина, а по мужу Безбеднова, чья родственница проживала с ними восемь месяцев, но исчезла буквально недавно.

Детектив обошел две такие же идеально чистые клети без украшений с голубыми плюшевыми занавесками в проемах дверей. Заглянул в требуемую спальню, где стояла одна бедная железная кровать для подростка, найденная где-то в металлоломе, покрытая очень тонким темным дешевым шерстяным одеялом.

– А где шкаф или тумбочка с ее вещами? – спросил детектив, у которого уже сложилось мнение об образе жизни, спешащих разбогатеть, граждан.

– Все вещи племянница Галя хранила у нас в гардеробе. Мы от нее ничего не прятали. Жили одной семьей. Помогали ей, чем могли. Питались вместе. Она иногда покупала кое-что на базаре после распродажи яиц, которыми мы ее снабжали. Она каждый выходной с раннего утра туда бегала, – добавила хозяйка, указав на шкаф, занимавший почти всю площадь в предполагаемой крошечной гостиной.

– Откуда такой зловонный запах? – спросил милиционер, почувствовав отвратительное амбре, тянущееся по воздуху из двора.

– Это из курятника. У нас куры, два гуся и утка. Пойдемте во двор, вы сами убедитесь, – предложила хозяйка, выпроваживая сотрудника райотдела милиции.

Они вышли на воздух, а на них стала с гоготом наступать домашняя живность: куры и утки, которые рассыпались по двору суетящейся толпой, взмахивая крыльями, отталкивая себе подобных домашних птиц.

– Ждите, приду еще раз. Возможно с собакой, чтобы она взяла след вашей пропавшей племянницы, – с участием сказал милиционер, направляясь к калитке.

– Кыш, кыш, кыш, – принялась шипеть, очень скользкая в обращении, хозяйка, размахивая руками, которой на вид можно было дать лет сорок или тридцать пять из-за матово-белой кожи, а на самом деле ей было далеко за сорок, хотя выглядела она очень моложаво.

По данным паспортного стола, где следователь Кирьянов побывал загодя, он выяснил, что Безбедновой Таисии было пятьдесят два года, а ее мужу Никифору – шестьдесят четыре. Оба были на пенсии, но занимались разведением птицы, которую потом сбывали по спекулятивной цене населению, чтобы деньги сложить в «кубышку».

Следователь Кирьянов вернулся в свой кабинет на машине, сложил в папку все допросы свидетелей по порядку. Он опять прочитал их показания. У него ушло на это занятие минут десять, но возникло подозрение.

«Надо осмотреть двор с курятником, откуда шел невыносимый запах разложения и куриных отходов», – наметил он себе план работы.

В предыдущий раз, когда они хотели пойти с собаководом, тот отказался, так как не было никаких значительных изменений окружающей обстановки. Кинолог посоветовал выждать неделю, чтобы выветрился сбивающий запах гашеной извести, которым были усыпаны все места общего пользования: туалет с выгребной ямой, сарай, где потом был обнаружен труп неизвестного человека в дровах, баня, погреб и весь приусадебный участок.

«Возможно, в этом случае в семье Безбедновых мог возникнуть спор на почве ревности. Хозяйка убила свою племянницу. Что зафиксировано в истории криминалистики. Но эта рабочая версия. Где находится труп жертвы? Подозрительно, что у гражданки Безбедновой такое же серое платье, как у ее племянницы. Если та ходила постоянно в одном и том же платье, то у нее не было смены. А ее родственница воспользовалась исчезновением племянницы, надела оставленное ей платье. Тогда в чем она ушла? Что-то здесь не сходится… Если она купила новое платье, в нем отправилась куда-то, а старое оставила дома. Откуда такие приличные деньги у нянечки детского садика, которая недавно устроилась на работу? Может быть, сама хозяйка дома дала ей свою одежду? Надо будет выяснить у нее самой, не пропадало ли у нее что-то из верхней одежды?» – серьезно задумался детектив, когда убирал дело о пропаже гражданки Галины Безбедновой в свой сейф, чтобы потом снова взяться за расследование с имеющимися у него данными экспертизы.

«Идеальная чистота в доме. Ни соринки, ни пылинки… Как будто специально все вытрясли в поисках своей племянницы. Ну, это понятно. Если копнуть глубже… Как они построили этот дом? Откуда у них были средства на строительство? Значит, участок приобрели для постройки или купили готовое строение?» – все эти вопросы стали волновать детектива, который собирался расследовать это дело за считанные дни, чтобы доложить генералу Кедрову о раскрытом преступлении или появлении исчезнувшего лица. Он мечтал положить папку, со всеми имеющимися доказательствами, на стол руководства.

Следователь Кирьянов вернулся в архив. Словно по мановению волшебной палочки, когда он заказал у лейтенанта, заведующего архивом, ему принесли старинное дело на гражданина Безбеднова Н. В., прописанного по тому же адресу. Оказалось, что данный гражданин отбывал наказание в исправительной колонии строгого режима за кражу с взломом сберкассы и убийство инкассатора, который перевозил деньги. Встречная милицейская машина остановила грабителя, перекрыв движение на встречной полосе. Образовалась пробка. Все следующие вперед автомобили по приказу руководства ДПС и начальника полиции вынуждены были предъявлять документы в целях обезвреживания опасного преступника, сумевшего завладеть деньгами сберкассы, предназначенных для осуществления целенаправленного распределения по учреждениям и для личного использования гражданами города.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное