Ртуть в огне. Том 2. Миттельшпиль

- Сначала на похороны все ушло, потом на твое содержание, хорошо им удалось хоть что-то накопить, - вздыхала она.

Изольда подозревала, что тетка забрала большую часть того, что откладывали родители, себе, но не стала спорить . О на была благодарна тетке за то, что та стала ее опекуном – до совершеннолетия, и, следовательно, самостоятельности, оставался целый год.

Москва встретила провинциалку шумом и толчеей, но до академии Изольда добралась без труда - она изучила маршрут заранее. В приемной комиссии ее документы приняли без вопросов. С общежитием же не сложилось, абитуриентам оно не предоставлялось. Изольде удалось, в конце концов, уговорить коменданта, пожилую женщину, поселить ее на коммерческой основе – комната была трехместной и на это ушли почти все деньги, но зато теперь можно было не опасаться ночевки на улице. Питалась она скромно, сидела на хлебе и воде и все время читала. Соседки по комнате учебой себя не утруждали, да и приходили только ночевать. Изольда проводила дни в одиночестве, за учебниками. Вступительные экзамены она шла сдавать без страха – Идрисбаева была уверена, что сдаст без проблем.

Экзамен по русскому языку был совсем простым, изложение по такой теме входило в школьную программу, поэтому, увидев в списке напротив своей фамилии тройку, Изольда сильно удивилась и пришла подавать на апелляцию.

- Две ошибки у вас, - сказала ей неприязненным тоном полная женщина в очках. – Понаставили запятых лишних. Что, не согласны?

Изольде только и оставалось, что тихо уйти. Она была готова поклясться, что эти запятые появились в тексте уже после того, как она сдала работу – таких глупых ошибок она никогда не делала.

С химией вышло не лучше, расписанные ей от начала и до конца ответы подверглись строгой критике экзаменатора.

- Вы, видно, милочка, изучали производство по учебникам из каменного века, - процедила похожая на крысу худая дамочка, уничижительно глядя на Изольду поверх очков. – В современном мире синтез осуществляется совсем не так. Но, учитывая оригинальность подхода, так и быть, поставлю вам «хорошо», на остальные вопросы вы ответили правильно.

- В каменном веке не было учебников, - тихо сказала Изольда.

Экзаменатор покраснела, затем вывела вместо «хорошо», «удовлетворительно» и швырнула экзаменационный лист на стол.

- Следующий, - сказала она, не глядя на Изольду.

Биологию шла сдавать по инерции – ничего хорошего она уже не ждала. С экзамена Изольда вышла слегка обескураженной – ей поставили пятерку, неожиданно выручили знания по коневодству.

Одиннадцать баллов. Два балла до проходного. На последние деньги Изольда решила позвонить домой. Она была сыта по горло Москвой и своей мечтой – дома наверняка найдется какая-нибудь работа. Вставив в таксофон карту с пятиминутным лимитом, она увидела на счетчике цифру «четыре». Шли длинные гудки, потом мужской голос ответил:

- Алло.

- Здравствуйте, - сказала Изольда. – Позовите, пожалуйста, тетю Галю.

- Таких тут не проживает. Я купил этот дом, не надо сюда больше звонить.

Изольда чуть не уронила тяжелую трубку. Вставив карту еще раз, она набрала номер тетки, у нее оставалось три минуты. Тетя Галя подошла к телефону сама.

- Да, - раздраженно произнесла она в трубку.

- Теть Галь, - Изольда сдерживалась из последних сил, - я звонила домой, а там какой-то мужчина говорит, что купил наш дом…

- Ах, вот кто это, - издевательским тоном отозвалась тетка. – Да продала, да законно. Пропустила ты срок наследства со своими гулянками, так что, дому пустому стоять? Надо было дома сидеть и хозяйством заниматься, а не уматывать бог знает куда. Только попробуй сюда заявиться и жаловаться, я на тебя такую управу найду, быстро получишь, что на самом деле заслужила.

Связь оборвалась, минуты закончились очень быстро. Изольде ничего не оставалось, как пойти в общежитие – здесь ей можно было проживать еще два дня.

Соседки праздновали.

- Ну что, не поступила? – спросила одна из них. – А я вот поступила по целевому. Попросила кого следует. – Засмеялась она.

- А у тебя родители кто, может, заплатят? На платное легко пройдешь. – Сочувственным тоном произнесла вторая.

- Погибли родители полгода назад, - сказала Изольда.

- Иди ты, - удивилась первая. – Ты что, при приеме этого не сказала?

- Нет.

- Бегом в комиссию, хотя нет, я с тобой пойду, опять чего-нибудь упустишь.

- Ты же выпила…

- Ой, я не могу, ты откуда такая? Пять минут и я как огурчик, пойдем в темпе.

По дороге Изольда разговорилась с соседкой. Девушку звали Зоя. Родом она была тоже из какой-то глуши, но мечтала осесть в Москве. Когда Идрисбаева поведала ей свою историю, Зоя, выругавшись, сказала:

- Ну и сука же твоя тетка. Только тебе действительно лучше не высовываться. Если она такое дело провернула, значит и тебя легко со свету сживет. Да и нужен тебе твой Запупинск? В Москве интереснее.

Через час Изольда стала студенткой.

- Слушай, - заговорщически шепнула ей Зоя. – Давай держаться вместе. Наша третья скоро съезжает, я поговорю, с кем нужно, нам двушку дадут. Для начала, я тебе – еду, а ты за меня писать все будешь, а то учеба у меня всегда тяжело шла, да и лень на нее, честно говоря, время тратить.

- Давай попробуем, - согласилась Изольда. – Может я сама тут учиться не смогу.

- Ой, да брось прибедняться, - рассмеялась Зоя. – Ты все с книгами сидела, значит, понимаешь, что там написано. А что на вступительных провалилась, так не твоя вина совсем, там специально отсеивают – нужно же большой процент по квотам и прочему запихнуть. Да и платников побольше – тоже выгода. Информация достоверная, один профессор на ушко шепнул, я, видишь ли, умею добывать от мужчин нужную информацию.

Так они и жили. Изольда писала за Зою все работы, рисовала карты. На лекциях и семинарах соседка сидела с умным лицом и делала вид, что записывает – Идрисбаева просто поражалась ее актерским способностям.

Зимнюю сессию они пережили спокойно. Изольде даже нравилась такая жизнь. После занятий ее соседка, пару часов отдохнув в общежитии, уносилась в неизвестном направлении. Если и приходила, то далеко за полночь – пьяная и веселая. Весь шкаф был забит одеждой Зои, вещи Изольды умещались на одной полке. Как-то она осмелилась спросить соседку:

- Ты что, подрабатываешь?

- А то, - подмигнула Зоя, - причем на хорошем счету сейчас. Ты бы тоже могла бы, да только тебя и такая жизнь устраивает. Работа у меня непростая, оттуда и деньги. Пока не вышла в тираж – заработаю сколько смогу.

- Вышла в тираж? – удивилась Изольда.

- Ну да, - спокойно пояснила Зоя. – Двадцать три стукнет и адье, ниже я не пойду, так и до трассы дойти можно, хуже ничего не придумаешь. В кино любят слезливые истории, есть американский фильм, где путана богачкой стала, только в жизни все иначе – будешь по инерции ползти, превратишься в развалину, если вообще выживешь. Можно в содержанки податься, только и там конкуренция мама не горюй, да и риск есть – нет уж, лучше независимость.

- Погоди, ты что, проститутка, что ли?

- Догадалась. – Скривилась Зоя. – Только мне больше нравится «жрица любви». И чего смотришь? Еду и одежду я тебе даю, деньги не пахнут, но если хочешь, другую найду на такие условия – только учти, из принципа можно и от голода умереть.

- Нет, что ты, меня все устраивает. – Поспешно сказала Изольда.

- Ну и отлично, только если надумаешь быстрых денег заработать, скажи мне. У тебя ведь не было еще парня? Не ври только.

- Нет, - честно ответила Изольда.

- Любители девочек платят дорого, да и обращаются хорошо. – Зоя закурила длинную сигарету прямо в комнате, бесцеремонно разглядывая соседку. – А то найдешь такого же, как ты, тракториста, потом и вспомнить будет нечего, да и намучаешься с ним. Ой, покраснела-то как, - расхохоталась искусительница. – Все, больше не агитирую, но предложение остается в силе.

Изольда больше не вспоминала о сделанном соседкой предложении до того момента, как та однажды утром приехала радостная и сказала ей:

- Приехала попрощаться. Я теперь буду на содержании, мне учеба эта без надобности, других дел полно. Мои вещи можешь себе почти все оставить – шубы только заберу, да косметику.

- А твой покровитель, он кто?

- Обычный мужик с деньгами. Из таких, кому нужна постоянная любовница. – Зоя быстро собирала небольшой чемодан. – Буду теперь жить в шикарной квартире, не тужить. Звони, если что. Зря я тебе, что ли, телефон подарила?

- Может, подумаешь? Два курса осталось. – Изольду испугала перспектива вновь остаться в одиночестве.

- Нечего тут думать, - отрезала Зоя. – Да и диплом, если что, купить всегда можно.

Перемены после отъезда соседки последовали сразу. Изольду переселили в комнату на четверых, теперь учиться стало сложнее – новые соседки об учебе не думали, музыка не выключалась днями и ночами, комнату осаждали толпы незнакомых парней. Приходилось засиживаться в библиотеке допоздна, комнаты для занятий в общежитии не было. Таяли и накопленные деньги – стипендия, хоть и повышенная, была совсем небольшой, сидеть же снова на хлебе и воде Изольде не хотелось. Один раз вечером она поймала себя на том, что рассматривает в телефоне контакт Зои, потом не удержалась и набрала номер бывшей соседки. Та ей обрадовалась, затем, выслушав рассказ Изольды, сказала:

- А все почему? Потому что ты все время надеешься на кого-то. На родителей, тетку, меня. Бери судьбу в свои руки и смело иди по жизни. Конечно, можешь устроиться дворником или еще кем, но как тогда учиться? Да и платить будут копейки. Давай, решайся. Я через два дня во Францию улетаю, надолго. А чувства и мораль заверни в тряпочку и спрячь – потом достанешь, если моль не съест. А и съест не велика беда, они только жить мешают. Мы все товар, поэтому надо лишь продать себя дорого. Первый раз тяжело, потом будет легче.

И Изольда решилась. Вышло и вправду не так страшно. Сначала она познакомилась с хозяйкой салона, потом ее направили делать медицинскую книжку. Конечно, перед первой встречей она здорово волновалась, что, в конечном итоге даже понравилось клиенту – он заплатил ей щедрые чаевые.

Теперь она действительно не нуждалась, общежитие же пока оставила, так было проще, правда, комнату сменила – теперь она жила одна. Изольда успевала учиться и работать. К профессии своей она со временем стала относиться абсолютно спокойно. Такая же работа, как и у других, никаких чувств и эмоций. Время же неумолимо шло. Через три года ее выставят на улицу, выгодных предложений ей до сих пор не поступало.

Сегодня она была с новым клиентом, не из постоянных, поэтому не очень старалась. Да и отвлекали все время – у мужчины постоянно звонил телефон и он делал ей знак прекратить, после чего продолжал разговор.

Разговоры, кстати, велись интересные – о закупке сельскохозяйственной техники для территории, требующей орошения. Услышав, как клиент, не споря, повторяет очередную ерунду, Изольда не выдержала:

- Первый раз слышу такое. У вас соли поднимутся и проблем потом не оберетесь.

Эффект был ошеломляющий – клиент, закончив разговор, обескураженно переспросил:

- Что ты сказала?

- А то, что при такой агротехнике вам придется скоро не водой, а олеумом поливать. Лапшу он вам вешает, тут по-другому нужно.

- Ты откуда такая выискалась?

- Студентка я, студенческий показать?

- Не нужно. Хорошо, значит, учишься? Здесь тогда что забыла?

- Деньги нормальные платят. И учебе не мешает. – Честно ответила Изольда.

- Родителям бы твоим сообщить, хоть ты и совершеннолетняя. – Сказал клиент и сел рядом с ней на кровать. – Всыпали бы по полной.

- Нет у меня родителей. Умерли. И другие родственники тоже. Наследства не оставили. Живу как могу и не жалуюсь. – Изольда говорила прямо. – Может, продолжим? Извините, что вмешалась.

- Правильно вмешалась. Давай знакомиться - Василий Павлович Барышев, - представился он. Тебя представили как Изабеллу, но это же не настоящее имя?

- Изольду, - поправила она. – Самое что ни на есть настоящее. Папа с мамой так назвали.

- Вот что, Изольда, ты на каком курсе?

- На четвертом, мне еще год учиться. Я доучусь во что бы то ни стало. Детская мечта.

- Доучишься, а потом что? – чувствовалось, что собеседнику эти ответы были важны.

- А потом поеду в родной город и обязательно встану во главе местного хозяйства – я теперь умею пробиваться.

- Еще одна детская мечта? – прищурился Барышев.

- Да, - согласилась Изольда, хоть это, наверное, было глупо.

- Интересная ты. Я таких встречаю нечасто. Вот что, поработаешь на меня?

- Все зависит от размера вознаграждения. – Изольда уже научилась говорить такие вещи прямо.

- Не обижу, - сказал Барышев, потом посмотрел на часы и стал одеваться. – Только одно условие – сюда больше ни ногой, ясно? Да и времени у тебя осталось немного, года через два выйдешь отсюда в никуда. Подумай, - добавил он и бросил ей на колени визитную карточку.

Изольда решила не упускать шанс – теперь она работала легально. Доучивалась спокойно, по ночам же делала работу для Барышева, деньги он на самом деле платил хорошие.

Интимных отношений между ними никаких не было, о чем Изольда не жалела – любовник из него был никакой, а вот начальник замечательный. Если она приводила грамотные аргументы, он соглашался, но и сам не оставался в долгу – работать с ним было одно удовольствие.

Получив диплом с отличием, Изольда с гордостью показала его Василию Павловичу. Наконец-то можно было полностью посвятить себя любимому делу. Через некоторое время она получила от Барышева новое предложение - стать женой его сына. Вознаграждение он обещал столь огромное, что Изольда сразу спросила его, в чем подвох.

- Мой сын, Николай, - сказал Василий Павлович, отведя в сторону взгляд, - страдает шизофренией с подросткового возраста. Официального диагноза ему никто не ставил, потому что в противном случае я бы лишился всего. В течение года он почти нормален, но вот весной и осенью болезнь берет верх – он становится неуправляемым. С женщинами Коля всегда обращается одинаково - если его партнерша отделывается только синяками и ссадинами, значит, ей повезло.

- Вы что же, хотите, чтобы он меня использовал для битья с целью экономии ваших средств? – возмутилась Изольда.

- Дело не в этом. Мне нужны внуки.

- Я не понимаю вас, Василий Павлович. Вы можете жениться еще раз – ваша жена умерла, насколько я помню? Можете, наконец, прибегнуть к услугам суррогатного материнства.

- Моя жена не умерла. – Тихо сказал Барышев. – С недавних пор она находится на лечении в одном малоизвестном учреждении, откуда не выйдет до самой смерти. По документам же она умерла, да. Так что я, можно сказать, безутешный вдовец. Именно ее гены сыграли свою роль в болезни нашего сына, только случился небольшой казус – она завещала ему свою долю бизнеса. До недавнего времени Алиса была совершенно нормальной, более того, всю жизнь в происходящем с Николаем обвиняла меня. В случае его смерти или недееспособности, она оставила завещательное распоряжение о том, что все переходит его детям - моя супруга бесконечно любила нашего сына. Если дети отсутствуют, то акции переходят государству – понимаешь, чем это чревато? Поэтому мне нужна женщина, которой я бы мог доверять, и которая бы исполнила роль его жены. Продавать свою долю ему невыгодно. Я успешно управляю всем холдингом и выделяю Николаю средства на существование, причем немалые. Сам он работать не в состоянии – совершенно не может концентрироваться. Кроме того, мне удается успешно скрывать последствия его развлечений.

- А что вы сделаете с ним потом?

- Потом он разделит судьбу своей матери.

- А не проще заменить его двойником? – спросила Изольда – она недавно смотрела сериал с подобным сюжетом. – Разве это не выход?

- А ты подумай о последствиях такого решения и сообразишь сама. В лучшем случае я получу шантаж, в худшем же бизнес отойдет другому человеку – или ты предлагаешь доказывать подмену?

- Но дети от него родятся с отклонениями.

- Не факт, - уверенно заявил Барышев. – Природа шизофрении не изучена до конца. По поводу того, кто может наследовать после них, моя жена никаких распоряжений не оставляла. Ну, каким будет твое решение?

- У него есть любовницы? – спросила Изольда.

- Раньше их было немало – мой сын внешне очень привлекателен, обходителен – до тех пор, пока дело не доходит до постели. Этой весной одну из женщин он избил настолько сильно, что мне стоило большого труда замолчать это дело, поэтому сейчас – никаких любовниц.

- И что, детей не получалось?

- У него пунктик на этот счет – детей он терпеть не может. Николай пьет таблетки – да, это мало кто знает, но такие лекарства существуют. Теперь же он прекрасно понимает, что случится, появись у него наследник и умело этим пользуется. С тобой же можно будет использовать любые средства, не боясь огласки – ты умная женщина и наверняка мне поможешь.

- Помогу, если он меня не убьет.

- А вот тут я надеюсь на тебя и твою голову.

Изольде было неизвестно, как Барышеву удалось договориться с сыном, но она все-таки стала супругой Николая. Первая брачная ночь вышла неудачной : новоиспеченный супруг, несмотря на регулярно принимаемые лекарства, сломал Изольде нос и два ребра. Как он спокойно пояснил ей потом, иначе получить удовлетворение у него не получается.

Василий Барышев, увидев Изольду наутро, отвез ее в частную клинику – лечиться ей пришлось два месяца. Потом, конечно, она получила солидную сумму на свой банковский счет, но это вряд ли могло компенсировать полученную травму. После лечения супруг встретил ее, как ни в чем не бывало. Постепенно Изольда стала разбираться в его состоянии: она знала, когда ситуация начинала выходить из-под контроля, следовало немедленно звонить Василию Барышеву. Такое всегда случалось ближе к весне или осени, или же в тех случаях, когда ее муж находился в сильном возбуждении – сексуальное влечение у него было сильным, а возможности удовлетворить его без насилия не было. Изольда научилась жить и с этим. Вне периодов обострения Николай вел почти нормальную жизнь. Изольда даже стала делить с ним постель, но была постоянно настороже - знала, что может случиться все, что угодно.

Чтобы как-то отвлечься, она увлеклась стрельбой. Изольда построила небольшой тир на их участке, получила разрешение на оружие, а затем охотничий билет. Каждый раз, попадая в центр мишени, она представляла, что разносит голову ненавистному мужу – стреляла Изольда метко. Боеприпасы и оружие хранила отдельно, в разных сейфах. Оружие всегда заряжала после того, как запирала в тире дверь – понимала, что расслабляться ни в коем случае не стоит.

Через три года ей все-таки удалось стать матерью. Узнав о том, что беременна, Изольда уехала – теперь главное было сохранить ребенка. Николай не знал, что она подменила его противозачаточные таблетки другими, улучшающими качество спермы. После рождения ребенка она была свободна.

Едва оправившись от родов, Барышева вернулась в супружеский дом, чтобы забрать оружие и уйти отсюда навсегда. В это время ее муж должен был читать лекции или вести семинары по рукопашному бою – желающих посетить его занятия было немало, хотя плата за посещение предусматривалась приличная. Изольда была уверена, что Николая нет дома. Забрав из сейфа карабин, она прошла мимо спальни мужа и замерла – изнутри доносились характерные звуки. Не рассуждая, Изольда распахнула дверь – женщину следовало спасать, она была в опасности.

Николай предавался утехам с домработницей. Увидев на пороге законную супругу с оружием в руках, глупая женщина вскрикнула, потом выскочила из постели и попыталась вжаться в угол.

- Ну, что ты ей сломать собрался? – спросила Изольда зло. – Хорошую замену ты мне нашел.

- Зато не из бывших шлюх, как некоторые. – Парировал супруг, ничуть не стесняясь ее присутствия. Не пытаясь одеться, Николай поднялся с кровати и теперь медленно шел к Изольде. – А ты что же, на развод подала? Значит тем более, имею право на утешение, - издевательски продолжал он. – Такую жену теряю. Подожди немного – закончу с ней, потом займусь тобой – сил у меня на всех хватит, мы же пока что муж и жена, так, дорогая?

Изольда теперь стояла, рефлекторно направив на него прежде опущенный карабин.

- Не заряжено, - осклабился Николай. – Ты же всегда осторожничала.

- А вдруг? – спросила Изольда. – Ты ведь не знаешь точно?

- Проверим? – небрежно поинтересовался ее муж, подходя все ближе.

- Эльвира, уходите немедленно, - Изольда попыталась воззвать к скорчившейся в углу женщине, - вы меня слышите?

Домработница словно не слышала, а может быть, надеялась, что ее защитит любовник – всхлипывая, она зачем-то пыталась прикрыться руками. Изольда не понимала, куда клонит муж. Николай подошел, затем с силой сжал карабин за ствол и повернул его в сторону своей любовницы – та зарыдала навзрыд. Изольда попыталась перевести ствол на него – куда там, муж держал крепко.