Дождь над холодным морем

– И вы не видели, когда она исчезла?

– Нет, ко мне подошла другая пациентка, и я должна была найти ей время для следующего приёма.

– Что же случилось дальше?

– Эрик сказал, что, вероятно, она испугалась, и велел мне идти домой.

– В котором часу это было?

– Где-то минут десять седьмого.

– А эта пациентка была у вас раньше?

– Нет, поэтому я и дала ей заполнить анкету. В анкете есть пункт, почему пациент выбрал нас, она написала, что это из-за того, что наша клиника самая ближайшая к её дому.

Маркус что-то пометил в своём блокноте.

– Вы говорите, что она иностранка?

– Да, я уверена.

– Это всё?

Марта немного подумала.

– Я думаю, что больше ничего не могу сказать, кроме как, когда я шла к машине, то мне показалось, что у клиники кто-то стоит. Это была женщина.

– Продолжайте, – Маркус насторожился.

– Но это всё. Я точно не могу сказать.

– Вы говорите, что это была женщина? Возможно, та, что сбежала?

– Нет, та была в чёрной куртке с капюшоном, я обратила на это внимание, когда она вошла, она сильно промокла, а эта женщина была в чём-то светлом.

– И что же она делала?

– Ничего. Просто стояла и смотрела на клинику. Если бы погода была хорошая, то я бы подумала, что она просто гуляет, ведь мы находимся в таком красивом месте, и люди часто совершают здесь прогулки, но был шторм.

– Интересно, очень интересно, – произнёс Маркус, переглянувшись с Симоном.

– Да, но возможно, она кого-то ждала, – неуверенно произнесла Марта.

– Кого же она могла ждать? На стоянке были ещё машины?

– Нет, только Эрика.

– Возможно, она ждала его? – спросил Маркус.

– Не знаю, я села в машину и уехала. Это всё.

Маркус поблагодарил секретаршу и протянул ей свою визитную карточку.

– Если вы что-нибудь вспомните, то, пожалуйста, позвоните.

– Конечно.

Маркус проводил её до двери и вернулся к столу.

– Ну и что ты об этом думаешь? – спросил он у Симона.

Тот пожал плечами.

– Разгневанный пациент, уволенная секретарша и сбежавшая пациентка. Может ли кто-то из них быть нашим человеком?

– По-моему, вряд ли, но надо всех проверить… И ещё неизвестная женщина.

– Да, неизвестная женщина. Какого чёрта она там делала?

– Хотелось бы и мне это знать, Симон. И надеюсь, что мы это как-нибудь узнаем.

Человек, сидящий перед Маркусом, явно нервничал, хотя и старался выглядеть спокойным. От Маркуса не укрылось, что, когда он потянулся за пластиковым стаканчиком с водой, стоящим перед ним на столе, рука его дрожала.

Дэвид Енсен, коллега убитого, второй стоматолог клиники, был бледен, а в глазах его читалось беспокойство.

– Я только что прилетел с курсов из Орхуса. Марта дозвонилась до меня и рассказала об Эрике, – начал он. – Я просто не могу поверить в случившееся…

– Расскажите об Эрике, – попросил Маркус. – Каким он был, были ли у него враги?

– Он был высококвалифицированный врач и хороший руководитель. Пациенты его любили, особенно женщины. А для пожилых женщин он был… как бы это сказать… как луч солнца. Он к каждому мог найти подход. Эрик обладал какой-то особой харизмой и притягивал к себе людей.

– У него были женщины?

– Для Эрика не составляло труда найти себе женщину, но, по-моему, он к этому пока не стремился, для него главным в жизни была его клиника. Он вкладывал в неё большие деньги, стремился приобрести самое новейшее оборудование, часто участвовал в различных конференциях и курсах, он говорил, что нам нужно быть в курсе всех новшеств и внедрять их у себя. Он сам лично подбирал музыку, под которую работал, такую, которую пациентам приятно было бы слушать. А иногда это был шум прибоя или пение птиц. Он спрашивал у пациентов, что они больше предпочитают. Нередко его кабинет просто превращался в цветущий сад или морской берег, опять же по предпочтениям пациентов. Эрик использовал не только звуки, но и видео.

– Как я понял, клиника теперь переходит к вам? – спросил Маркус.

– Да, у нас составлен контракт на этот счёт. Я и до этого замещал Эрика, когда он был в отпуске или на различных конференциях. И мне нужно срочно искать нового стоматолога. Я не могу выполнять весь объём работ, хотя… неизвестно, сколько теперь у нас будет пациентов. Почти все непременно хотели попасть к Эрику.

– Но враги у него тоже, наверное, были? Подозреваете ли вы кого-нибудь, кто хотел бы свести с ним счёты?

– Не имею ни малейшего понятия. Я никогда не слышал о ком-то, кто мог бы пойти на такое. Конечно, у нас были конкуренты, но я почти уверен, что никто из них не пошёл бы на такое чудовищное преступление. Нет, нет…

– Когда вы уехали на курсы? – спросил Маркус.

– В понедельник, двадцать шестого. Я улетел вечерним самолётом. Наша секретарша заказывала мне билеты.

– Что это были за курсы?

– О новых методах лечения пародонтоза. Эрик считал, что нам непременно нужно на них быть, ведь каждый раз там узнаёшь что-то новое, общаешься с коллегами…

– Как давно вы работаете в клинике?

– Шесть лет. Эрик сначала работал один с Сюзанной, это наш клинический ассистент, а потом решил взять ещё одного врача. Я как раз в это время искал работу и предложил свои услуги. Мы с Эриком сразу нашли общий язык.

– А сам Эрик как попал в эту клинику?

– Раньше здесь много лет работал другой стоматолог по имени Ларс Мориссон. Клиника принадлежала ему. Эрик пришёл к нему совсем молодым, сначала как практикант, потом получил работу. Когда Мориссон решил уйти на другую работу, то он предложил Эрику купить клинику. Эрик подумал и согласился, он всегда мечтал иметь свою клинику, а не быть у кого-то в подчинении.

– Клиника, наверное, стоит недёшево, – заметил Маркус.

– Да, но у Эрика были деньги. Он получил наследство, да и сам неплохо зарабатывал. Мориссон не хотел продавать клинику кому попало, а Эрика он любил, они были друзьями, поэтому сделал ему хорошую скидку.

– Вы уже побывали в клинике прежде, чем прийти сюда?

– Да, я зашёл ненадолго посмотреть, всё ли в порядке.

– Что-нибудь исчезло? Было что-то не так?

– Насколько я могу судить с первого взгляда, то всё было в порядке. Я не заметил, чтобы что-то исчезло.

Дэвид опять потянулся за стаканчиком с водой. И опять Маркус заметил, что рука его дрожит.

– Что ж, не буду вас больше задерживать, вам, несомненно, есть сейчас чем заняться.

Дэвид встал. Маркус вручил ему визитку с просьбой позвонить, если он вдруг что-то вспомнит.

После его ухода Маркус посмотрел на Симона.

– По-моему, он что-то скрывает.

– Да, я сразу обратил внимание, что он чересчур нервничал. Но почему?

– Мы должны не терять его из виду, сдаётся мне, что он не всё нам рассказал.

Лидия перестала появляться на курсах, но Ольга старалась больше не думать о ней. Разве Лидия не дала ей понять, чтобы она оставила её в покое? Пусть так и будет. Зато Валентина никогда не пропускала занятия и старательно пыталась освоить новый язык. На перемене между занятиями Ольга решила сделать попытку поговорить с ней. Валентина сидела в просторной столовой и пила кофе. Ольга подошла к её столику.

– Свободно? – спросила она.

Валентина удивлённо посмотрела на неё и кивнула. Ольга села, не зная, с чего начать разговор.

– Как идёт изучение датского? – наконец спросила она.

– Стараюсь, – коротко ответила Валентина.

– Тебе нравится здешняя жизнь? – опять спросила Ольга, видя, что Валентина больше ничего не собирается говорить.

– Везде хорошо, где нас нет, – сухо ответила Валентина.

– Да, ты права, везде есть свои трудности, – согласилась Ольга и решила сыграть ва-банк. – Мне кажется, что я тебя видела как-то возле нашей зубной клиники. Там очень красиво. Мы с собакой тоже иногда ходим туда на прогулку.

На этот раз Валентина с интересом взглянула на Ольгу.

– Разве я не могу гулять, где захочу?

– Конечно, можешь, я совсем не это имела в виду.

Валентина вдруг рассмеялась.

– Понятно. Ты решила поиграть в детектива и, видно, думаешь что это я убила этого несчастного зубного врача, не так ли? К чему тогда лишние вопросы о языке и моей здешней жизни? Ну так вот, к сожалению, мне придётся тебя разочаровать. Это была не я. Так что поищи убийцу в другом месте, а ещё лучше не суйся, куда тебе не положено, ясно?

Валентина залпом допила кофе и встала. Ольга не успела ничего ответить, она уже исчезла.

Погода уже который день не радовала. Ветер швырял на землю пригоршни дождя, и Ольга, забыв дома зонтик, изрядно вымокла, пока добралась с курсов до дома. Последнее время она стала рассеянна и не могла на чём-то долго сосредоточиться. Домашние задания по языку стали даваться ей с трудом. Убийство Эрика и странное поведение Лидии не давало ей покоя.

Лидия и Валентина – два сапога пара, они обе что-то скрывали, и, возможно, Ольга никогда не узнает правду. Поэтому ей не стоит так много думать об этом. Лучше сосредоточиться на сегодняшнем дне. Наступил ноябрь, не за горами новогодние праздники. Они с Алланом пока не решили, как их проведут. А сегодня ей нужно позвонить маме и заверить её, что у неё всё в порядке. Мама, конечно, волнуется за неё, это понятно, но ей нравится её теперешняя жизнь.

А что у неё было раньше? После окончания школы Ольга поступила в педучилище. Не потому, что видела своё признание в детях, а потому, что в их захолустном городке выбор был невелик. Ехать куда-то поступать в институт и жить в общежитии ей не хотелось, да и шансов на поступление было не так много. А педучилище было не самым худшим вариантом. Воспитатели требовались всегда. После его окончания Ольга устроилась на работу в детсад недалеко от дома. Это тоже был плюс, не надо было тратить деньги на транспорт.

Ну, а личная жизнь… В школе она нравилась некоторым мальчикам, а с одним из них, Лёшкой, они какое-то время встречались. Она видела, что Лёшке хотелось бы развить их отношения во что-то более серьёзное, но Ольга дала ему понять, что ей это неинтересно.

Годы бежали, а Ольга так и работала в детсаду и жила с матерью в панельной многоэтажке. Мать не раз намекала дочери, что пора, наконец, выйти замуж и создать свою семью, но Ольгу раздражали такие разговоры, и она старалась пресечь их в самом начале.

Как-то у Ольги возник конфликт с нянечкой, которая, по мнению Ольги, совершенно не хотела работать. Группа детей была большая, Ольге нужно было везде успеть, а нянечка, как нарочно, испарилась. Ольга нашла её во дворе, где она спокойно курила, сидя на лавочке, и высказала свои претензии. Нянечка же вместо того, чтобы пойти и помочь, начала хамить.

– Подумаешь, принцесса нашлась, ребёнка сама на горшок посадить не может!

– Я всегда всё делаю сама! – возмутилась Ольга. – От вас никакой помощи! Я буду жаловаться заведующей!

– Ой, да ладно, чего ты разошлась, а вообще-то чего здесь удивительного, старые девы всегда такие! – произнесла нянечка, спокойно продолжая курить.

Ольга пришла домой в слезах.

– Надоело! Всё надоело! Все эти наглые тупые нянечки, орущие сопливые дети, вся эта серая, нищая жизнь! Не могу больше так жить! – высказывала она матери свои обиды.

– Выходи замуж, дочка, – в который раз посоветовала мать.

– За кого, мама? Ты видишь длинную очередь из женихов у нашей двери? – взорвалась Ольга.

– Да кто же будет выстраиваться в очередь, если никому неизвестно о твоём существовании? Ты думаешь, что кто-то будет ходить и спрашивать, не здесь ли живёт милая девушка, на которой я хочу жениться? Да это и необязательно. Чем тебе не нравится Лёшка? Он работящий парень, с ним не пропадёшь, а он только и мечтает о тебе!

– Мама, перестань. Если я решу выйти замуж, то это будет не Лёшка, а кто-то поинтересней.

– Поинтересней? В каком смысле? – переспросила мать.

– Во всех!

– Тогда ищи этого своего поинтересней. Под лежачий камень вода не течёт!

И Ольга начала искать. Она найдёт мужа своей мечты. Никто больше не посмеет назвать её старой девой!

Ольга решила искать мужа иностранца. Найти кого-то в их городке не имело смысла. Теперь всё свободное время она проводила на сайтах знакомств и начала переписываться с различными мужчинами. И вот появился Аллан. Он сразу поразил Ольгу своей серьёзностью и решительностью.

– Я влюбился в тебя, как только увидел твоё фото, я знаю, что это судьба. Я хочу жениться на тебе как можно скорее.

Пока другие кандидаты рассказывали о себе и своих интересах и задавали ей различные вопросы, Аллан начал оформлять для неё визу.

И вот Ольга летит в Данию. Аллан встретил её в аэропорту с букетом цветов. Ольга никогда не забудет его взгляд, как только они встретились. В этом взгляде читалось изумление, восторг, любовь… Аллан покорил Ольгу, и она решила остаться с ним.

Он возил её по разным интересным местам: они посетили Тиволи, замок Гамлета, различные музеи, съездили в Швецию. Ольга никогда до этого не была за границей, всё казалось ей необычайно интересным и увлекательным. Ей казалось, что она попала в сказку. И каждый раз, когда Аллан смотрел на неё, она читала в его взгляде любовь.

Ольга взяла телефон. Она собиралась позвонить маме и рассказать ей о своих успехах в изучении датского языка и ещё заверить её, что у неё всё хорошо. Маме не стоит за неё волноваться.

К предстоящему приходу гостей всё было готово, осталось лишь разложить салфетки. Эльза с удовлетворением окинула взглядом накрытый стол, затем выдвинула ящик кухонного стола, где хранились салфетки, и стала перебирать их, решая, какие выбрать. Салфетки у неё имелись на все случаи: простые и подешевле, дорогие со всевозможными цветами и орнаментами, рождественские, пасхальные, предназначенные для дней рождений…

Эльза, наконец, выбрала самые красивые и дорогие, хотя гостей ожидалось всего двое, придёт её младший брат Дэвид с женой, но Дэвид последнее время был в таком стрессе из-за убийства своего шефа Эрика, что Эльза готова была сделать всё, чтобы как-то поддержать его.

– По-моему, ты перестаралась, – послышался у неё за спиной голос её мужа Ричарда. – Для твоего братца сошло бы что-нибудь и попроще. Он всё равно никогда не обращает внимания на интерьер. Или ты думаешь, что теперь, когда он принял после Эрика руководство клиникой, встречать его придётся на более высоком уровне?

– Не говори глупости, Ричард, – поморщилась Эльза. – Дэвид навсегда останется лишь моим младшим братом, только и всего.

– Тем более. Уж не хочешь ли ты сказать, что так постаралась для Бетти? По-моему, ты всегда её недолюбливала.

– Ах, Ричард, зачем ты ищешь во всём какой-то скрытый смысл? Мне просто захотелось, чтобы всё было как надо, а то Бетти потом начнёт выговаривать Дэвиду, что их встречают как бедных родственников. К тому же Дэвид сейчас нуждается в поддержке!

– Дэвид, Дэвид, ты только и говоришь всегда о своём брате, как будто кроме него не существует никого и ничего вокруг.

– Это неправда, Ричард, я просто…

В прихожей послышался звонок.

– Пожалуйста, Ричард, встреть гостей, мне нужно кое-что проверить на кухне.

Из прихожей донеслись голоса. Первым в комнату вошёл Дэвид. Он держал в руках букет хризантем.

– Добрый вечер, Эльза. Это тебе.

Дэвид протянул сестре букет.

– Ах, Дэвид, спасибо, я обожаю хризантемы. – Эльза обняла брата.

– Привет, Эльза, – раздался голос Бетти.

Эльза обернулась к жене брата, изобразив на лице улыбку.

– Здравствуй, Бетти, как дела?

– Прекрасно, – Бетти откинула со лба прядь тёмных волос и попыталась улыбнуться.

Эльза про себя отметила, что Бетти опять сменила причёску и цвет волос, которые ей совершенно не шли. А юбка… Неужели никто никогда не говорил ей, как вульгарно носить такие короткие юбки, тем более если не отличаешься особой стройностью, да и возраст приближается к сорока… И такая женщина стала женой её обожаемого брата! Бедный Дэвид!

Через несколько минут все уселись за стол. Эльза, как могла, старалась изобразить из себя радушную хозяйку, она не могла не заметить, что Дэвид выглядит усталым и озабоченным, а Бетти почти не принимала участия в разговоре, думая о чём-то своем.

Наконец Эльза не выдержала.

– Дэвид, дорогой, мы все в шоке от происшедшего. Представляю, как тебе сейчас нелегко.

Дэвид отложил в сторону вилку.

– Да, я до сих пор не могу в это поверить, Эльза. Мне всё кажется, что это какой-то дурной сон. Наверняка Эрик стал жертвой какого-то сумасшедшего маньяка! Других объяснений у меня нет!

– А что говорит полиция? – спросила Эльза.

– Пока ничего, сомневаюсь, что они вообще когда-нибудь найдут убийцу.

– Ну-ну, Дэвид, не будь так пессимистичен, они, конечно, его найдут, – уверенно произнесла Эльза.

– Когда будут похороны? – спросил Ричард.

– Об этом тоже пока неизвестно, труп находится в отделении судебной медэкспертизы. Кто их знает, когда они всё закончат.

– Бедный Эрик! – вздохнула Эльза. – В школе я дружила с его сестрой Катриной. Мы до сих пор поддерживаем отношения.

– Где она сейчас? – спросил Дэвид.

– Она по-прежнему живёт в Швеции, но уже приехала, ей нужно решить здесь много вещей, она, конечно, же останется на похороны, у них были очень хорошие отношения с Эриком.

– Я думаю, что нам нужно будет пойти на похороны, – сказал Ричард.

– Конечно, мы пойдем, Ричард, мы должны поддержать Катрину, и ты ведь тоже хорошо знал Эрика, вы же учились вместе в гимназии, – сказала Эльза.

– Да, но это было не так долго, и друзьями мы не были, но Эрик мне нравился. Он был очень целеустремлённым парнем, всегда имел только самые высшие оценки.

Бетти, не принимавшая участия в разговоре, не поднимала взгляд от тарелки.

В самый разгар ужина на пороге гостиной послышался какой-то шорох, затем недовольное мяуканье, и перед взорами всех присутствующих появился большой рыжий кот. Он осторожно подошёл к столу, принюхался и требовательно замяукал.

– Ах, Том, дорогой, я совсем про тебя забыла, а ты, верно, проголодался, подожди немного, ты обязательно получишь свой ужин, – сказала коту Эльза.

Гости в удивлении смотрели на кота.

– Это ваш кот? – наконец изумленно спросил Дэвид.

– Ну конечно, Дэвид, это наш кот, – подтвердила Эльза, делая упор на слово «наш».

– Я и не знал, что вы завели кота, – Дэвид всё ещё был удивлён.

– Мы тоже этого не знали, но так сложились обстоятельства. Дело в том, что это кот Эрика, и Катрина хотела отвезти его в приют. Он теперь никому не нужен. Поэтому я решила, что мы могли бы забрать его. Я думаю, Эрик был бы нам благодарен, что мы приютили его кота.

– Разве у Эрика был кот? – ещё больше удивился Дэвид. – Я не припомню, чтобы он хоть раз упоминал об этом.

– Упоминал он об этом или нет, это уже неважно, Дэвид. Кот у нас, – подвела итог Эльза.

– Да, да, вы поступили очень милосердно, Эльза, забрав это прекрасное животное, я помню, что ты с детства обожала кошек. А этот кот очень хорош.

– У Марты есть кот, – подала вдруг голос молчавшая всё это время Бетти.

– У Марты? – переспросил Дэвид. – У нашей секретарши? Но откуда тебе это известно, Бетти? Ты разве с ней знакома?

– А ты не помнишь, я как-то зашла за тобой в клинику и ждала, пока ты освободишься в приёмной. Мы немного поболтали с Мартой. Она показала мне фото своего кота.

– Как Марта отреагировала на убийство Эрика? – спросила Эльза.

– Она полностью разбита, как и все остальные, – вздохнул Дэвид.

– А что, Марта была его любовницей? – спросила Бетти.

– Конечно нет, Бетти, с чего ты взяла? Эрик не из тех, кто заводит шашни с секретаршами.

– А с кем он заводил шашни? – спросила Бетти.

– Мы никогда не говорили о личном, Бетти. Нам было достаточно обсуждать только работу..

– Эрика убил тот, кому это было выгодно, – уверенно сказала Бетти.

– У тебя есть на этот счёт какие-то соображения? – спросил Дэвид.

– Нет.

– Может быть, мы переменим тему разговора? – предложил Ричард. – За ужином хотелось бы поговорить о чём-то более позитивном, чем об убийстве, полиции…

– Вспомнил! – вдруг воскликнул Дэвид. – Как-то раз я видел Эрика выходящим из зоомагазина с пакетом в руках. Вероятно, он купил корм для кота.

– Ну вот, опять, – вздохнул Ричард.

– Почему мы не можем поговорить об Эрике? Он был хороший человек, прекрасный босс…

– Любил котов, – добавила Бетти.

За столом воцарилось молчание.

– После ужина, Дэвид, ты должен посмотреть моё новое приобретение, – нарушил молчание Ричард.

– Что-нибудь особенное? – заинтересовался Дэвид.

– Как всегда, абстракция, но очень свежо. Мы с Эльзой были на вернисаже одного начинающего художника, я думаю, что он далеко пойдёт.

– Картина ужасная, – вмешалась Эльза, – но Ричард не признаёт ничего, кроме абстракции. Представь, он хотел повесить её в спальне, но я категорически не позволила это сделать. Я сказала, что в таком случае ему предстоит выбор: или я, или картина.

– Ну-ну, Эльза, у каждого свой вкус, – заметил Ричард.

– И где же вы её повесили? – спросил Дэвид.

– В моём кабинете, – ответил Ричард.

– А Эрик терпеть не мог абстракцию, я говорил ему, что сейчас это современно, но он и слышать не хотел, чтобы такие картины висели в клинике. Он считал, что разные непонятные закорючки не идут на пользу пациентам. Они должны созерцать что-то более понятное и успокаивающее.

– Он был прав, – согласилась Эльза.

Все опять замолчали.

– Знаешь, Эльза, фазаны просто замечательны, впрочем, как всегда, – похвалил жену Ричард.

– О да, Эльза, присоединяюсь, – согласился Дэвид. – Ты должна записать этот рецепт для Бетти.

Когда всё было съедено, Эльза принялась собирать со стола тарелки. Бетти стала ей помогать.

– Ну, а теперь десерт, – объявила Эльза.

– А на десерт, случайно, не мой любимый торт с маком? – спросил Дэвид.

– Угадал, – улыбнулась Эльза.

– Я же помню, как в детстве ты всё время вертелся возле мамы, когда она пекла этот торт.

– О, Эльза, ты волшебница. Твой торт даже превзошёл мамин! Это действительно так!

– Подлиза, – Эльза шутя погрозила Дэвиду пальцем и прошла в кухню с тарелками.

Бетти пошла за ней и закрыла за собой дверь.

– Эльза, мне бы хотелось с тобой поговорить.

– Конечно, – Эльза была удивлена, она понятия не имела, о чём может пойти речь, за все эти почти десять лет, что Бетти была замужем за её братом, Бетти ещё ни разу не жаждала говорить с ней о чём бы то ни было.

– Я даже не знаю с чего начать, возможно, это всё глупости, но я надеюсь, что ты мне поможешь, Эльза. Мне некому больше это рассказать, потому что это касается…

Бетти замолчала. Выражение лица у неё было очень серьёзное.

– Да, Бетти, ты можешь мне довериться и рассказать всё, что захочешь, я, конечно, постараюсь тебе помочь, – с участием произнесла Эльза.

– Это касается Дэвида, поэтому я и обратилась к тебе, Эльза. Ведь ты так хорошо его знаешь…

– Дэвида? – удивилась Эльза. – А что случилось? Вы поссорились?

– Нет, но… обещай, что ты не расскажешь ему, что я тебе скажу.

– Хорошо, Бетти, обещаю. В чём дело? – Эльза начала волноваться.

Что Бетти собирается поведать ей о её любимом брате?

– В общем, Дэвид был на курсах в Орхусе, когда убили Эрика. Курсы начинались двадцать седьмого октября, а заканчивались двадцать девятого, в четверг. Дэвид решил лететь туда двадцать шестого, вечерним самолётом, чтобы заранее заселиться в гостиницу, переночевать и на следующий день с утра быть на курсах, но… в последний момент он передумал и вместо вечернего самолёта полетел утренним, он улетал очень рано, в шесть двадцать… То есть Дэвид успевал на курсы, но я не понимаю, почему он так поступил. Тем более билет на вечерний самолёт у него уже был куплен заранее!

– Я не совсем поняла, Бетти какое значение имеет то, что Дэвид внезапно решил лететь другим рейсом? Возможно, у него на это имелись какие-то причины. А ты спросила его об этом?

– Конечно, спросила, Эльза! Но это ещё не всё!

– Что же ещё случилось? – Эльза пока не понимала или делала вид, что не понимает, куда клонит Бетти.

– Когда я спросила его, почему он передумал лететь вечерним рейсом, он почему-то очень разозлился и сказал, чтобы я не совалась куда не следует. Это как раз было в вечер убийства Эрика, в понедельник, двадцать шестого. Дэвид сел в машину и уехал, и даже не сказал куда. Домой он вернулся очень поздно, я уже спала, а на следующий день рано утром улетел на курсы.

Эльза во все глаза смотрела на Бетти.

– И ты думаешь, что… Дэвид имеет какое-то отношение к убийству Эрика? – спросила она наконец.

– А что бы ты подумала на моём месте, Эльза? – спросила Бетти. – Я много всего думала за эти дни! Кто мог убить Эрика? Тот, кому это было выгодно, а Дэвид мечтал возглавить клинику. Но он знал, что, пока Эрик, жив это невозможно.