Дождь над холодным морем

– А… это ты, я думала, что почтальон. Почему ты не предупредила, что приедешь? – продолжала Лидия, её голос звучал без всякого выражения, судя по всему, её не очень-то обрадовал визит подруги.

– Ты обещала позвонить и не позвонила, – объяснила с упрёком Ольга. – И я решила приехать лично, узнать, как всё прошло.

Поскольку Лидия молчала и не собиралась, по-видимому, приглашать её зайти, она протянула ей коробку с пирожными.

– Это тебе к чаю.

– Спасибо, но… – начала Лидия.

– Можно мне ненадолго зайти? – прямо спросила Ольга.

– Заходи, раз приехала, – вздохнула Лидия. – Я что-то сегодня неважно себя чувствую.

Лидия зашла в комнату, поставила коробку с пирожными на стол и стала завязывать волосы в хвост.

– Это из-за зуба? – поинтересовалась Ольга. – Он у тебя всё ещё болит? Как всё прошло? Тебе понравилось в клинике? А врач? Как он…

– Ты не женщина, а сборник вопросов. Всё прошло нормально. Я пойду вскипячу воду для чая. Или ты хочешь кофе?

Лидия прошла на кухню и стала возиться с чайником.

– Пожалуйста, не трудись, я пришла просто узнать, как твой зуб, – заверила Ольга.

– Ты это узнала, всё нормально, – повторила Лидия.

– Но ты же сказала, что неважно себя чувствуешь…

– Это, по-видимому, просто стресс. Я ненавижу зубных.

Лидия вынула из шкафа тарелки для пирожных и обернулась к Ольге.

– Какой тебе чай: чёрный, зелёный, мятный… Ещё есть…

– Мне всё равно, – перебила её Ольга.

– Тогда иди в комнату и садись, – велела ей Лидия.

– Может, что-то помочь? – предложила Ольга.

– Нет-нет, всё уже готово, иди.

Ольга прошла в комнату, ругая про себя Лидию. До чего же человек может быть скрытным! Почему она такая? Ну, ничего, возможно ещё не всё потеряно и за чаем ей удастся немного её разговорить. Она села на одно из тёмно-серых кресел, стоящих вокруг небольшого журнального столика. Кроме него и телевизора в комнате почти ничего больше не было, за исключением тёмного комода, стоящего в углу. «Какая скучная комната», – подумала Ольга.

Видно, мужа Лидии не очень-то заботят эстетические чувства. Здесь нет даже картин на стенах или каких-то фотографий в рамочках. Она опять с радостью вспомнила свою большую уютную гостиную, с подобранной в тон светлой мебелью и красивыми пейзажами на стенах, камин, у которого так приятно сидеть в зимние вечера… Попади она в такой дом, как у Лидии, ей было бы неимоверно грустно.

Почти тотчас появилась Лидия с подносом в руках и стала расставлять на столике чайник, чашки, тарелки…

– Чай в пакетиках, это ничего? – спросила Лидия.

– Конечно, конечно, всё хорошо, – заверила её Ольга.

Лидия положила в чашки пакетики чая, разложила по тарелкам пирожные.

– Мне так неудобно, – начала Ольга, – что я приехала вот так без приглашения… Но всё-таки, может, расскажешь, как тебе понравился врач, клиника… Правда, там красиво?

Ольга пыталась угадать, слышала Лидия об убийстве или пока нет.

– Да, в клинике очень красиво, – кивнула Лидия.

Она вдруг с удивлением посмотрела на Ольгу.

– Разве ты там была?

– Да, как-то я делала там новую пломбу.

– Но ты не упоминала об этом, почему?

– Ну что ты, разве не я посоветовала тебе обратиться туда?

– Нет. Я сама нашла эту клинику, так как она находится не слишком далеко отсюда.

Лидия обиженно замолчала.

Некоторое время они молчали.

– Извини, – начала Ольга, – но мне казалось, что я… впрочем, сейчас это неважно.

Лидия молчала.

Ольга почувствовала, что её наполняет злость. Она припёрлась сюда не для того, чтобы сидеть и играть с Лидией в молчанку. Почему бы Лидке не рассказать, как прошёл её визит к зубному? Разве это такой секрет? Может, всё дело в том, что ей есть что скрывать?

– Ладно, Лидка, молчание – золото, но мне пора домой.

Ольга встала.

– Конечно, ты не обязана мне что-то рассказывать, но думаю, что полиция быстро вытрясет из тебя нужные им сведения.

Ольга ляпнула это просто так, не задумываясь, хотя какой-то смысл в её словах всё же был. Ведь Лидия видела Эрика почти перед самым убийством. Но она и представить не могла, какое впечатление произведут её слова на Лидию.

Лидия вдруг страшно побледнела, рука, державшая чашку, дрогнула, и она вынуждена была поставить её на стол. В её глазах застыл такой ужас, что Ольга сама невольно испугалась.

– Полиция? – почти шепотом переспросила Лидия. – Почему? Я ничего такого не сделала…

Она взяла со стола салфетку и начала вытирать разом вспотевшее лицо.

Ольга молчала. Она ждала, что Лидия придёт в себя и сама как-то прояснит ситуацию.

Она не ошиблась. Лидия ещё немного посидела, молча глядя прямо перед собой, и медленно заговорила.

– Я с детства ненавижу зубных, противный звук бормашин до сих пор стоит в моих ушах. Я стараюсь посещать их только в самых крайних случаях. Но вчера у меня просто не было выбора. Такой страшной зубной боли я ещё не испытывала. Я подумала, что, возможно, зуб придётся просто удалить… – Она немного помолчала и взяла со стола чашку. Отпив глоток чая, она продолжила: – Я пришла туда, заполнила анкету и…

Она опять замолчала.

Ольга тоже не проронила ни слова. Она решила ждать. В доме стало очень тихо. Было слышно, как на кухне тикают часы.

– И что дальше? – осторожно переспросила Ольга.

– Что? – не поняла Лидия.

– Что же было дальше? – напомнила Ольга.

– Но это всё, дальше ничего не было, – объяснила Лидия.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла Ольга.

– Я сбежала. Неужели из-за этого меня вызовут в полицию? Почему ты о ней упомянула?

– Сбежала… – тихо повторила Ольга, во все глаза глядя на Лидию.

– Да, возможно, я должна была поставить в известность секретаршу, но она была занята, и…

– А после тебя были ещё пациенты? – спросила Ольга.

– Нет, не думаю, я получила экстренное время в конце рабочего дня, все остальные часы были заняты, так сказала секретарша.

– Во сколько это было? – опять спросила Ольга.

– Где-то около шести. Я пришла намного раньше, но, видно, во время они не укладывались, передо мной была ещё одна пациентка. Но для чего ты всё это спрашиваешь? Неужели тебе действительно интересно, во сколько я пришла, во сколько ушла? Какой в этом смысл?

– О боже мой, Лидка! Так ты действительно ничего не знаешь? Ты не слушала новости? – ахнула Ольга.

– Нет, я не слушала новости! Почему я должна была их слушать? В чём дело, Ольга? Что ты пытаешься мне сказать? – было видно, что Лидия волнуется.

– Эрика вчера вечером убили, – тихо произнесла Ольга. – Так сказали в новостях. Вот поэтому я и упомянула о полиции. Я думаю, что они выйдут на тебя, ты же была там всего за несколько часов до его убийства, к тому же ты сбежала. О господи, Лидия! Почему ты это сделала? Возможно, они сочтут, что это выглядит подозрительно!

– Нет! – вдруг закричала Лидия. – Этого не может быть! Ты всё придумала, чтобы напугать меня, да?

Она вскочила, лицо её исказилось, глаза покраснели, и, едва не упав, она опять опустилась в кресло.

Ольга, не ожидавшая такой реакции, в испуге бросилась на кухню, нашла стакан, наполнила его холодной водой и, вернувшись в комнату, протянула его Лидии.

– Выпей, пожалуйста, Лидия, и не нервничай так.

Лидия схватила стакан и выпила несколько глотков воды. Затем она пристально посмотрела на Ольгу.

– Скажи, что это неправда.

– Лидуся, – мягко начала Ольга, – разве я бы стала шутить такими вещами. Увы, это правда, но я не понимаю, почему ты так… бурно среагировала на это. Ты была знакома с Эриком?

Лидия так затрясла головой, что Ольга опять испугалась.

– Хорошо, но ты-то не имеешь никакого отношения к его убийству! Неужели ты думаешь, что из-за того, что ты в последний момент передумала к нему идти, у тебя возникнут проблемы с полицией? Поэтому тебе надо просто взять себя в руки и не психовать.

Лидия молчала. Её взгляд бесцельно бродил по комнате, она думала о чём-то своем и вряд ли слышала, что говорила ей Ольга.

В комнате опять наступила тишина.

– Кто его убил? – вдруг неожиданно спросила Лидия.

– Откуда же мне знать, – вздохнула Ольга. – Но будем надеяться, что полиция это очень скоро выяснит. Ну, а мне пора. Ещё раз извини, что так спонтанно к тебе заявилась.

Лидия никак не отреагировала на её слова. Она всё так же сидела, не шевелясь.

– Пока, Лидуся, и не нервничай так, всё будет нормально, вот увидишь.

Не дождавшись ответа, Ольга пошла в прихожую.

– Ольга! – вдруг позвала Лидия.

– Да? – Ольга остановилась.

– Нет, ничего…

Ольга опять вернулась в комнату и села на прежнее место.

– Лидия! Я вижу, что тебе есть что рассказать. Так расскажи, и тебе станет легче. Я обещаю, что никому ничего не скажу из того, что ты мне расскажешь.

– Нет, Ольга, мне нечего тебе рассказать, но…

– Но что?

– Ты действительно обещаешь, что никому не расскажешь? Ни полиции, ни своему мужу, никому?

– Клянусь! – Ольга приложила руку к сердцу. – Как мне поклясться, чтобы ты поверила?

– Я тебе верю, но… возможно, это просто ерунда и я зря займу твоё время, хотя я думаю, что в этом есть что-то странное…

Ольга вся обратилась в слух.

– Когда я вышла из клиники, – медленно начала Лидия, – то шторм так разыгрался, что я почти не могла идти. Вокруг царила кромешная тьма, но над дверью горела лампа, и фонари на улице тоже немного помогали ориентироваться, куда идти. Мне нужно было добежать до остановки, я не знала, когда идёт следующий автобус, но на остановке хотя бы есть навес, под которым можно спрятаться от дождя и ветра… Мне нужно было повернуть налево, к остановке, и вдруг я увидела, что с правой стороны, немного поодаль от фонаря, кто-то стоит. Я подумала, что это странно, кому пришло в голову стоять здесь в такую кошмарную погоду.

– Лидка, – ахнула Ольга, – возможно, ты видела убийцу!

– Возможно, но…

– Что? Ты сумела рассмотреть хотя бы немного, кто это был?

– Представь себе, да!

Ольга затаила дыхание.

– Фонарь как раз качнуло ветром, и свет от него упал на этого человека. – Лидия сделала паузу и продолжила: – Это была Валька.

– Валька? – рассеянно переспросила Ольга. – Какая Валька?

– Какая Валька, – передразнила её Лидия. – Ты что, знаешь здесь много Валек?

– Наша Валька? С курсов? – догадалась Ольга.

– Точно, наконец-то до тебя дошло!

– Но… почему? – Ольга наморщила лоб, пытаясь сосредоточиться.

– Как Валька могла очутиться в этот час и в самый разгар шторма возле стоматологической клиники? По-моему, она живёт довольно далеко отсюда. Ты уверена, что это была она? Ведь в такой темноте, наверное, трудно было рассмотреть что-то наверняка.

Ольга никак не могла принять новую информацию.

– Я устала, – сказала Лидия, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза.

– Всё, всё, ухожу, отдыхай.

Лидия проводила её до двери, и они распрощались.

Выйдя на улицу и пройдя несколько шагов, Ольга оглянулась на дом. Ей показалось, что занавеска на окне дома Лидии немного колышется. Лидия наблюдала за ней! В голове у Ольги был полный хаос. Постепенно ей овладевала какая-то неясная тревога. Что-то здесь было не так. Далеко не так.

Когда вызванный из Копенгагена полицейский инспектор Маркус Кристенсен из отдела особо опасных преступлений подъезжал к стоматологической клинике, он с досадой заметил, что перед входом собралась большая толпа журналистов.

– Можно подумать, что журналисты узнают обо всём задолго до полиции, – обратился он к сидящему рядом местному полицейскому Симону Нильсону.

– Мне иногда тоже так кажется, – отозвался его коллега.

Не успели они припарковаться, как к ним сразу же бросились несколько человек с микрофонами.

– Что вы можете сказать об убийстве?

– У полиции есть какие-то подозрения?

– Идёт ли речь также об ограблении?

Вопросы сыпались со всех сторон.

Маркус поднял руку.

– Тише, пожалуйста. В настоящий момент мы не даём никаких комментариев.

– Каким видом оружия он был убит? – выкрикнул стоящий рядом с Маркусом молодой парень.

– Пресс-конференция для журналистов начнётся в пятнадцать часов. До этого попрошу всех разойтись. У полиции пока нет точных сведений.

Маркусу с коллегой, наконец, удалось протиснуться к двери.

За стойкой сидела женщина средних лет, глаза у неё были красные от слёз.

Маркус представился.

– Я очень сожалею о случившемся и понимаю ваши чувства, но расскажите, что здесь произошло?

– Я Марта Ульсен, секретарь, – вздохнула женщина. – Мне рано утром позвонила наша уборщица Изабелла, она, придя на работу, обнаружила Эрика мёртвым. Ещё она сказала, что в клинике нет света, она вызвала полицию и электрика. Электрик сказал, что проводка была перерезана.

– Понятно. Мы поговорим с вами позже, так же как и со всем другим персоналом. Сколько человек работает в клинике?

– Второй зубной врач Дэвид, он сейчас на курсах в Орхусе, клинический ассистент Сюзанна, она на больничном, Изабелла, я и… Эрик.

Секретарша поднесла к глазам бумажную салфетку.

– Дэвиду уже сообщили об убийстве? – спросил Маркус.

– Пока нет, он в настоящее время сидит на курсах, но я попытаюсь ему дозвониться.

– Хорошо. Пока это всё.

Маркус прошёл по коридору в кухню. Патологоанатом склонился над трупом, лежащим у двери в большой луже крови. Здесь же работали техники. Маркус поздоровался со всеми и подошёл к патологоанатому, с которым ему уже доводилось встречаться по работе.

– Что можно сказать по предварительному осмотру? – спросил он.

– Потерпевший скончался от сильного удара в шею каким-то острым предметом, предположительно ножом, где-то между шестью – девятью часами вечера, не позже. Нож пробил артерию, отсюда так много крови. Потерпевший захлебнулся кровью, смерть наступила почти мгновенно, орудие преступления на месте не найдено, вероятно, преступник забрал его с собой. Позже я, конечно, пришлю полное заключение.

– Хорошо.

Маркус подошёл к Симону.

– Организуйте людей для опроса всех соседей, подготовьте сведения о контактах потерпевшего, его личной переписке, звонков, его близких, а также, как всегда, его банковский счёт, завещание, если таковое имеется, всё, что сможет нас заинтересовать. Да, не забудь, что в пятнадцать часов у нас пресс-конференция для журналистов, мы должны к ней подготовиться.

– Всё сделаем, – пообещал Симон.

Перед тем как выйти из кухни, Маркус бросил ещё один взгляд на лежащего на полу человека. Кто же мог сотворить такое и почему? Что за этим стоит? Ответ на этот вопрос ему предстояло выяснить как можно скорее.

Лидия стояла у окна и пыталась хоть что-то рассмотреть в темноте. Она ждала с работы мужа, который обещал сегодня вернуться пораньше, чтобы отвезти её к зубному врачу. Боль в зубе никуда не ушла, но Лидия теперь категорически отказывалась идти к зубному одна.

Темнота за окном, нудно моросящий дождь вперемешку с холодным ветром не способствовали улучшению её настроения. Она была зла на весь мир, а прежде всего на себя. Да, во всём виновата она сама. Что она делает в этой холодной дождливой стране, о которой до этого она ничего почти не знала и никогда не собиралась здесь жить? Но разве у неё был выбор? А теперь уже поздно. И Ольга! Чёрт её принёс в такое неподходящее время с её идиотским любопытством! Возможно, Ольга и заподозрила её в чём-то, но ничего конкретного…

И больше Ольга от неё никогда ничего не узнает! Никогда и ничего!

Внезапно ей послышался какой-то звук за окном. Лидия прислушалась, но всё было тихо. Между тем она была готова поклясться, что слышала какой-то шорох. В саду кто-то был!

Лидия потушила свет, задёрнула занавески и, отодвинувшись в угол, стала прислушиваться. Через несколько секунд звук повторился, но уже ближе к окну, будто треснула ветка у куста.

Лидию обуяла такая паника, что она бросилась на кухню и схватила первый попавшийся под руку нож. В эту минуту на подъездной дорожке к дому она увидела свет от фар. Хлопнула дверца машины, она услышала, как поворачивается в замке ключ. Зажёгся свет. На пороге стоял её муж Клаус.

– Лидия! Что случилось? Почему ты сидишь в темноте? – он с удивлением смотрел на жену. – А это что? – воскликнул он, увидев в её руке нож. – Лидия, что это значит? Зачем тебе нож?

– Клаус! Как я рада, что ты приехал! – Лидия бросилась навстречу мужу. – Я услышала какой-то звук за окном, я готова поклясться, что в саду кто-то был!

– Я уверен, что это соседская кошка, Лидия, а может, какое-то другое животное, я же тебе рассказывал, что здесь иногда появляются косули, лисицы… И поэтому ты схватила нож? – Клаус рассмеялся.

– Клаус, это не смешно, здесь ходят разные маньяки…

– Ах, вот в чём дело, на тебя, наверное, так подействовало убийство этого дантиста. Конечно, это чертовски неприятно! И это в нашем маленьком городке, где почти никогда не случается ничего криминального, кроме незаконных парковок или мелких краж в супермаркетах… Но на твоём месте я бы не стал так опасаться, ты-то какое отношение имеешь к этому убийству? Я думаю, что его укокошил кто-то из пациентов. Тот, кому он, возможно, вытащил не тот зуб.

Клаус опять рассмеялся.

– Клаус! Как ты можешь так шутить! – рассердилась Лидия.

– Но я и не думал шутить! Разве моя теория лишена смысла? Полиции стоило бы поискать убийцу в этом направлении.

Лидия промолчала.

– Ладно, ты готова идти к стоматологу?

– Да, готова.

– И на этот раз без глупостей?

– Да, Клаус, обещаю.

– Тогда едем.

Клаус направился к двери. Лидия оделась и вышла вслед за ним.

Вероятно, Клаус прав. Это была всего лишь соседская кошка. Всего лишь кошка.

На этот раз стоматологическая клиника, куда привез Лидию муж, оказалась самой обычной и очень похожей на те, где ей довелось побывать до своего приезда в Данию. Обычные стулья в приёмной, самый обычный туалет без каких-либо претензий, а на стене большая абстрактная картина с множеством непонятных кругов и закорючек…

Молодая женщина-врач сделала Лидии рентген и объявила, что, к сожалению, зуб уже нельзя спасти. Лидия согласилась на удаление, лишь бы скорей избавиться от этой изматывающей боли.

Когда они с Клаусом ехали домой, он хвалил её за храбрость.

– Вот видишь, всё оказалось не так уж страшно, а ты так себя изводила. Не понимаю, почему ты сбежала в первый раз, тогда сейчас всё уже было бы позади.

Лидия согласно кивала и думала, что у неё далеко не самый худший в мире муж, он любит её, она в этом не сомневалась, возможно, ей стоит рискнуть и рассказать ему всё?

Ну нет, она не может на это пойти, для неё это слишком опасно. Ей остается только молчать. Молчать и ждать, возможно, всё образуется само собой.

Ольге так и не удалось понять, что случилось с Лидией и какое отношение она имеет к убийству Эрика. То, что Лидия каким-то образом причастна к его убийству, она не сомневалась, но в чём заключалась её роль? Ждать от Лидии объяснений она, конечно же, не рассчитывала. На следующий день Лидия не появилась на курсах, а на звонки Ольги не реагировала.

Ольга поняла, что Лидия не хочет с ней говорить, но почему? Ольга никогда не считала себя излишне любопытной, но об убийстве Эрика говорили все вокруг. Его фотографии были на первых полосах всех выходящих газет, все жалели его и строили свои предположения. Ольга тоже постоянно думала об этом, ей довелось быть его пациенткой, и она осталась довольна его работой. Она обсудила эту тему с мужем. Аллан придерживался мнения, что в клинику забрался какой-то наркоман.

– Ведь у стоматологов всегда имеются какие-то препараты, которые наркоманам хотелось бы заполучить, – предположил он.

Возможно, что он прав, но при чём тогда здесь Лидия? И ещё одна вещь волновала Ольгу. Почему Валентина оказалась в такой час и в самый разгар шторма у стоматологической клиники? Возможно, Лидия просто что-то напутала, приняв в темноте за Валентину кого-то другого. Но Лидия была уверена, что это была она. И почему она попросила Ольгу никому об этом не говорить? И если это действительно была Валентина, то что она там делала?

Эрик Расмуссен, 38 лет, холост, профессия стоматолог, владелец собственной клиники.

Весь день Маркус провёл за изучением материалов о его убийстве. Маркус был ровесником убитого, у Эрика была успешная карьера стоматолога, у Маркуса на счету уже было несколько успешно завершённых дел. Эрик был холост, Маркус тоже не был женат, но у него имелась подруга Элин, работающая в полиции техником. Был ли кто-то у Эрика, Маркусу предстояло выяснить. Опрос его коллегами соседей ничего не дал. Все, кто знал Эрика, отзывались о нём как о профессионале, который со всеми держался ровно и дружелюбно. Ничего подозрительного за ним замечено не было, так же как и не было пока найдено кого-то, кто мог бы назваться его врагом.

Пресс-конференция для журналистов прошла намного легче, чем ожидал Маркус. Журналисты узнали об убийстве Эрика намного раньше полиции, в чём была заслуга Изабеллы.

Сделанные ей фотографии появились в газете вместе со статьёй, в которой она на все лады расхваливала своего убитого шефа и призывала полицию от лица всех, кто знал Эрика, и от себя лично как можно скорее найти убийцу. Изабелла была отмечена своими коллегами как оперативный и расторопный журналист, в будущем ей пророчили успешную карьеру.

Следующий день Маркус начал с опроса свидетелей. Самой первой он вызвал секретаря Эрика Марту Ульсен. Маркус занял место за столом, рядом с ним разместился Симон.

Марте было примерно лет сорок, внешность у неё была ничем не примечательна: собранные в небольшой пучок бесцветные волосы, чуть вздёрнутый нос, невыразительные серые глаза, под которыми выделялись тёмные круги. Было видно, что она мало спала последнее время. Одета она была под стать внешности – в мешковатый серый свитер и тёмные брюки. Маркус ободряюще улыбнулся ей.

– Не возражаете, если наш разговор будет записываться?

Марта безразлично пожала плечами.

– Мне всё равно.

– Хорошо, расскажите о своём шефе, что он был за человек, были ли у него враги…

– Эрик был замечательный человек, его любили и пациенты, и персонал. Иногда он мог за что -то отругать, но всё по справедливости. Долго сердиться он не умел.

Увидев, что Марта замолчала, Маркус попытался ей помочь.

– Но у него же, наверное, были и враги, не так ли? Возможно, какие-то конфликты с пациентами, или он кого-то уволил?

– Да, как-то один пациент был очень рассержен из-за того, что у него началось воспаление после удаления, но это не вина Эрика, все пациенты разные, и зубы у всех в разном состоянии. Но этот пациент требовал деньги обратно и грозился написать жалобу. Но всё в конце концов закончилось благополучно, Эрик выписал ему антибиотик, воспаление прошло, и когда он пришёл на контроль, то всё было в порядке.

– Когда это было? – спросил Маркус.

– Примерно года три-четыре назад, – ответила Марта.

– Хорошо, пришлете мне данные этого пациента. А вы сами? Как давно вы работаете в клинике?

– Эрик открыл клинику десять лет назад, но сначала у него была другая секретарша. Она работала у него где-то около года, но он её уволил и разместил объявление в газете о поиске нового секретаря. Я пришла на собеседование, и после этого он взял меня.

– Вот как, почему же он уволил первую секретаршу?

– Она была чересчур красива и начала флиртовать с пациентами. Эрику это не понравилось. Он говорил, что секретарь должен быть в меру обходительным, а не слишком, как это делала Сильвия. К тому же она часто опаздывала, делала свою работу спустя рукава.

– Выходит, что она тоже могла затаить обиду на Эрика? – спросил Маркус.

– Мне ничего больше неизвестно, – ответила Марта.

– Хорошо, мы побеседуем с ней. А как насчёт личной жизни вашего шефа? У него кто-нибудь был?

– Я не знаю.

Марта слегка покраснела и опустила глаза. Маркус понял, что она была безответно влюблена в своего шефа.

– Теперь давайте вспомним день убийства. Вы заметили что-нибудь необычное в этот день? Как вел себя ваш шеф? Возможно, он был чем-то озабочен, напуган?

– Нет, всё было как всегда. Эрик всегда был в хорошем настроении, даже если что-то у него было не так, он никогда этого не показывал. Он всегда думал о пациентах. Пациентам важно видеть, что у врача хорошее настроение, тогда они меньше волнуются.

Глаза Марты наполнились слезами. Маркус предупредительно протянул ей пачку бумажных салфеток. Марта поблагодарила его, вынула одну салфетку и приложила к глазам.

– Ладно, значит, ничего необычного в этот день не случилось?

– Нет, хотя… Я не знаю, это, наверное, ерунда.

– Да?

– Утром позвонила пациентка и пожаловалась на сильную боль в зубе. Она, по всей вероятности, была иностранка, так как говорила с сильным акцентом. Мы никогда не отказываем пациентам с болью, даже если у нас всё занято. Эрик принимает их в конце рабочего дня. Так вот, она появилась у нас в назначенное время, но Эрик в этот день задержался с другими пациентами, и, когда вышел, чтобы её пригласить, она исчезла.