Дневник Эвана. Создатель

Планета обладает единым массивным континентом, омываемым солёными океанами, непригодными для моего организма. Рельеф дна разнообразен. На материке присутствуют многочисленные пресноводные водоёмы, обеспечивающие развитие разнообразной флоры. Для долговременного пребывания следует выбрать равнинную местность у озера, желательно со скальным уступом, создающим естественное укрытие. Наличие устойчивой растительности указывает на стабильность микроклимата.

Обнаружена природная матрица, преобразующая энергию разумной жизни, но её структура ещё не сформирована. Эволюция информационного поля займёт не одно тысячелетие.

Планета молода – можно сказать, новорождённый разумный организм этой звёздной системы. Однако её параметры позволяют мне существовать без дополнительной поддержки систем. Жизненный потенциал неограничен, запасы химических элементов богаты. Как генному инженеру, мне будет под силу создать условия для выживания, особенно с учётом моей подготовки.

Радиационный фон: постепенно снижается, резких скачков не прогнозируется. Угроза мутаций в ближайшее время минимальна.

Повышенный радиационный уровень способствовал развитию гигантской флоры и фауны. Защищённое укрытие – необходимость: мой организм не приспособлен к противостоянию местным хищникам. На создание постоянного защитного купола потребуется время.

Разумная жизнь отсутствует. Общаться мне будет не с кем, разве что попытаться приручить кого-то из местных существ, рискуя стать их добычей.

Согласно анализу, жизненный цикл на этой планете может превысить норму в несколько раз. Вероятность успешной адаптации – 73%. Высокий показатель, о котором можно было только мечтать… если забыть о монстрах и вечном одиночестве.

* * *

Я ни на секунду не сомневался в выборе. Корабль мог следовать и дальше к заданной цели, но уже с мёртвым капитаном. Поэтому после моего согласия и выбора координат точки приземления корабль стал подготавливаться к аварийной посадке.

На мой взгляд, я подобрал идеальное место. Оно находится почти посредине материка, чуть ближе к экватору. Это берег небольшого голубого озера, с одной стороны которого находится отвесная скала со спадающим в озеро водопадом. Шум водопада послужит отличной защитой от внешних звуковых раздражителей. Так как мой диапазон звуковых частот очень широк, потому что интеллект нашего поколения считается совершенным, то есть моя энергетическая сущность полностью сформировавшаяся как индивид.

Озеро находится как бы в низине, окружённой со всех сторон скалистым рельефом, служащим преградой для крупных хищников. Вершины скал густо заселены сине-зелёной растительностью. Водопад позволит мне вырабатывать энергию, необходимую для жизни с комфортом. Песчаный берег вокруг другой половины озера более рационален, чем зелень или камни. По крайней мере, мне будет видна местность вблизи моего пристанища. В одной из скал придётся сделать углубление, которое заменит мне дом. Из всех предложенных системой мест это, на мой взгляд, самое удачное, оно позволит мне спокойно жить до создания постоянного защитного купола.

Ход моих мыслей прервал звук трансформации корабля. Для каждой планеты существует своя идеальная форма преодоления притяжения. Для данной планеты больше подходит диск. Такая форма позволяет планировать в воздушных потоках. Ну вот! Скоро я сделаю свои первые шаги на планете, которая надолго станет моим домом.

***

Дневник Эвана. Первый день на загадочной планете

Посадка прошла успешно, как и должно было быть. Я еле выдержал три часа (условно) адаптационного периода.

Наконец-то двери стали приоткрываться, постепенно смешивая воздух планеты с воздухом корабля. Я почувствовал уникальный аромат свежести. Постепенно закружилась голова. Через час (условно), если аппарат кресла регенерации установит полную безопасность для моей жизни, а сканер не обнаружит опасности внутри временного силового поля, я смогу выйти из корабля и осмотреться.

Силовое поле настраивается таким образом, чтобы выпускать и впускать внутрь поля только фиксированные объекты органики, исключая риск для моей жизни и не взаимодействуя с климатическими изменениями в среде.

Аппарат закончил проверку с положительным результатом, и я стал готовиться к выходу на поверхность. Хотя защитный костюм стесняет движения, он необходим для защиты от непредвиденных ситуаций, ведь полное обеспечение безопасности техническое оснащение моего корабля не гарантирует. Пока на поверхности планеты светит дневное солнце, я решил, не теряя времени, распаковать оборудование, достав его из грузового отсека, а ближе к вечеру что-то из него уже можно будет задействовать. Выйдя из корабля, я долго стоял, разглядывая местный пейзаж и с восторгом прислушиваясь к красивым звукам девственной природы. Мне было приятно ощущать под ногами каменистую почву. Тонированное стекло моего шлема позволяло смотреть на местность без напряжения глаз, поглощая вредные излучения. Но, тем не менее, оно мешало увидеть натуральный цвет приозёрной растительности и оттенки водной глади. Хотя, даже так, я не мог налюбоваться этим чудом.

Большую часть технического оснащения требовалось собрать, поэтому оборудование предстояло перевезти к месту будущего лагеря.

Запустив запрограммированных роботов-разведчиков для изучения поверхности внутри защитного поля, я приступил к восстановлению ЭМА.

ЭМА – электромагнитный аппарат, принцип действия которого основан на поле, создаваемом под его днищем. Высота подъёма над поверхностью регулируется изменением параметров этого поля. Движение машины точно повторяет рельеф, сглаживая неровности. Её преимущества – полная бесшумность, высокая скорость, способность перемещаться над водой, а при соответствующей трансформации – и под водой. Сканер предупреждает о резких перепадах ландшафта и блокирует движение в опасных зонах, поскольку высота подъёма ограничена. На крыше расположены генератор солнечной энергии, многофункциональная портативная пушка, а также лёгкий, но мощный накопитель-преобразователь, обеспечивающий длительную работу двигателя в ночном режиме.

Я описываю это, чтобы читающий мой дневник мог оценить уровень моей технической оснащённости. С сегодняшнего дня я начинаю нумеровать записи по дням этой планеты.

Ландшафт и растительность этой планеты удивительно напоминают планету Зем, находившуюся в соседней с моей родной солнечной системе. К сожалению, Зем погибла от метеоритного дождя задолго до моего рождения, но мы изучали её по учебной программе. По описаниям и архивным записям я запомнил её хорошо – меня всегда притягивала таинственность древних миров. Они очень похожи. Жителям Зем пришлось эвакуироваться на ближайшие пригодные планеты и приспосабливаться к жизни на них. Мутация изменила их облик, но не затронула характер и жизнелюбие. Для них было бы счастьем оказаться здесь. Но, увы, пока я здесь один.

Пока я возился с ЭМА, вернулись роботы-разведчики. Загрузив собранные материалы в анализатор контроллера, я принялся планировать работу на ближайшее время.

Необходимо создать капсулу для космического буя-спутника. Он послужит не только маяком, оповещающим о моём присутствии на планете, но и обеспечит возможность телепортации, что позволит изучать разные регионы. Программа для буя уже есть в контроллере, но из-за плотных слоёв атмосферы потребуется защитная капсула, чтобы не повредить программное обеспечение и энергонакопитель. Для этого нужно найти подходящий материал на планете – в пределах моего защитного поля его вряд ли окажется. Придётся заняться поисками, используя роботов-разведчиков. Это займёт больше времени, но безопаснее. Можно было бы задействовать сканер корабля, но я не уверен, совместимо ли создание постоянного защитного купола с энергетическими системами судна.

Также нужно построить природный генератор, используя энергию водопада, обустроить жилище, развернуть лабораторию и обеспечить себя питанием. Для этого предстоит собрать гербарий местной флоры и поохотиться на местную фауну, переведя оружие в режим парализатора.

Перебирая чертежи и инструкции, я не заметил, как наступил вечер. Результаты анализа превзошли ожидания: почва стабильна, радиационный фон снизился до приемлемого уровня, а вода из озера оказалась пригодной для очистки. Поскольку солнечная активность спала и уже не представляла угрозы для моей кожи, я сменил громоздкий защитный костюм на лёгкий комбинезон и решил немедленно приступить к строительству укрытия.

В академии нас готовили к выживанию в экстремальных условиях, но теория и виртуальные симуляции – не то же самое, что реальность. Хотя для этого проекта отбирали лучших, и я уверен, что справлюсь.

Проверив заряд накопителя и опробовав управление ЭМА, я подобрался к скалам в поисках подходящего места. Выбрав участок с плотной породой, я начал резать камень лазерным модулем, аккуратно складывая крупные плиты для будущих опор, а мелкие обломки сбрасывал в озеро, чтобы не загромождать пространство.

Перемещать тяжёлые блоки мне помогала сила, которую мы развивали в академии, – концентрация сознания на торсионно-хрональном излучении мозговых импульсов. Проще говоря, телекинез. Любой организм генерирует энергию, а управление предметами на расстоянии – это всего лишь направленное воздействие на их энергетический каркас. Захватываешь объект полем, ощущаешь его сопротивление – и ведёшь, куда нужно.

Когда небесная темнота начала разбавляться первым светом, я, уставший и почти без сил, вернулся на корабль. Тело горело от напряжения, но в голове звучало тихое, упрямое удовлетворение: первый шаг сделан. Озеро внизу медленно серело в предрассветной дымке, а водопад шумел всё так же ровно, будто эта планета и не заметила, что у неё появился жилец.

* * *

Эдуард Владимирович поднял руку, давая знак остановиться.

– Думаю, пищи для размышлений и так предостаточно. Прошу заметить: данный артефакт имеет возраст более десяти тысяч лет – задолго до возникновения египетской и шумерской культур. Ну, что скажете, дорогие коллеги? Докопались до истоков? – Он окинул взглядом зал, ожидая реакции. – Только давайте по одному.

Ответа не последовало. Зал застыл в оцепенении. Лишь после того, как Сергей, не выдержав тишины, спросил: «А что тут неясного?» – атмосфера взорвалась.

– Молодой человек, а вы собственно кто? – резко повернулся к нему худой пожилой учёный с седыми волосами, торчащими во все стороны, словно его только что ударило током. Его острый, колючий взгляд сверлил Сергея. – Сергей, – неуверенно ответил тот, понимая, что этого явно недостаточно.

– Вы отдаёте себе отчёт в том, что здесь только что произошло?! – сухие узкие губы старика искривились в язвительной, бесцветной ухмылке.

– Не надо искать козла отпущения! – резко вступил Дэн, перехватывая инициативу. Он отлично знал этого оппонента и не сомневался, чем может закончиться его давление. Мерзкий старик был из старой закалки – разрушал новое на корню, не задумываясь о последствиях, а с молодыми и вовсе не церемонился.

Текст, который читал Сергей, был перед этим тщательно отобран профессором и Дэном, поэтому вопрос мог состоять только в одном направлении: было или не было? Правильно ли переведён текст, ну и что делать дальше? Однако они не ожидали такого давления на Сергея. Придётся задать нужное направление, чтобы обсуждение не перешло в никчёмный базар?

– Давайте лучше обсудим дневник. Если у кого-то есть вопросы к нашему молодому специалисту, то его данные находятся у вас на столе. Я думаю, он имеет право высказывать своё мнение наравне с вами, – Эдуард Владимирович поддерживающе кивнул Сергею.

Старик недовольно пожевал губу и опустил взгляд на монитор компьютера. Казалось, его больше интересовал не факт зарождения цивилизации, а что-то иное.

Обсуждение затянулось на несколько часов. Высказывались различные гипотезы – от самых невероятных до обыкновенно простых.

В возрасте дневника никто не сомневался. Это было известно и ранее. Долгое время обсуждался единый материк, названный Пангеей, но, заблудившись в версиях его раскола, остановились, перейдя к другим обсуждениям. К одному выводу всё-таки пришли: необходимо пока не распространяться об этом открытии. Общество не готово к такого рода знаниям, основанным на переводе набора символов спорного происхождения. Особенно пострадает церковь, незаслуженно, потому что именно она донесла до современного общества крупицы видения прошлого. Хотя она имела на данный момент довольно обширные взгляды и убеждения.

– Да и информации ещё слишком мало. Нужно сначала всё досконально выяснить, сопоставить все факты, исследовать местность, и только потом решать, как быть с этим открытием, – произнёс кто-то из присутствующих, завершая дискуссию.

Сергей больше не высказывался. Он молча наблюдал за происходящим, даже не пытаясь привлечь к себе внимание. Его лицо оставалось невозмутимым – ни единой лишней эмоции, чтобы не вызвать нового всплеска интереса к своей персоне.