Берегу укус вампира

Сдерживая порыв, Рена резко отвернулась от девушки, та бросила на неё подозрительный взгляд и поинтересовалась, всё ли нормально.

Незнакомка лишь пыталась завязать разговор, но Рена ответила на её заботу откровенной грубостью.

- Подростки, - с лёгкой улыбкой пробормотала девушка и снова углубилась в чтение журнала.

***

Доктор жестом пригласил Лидьяну сесть напротив, а сам напряженно поджав губы, отошёл налить два стакана воды. Один поставил перед Лидьяной, а сам, сделав глоток из своего, вернулся за рабочий стол.

- Кхм.. - задумчиво кашлянул он, раскрывая медицинскую карту, и для верности перечитал заключение ещё раз, словно пытаясь перепроверить самого себя.

- Простите... - прервала тишину Лидьяна. Она скользнула взглядом по бейджу, чтоб прочитать как зовут врача и продолжила: - Борис Николаевич, я надеюсь, результаты не такие уж и плохие?

Доктор взглянул на неё, затем снова в бумаги. Повисла тяжелая пауза. Наконец он поднял глаза и обреченно вздохнул:

- С чего же начать... - еще один глоток воды, чтобы смочить пересохшее горло. - Главное сейчас — не паниковать.

- О, нет... - вырвалось у Лидьяны. Она схватилась руками за голову и опустила взгляд. Однако, осознав последнюю фразу доктора, попыталась прогнать подступающий страх и взять себя в руки.

- Сделайте глоток, - мягко скомандовал врач, подталкивая к ней стакан. - Всё, что я сейчас скажу, воспримите, пожалуйста, максимально серьезно. Не паникуйте. Мы справимся с этим вместе, но ваш настрой сейчас решает всё.

Доктор перевел взгляд на стол и взял шариковую ручку. Пальцы едва заметно дрожали, и, чтобы скрыть это, он принялся крутить её в руках. Лидьяну заметно трясло, и доктор, заметив это, попытался вернуть себе профессиональное хладнокровие, чтобы её успокоить.

- Результаты анализов вашей дочери… они из разряда фантастики, - произнёс врач и сделал небольшую паузу, чтобы дальше сформулировать ответ.

Лидьяна удивлённо вскинула на него глаза. Доктор кашлянул и продолжил:

- Я бы назвал их противоестественными, - хмуро уточнил он. — Кхм… Впрочем, консилиум наших врачей уже сталкивался с подобным делом. И мы, кажется, понимаем, с чем имеем дело.

- Значит, всё в порядке? - с надеждой перебила его Лидьяна.

Врач резко насупился, его тон мгновенно похолодел:

- Попрошу меня не перебивать, - строго осадил он её. - Слушайте молча и очень внимательно. Поверьте, мне тоже нелегко сообщать вам такие вещи, поймите меня правильно.

- Да, конечно, извините… - Лидьяна виновато опустила глаза, но страх оказался сильнее запретов. Едва доктор замолчал, чтобы перевести дух, она тихо добавила: - Но и вы поймите меня, Борис Николаевич! Речь о моем ребенке. Я понятия не имею, что с ней происходит. Сначала этот внезапный обморок в гараже, а теперь она отказывается от еды и вспыхивает по любому поводу. Она стала какой-то чужой, агрессивной. Я безумно за неё боюсь.

— Вот поэтому я и прошу вас молча дослушать, — жестко оборвал её доктор.

Он стал монотонно постукивать ручкой по столу, затем снова принялся задумчиво крутить её в пальцах, едва взглянув на инструмент. Откровения Лидьяны не вызвали у него ни малейшего удивления — всё, что она рассказала, было для него давно пройденным этапом.

- Я знаю обо всех этих симптомах… - выговорил он.

Врач продолжил говорить с расстановкой, делая долгие паузы, шумно вдыхая воздух и на самых важных словах резко вскидывал глаза, проверяя, улавливает ли женщина суть.

Лидьяна окончательно притихла. Она поняла: сейчас нужно просто молчать и впитывать каждое слово. Сейчас врач полностью подчинил себе пространство кабинета, и в этой тишине решалась судьба её дочери.

- Признаться, сегодня я задержал прием и заставил вас понервничать в коридоре исключительно из-за карты вашей дочери, - он снова застучал ручкой по столу и поднял на Лидьяну тяжелый взгляд. - Лаборанты до сих пор не могут прийти в себя. Мы слишком долго считали это мифами. То, о чем медицинское сообщество предпочло забыть, вычеркнув из учебников как бред, оказалось снова правдой. Существа из темного мира снова здесь.

Лидьяна молча смотрела на него, отказываясь понимать смысл услышанного бреда. Слова доктора казались набором бессмысленных звуков.

— Не буду ходить вокруг да около, — доктор подался вперед. — Ваша дочь представляет опасность.

В глазах Лидьяны потемнело. Она рывком поднялась с места, едва не опрокинув стул.

- Думайте, что говорите! - вскрикнула она.

Однако врач лишь спокойно жестом попросил её сесть на место. Он тихо повторил, что прекрасно понимает её чувства и готов во всём разобраться, но её главная задача сейчас - просто дослушать до конца. Переполняемая гневом и обидой, Лидьяна опустилась на стул. Внутри всё кипело от возмущения, но леденящий страх за Рену заставил её замолчать и приготовиться к худшем.

- Вы ведь знаете о череде загадочных смертей в нашем округе? - доктор поставил локти на стол и устало потер лицо ладонями. Когда он поднял глаза, в них не осталось ни капли сочувствия: - Скорее всего, вы не обращали внимания на эти новости. Раньше вас это вряд ли интересовало. Но сегодня чужая трагедия постучала в вашу дверь. И теперь это не только ваша личная беда. Это угроза для всех жителей. Ваша дочь стала существом, которого люди боятся больше всего на свете. Потому что она превратилась в нечто, способное разорвать человека на части.

-О ком вы говорите?! Какой еще бред вы несете ? Вы сейчас о Рене говорите? - закричала Лидьяна. Изнутри её душил гнев; пальцы побелели, сжав ручки сумки до боли.

- Люди называют их по-разному: вурдалаки, вампиры, упыри, кровососы, демоны. Названия не имеют значения, - врач говорил каждое слово, сканируя лицо Лидьяны холодным взглядом. - Важна лишь их суть: они хищники. И наш город сталкивается с ними годами. Официально всё подчищается и опровергается, ведь широкой публике ни к чему знать о существовании нечисти. Нам везло - до сих пор вспышки были редкими. Но от этого они не стали менее разрушительными. В ваш дом пришла беда, Лидьяна, и вы обязаны смотреть фактам в лицо. Ваша дочь стала одной из них, она — вампир. И прямо сейчас наши ликвидаторы готовят операцию. Мы обязаны тихо изолировать её, чтобы не допустить паники и новых жертв.

Озвучив страшный диагноз, врач сделал ещё глоток и перевел взгляд на Лидьяну. Женщина сидела бледная как полотно. Доктор жестом попросил её выпить немного воды, и на этот раз она не стала противиться. Сделав глоток, она едва слышно выдавила:

- Их не существует... -прошептала она, но в следующую секунду резко вскочила, опрокинув стул, и сорвалась на крик: - Вы всё врете! Слышите?! Я вам не верю! Моя дочь не может быть…

Договорить она не смогла — на глаза проступили слёзы. Сознание бунтовало, хрупкий привычный мир рушился, а в груди разрасталась глухая паника от несправедливости происходящего.

- Двадцать лет назад, когда я сам столкнулся с этим, моя реакция была точно такой же, - тихо произнес врач, поднимаясь с места. Он упёрся руками в стол и подался вперед. - Я знаю вашу боль, Лидьяна. У меня тоже погиб сын из-за этого. Поверьте мне, я прекрасно вас понимаю. Но правила жестоки: мы обязаны забрать вашу дочь.

- Нет! - воскликнула Лидьяна.

Она резко развернулась и кинулась к двери, мечтая только об одном - оказаться как можно дальше от этого страшного кабинета.

Но слова врача, брошенные в спину, заставили её замереть у самой двери:

- Лидьяна, главное не показывайте ей свою слабость. И ни в коем случае не подавайте виду, что вы обо всём знаете. Запомните: внешность обманчива. Она уже не ваша дочь.

Лидьяна судорожно смахнула слезы и выскочила в коридор. Заметив расстроенную мать, Рена тут же поднялась с места.

- Мам, всё в порядке? - робко спросила она, не решаясь подойти ближе.

Лидьяна смотрела на свою дочь и понимала только одно: вот, стоит испуганная, любящая, до боли знакомая её родная дочь, которая беспокоится. Она ни капли не изменилась. В ней не было ничего чужого. Почему врач наговорил этот жуткий бред? За что этот кошмар обрушился именно на их семью?

Лидьяна несколько долгих минут не могла сдвинуться с места. Наконец, собирая волю в кулак, она натянула улыбку и отрицательно покачала головой, безмолвно уверяя, что всё хорошо. Но Рена сразу поняла: мать что-то скрывает, за этой улыбкой явно скрывается катастрофа. Жестом подзывая к себе Рену, Лидьяна стремительно направилась к выходу. Рена бросила журнал на журнальный столик и обернулась, поймав на себе взгляд незнакомки, которая проводила их долгим, понимающим взглядом.

- Прощайте. Надеюсь, больше не увидимся, - резко бросила ей Рена, задерживая взгляд на её гладкой, безупречной шее. Девушка лишь удивленно вскинула брови и промолчала, проводив их странной улыбкой.

Обратная дорога домой прошла в полном молчании. Мать и дочь были погружены в собственные невеселые мысли. Каждый думал о своём и каждый из них боялся не то что заговорить, а даже просто посмотреть друг на друга, страшась признаться в том, что скрывалось у них на душе.

Глава 10

Горькая правда

Вечер в доме был напряженный, Рена целый день просидела в своей комнате, а Макс был с родителями. Все уже ложились спать, когда она решила выйти и снова попробовать залить свой голод водой. Спальня родителей располагалась на первом этаже, у самой лестницы — как раз там, где холл разветвлялся в сторону кухни и гостиной.

Рена тихонько спустилась вниз и, остановившись у лестницы, услышала разговор родителей. Она подошла поближе спальне и немного приоткрыла дверь.

—Перестань паниковать, может, уже объяснишь, что он тебе сказал? — Артур стоял спиной к выходу, и удерживая Лидьяну за плечи, пытаясь заставить её взять себя в руки.

— Я не верю тому, что он наговорил, — плакала Лидьяна. — В подобное нормальный человек никогда не поверит. Мы ведь не сошли с ума! Не надо делать из нас посмешище…

— Лидьяна, я бессилен, пока ничего не знаю, — Артур бережно приподнял её подбородок, ловя её отчаянный взгляд и тщетно пытаясь осознать пугающий вердикт доктора. — Просто расскажи мне всё как есть..

— Их не существует, — Лидьяна заплакала с новой силой, содрогаясь от нахлынувшего отчаяния. — Почему это случилось именно с нами?

Артур шумно выдохнул, теряя терпение и уже начиная злиться. Поняв, что супруг на пределе, Лидьяна отчаянно набрала в легкие воздуха и попыталась взять себя в руки.

— Помнишь те криминальные сводки по нашему району? Те, про которые ты вычитывал мне из газет и видел по новостям? Самое страшное, что теперь мне известна разгадка… но я не верю. Он сказал, что.. он сказал, что наша Рена теперь… аномалия. Она больше не человек… она существо. И она смертельно опасна, — Лидьяна посмотрела на Артура заплаканными глазами и полным ужаса шёпотом выдавила: — Она вампир.

Лидьяна разрыдалась ещё сильнее и отчаянно прижалась к мужу. Рена за дверью уловила каждое слово, даже этот тихий шёпот. От ужаса перехватило дыхание, а глаза округлились: привычный мир рухнул от одного страшного слова. Сорвавшись с места, она бросилась обратно к себе, напрочь забыв о жажде.

— Что это было? Нас кто-то услышал? — испуганно переспросила Лидьяна.

Артур отошел от жены, открыл дверь и внимательно осмотрел проход, взглянул в сторону гостиной и кухни.

— С такой скоростью никто не смог бы скрыться, в коридоре пусто. Тебе показалось, — Артур подошел ближе к жене. — С чего ты вообще взяла, что под дверью кто-то был?

— Там точно кто-то пробежал, — шёпотом произнесла Лидьяна, боясь, что Рена могла их услышать.

— Тебе уже мерещится, ты переутомилась. Мы со всем справимся, поверь мне, — Артур прижал к себе жену, пытаясь унять эту нервную дрожь.

***

Рена забежала к себе в комнату, и сразу же открыла окно и забралась на подоконник. Из открытого проёма в лицо пахнуло прохладой ночного воздуха.

— Сергей, ну где же ты.. — по её щекам покатились слёзы. Она посмотрела в ночную темноту и прошептала: — Прощайте, мои родные. Ради вашего блага я должна навсегда уйти.

Что именно двигало ею в эту минуту, она и сама не смогла бы толком объяснить. С одной стороны, ею руководило желание защитить близких — она отчаянно хотела, чтобы её помнили как любящую дочь, а не как безжалостное чудовище. Но с другой — внутри разгоралось пугающее стремление снова увидеть Сергея, и побег казался идеальной возможностью. Вот только она понятия не имела, где он находится.

За дверью раздались шаги. Поняв, что скрыться не успеет, Рена быстро спрыгнула на пол, легла в постель и закрыла глаза. Она до смерти боялась, что родители поймут, что она всё слышала. Дверь осторожно подалась внутрь. Артур вошёл в спальню и приблизился к кровати дочери. Склонившись, он нежно поцеловал её в лоб, заботливо поправил одеяло и лишь в этот момент почувствовал сквозняк. Оглянувшись, он тут же заметил открытое окно.

— Тебе еще и жарко… — тихо пробормотал он, шагнул вперед и плотно закрыл окно.

Артур посмотрел на дочь, всё еще не веря словам врача. Заметив на полу белого медвежонка, он тепло улыбнулся. Подняв игрушку, он положил её рядом с ней, вспоминая то недалёкое время, когда Рена была обычной маленькой ребёнком, не знающей бед.

Постояв над ней ещё немного, он вышел, но намеренно оставил дверь приоткрытой, чтобы слышать, что происходит в спальне. Когда на этаже всё затихло, Рена села в постели и стала смотреть в окно, в котором ярко светили луна и звезды. Она тихо заплакала и шепотом произнесла:

— Сергей, если бы ты только был здесь… — её голос едва слышно прошелестел в темноте.

Ей отчаянно хотелось увидеть его, расспросить обо всём - что происходит, и узнать, кто он такой. Именнов этот миг пришло пугающее осознание: она ведь совершенно ничего о нём не знает. И всё же её неодолимо тянуло к нему. Дикая одержимость накрыла её с головой ещё в тот миг, когда он коснулся её губ в гараже. Ради него Рена была готова отречься от всего и сбежать куда угодно. Его нечеловеческая красота и обманчиво-мягкие жесты завораживали. Мысль потерять Сергея казалась невыносимой; она свято верила, что он должен принадлежать только ей. Это судьба, всё это не случайно, хоть они и виделись всего пару раз. Сидя на кровати, Рена представляла их встречу и прокручивала в голове грядущий разговор, пока наконец не уснула — вся в слезах и сладких грёзах о Сергее.

Глава 11

Смерть вампира

Яркое солнце настойчиво заливало комнату сквозь окно, поэтому Рена поспешила спрятаться под одеяло. В комнату зашла Лидьяна и резко раздвинула шторы, впуская внутрь яркие лучи. Рена недовольно зашевелилась. Мать посмотрела на дочь и спросила:

- Мы едем на рыбалку, ты с нами?

— Нет, поезжайте без меня, я ещё посплю, , — ворочаясь, ответила Рена — Мам, не открывай шторы, пожалуйста.

— В принципе, я так и думала. Ты вечно с нами никуда не ездишь, кроме этой дачи, — Лидьяна послушно задёрнула занавески и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Рена выглянула из-под одеяла, свернулась калачиком и снова погрузилась в тяжёлый сон. На этот раз её сон был таким крепким, что она даже не слышала, как уехали родители и Макс.

Ближе к полудню небо заволокло тяжёлыми тучами, и в комнатах мгновенно сгустился сумрак. Рена резко открыла глаза, разбуженная глухим, тяжёлым топотом на первом этаже. Кто-то уверенно поднимался по лестнице наверх. Не двигаясь, девочка отрешённо уставилась в стену.

— Что это? — растерянно прошептала она.

Рена резко развернулась. В её лицо ударил жар удушливого дыхания — прямо над ней навис огромный лохматый монстр. Однако паники не было: тело прошила странная, холодная уверенность, и она рывком вскочила с постели. Оглядевшись в полумраке, она поняла, что заперта в ловушке. Комнату плотным кольцом окружили кошмарные создания, напоминавшие антропоморфных волков. Монстры скалились, возвышаясь на задних конечностях, а их свирепое рычание, казалось, заполняло всё пространство вокруг. Острые грязные когти и длинные клыки существ угрожающе поблёскивали, из приоткрытых пастей тянулись нити слюны, а жёлтые глаза горели диким, голодным огнём. Было ясно только одно: договориться с ними не получится. Эти звери вышли на охоту, и человека в ней они больше не видели.

Пока она оглядывалась, один из монстров мёртвой хваткой вцепился ей в запястье. Рена рванулась всем корпусом, надеясь освободиться, но в этот же миг второй зверь налетел со спины и схватил её за голову. Их острые когти безжалостно впились в тело, глубоко царапая кожу. Рена с ужасом осознала, что вырваться не сможет и что скорее всего она сейчас погибнет. Но в самую последнюю секунду из темноты коридора бесшумной тенью вырос Сергей. Завидев его, она облегченно улыбнулась и прошептала:

— Он не бросил меня…

Сергей смело бросился на монстров, отшвыривая их от неё. Он вонзал клыки прямо в шеи существ, разрывая их шкуру. Волки с оглушительным воем валились на пол. Едва освободившись, Рена хотела помочь Сергею, но тот заметил её движение и резко скомандовал:

- Спрячься!

Рена рванулась к шкафу, но другой монстр наотмашь ударил её в живот, заставив согнуться от острой боли. Зверь вцепился в её руку, пытаясь заломить за спину, однако на чистых инстинктах самосохранения, умудрилась перевернуться и оказалась близко к мебели. Оказавшись у цели, она мгновенно юркнула внутрь и захлопнула дверцы. В комнате стоял яростный вой, топот и скрежет когтей.

— Что происходит? — спросила себя Рена.

Когда снаружи наконец всё стихло, она осторожно выбралась из своего укрытия и осмотрелась. На удивление, комната пострадала не сильно: несколько перевёрнутых вещей и царапины на полу легко можно было замаскировать.

— Узнав, что тебе отправили этих псов, я сразу же постарался прийти, — произнес Сергей и впервые за всё время тепло улыбнулся Рене.

Статный, бесстрашный, он казался несокрушимым защитником на пороге её спальни. Сердце Рены затопила нежность, она сделала шаг навстречу, но радость мгновенно сменилась леденящим ужасом: из темноты коридора прямо на юношу нацелился уцелевший зверь.

— Сзади! — только успела крикнуть она.

Сергей среагировал мгновенно. Жёстким ударом он вышвырнул зверя в коридор, к самой лестнице, и на ходу вонзил в него нож. Падая, монстр успел вцепиться ему в бок, выдрав кусок плоти. Сергей закричал от боли и рухнул на пол. Рена мгновенно бросилась к нему.

— Нет, только не это, — Рена оцепенела от ужаса. Переводя безумный взгляд со страшной раны на лицо юноши, она упала перед ним на колени и бережно обхватила его голову руками. — Пожалуйста, только не это…

— Рена, не надо… — прерывисто выдавил Сергей, превозмогая страшную муку. — Оно… того не стоит…

— Сергей! Ты не можешь меня оставить! Не сейчас… Ты мне нужен! Что я могу сделать? — Она пребывала в глубоком шоке и не верила своим глазам, отказываясь верить в реальность. — Это просто сон. я сейчас проснусь…

— Будь осторожна, — Сергей с трудом сглотнул и посмотрел на рану. - Когда меня не станет, они явятся снова. Я пытался тебя защитить. Должен был оставаться рядом всегда, но… слишком многое не успел рассказать. Прости. Прошу тебя, главное — не трогай своих родных, постарайся уйти, иначе будет беда. Ты не одна, наши найдут тебя… но никому не верь. А сейчас исполни мою последнюю волю: предай огню моё тело. И их тоже… — он кивнул в сторону поверженных тварей и сильнее зажал бок. — Не думал, что встречу конец вот так, — он сильно сжал зубы от боли.

— Нет! Ты не можешь! Ты обязан остаться со мной! Я люблю тебя!! — истошно закричала Рена.

Её отчаянное признание заставило его глаза на секунду блеснуть теплом. Сергей попытался улыбнуться, но новый приступ агонии мгновенно исказил черты его лица, перехватывая дыхание. Веки юноши медленно тяжелели, и только в это страшное мгновение Рена окончательно осознала, что он уходит навсегда.

— Сергей, не смей… — Она отчаянно дёрнула его за плечи. Но он не открывал глаз, его губы тронула прощальная, едва заметная улыбка. — Не смей! — Рена заплакала.

Разум Рены бунтовал, отказываясь принимать эту потерю. Она смотрела как умирает её любовь. Наклонившись к самому его лицу, она запечатлела на его холодных губах прощальный поцелуй — совсем как в тот первый раз в гараже.. Сергей едва заметно приоткрыл веки, но жизнь уже покидала его тело. Всё, что он успел сделать, — это снова в последний раз слабо улыбнуться и едва ощутимо сжать её ладонь в знак вечной связи. В следующую секунду его глаза закрылись навсегда. Сергей сделал свой последний, прерывистый вздох, и его пальцы безвольно разжались, выпуская руку Рены.

Она заплакала, и её слеза упала на лицо Сергея, но он уже не чувствовал её боли. Парень неподвижно лежал у неё на коленях, застыв в безмолвном покое. На его умиротворённом лице застыла лёгкая, едва заметная улыбка, словно смерть наконец-то принесла ему долгожданное избавление.

***

Сколько она просидела так, обнимая его безжизненное тело, Рена не знала. Очнуться её заставил новый, спазматический приступ голода. Едва удерживаясь на ногах от слабости, она поволокла туши убитых оборотней на задний двор и безжалостно принялась швырять их в заранее разведённый костёр. Одежда и лицо её были испачканы сажей и чужой кровью, но она не обратила на это никакого внимания.

Кое-как соорудив из одеяла подобие носилок, Рена бережно перенесла Сергея и предала тела огню. Она неотрывно смотрела, как в пламени горит её любовь. Наконец, не в силах больше выдержать, упала на колени перед бушующим огнём.

— Зачем ты так со мной? — сквозь рыдания прошептала она, не отрывая взгляда от пляшущих искр. — Главное, у меня осталась часть тебя.

И она снова провела ладонью по укусу.

Рена плакала, не в силах сдвинуться с места, пока костёр окончательно не превратился в тлеющую золу.

— Я осталась одна… совсем одна, — понимала Рена. — Я боюсь, Сергей.. Куда мне идти? Где искать таких же, как я? Это ты во всём виноват… Не оставляй меня.

Она неотрывно смотрела на тлеющие угли, которые только что безжалостно и дотла поглотили тело вампира.

Костёр уже догорел, когда за воротами послышался двигатель машины. Этот звук отрезвил Рену. Поняв, какой погром остался в комнате после налёта оборотней, она вихрем принялась за уборку: судорожно расставляла вещи по местам и лихорадочно стирала следы недавней битвы.

Тяжелый хлопок двери на первом этаже заставил её вздрогнуть — снизу послышались шаги в сторону кухни. Окинув себя паническим взглядом, Рена быстро переоделась.

— Рена, ты дома? — долетел снизу крик мать.

— Да, мам! — отозвалась девочка, уже сбегая по ступенькам.

Она осторожно пронесла испачканные вещи в ванную и кинула вглубь стиральной машины, надеясь, что одежда успеет постираться до того, как кто-нибудь заметит кровь.

После этого она быстро вернулась на кухню и принялась помогать разбирать продукты, пока Макс с отцом перетаскивали из машины оставшиеся сумки. Лидьяна тем временем отнесла часть грязных вещей в ванную и заметила, что барабан стиральной машины уже крутится.

— Надо же, ты решила устроить стирку? Какая умница, — Лидьяна вернулась к дочери, подхватила очередной пакет и принялась выкладывать посуду прямо в раковину.

— Да, я только свои вещи закинула, — Рена посмотрела на мать, пытаясь понять, не успела ли та увидеть то, что она положила стирать.

Но Лидьяна оставалась абсолютно спокойной, увлечённо разбирая привезённые сумки. Опасность миновала, и страх наконец-то начал отступать.

Заметив внимание дочери, Лидьяна охотно принялась пересказывать события несостоявшегося отдыха.

— Представляешь, мы только доехали, как раздался сильный гром. И мы решили сразу же вернуться, раз погода портится. Обидно, мы ведь только-только лагерь разбивать начали, - со смехом рассказывала Лидьяна, продолжая переставлять вещи из пакетов.

Пока кухонное пространство заполнял её беззаботный голос, Рена механически вешала полотенце на кухонный гарнитур. Изнутри её выжигала глухая боль, а мысли упрямо возвращались к пеплу на заднем дворе.

— Мам, я договаривалась встретиться с Катей, пойду погуляю, - решила отвязаться от разговоров Рена.

На душе было тоскливо, и ей не хотелось ни с кем общаться. Лидьяна спокойно её отпустила. Но Рена даже не звонила Кате — она соврала матери лишь для того, чтобы под благовидным предлогом проскользнуть на задний двор.

Ей хотелось уловить хотя бы тень присутствия Сергея — загадочного юноши, с которым судьба так и не дала ей нормально познакомиться, но который украл её сердце навек.

Глава 12

Улики

Лидьяна после ужина закончила с посудой, когда её позвал муж.

— Сейчас, — ответила она, вытирая руки.

Лидьяна сильно занервничала, услышав тревожный крик мужа. Она поспешно поднялась на второй этаж, где уже находились Артур и Макс. Муж сидел на корточках, приподняв край ковра, а сын был в своей комнате, лишь временами с любопытством выглядывая наружу. С изнаночной стороны напольное покрытие было насквозь пропитано багровой кровью. От этой картины женщина пришла в ужас.