Профессиональные иностранцы. Часть 3. Я попробую..

Тогда в МИ-6 попытались нам внушить рациональное отношение к девизу, переосмыслить его под новым углом зрения, с учётом разведчика-нелегала:

— Все люди приносят счастье. Некоторые — своим присутствием, но большинство — своим отсутствием.

В любом случае мы попытались изобразить доброжелательный цинизм к установке о том, что нам не нужно даже в случае провала рассчитывать на офицеров МИ-6 под дипломатическим прикрытием, более того, это противопоказано.

Мы всё поняли и со всем согласились, конечно же.

Поэтому было решено, что в ГРУ нам иногда будут давать наводку о том, что тот или иной офицер МИ-6 посетит то или иное мероприятие или объект. Этот офицер МИ-6 будет известен ГРУ как офицер, который, предположительно, уже находится под наблюдением китайской контрразведки. Таким образом, китайская контрразведка внимательно изучает все его контакты, включая иностранцев, но поскольку у нас с этим офицером МИ-6 никаких контактов действительно не будет, то и соответствующих подозрений по отношению к нам не должно возникнуть. Вместе с тем если нас уличат в шпионаже, то, сославшись на контакты с этим офицером, мы должны будем утверждать, что именно он был нашим куратором. Китайская контрразведка проверит в таком случае места, где мы якобы ранее встречались с этим офицером, и обнаружит, что он там действительно был в указанный нами промежуток времени. Да, нас никто и никогда не уличит в непосредственном контакте, не схватит за руку, но для китайской контрразведки это и не нужно. Предоставленной нами фактуры будет вполне достаточно, чтобы понять, что обмен информацией проходил на данном объекте (например, в санузле торгового центра или ещё где-то), но остался незамеченным контрразведкой.

Вскоре мы узнаем имена и фамилии офицеров МИ-6, которые обязательно будут втянуты в очень сложную и многослойную оперативную игру никогда не прекращающейся войны разведок. Причём будут втянуты, не осознавая этого (что для них будет очень обидно). Знание воинского звания, имени и фамилии таких офицеров МИ-6 — отдельное дополнительное доказательство нашей работы на МИ-6, ведь никто, кроме китайской контрразведки и нескольких человек из посольства Великобритании в Китае, не знает (не должен знать), что они из МИ-6.

Здесь уместно написать несколько абзацев о военных атташе.

Военные атташе представляют военное ведомство своего государства перед военным ведомством страны, в которой они пребывают. На эту должность обычно назначают офицеров, получивших высшее военное образование. Они осуществляют связь между военными ведомствами двух стран, ведут переговоры.

Военным атташе дипломатических представительств Российской Федерации исполняются обязанности советника главы представительства по вопросам обороны. Аналогично всё устроено и в дипломатических представительствах большинства стран. Военный атташе пользуется дипломатическим иммунитетом и другими правами, присущими дипломатическим сотрудникам. Как правило, военный атташе имеет полноценный штат подчинённых, именуемый военным атташатом. В него входят военно-морской, военно-воздушный атташе, их ассистенты и аккредитованные работники аппарата атташата. Атташат имеет собственную структурную организацию с административным, техническим, оперативно-аналитическим и обслуживающим персоналом. Все они полноценные дипломатические представители и имеют привилегии, определённые Венской конвенцией 1961 года о дипломатических сношениях.

В России военных атташе (официальных военных дипломатов) готовит отдельный факультет всё той же «консерватории», которая ранее называлась ВАСА, позднее ВДА — военно-дипломатическая академия, и такое название было благодаря именно этому факультету.

Сейчас «консерваторию» в очередной раз переименовали, и она называется Военной академией Министерства обороны Российской Федерации, но это ровным счётом ничего не меняет и ни на что не влияет.

Разница между понятиями «военный атташе» и «резидент» заключается в том, что «военный атташе» — это сотрудник дипломатического представительства, а «резидент» — руководитель негласного территориального органа внешней разведки, занимающегося разведывательной деятельностью за рубежом, который почти всегда занимает официальную дипломатическую должность вне аппарата военного атташе.

Таким образом, военный атташе очень редко бывает резидентом под дипломатическим прикрытием, но всегда это офицер ГРУ Генштаба и всегда занимается разведдеятельностью. Аналогично всё это устроено и почти во всех развитых странах мира.

Напомним, что резидент может быть легальным (действует в иностранном государстве под официальным прикрытием) или нелегальным (действует под неофициальным прикрытием). Различаются эти термины исключительно по форме прикрытия разведывательной деятельности.

Все крупные страны мира имеют довольной большой легальный разведывательный аппарат под дипломатическим прикрытием, но…

В ЦРУ США, ГРУ Генштаба, РУМО Пентагона, СВР, МИ-6, МГБ КНР и в РБ ОШ КНР в любом случае считают, что самым главным элементом любой сильной разведки мира являются разведчики-нелегалы, и никакой технический и искусственный интеллектуальный прогресс не способен это изменить.

Иногда в игру разведок могут быть вовлечены, причём против своей воли, и офицеры военных атташатов. Им бывает очень обидно, когда и если они узнают о том, что их просто используют другие, причём цинично и только в своих целях.

В общем, легендирование продолжится, теперь уже на земле великой китайской цивилизации. Иногда легендирование нелегалов приобретает форму параллельного (двойного, тройного) легендирования.

Глава 5

Во время подготовки в МИ-6 очень тщательно разбирают ошибки разведок. Больше всего ошибок совершается в нетворкинге.

В качестве примера ошибок в нетворкинге приводилась, в частности, операция «Альхесирас».