Последняя из рода крови

–– Насколько бы сочной ты не была, я не могу тебя взять. Сначала ты поможешь нам, а потом я подумаю, дать ли тебе то, чего так сильно желает твое тело уже сейчас, – почти шепотом, но от этого не менее твердо и решительно, произнес он.

Я собрала всю свою внутреннюю силу в кулак и решила, что ни за что на свете не покажу ему своего страха. Я находилась черт пойми где. Мужчина из моих, еще не состоявшихся снов, стоял прямо передо мной. Он нуждался в моей помощи и, признаюсь, мне уже хотелось ему помочь. Я не понимала, что это за игра, но пока что она мне нравилась.

Прикусив губу, я набрала полные легкие воздуха и на выдохе намеренно расслабилась, сидя на кровати, чтоб не выдавать своего волнения. Я хотела встать, но мои ноги вряд ли меня послушались, поэтому заняв максимально непринужденную позу я решила продолжить диалог.

–– Так кто эти загадочные «мы», кому требуется моя помощь? – я сделала паузу и как только он хотел ответить, продолжила: – И что я должна для тебя сделать, чтоб увидеть тебя перед собой на коленях?

Он рассмеялся – низко, грудью, будто в моей дерзости было что-то наивное.

–– Мы те, кого ты видела и так желала в своих снах. Ты скоро все узнаешь, Л'ора. А пока отдыхай, скоро к тебе придут и введут в курс дела, – с озорным блеском в глазах произнес мужчина и, резко развернувшись, устремился к двери.

Я в растерянности пыталась собрать мысли воедино. Они – мужчины из моих снов. Им нужна помощь. Сейчас кто-то придет и введет меня в какой-то там курс дела… И почему он так странно назвал мое имя? С каким-то акцентом, хотя его речь до этого была чиста.

–– Я могу, хотя бы, узнать твое имя? Раз уж нам предстоит совместное времяпровождение, – уже в спину крикнула ему я.

–– Раэль Соллар. Но ты и так это знала, – остановившись и бросив взгляд из-за плеча, все так же тихо и с легкой ухмылкой сказал он и вышел из комнаты.

***

Когда дверь закрылась, я наконец смогла сделать первый полноценный вдох. Комната казалась меньше без его присутствия, но воздух все еще вибрировал от энергии, которую он оставил после себя.

Я поднялась на ноги, спасибо коленкам, что больше не дрожат, и подошла к окну. Тот самый луч – золотистый, неестественно яркий для этого времени суток – манил, словно обещая ответы.

«Нужны ли тебе ответы?»

Глубокий вдох. Пальцы сжали плотную ткань штор. Резкий выдох – и я раздвинула их в стороны.

Свет.

Он врезался в глаза, как лезвие – слишком белый, слишком резкий, слишком теплый. Я зажмурилась, прикрыв глаза рукой и давая им время привыкнуть.

Глаза постепенно привыкали к ослепительному свету. Я медленно опустила руку, щурясь, и тогда поняла… Мир за окном был не моим. Перед моими глазами открылась панорама нереальной красоты. Я смотрела в окно, открыв рот и не веря, что такое вообще может быть на самом деле…

По небу плыли золотые острова, соединенные хрустальными мостами, а под ними раскинулись бирюзовые озера. Меж островов с замками, на небе, в причудливых формах застыли перламутровые облака, а яркое солнце выглядело, как огромный шар с узорами. В отличии от обычного солнца, которое я изредка, но все же видела в Вэлдрине, тут его контуры можно было разглядеть, хотя оно было не менее яркое.

Я заметила, что на земле от деревьев и цветов не было тени. И замки с мостами, парящие в воздухе, не отбрасывали теней…

–– Элизиум… – прошептали мои губы сами собой, хотя я была уверена – никогда не слышала этого слова.

Я резко отпрянула от окна, будто обожглась, сделала несколько шагов назад и спиной ударилась о стену. Штукатурка впилась в ладони, но я даже не почувствовала боли – только холодный пот на спине и бешеный стук сердца в ушах. Это не могло быть правдой. Просто не могло.

Я зажмурилась, потом снова открыла глаза – пейзаж за стеклом не изменился. Эти хрустальные замки, деревья с серебряными листьями, странные фигуры, скользящие по воздуху… Нет, это определенно не другая страна. В другой стране облака хотя бы двигаются по небу, а не застыли, как на картине.

Глупая мысль про Алису в Стране чудес мелькнула и тут же рассыпалась. Я не девочка из сказки, да и в книжках не бывает такого – чтобы сквозь обычное окно, из самой обычной комнаты вдруг открывался… Элизиум, как шепнуло что-то в моей голове.

Я машинально провела пальцами по внутренней стороне локтя, ища следы уколов. Может, тот тип из клуба все же подсыпал мне чего-то? Но кожа была чистой, а в голове – ясность, какая не бывает даже при легком опьянении.

Комната вокруг казалась странной, слишком обыденной на фоне того безумия за стеклом. Я медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками. Все варианты рассыпались, как карточный домик. Оставалось только принять невозможное – где-то существует мир, где тени не падают, а цветы светятся изнутри. И почему-то именно мне выпало это увидеть.

Немного посидев на деревянном, теплом от лучей солнца, полу я решила одеться. Конечно, можно истерить, отказываться верить в происходящее, но это мне ничего не даст.

Я натянула на себя узкие черные джинсы и белый топ на бретельках. В качестве обуви Раэль предложил мне кроссовки. Абсолютно обычная, но не моя одежда. И она слишком сильно не подходит этому миру, который я вижу сейчас из окна, стоя в обычной, казалось бы, комнате.

Сколько времени прошло с момента, когда Раэль зашел в мою комнату? Он сказал, что ко мне скоро кто-то придет, но я до сих пор оставалась в тишине. Время словно застыло. Посмотрела на часы, 11:26. Взгляд зацепился за дверь. Я вспомнила, что она была не заперта и решительно, но очень тихо, словно чего-то боялась, я направилась к ней.

«Конечно же я боялась.»

Медленно повернув ручку, я выглянула за дверь. В одной стороне было окно, через которое я видела такие же пейзажи, как и из моей комнаты. В другую же сторону протянулся длинный коридор, который заканчивался лестницей вниз. На моем, получается, последнем этаже, находится еще четыре двери.

Сделав шаг, я тихо прикрыла дверь за собой. Все четыре двери находились на противоположной стороне от моей. Странное решение, однако. Архитекторы тут намудрили.

Коридор дышал холодной, неестественной красотой. Стены, оббитые темно-синим бархатом с выцветшими золотыми узорами. Хрустальные бра в форме двойных спиралей ловили солнечный свет, разбивая его на тысячи радужных зайчиков. Но ни один из этих бликов не ложился так, как я привыкла видеть. На темном, дубовом полу эти зайчики существовали вне привычных законов физики. А ковровая дорожка бордового цвета, насыщенного, словно пропитанная кровью, тянулась по центру. Ровная, без единой складки.

На фоне моей комнаты этот коридор был пропитан роскошью, хоть и слегка затертой, и потерявшей блеск из-за старости. Четыре двери, что были напротив моей, казались одинаковыми. Но я чувствовала, что от каждой из них веяло разной энергией. Пока не понимаю, как я это чувствую и что за энергия, но она, определенно сильная и необузданная.

Пальцы уже коснулись холодной металлической ручки ближайшей двери, как я услышала шаги слева, со стороны лестницы. Четкие, размеренные, но слишком странные для человеческих. Слишком тяжелые, что ли… Я убрала руку от двери, заведя ее за спину и резко повернулась в сторону шума. И то, что я увидела, почти заставило меня потерять сознание. Или кого… я увидела.

Я застыла, впившись взглядом в существо, перекрывшее коридор. Он был слишком высоким – выше любого человека, которого я видела, его голова почти касалась потолка, заставляя слегка наклоняться вперед, будто он вечно готовился поклониться. Фарфорово-бледная кожа светилась изнутри мягким жемчужным сиянием, как лунный свет, пробивающийся сквозь тонкий шелк. На нем был темно-синий камзол с высоким воротом, подпоясанный серебристым шнуром – одежда слуги, но скроенная так безупречно, что казалась частью его тела.

Но больше всего пугали глаза – ровные золотые диски, без зрачков, без белка, неподвижные и, казалось, всевидящие. Длинные, белые ресницы медленно опустились и поднялись – единственное движение, выдававшее в нем живое существо.

–– Вижу ты оделась, Л'ора. Значит наша помощь тебе не нужна. Прошу, следуй за мной, Старейшина уже ждет, – слегка кивнув головой, произнесло существо и направилось к лестнице.

Его голос звучал глухо, словно доносился до меня сквозь толщу воды. При этом его слова громким эхом отдавались в моей голове, словно пение птиц или звон колокольчиков. И как он произнес мое имя? Опять какой-то акцент…

–– Кто ты? – тихо спросила я.

–– Я Люмисен, – не оборачиваясь произнес он, – Светоносный слуга. Но пока не нужно вопросов, скоро ты все узнаешь.

Это существо выглядело так, словно Барри придумал его для своего очередного фильма. Я, на всякий случай осмотрелась на наличие скрытых камер вокруг. Мне казалось, что это вполне себе может быть розыгрышем, пранком. Но ничего подобного я не увидела и засунув руки в задние карманы джинсов, направилась за существом.

Я не боялась его, как и Раэля. Все, что было вокруг, казалось мне знакомым. Мое подсознание словно уже видело подобное. Но я никак не могла разбудить эти воспоминания. Они, словно песок, высыпались сквозь пальцы. Голова гудела от попыток вспомнить, а память лишь рисовала черты троих мужчин, которых я видела во снах. Я знала, что они связаны с этим местом. Я предвкушала встречу с ними. Я жаждала узнать, что это за место и почему я здесь.

***

Мы спускались по лестнице, и каждый шаг отдавался тихим эхом, будто дом задерживал дыхание. Мои пальцы скользили по перилам – слишком гладким, почти живым под прикосновением. Они были вырезаны из какого-то темного дерева, но в его текстуре угадывались странные узоры – то ли прожилки, то ли застывшие письмена.

Стены были покрыты шелковыми обоями с рисунками увядших роз, на которых проступали едва заметные серебряные узоры. Когда люмисен, проходя рядом, касался стен, увядшие цветы под его пальцами словно оживали и распускались, меняя рисунок на обоях. Дом дышал, жил своей жизнью и точно не нес в себе никакой опасности для меня. Я это чувствовала.

Мы вошли в зал и Люмисен сказал мне подождать тут, а сам скрылся за огромной дверью. Я осталась в тишине, но она не была пустой. Все мои органы чувств били натянуты, словно струны музыкального инструмента. Тут все было по-другому. Я была другая.

Осмотревшись вокруг, меня до мурашек поразило то, что я увидела. Потолок терялся где-то в вышине, утопая в сиянии хрустальных люстр – они висели, словно застывшие капли дождя, пойманные в момент падения. Их свет был слишком чистым, без привычного желтого оттенка, и отбрасывал на пол радужные блики, которые медленно перетекали, как масляные пятна на воде.

Стены были обиты темно-синим бархатом с вышитыми золотыми нитями узорами – при ближайшем рассмотрении они оказались древними символами, сплетающимися в бесконечные строки. Золотые канделябры держали черные свечи, но пламя на них было неподвижным, будто вырезанное из сапфира.

В центре зала стояло массивное кресло. Кожаная обивка, когда-то роскошная, поблекла по краям, покрылась тонкой паутиной трещин, но это лишь придавало ей благородство, как седина королю. Резные дубовые ручки изображали существ, похожих на драконов.

Высокие, арочные окна пропускали совсем мало света внутрь, так как были застеклены темным, матовым стеклом. А пол был из того же темного дерева, что и на моем этаже. Только здесь не было бордовой дорожки, поэтому каждый шаг отдавался эхом скрипа паркетин на полу.

Внезапно воздух дрогнул. От двери, за которой скрылся Люмисен, понеслось холодное дуновение и все свечи разом дрогнули, а затем погасли. На секунду воцарилась абсолютная тьма. А когда свет вернулся, в центре зала, в кресле, сидел человек. Его лица я раньше никогда не видела. Даже во сне. Это я знала наверняка. А еще я четко и точно знала, что мне нужно сделать прямо сейчас.

Глава 3

Подойдя ближе, я встала ровно напротив мужчины, ощущая странное напряжение в каждом сантиметре своего тела. Моя правая рука сама собой сжалась в кулак и поднялась к груди, прижавшись к солнечному сплетению с такой силой, что боль пронзила ребра. Глаза упрямо смотрели прямо, хотя внутри все кричало отвернуться, убежать, спрятаться.

Медленно, будто против собственной воли, я опустилась на левое колено. Это движение давалось мне с трудом, словно невидимые нити тянули меня в разные стороны.

– Вижу тень твоей мудрости в мире, где тени не падают, – сорвалось с моих губ голосом, который казался чужим. – Меж мирами ходящая, кровью предков клянусь: встать на защиту Элизиума, до последней капли крови рода моего.

Слова прозвучали громко и четко, но в моей голове воцарился хаос. Я резко поднялась с колена, рука бессознательно дернулась вниз, а ноги сделали неуверенный шаг назад. Что это было? Почему мое тело двигалось само? Чьи слова я только что произнесла? В груди клокотала паника, смешанная с отвращением к самой себе – я чувствовала, как что-то древнее и чужое шевелится во мне, заставляя говорить и действовать против моей воли.

Мужчина поднялся с кресла, его рука протянулась ко мне в спокойном, почти отеческом жесте. Несмотря на внутреннюю панику, что-то в этом движении заставило мое сердце биться чуть ровнее. Я колебалась всего мгновение, ощущая, как тревога и сопротивление медленно отступают перед его безмолвным обещанием понимания. Взгляд его светлых, почти прозрачных глаз не давил. А даже наоборот, успокаивал.

Он был одет в серую мантию, с капюшоном, но под ним он не прятал лицо. На мантии были вышиты разные символы золотой нитью. Похожие рисунки я уже видела на руках у Раэля.

Я протянула руку и вложила свою ладонь в его. На секунду мне показалось, что сквозь мое тело прошли сотни электрических разрядов. Я зажмурила глаза от силы эмоций, что ощутила. А в следующий момент – пустота. Я открыла глаза и встретилась с таким же непонимающим взглядом.

–– Странно… Очень странно, дитя, – его голос прозвучал мягко, но в глубине слов пряталась стальная нотка, будто скрытое лезвие.

–– Эта пустота, мне казалось, я тону в ней, – пристально смотря в глаза собеседнику, дрожащими губами произнесла я.

Он разжал пальцы, и моя рука сама опустилась, будто потеряв вес. Его прикосновение оставило на коже теплый след.

–– Нам о многом стоит поговорить. Садись.

Его движение было небрежным – взмах в сторону кресла, которое пылилось в углу зала. Рядом стояло такое же кресло и небольшой столик с вазой из черного хрусталя. А вот что было в вазе, я не могла понять. Казалось, это фрукты, но таких раньше я не встречала. Я сразу переключилась с мыслей о вазе, сейчас мое внимание было приковано совсем не к этим фруктам, а к мужчине, что сел рядом в кресло.

Его пальцы сжались в замок на коленях, а взгляд был прикован ко мне. Он смотрел вдумчиво, и я точно знала, что он рассматривает не цвет моих волос или тон моей кожи. Он смотрел глубже, он искал и копошился внутри, где душа соприкасается с телом.

–– Простите, но у меня накопилось много вопросов. А вы сейчас неприлично пялитесь на меня. – Закидывая ногу на ногу сказала я.

«Почему я такая глупая? Я разве могу быть уверена, что в безопасности?»

–– Вы можете задавать любые вопросы, дорогуша, но не факт, что я на все отвечу.

Он не сводил с меня взгляда – эти почти прозрачные, водянистые глаза, казалось, видели сквозь меня, читая мысли, которые я сама еще не осознавала. Которые сама еще в себе не разглядела.

Потом, словно вспомнив что-то, он откинулся на спинку кресла, и его поза внезапно стала расслабленной, почти человеческой. Взгляд скользнул в сторону, задержавшись на чем-то за моей спиной – может, на окне, где мерцал свет Элизиума, а может, на чем-то, чего я не могла разглядеть.

–– В тебе столько силы, дитя. Но она еще спит. Она слишком слаба.

Едва заметно он взмахнул рукой и воздух дрогнул, словно поверхность воды от брошенного в нее камня. Сразу после, из холла, откуда пришла я, в зал зашли две Люмисены. Они двигались бесшумно и с пугающей грацией.

Я сразу вспомнила Люмисена, что провожал меня сегодня в этот зал. Его шаги были четко слышны, а эти двое не издали ни звука. Значит они умеют вести себя по-разному? Интересное наблюдение, как и то, что они имеют пол. Утром меня провожал мужчина, а эти две Люмисены – девушки.

Они были одеты в одинаковые платья темно-синего цвета с белыми передниками. Такое классическое платье горничной на неклассических девушках. У одной Люмисены была длинная, серебристая коса, закрученная в тугой узел. У второй же волосы были по оттенку теплее. И заплетены в две косы, которые были связанны между собой на затылке.

Кожа у них, как и у Люмисена, что я видела раньше, была бледная, почти прозрачная, с едва уловимым свечением изнутри. А глаза – цельные золотистые камешки с длинными, белыми ресницами. Движения у них плавные, словно они скользят по воздуху. Люмисены остановились рядом с нами и замерли в безмолвном вопросе, что же от них требуется.

–– Совет Старейшин будет созван завтра.

Его слова прозвучали мягко, но в них звенела сталь неоспоримого приказа.

–– Прошу, позаботьтесь о нашей гостье. И проследите, чтобы она чувствовала себя… комфортно.

«А комфортно тут, это как?»

Люмисены отреагировали мгновенно. Синхронный кивок, словно они связаны невидимой нитью. Идеально зеркальный реверанс и бесшумное скольжение к выходу. Я только сейчас заметила, что они не носят обувь. У них голые ступни, которые только слегка касаются пола, как будто они парят над землей.

Одна из них обернулась у входа, та, что с длинной, серебристой косой, и посмотрела прямо мне в глаза. В ее взгляде я не заметила ни угрозы, ни предупреждения. Только интерес.

–– В твоей комнате будет все, что нужно.

Ее голос прозвучал мелодично, но с легкой ноткой механичности, будто слова были заучены тысячу раз.

–– А если чего-то не окажется…

Она подняла руку, и ее пальцы щелкнули в воздухе.

Раздался звон – чистый, хрустальный, пронизывающий, будто кто-то ударил по стеклянному колоколу. Звук разлетелся по залу, отражаясь от стен. Она улыбнулась, но ее губы не шевельнулись. Улыбка возникла только в глазах, золотых и бездонных.

–– И мы тут же появимся.

Проследив, как две Люмисены покинули зал, я перевела взгляд на мужчину, сидевшего передо мной. В моей голове крутилось столько мыслей, столько вопросов. И я понимала, что надо спрашивать сейчас. Что-то мне подсказывало, что потом может просто не быть…

Заправив за ухо прядь, которая всегда выбивалась из моего небрежного каре, я устремила взгляд в бездонные глаза своего собеседника и переведя дыхание, решилась на первый вопрос:

–– Как вас зовут? – безэмоционально спросила я.

Мужчина слегка удивился моему вопросу, это было заметно по его выражению лица.

–– Я думал, ты начнешь спрашивать, что это за место и как ты тут оказалась. Но я не ожидал, что мы начнем с моего имени.

–– Это мои следующие вопросы. Но перед этим я должна понимать, как к вам обращаться.

–– Хорошие манеры – такая редкость. Ну что ж, Л'ора, если ты решила начать с этой части истории Элизиума, то я не волен спорить.

«Да что за акцент такой, когда они произносят мое имя?»

Я не успела задать вопрос, что всплыл в моего голове, когда он уже начал свой рассказ:

–– В Элизиуме существует Совет Старейшин, – его голос был ровным и даже каким-то безжизненным. Но все изменилось со следующей фразой, – Мы поддерживаем порядок и баланс в этом мире, – он поднялся с кресла и сделал шаг в сторону. Свет скользнул по его лицу и на секунду я увидела глубину в его глазах. Целую бездну… – Храним древние знания. Следим за пророчествами, чтоб они вовремя сбывались или не сбывались вовсе…

Я хотела открыть рот и задать какой-то вопрос, но, даже не взглянув на меня, жестом он дал понять, что еще не закончил свой рассказ.

–– Нас всегда было пятеро, – сделав паузу, он глубоко вдохнул и продолжил, – Но один из нас покинул Совет.

Он не сказал умер или погиб. Он сказал «покинул», как будто тот просто взял и вышел за дверь…

–– Мы не носим имен. От них мы давно отказались. И именуемся мы теперь просто, как Первый, Второй, Третий и Четвертый. Я – Третий. Можешь так и обращаться к нам, – переведя взгляд на меня, сказал Старейшина.

Третий… Я бы сказала, что странно это, не носить имен, а именоваться порядковым номером. Но я нахожусь не в своем мире, тут парящие замки за окном и странные существа в услужении. Что может быть еще более странным?

Я бы хотела спросить, почему они так необычно произносят мое имя и с чем им всем нужна помощь от меня, но, очевидно, были вопросики поважнее.

–– Кто такой Раэль? И еще трое мужчин… Я пока не знаю их имен, но знаю, что скоро должна их встретить, – немного неловко потупив взгляд спросила я.

–– Я не удивлен твоему вопросу. Видеть во снах четверых мужчин, а потом столкнуться с одним из них наяву… Наверняка странное ощущение. – Третий с загадочной улыбкой вернулся в свое кресло и сложив руки в замок, пристально взглянул на меня.

–– Но я видела только троих! – слова вырвались у меня одним порывом, горячим и неровным. – Раэля среди них не было, хотя я.… я ждала. А сегодня, когда увидела его, сразу поняла – это он. Тот, кто так и не явился в моих снах.

Третий замер на мгновение, его зеркальные глаза отразили мое взволнованное лицо.

–– Я не предполагал, что тебе не являлся Раэль… – он провел костяшками пальцев по гладковыбритому подбородку, – вероятно мы забрали тебя раньше.

–– Раньше? – я вцепилась в подлокотник кресла. – Что значит забрали? Куда?

Третий медленно поднялся, его мантия, словно потоки воды, разлились по полу, а узоры золотой нити стали ярче.

–– На сегодня достаточно ответов. Завтра, на Совете, мы решим, как быть. Можешь идти в свою комнату. И помни, тебе нечего бояться. Ты под защитой совета, пока находишься в Элизиуме, – Старейшина жестом указал, что мне нужно встать и я, ни секунды не думая, повиновалась.

Мне на мгновение показалось, что он имеет на меня какое-то особое влияние. Его слова не подвергались сомнениям в моей голове. Его голос, как спокойная музыка, умиротворял и убаюкивал. Его глаза, как колодцы знаний, манили и интересовали, точно не пугали. Его манера жестов, то, как он вел себя – все внушало мне чувство безопасности.

Направившись к той большой двери, за которой скрылся мой провожающий Люмисен, даже не повернувшись ко мне, третий сказал:

–– Ступай к себе и отдохни.

Вдруг зал наполнился молочным туманом – мягким, почти невесомым, как вуаль.

Он потянулся от пола к потолку, окутывая все вокруг, но не жгучий, не едкий – просто густой, словно Элизиум сам решил ненадолго скрыть от меня свои тайны.

Я замедлила дыхание и наблюдала, как контуры третьего размываются, становятся нечеткими. Как будто кто-то ластиком их растушевал. А потом я моргаю и в миг передо мной исчезает и туман, и следы Третьего. Словно этот зал мгновение назад так же был пуст, как и сейчас. И лишь черная, хрустальная ваза на столике все так же стояла в гордом одиночестве, будто ожидая моего внимания к себе.

***

Я подошла ближе, заинтригованная. В вазе было несколько разных фруктов, но сейчас мое внимание привлек именно он. Фрукт лежал передо мной, непохожий ни на что из того, что я видела раньше. Цвет – не просто желтый, а глубокий, янтарный. И странная, несимметричная форма, словно его слепили вручную. Мне захотелось прикоснуться, попробовать его на вкус, и я потянулась пальцами, но остановилась в миллиметрах от вазы, почувствовав чье-то присутствие.

–– Я бы на Вашем месте не стал его трогать, мисс Скайбрук, – слова разлетелись по залу и эхом отдались внутри меня, примерно в районе солнечного сплетения.

Голос за моей спиной прозвучал, как теплый мед – густой, бархатистый и теплый. А этот тембр, глубокий, но не грубый с благородной насыщенностью разлетелся по залу, ударяясь о стены. Я не могла решиться. Не могла обернуться. Я боялась не того, чье лицо я видела во снах, и кто стоял за моей спиной. Я боялась своей реакции. Реакции своего тела.

Но я обернулась.

Не потому, что перестала бояться. А потому, что поняла – страх уже не имеет значения.

Сначала – медленный поворот головы, будто сквозь густую воду. Потом – плечи, напряженные до дрожи. И наконец – все тело, разворачивающееся к нему, как стрелка компаса к северу.

Воздух застыл.

–– Кассиан Террос, – произнес он так, словно напомнил мне свое имя, будто я знала его раньше. Произнес и двинулся вперед.

Он остановился в шаге от меня. Первое, что я почувствовала, это его запах. Он окутал меня своей сладостью и в то же время горечью. Терпкий аромат меда, кедра и… чего-то еще. Он пахнул мокрой землей после дождя. Свежескошенной травой. Цветущей липой…

Его карие, почти черные глаза встретились с моими, и мир сузился до этого взгляда. В них не было ни гнева, ни угрозы – только тихая, всепоглощающая уверенность, словно он знал, что я обернусь, знал, что скажу, знал все, что будет дальше.